Костя

Санкт-Петербург. Центральная Клиническая Больница. Родильное отделение.

2010 год. 20 Ноября. 3:07 утра. Российская Империя.

1

- Тужься девонька, тужься, - старая акушерка поглаживала по большому животу молодую девушку. Ну, как девушку, сейчас в родильном отделении за номером 1, находилась сама императрица Великия, Малыя и Белыя России, восемнадцатилетняя Анна. Анна Алексеевна Романова, в девичестве княжна Вельяминова, из древнего боярского, а позже княжеского рода.

- Тужься, Аннушка, - поддакивала княгиня Ленка Лопухина. Первая статс-дама двора, подруга, наперсница и спасительница императрицы в дни, когда та только-только стала пансионеркой закрытого пансионата для магически одарённой высшей знати в Москве. Ленка была старше Анны на два года, и когда родители привели семилетнюю девочку в пансионат, она тут же взяла понравившуюся ей малышку под свою опеку и никому в обиду не давала. На тот момент девчонка была самой знатной из всех пансионерок её возраста. Да и вообще, с тех пор, как Пётр Первый женился не Евдокии Лопухиной и прожил с ней долго и счастливо всю свою жизнь, род Лопухиных всегда был при власти и государственных должностях. Родственники как никак. Анна Вельяминова тоже стала дальней родственницей Милене Лопухиной, когда вышла замуж за Николая Четвёртого Романова. Николая Дмитриевича.

Кстати, именно к Ленке Лопухиной на выпускной бал в московский пансионат приезжал молодой император Николай, три года назад, когда увидел пятнадцатилетнюю девицу Вельяминову. Император влюбился без памяти. И так влюбился, что еле-еле дождался выпуска Анны и сразу заслал сватов к её родителям. Он так активно сватался, что через месяц целитель Вельяминовых отметил у княжны...мм...лёгкую, так сказать, беременность. Скорее задержку, но свадьбу организовали моментально. И вот теперь наступила расплата...Роды, если быть точным.

- Тужься, девонька, - продолжала уговаривать страдающую от жуткой боли внизу живота императрицу, старшая медсестра родильного отделения Теодора Фёдоровна Кожемяка. Сестрички звали её тётя Федя, врачи уважительно - Федюня.

- Я тебе не девонька, старая карга! - пыхтела от натуги и злости Анна Алексеевна. - Я императрица!

- Императрицей ты будешь, когда разродишься и в себя придёшь, - ласково проворковала Федюня, всё так же поглаживая девушку по животику. - Вот тогда и ругай меня старую.

- Об...обязательно, - старательно тужилась будущая мамочка. - За...за непочтение к августейшей особе!

- Конечно-конечно, - покивала головой старая женщина, чуть надавливая на живот, помогая девушке. - Только не забывай, августейшая, что у тебя в животе ещё три особы: сентябрейшая, октябрейшая и ноябрейшая. Вот родишь их, тогда и наказывай.

Лейб акушер-гинеколог, граф Степан Петрович Муромцев усмехнулся в маску слушая перепалку старой медсестры и юной императрицы. Все предварительные процедуры он произвёл, роженицу подготовил, осталось только ждать...и жалеть магически сильно одарённую девушку, за испытываемую ею боль и невозможность ей помочь. Ведь давно известно, что рожающего мага запрещено обезболивать, дабы не повредить плоду. Любое, даже самое слабое плетение извне, просто выжжет магическое ядро зарождающегося эмбриона во чреве матери. Или только что новорождённого ребёнка. Беременных магинь издревле оберегали как зеницу ока, и прежде всего от самоё себя. Дети-маги рождались только от пары родителей магов. И никак иначе. Магов во всех странах было исчезающе мало. И рождались они только в высших эшелонах власти, путём жесточайшей селекции. За всю историю человечества не было ни одного случая, чтобы в семье нетитульного дворянина или простолюдина родился одарённый ребёнок.

Между тем, целитель Муромцев не раз принимавший роды у магинь, решил, что дело затягивается и на данном этапе ему нечего делать в родильной. Он и помыслить не мог, что таким образом совершает роковую ошибку. Сняв в "предбаннике" робу и маску он вышел из операционной и отправился посоветоваться с "синодом" в курилку. Почему с "синодом"? Так однажды, когда молодой государь приболел и вокруг него собрались дворцовые доктора, он так и сказал усмехаясь:

- Вокруг меня собрался не целительский консилиум, а какой-то аристократический еврейский синод. Лейб хирург, лейб терапевт, лейб пульмонолог, лейб ортопед...Одни Лейбы. Хе-хе. Единственный из вас, господа, так это барон Антон Исаакович Хейфиц, лейб дантист оправдывает своё назначение.

