Кот Баюн (Исповедь недоглаженного кота)

Кот ─ Баюн

(Исповедь недолюбленного кота)

Вооруженная группа из трех человек, уже который час, неспешно двигалась по лесу, следуя за клубочком, который стал уже не больше кулачка ребенка. Постепенно обстановка вокруг становилась все мрачнее и мрачнее. Ельник из светлого и зеленого стал пожухлым и мрачным. Деревья стояли потемневшие, скрюченные руки-лапы сплетались в смертельном рукопожатии, образуя черную арку над головами путников

Голые корни вылезли из-под земли и, казалось специально, ставили подножки всем, забредшим в эту глушь. Не стало слышно птичьего щебета, да и где птицам петь в этом мертвом лесу. Здесь стояла вековая, тягучая, мертвенная тишина. Заухай сейчас филин, завой волк, путники обрадовались бы новым звукам. А пока их окружала тишина и все это давило сверху как крышка домины, не давая поднять головы, втянутые в плечи. Было жутко и страшно, до тошноты и судорог.

Первым не выдержал Андрюха, парень с голубыми глазами и русыми волосами. Он утер рукавом нос и прошептал, страшась собственного голоса:

─ Боязно мне, Никит.

─ Не дрефь, Андрюх, ─ старший остановился и повел плечами, разгоняя не только усталость, но и тоску. ─ Бабка-то раньше никогда не обманывала. Глянь, совсем недалеко осталось идти. Клубок вот-вот кончится…

Сказал и смело зашагал вперед. В голове роились мысли:

─ Еще несколько десятков шагов и стало чуть светлее, знать, близок конец этого проклятого мертвого леса. А там ждут их богатства несчитанные, чудеса невиданные, сундуки со златом ─ серебром, что поставлены в незапамятные времена. И никем еще не найденные. Так сказителя бают, а они врать точно не будут. Еще немного и выберутся они к терему заброшенному, где ждет их награда невиданная. А там… Унесут они все домой и заживут припеваючи, мед пить будут, на золоте есть, в шелка одеваться, ни в чем нужды не знать.

Еще несколько шагов и они вышли на солнечную поляну, прямо перед ними виднелся светлый лесок и дорожка прямая и широкая. А там, вдали виднелся терем высокий, да ладный. Да и клубочек, докатившийся до центра поляны исчез, истлел, кончилось в нем колдовство.

─ Ну вот, что я говорил… ─ тут же воспрял духом Никита. ─ Вот оно место заветное, сказочное. Осталось только дойти и взять, что там много лет назад положено да поделить по честному.

Он уже собрался сделать первый шаг, как за его спиной раздался ласковый, мурлыкающий голос:

─ Далеко ли собрались, люди добрые?

Троица обернулась, мужчины тут же обнажили оружие Никита с Андрюхой длинные мечи, а Фрол вытащил из-за пояса кистень. Перед ними на столбе сидел небольшой рыжий котик с рванным правым ухом. Спина у кота была замотана какой-то грязной тряпкой. Вид у животного был не очень. Таких в деревнях не сильно жалуют: мал, да неказист: ни тебе мышеловства, ни уютного урчания у печки. Зовут таких блохастыми, участь их пинок под бок, да сухая заплесневшая корка хлеба вместо свежей сметанки.

Около столба в художественном беспорядке громоздились кости. Внимательно приглядевшись, Никита заметил среди них и человеческие, это не предавало радости, не внушало храбрости.

─ Ну!. Чего приперлись? ─ достаточно грубо заявил котик и принялся вылизывать левую переднюю лапу.

─ За тем, что по праву нам принадлежит.

─ Ну раз дошли, то берите… ─ флегматично заметил кот и перешел к вылизыванию правой передней лапы.

─ Так ты это не будешь нам мешать, песни петь убоюкивать, с ума сводить, ─ Никита поиграл мечом, показывая, что он не лыком шит и сумеет постоять за себя.

─ Да не в жисть… ─ искренне возмутился кот, ─ я и сам рад, что пришли заберут сокровище это проклятое. Тогда и служба моя закончится, надоело быть сторожем между мирами, Торчи тут как одинокая сосна на поляне, сторожи. Стар я, отдохнуть хочу. Много видано-перевидано, пора и на пенсию.

─ Так что ты так и пропустишь? ─ Андрюха то же вступил в разговор, в его светлых не замутненных мыслью глазах сверкнул луч надежды.

─ А то…, ─ согласился кот. ─ Пущу, охотно пущу.

─ А потом обманешь, наплетешь, порвешь, ─ Никита не сводил с кота пристального взгляда.

─ Я-то, ─ было возмутился кот, ─ зуб даю. Давно достойных людей искал.

─ Нашел? ─ Андрюха не понял намека.

─ А то…

─ И кто это? ─ Андрюха явно упустил ниточку разговора и пытался поймать ее..

─ Вы, вы первые достойные, ─ кот перестал вылизываться и с усмешкой смотрел на незваных гостей.

─ А это тогда что, ─ Никита провел клинком вокруг.

─ А это… Так они сами, ─ лениво заметил кот и задрав лапу продолжил утренний туалет

─ Сами. Ты тут ни причем? ─ клинок сделал круг и указал на кота.

─ Ага, я им лишь чуток напел о тайных мыслях и желаниях, ─ кот не прекратил туалета, выглядело все это несколько двусмысленно.

─ Так вот знай, что мы друзья до конца, ─ буркнул Фрол. ─ Запомни никто и никогда нас не поссорит.

─ Ага, ─решил добавить свою слово Андрюха.

─ Верю, Я сразу понял, что вы не такие как другие. Так что идите и забирайте, что вам принадлежит. А я уж потом по делам своим кошачьим побегу, надоело тут сидеть. ─ Кот чуть приосанился, стал чуть выше.

Стало непонятно что произошло, то ли солнечные лучи упали чуть по-другому, то ли кошачий туалет сыграл свою роль, но кот теперь выглядел иначе. Шерсть легла ровно, а не торчала больше грязными клочками. Шрамы на ухе и морде выглядели как боевые отметины ветерана, прошедшего сотни битв оставшегося победителем.

─ И с чего такая доброта?

─ Добрые вы, хвостом клянусь. Я доброту человечью за сто верст вижу.

─ И как это? ─ Никита не выпускал меч из рук.

Кот приосанился и продолжил: ─ Конечно, думаете мне интересно тут сидеть. Никого не пускать, архетип у меня такой кот─сторожитель…

─ Чаво, ─ невпопад брякнул Андрюшка.

─ Таво, не забивай голову, ─ не дал ему договорить кот, ─ а если б не Наташка, то жизнь моя вообще по-другому сложилась. Ведь я за границами миров слежу: того и этого. Чтоб кто не надо не шастал, суматоху не наводил. Должность ответственная, не каждому по загривку.

─ Это как? ─спросил Фрол, так же не сводящего глаз с кота, но он уже заткнул кистень за пояс.

─ А вот так, много обо мне гадкого слышали?

─ Было дело, ─процедил сквозь зубы Никита, ─ мол путников убиваешь почем зря.

─ Это не я это все архетип проклятый. Против него не порешь, как своих ушей не увидишь, локоть не укусишь…

Андрюшка тут же скосил глаза, пытаясь проверить верность суждения. Кот тяжело вздохнул и свернулся клубком на столбе, готовясь к длинному разговору.

─ И ты совсем не причем, ─ в глазах Никиты появился злой огонек, он единственный не спешил убирать меч в ножны.

─ Не причем…

Спутники молчали, а кот завладев их вниманием повел речь. То ли исповедовался, то ли