С тех пор лейб медики называли себя "синодом".

Тем временем в родильной палате начался совершеннейший кошмар. Молодая, неопытная императрица, совершенно обезумев от боли на одном из её острых пиков, когда уже показалась головка ребёнка, не вынесла родовых мук и инстинктивно послала короткий воздушный импульс в тельце, желая поскорее избавиться от этой жестокой пытки. Ребёнок выскользнул из материнского лона и чуть не выпал из рук чудом поймавшей его молодой акушерки. Та быстро, мастерски обрезала пуповину и шлёпнула новорождённую(а это была девочка) по попке. Изо рта младенца вылетел склизский комок, но ребёнок не закричал и не заплакал. Ребёнок вообще не дышал.

- Матерь божья! - прошептала акушерка показывая младенца старшей по отделению. - Тётя Федя, девочка не дышит!

- Бегом за целителем! - приказала та ещё одной молоденькой медсестре, вытиравшей роженице пот со лба. - Валька! Пулей! - медсестричка исчезла мгновенно. - Наталья! - обратилась Теодора к первой. - У нас ещё один на подходе...

Сколько Муромцев ни бился с первенцем, сделать ничего не смог. Слишком долго его искали, время было упущено.

- Роженице пока ничего не говорите, - он хмуро указал на спящую императрицу. После двух удачных родов, он наконец смог обезболить её целительским плетением и усыпить. А во время сна и залечить все разрывы. - Но императору я доложить обязан. Тело девочки пока отнесите в морг, - молодой в сущности целитель, тяжко по-стариковски шаркая ногами вышел из палаты и направился к большому эбонитовому телефонному аппарату с дисковым набором номера .

- И что? Ничего нельзя было сделать? - напряжённый голос государя холодил внутренности целителя. Сильнейший маг-универсал, однажды Муромцев видел его в гневе, это он запомнил на всю жизнь!

- Ничего, Ваше Величество, - понуро ответил Степан Петрович. - Я сделал всё, что смог.

- Понятно, - император помолчал, а потом так выматерился, что будь с ним рядом Пётр Великий, достал бы свой блокнот и записывал бы каждое слово. - Ты это, - вдруг всхлипнул молодой двадцатилетний парень на том конце провода. - Ты это, Степан Петрович, ... тело дочки...цесаревны...помести куда надо...свяжись с двоцовыми мастерами...пусть размер снимут...магический ритуал я сам проведу, никаких попов! Анне...императрице скажешь, что девочка родилась уже мёртвой. Такое бывает. Понятно? Надеюсь магический след от её плетения догадался развеять? Если она узнает, что своими руками...

- Так точно, Ваше Величество!

- Не ори. И без тебя тошно, - император помолчал. - Вот ещё, что Степан Петрович, скажи, чтобы персонал родильной палаты пока не разбегался. Дело есть.

- Хорошо, государь.

- Дамы, - молодой хлыщ в форме капитана жандармерии положил перед тремя акушерками родильной палаты №1, три коротко исписанных листка на столешницу в ординаторской. - От вас требуется только подписать.

- А что это? - стрельнула глазками в капитана, Валентина.

- Подписка о неразглашении. В связи с сегодняшним инцидентом, - не поддался на провокацию жандарм. - И хочу добавить, дело имеет высший государственный приоритет. Целителю Муромцеву император доверяет полностью, так что если из этой комнаты выплывет хоть одно слово - не буду ходить вокруг да около - вы исчезнете из этого мира.

- Пойми, Потапыч, ну не могла я по другому. Просто не могла, - плакала пьяными слезами старшая акушерка родильного отделения №4, ЦКБ Санкт-Петербурга, Вера Михайловна Синельникова в жилетку своему старому приятелю, Семёнову Семёну Потаповичу, доктору патологоанатому.

Дело происходило через несколько дней после похорон цесаревны в царской усыпальнице. Ей даже имя не успели дать, поэтому представителей прессы на церемонию не пригласили. На постаменте просто написали, цесаревна Романова и дата рождения и смерти.

Врач и акушерка сидели в кафе недалеко от их места работы. По вечерам здесь собиралась местная молодёжь, играл ансамбль и устраивались танцы.

- Пойми, Сеня, - всё что-то пыталась объяснить мужчине выпившая женщина. - Баба кровь с молоком! Сиськи во! Жопа во! 25 лет! Ей рожать и рожать, замуж выскочила в двадцать и даже забеременеть пять лет не получалось! Фермерша, своё хозяйство под Нижним. Муж - военный, на Циньской границе, подполковник, командир пограничного отряда. Где-то то ли на Амуре, то ли на Уссури, она рассказывала, не помню, - махнула рукой Вера, а потом поникла. - Роды тяжёлые, целитель какую-то патологию в матке нашёл. В Нижнем доктора не разглядели, да ты и сам знаешь, какие у нас аппараты УЗИ. Дрянь. Наши рукожопы даже машину приличную создать не могут, а тут медицинское оборудование. Тонкая работа. А целителей на всех не хватает. И у этих...из-за Черты не допросишься....вишь ли обидели их...двести с лишним лет назад! Ну, дура Катька была, так ведь баба же! Так нет! Всё свои дурацкие обиды лелеют! Ну да дело не в том, - снова махнула рукой Вера.

- Катька дура, - согласился сильно выпивший Семён.

- Ну, так вот. Помер детёночек-то, - всхлипнула акушерка. - Как есть помер. Мамаша в отключке, целитель усыпил, а я понесла тело в морг. Тебя, как всегда на месте нет, да и помощник твой куда-то испарился, дверь в холодильную камеру открытой оставил алкаш...такой же как и ты!

- Ну-ну...

- Не нукай! Зашла я в холодную, нашла свободный ящичек, да и положила туда девчоночку. Бе-еленький такой пушочек на головке, - всхлипнула медсестра. - И вдруг слышу...стук-постук...стук постук...из соседнего ящичка. Стук постук...стук постук. Чуть там сама и не осталась, так испугалась...а потом думаю, дай гляну. Открываю осторожненько...а там девочка! И тоже беленький пушок на голове! Глазки мутные, ручками-ножками дёргает, холодно ей. Но не плачет и не кричит. Молчит. А глазки хоть и мутные...но умные-умные. Сама удивилась! В общем не долго думая, хватаю я девчонку, а в её ящик перекладываю другую...мёртвую. И давай бог ноги! Уже у самого входа в отделение обернулась и обомлела! К моргу два жандарма подходят и у дверей становятся, с обеих сторон! Охрана! Но я внутрь скользнула не могли она меня заметить, - Вера сделала глоток из бокала с красным сухим. - Короче, отдала я ребёнка той женщине. Надо было видеть счастье в её глазах! Целителю всё равно, этим аристократам до нас и дела нет, он у нас ещё долго не появится, да и бумажная работа вся на мне. Вот я и оформила ей метрики. Имя ей какое-то странное та женщина дала, на букву К...не помню. Правда пока не записала, сказала с мужем посоветуется, а саму её зовут, Карина, а мужа Николай и фамилия красивая - Романовская. Только вот что я думаю, Сеня.

- Чё? - пьяно спросил патологоанатом.

- Уж не ту ли девочку похоронили вместо цесаревны? - шёпотом прямо в ухо мужчине выдохнула женщина. - А если ту, то выходит я цесаревну украла и в другие руки отдала? Меня же повесят! - тихо охнула Вера Михайловна. - Если...если найдут. И Карину и её мужа Николая! И...и весь его отряд пограничников!

- И Амур и Уссури и циньцев впридачу! - пьяно осклабился доктор...и упал мордой в салат.

2

Москва. 2010 год. 20 ноября. Российская Федерация.

"Криминальные хроники и происшествия":

"Сегодня в три часа ночи в автомобильной аварии на МКАД, погибла доктор физико-математических наук, декан факультета Робототехники и Комплексной Автоматизации МГТУ имени Н.Э. Баумана, Марина Николаевна Цесаревская."

3

2010 год. Российская Империя. Нижненовогородская губерния. Деревня Клинцы. Фермерское хозяйство Романовских. 1 декабря.

- Алло, межгород?

- Слушаю вас.

- Межгород, дайте пожалуйста Благовещенск. +7 4162 3-10-08, - голос Карины дрожал от волнения. - Мой номер 8-45-12.

- Ждите звонка. Минута 15 копеек, - сухо отозвался голос телефонистки и послышались короткие гудки.

После короткого трёхдневного траура по безымянной цесаревне, империя уже вторую неделю гуляла на празднествах посвящённых рождению цесаревича Константина и великой княгини Константины. Кроме экстренных служб и производств с безостановочным циклом, гуляла и праздновала вся немаленькая страна. Поэтому телефонные линии были забиты и молодая женщина переживала, что её вообще смогут соединить с мужем. Однако к её облегчению, скоро по всему просторному дому раздался громкий, длинный телефонный звонок.

- Подполковник Романовский, - раздался сквозь шум и треск родной голос мужа.

- Коля! Коленька! У нас девочка! Беленькая, как ты и глазки такие, серо-зелёненькие, как у твоей мамы! - обрадовала супруга Карина. - Ты рад?

- Я счастлив, котёнок, - улыбнулся в трубку Николай.- Как мы её назовём?

- Хочу дождаться тебя, - радостно ответила жена. - Вместе подумаем.

- А не будет ли поздно? - забеспокоился муж. - Тебе ведь нужно документы на дочку оформить, а я приеду лишь к Новому Году. И то, если всё будет спокойно. Ты же знаешь наш регион, постоянно что-нибудь да происходит.

- Ерунда, - твёрдо ответила супруга. - На рождение ребёнка тебя должны отпустить. Обязаны! Иначе я тут до императора дойду, ты меня знаешь!

- Знаю, - согласился подполковник. - Поэтому и переживаю...за императора. И я тебя и себя поздравляю с нашим первенцем! Ты хорошо себя чувствуешь? Может тебе что-нибудь нужно? Деньги?

- Деньги я сама могу тебе переслать, - усмехнулась Карина. - Дела у нас идут неплохо. Озимые посеяли, сейчас снежок их укроет. Скот в тёплых стойлах, механики расконсервировали снегоуборочную технику. Недельки через две прикуплю аэросани, в соседнее село завезли партию. Скоро начнётся зимняя охота, приезжай уже, Коль. Мне скучно и дочка скучает.

- С кем она, кстати?

- Да здесь куча мамок-нянек! Но я кормлю её грудью. Сама.

- Умница. Я очень рад за тебя и за нашу дочь. Сегодня приглашу сослуживцев на небольшой сабантуй.

- Много не пей, а то знаю я вас. Помни, что у тебя дочь, а значит граница должна быть на замке!

- Не волнуйся родная, - из трубки послышался смешок. - Граница всегда на замке.

- Ну, тогда до встречи, мой воин. Целую.

- Я тебя тоже люблю. До встречи....вышли фотки дочери.

- Как угадал! Я прямо по приезду уже сфотографировалась с ней. Жди.

- А знаешь, родная, - попытался вложить нежность в свой командный голос, подполковник. - Помнится мне ты с самой нашей свадьбы хотела девочку и даже имя ей подобрала.

- Ты, - растерянно произнесла супруга. - Ты думаешь, что это можно? Это ведь были просто мои фантазии. Да и уместно ли это в России? А что скажут твои родители?

- Ты их прекрасно знаешь, они никогда не скажут тебе слова поперёк. Отец всё ещё надеется пристроить тебя к своему делу, а мама любит как свою дочь. И вообще, я хочу чтобы твои фантазии воплотились в жизнь. Да и мне самому нравится это имя.

- Спасибо, Коленька! - всхлипнула в трубку жена.

- Но-но! - построжел голос мужа. - Отставить разводить сырость!

- Есть отставить! - снова всхлипнула жена.

- Тогда до встречи?

- Приезжай поскорее. Мы тебя очень ждём, - Карина осторожно положила трубку телефона. - Есть! - она как девчонка подпрыгнула на месте. - Ура!

4

- Решила не брать кормилицу? - спросил улыбаясь Николай заходя в спальню супруги и глядя на Анну кормившую обоих близнецов разом. - И сразу из обоих стволов?

- Это у тебя ствол, милый, - пошутила супруга. - И ты ухитрился выстрелить из него дуплетом, вот мне и приходится изворачиваться. Правда самый первый выстрел вышел неудачным, - погрустнела императрица.

- Будем считать его пристрелочным, - тихо ответил Николай. - Мне так жаль.

- Мне тоже, Никки. Я себе простить не могу...если бы не они, - она тихонько кивнула на близнецов жадно сосущих её грудь, - я бы точно сошла с ума. Плохая жена тебе досталась, милый. Не сумела перетерпеть боль ради жизни дочери.

- Что ты такое говоришь, родная моя? Ты самая лучшая жена в мире! - воскликнул император. - И причём здесь боль? Она всегда сопровождает роды магически одарённых женщин. Это на неодарённых можно наложить плетение обезболивания, а магини вынуждены терпеть ради потомства. И ты выдержала это испытание с честью!

- Никки, к чему весь этот лживый пафос? Ты пытаешься меня уверить, что ребёнок родился мёртвым? - покачала головой Анна. - Ты думал, что целитель граф Муромцев сможет полностью развеять плетение мага воздуха моего уровня? Или что я не узнаю остаточный след своей собственной магии?

Но...но...на теле ребёнка ещё до начала моего ритуала погребения, не было никаких следов, - ответил удивлённый супруг. - Совсем никаких. Я думал Муромцев постарался.

- А он и постарался, только я мать и следы моей ауры всё равно останутся на теле моего ребёнка. Даже в мизерных количествах, но их можно отследить, а я их просто чувствую. И я знаю, что сама убила своё дитя! И не спорь со мной пожалуйста, а то у меня молоко пропадёт!

Николай присел на край кровати жены и осторожно положил ей ладонь на живот. Анна несколько раз глубоко вздохнула о продолжила:

- Меня очень удивило, что на теле девочки не было следов моей магической ауры, хотя когда Муромцев выносил дочь из родильной палаты, уже после очистки, они на ней присутствовали.

- Я всё же думаю, что ты немного переволновалась, родная. Тебе пришлось нелегко. Отдыхай, а я попытаюсь выяснить, что произошло и развеять твои опасения. И повторяю, наша первая дочь родилась уже мёртвой. Так что не вини себя ни в чём. - Николай тяжело вздохнул, поднялся с кровати и медленно двинулся на выход под пристальным взглядом жены.

2015 год. Нижний Новгород. 14 июня. День. Российская Империя.

1

- Етю! - девочка дёрнула маму за юбку и пальчиком показала на книгу.

- Коть, а может сказку? Вон, смотри какая большаяя книга! Наверняка там красивые картинки, - тихо шепнула Карина дочке.

- Етю! - топнула ножкой девчонка.

- Ну зачем она тебе? У тебя уже три таких дома есть!

- Етю! - настаивала дочь. Потом посмотрела на соседний стеллаж. - И етю! - тем же пальчиком она указала на вторую книгу.

- Мадам, хотите выбрать хорошую книгу для ребёнка? - к ним подошла продавщица книжного магазина. - Сегодня утром из местной типографии доставили новые экземпляры произведений Александра Сергеевича Пушкина, для детей. Прекрасные иллюстрации. Четыре сказки: "О царе Салтане", "Руслан и Людмила", "О мёртвой царевне и семи богатырях" и "О рыбаке и рыбке". Книга немного толстовата и тяжеловата для такой малютки, - продавщица улыбнулась хмурой девочке. - Зато картинки высший класс! Возьмёте? Всего четыре с полтиной серебром или семь с полтиной на ассигнации.

- Я бы с удовольствием, - вздохнула молодая женщина лет 28-30-ти держа одной рукой увесистую сумку, а другой удерживая непоседливого ребёнка на месте. - Да только она хочет етю и етю, - передразнила мама дочку показывая на две книги на разных полках.

- "Звёздная астрофизика", - к своему изумлению прочитала продавщица название книги. - Ваша дочь в таком возрасте уже увлекается астрофизикой? Она же наверняка и читать ещё не умеет, а картинок в таких справочниках не бывает!

- Я тоже так думала, - вздохнула молодая мамочка. - Только она при мне уже прочла справочники по наблюдательной астрофизике, теоретической и внегалактической.

Продавщица с недоумением покачала головой и посмотрела на соседний стеллаж.

- Етю, - подтвердила девчонка проследя за нею взглядом.

- "Спектральный анализ. Химическая промышленность", - тихо прошептала молоденькая девушка постепенно оседая на пол. - Но этого не может быть!

- Мозет! - не согласилась малютка. - Ама, поги тёте!

Карина оставила сумку и подхватила девушку под локоток.

- Может всё таки сказку? - с надеждой спросила она у дочери.

- Неть! Етю! - девчонка снова вытянула пальчик на интересующую её книгу.

- Она у вас вундеркинд? - тихо спросила продавщица.

- Думаю гораздо хуже, - в который раз тяжело вздохнула мама девочки.

- Хуже? - охнула работница книжного магазина. - Что может быть хуже?

- Гений.

- И сколько лет этому гению? - через силу улыбнулась девушка.

- Четыре года и восемь месяцев, - ответила мама.

- А как её зовут?

- Костя.

Продавщица всё таки плюхнулась попой на пол.

2

Марина Николаевна Цесаревская ощутила себя, как своё "Я" года в три с половиной находясь в теле своего альтер-эго, Кости Романовской. Поначалу конечно взрослая женщина сильно испугалась, но память пришедшая вместе с ощущениями нового тела, напомнила ей чем закончилась её прошлая жизнь. И тогда она, как учёный - исследователь принялась с энтузиазмом осваивать новые знания в новом для неё мире. За первые полгода она перечитала всю небольшую бибилиотеку у мамы в доме, а затем принялась за обширное хранилище книг в большом доме деда Василия и бабы Насти в Нижнем Новгороде, куда мама Карина её часто привозила. Дед с бабкой только ахали от восхищения, а мама почему-то печалилась и пугалась такой тяги дочери к знаниям.

Читая книги в дедовой бибилиотеке, Марина...нет, всё таки уже Костя, как никак прошлая жизнь кончилась, а в новой она Костя, как бы странно это не звучало. Во всяком случае родители и дед с бабкой зовут её именно так и совсем не переживают, что её имя звучит как-то странно, по мужски. Но сейчас не об этом. Дело в том, что разбирая дедову бибилиотеку, Костя наткнулась на книги по магии. Магии???

Как рождённая в СССР и прошедшая суровую школу социалистического материализма, Марина Николаевна не верила ни в бога, ни в чёрта, а тут маленькой Косте предлагается поверить в какую-то магию! Но вдруг в голове зазвенели "колокольчики", которые Костя иногда слышала перед каким-нибудь своим новым открытием в этом странном мире. С удвоенной энерией она принялась штудировать книги по магии. Прочла историю, в которой говорилось о том, что она(магия) подвластна только титульной аристократии. Потому что та веками проходила евгенический отбор. И не для того, чтобы усилить своё владение неизвестной в сущности энергией, а хотя бы не потерять то, что досталось от предков.

Так называемые маги даже не могли видеть, чем собственно владеют. Все техники основывались на ощущениях и интуиции. На том и строилось обучение в магических школах, колледжах и университетах. Академия была только одна, военная. Там, по мнению составителей магичесих учебников, обучались самые сильные маги, обладающие так называемыми, площадными заклинаниями или техниками или плетениями, неважно. Они могли устроить локальный армагеддон на территории в несколько сот квадратных метров и на расстоянии максимум в километр. Их называли боевыми магами. Элита элит!

Все остальные, в зависимости от размера внутреннего источника или ядра, который якобы располагался в теле мага в районе солнечного сплетения, обучались в школах, либо колледжах, либо университетах. Где наряду с общеобразовательной программой им преподавали и обучение контролю за своей внутренней силой. Кстати маги прошедшие обучение в школах или колледжах, могли также поступать и в высшие учебные заведения, но только на общеобразовательные или специальные факультеты не имеющие связи с магией. Так как сил на высшие магические техники им не хватало.

Всё это настолько заинтересовало Костю, что она несколько недель упорно раз за разом изучала некоторые техники, чисто для прикола, но однажды раздался звон "колокольчиков"...и она увидела! А следом пришло Понимание! Увидела она размытые потоки всех цветов радуги и поняла что они означают. Но до времени решила молчать, кто поверит четырёхлетнему ребёнку? Кто поверит, что мысленно она была права и никакой магии нахер не существует? А существуют фотоны, нейтроны, электроны, протоны и поля Хиггса, которые в этом мире действуют немного не так как в родном мире Марины Николаевны. Квантовые волны, которые так и ластятся к ногам, рукам, голове Кости. И сделают для неё что угодно, потому что она их видит.

А потом она почувствовала тёплый ветерок и поняла, что это ни хрена не ветерок, а гравитационная волна пришедшая к ней за миллиарды и миллиарды парсек от двух столкнувшихся и взорвавшихся нейтронных звёзд. Пришло чёткое понимание, что гравитационные волны двигаются в сотни тысяч раз быстрее скорости света. Снова зазвенели "колокольчики".

- Ноосфера, - сказал нежный женский голосок. - Информация субъективна и даётся только тем, кто её видит слышит, понимает и воспринимает.

Тренированный мозг доктора физико-математических наук, воспринял эти слова с радостью в предвкушении новых открытий. Но вот совсем ещё слабенькое тело четырёхлетней девочки сплоховало и Костя описалась.

"На этих знаниях можно сделать неплохую копеечку", - как-то меркантильно, обыденно и даже пошловато подумала Костя, громко зовя маму.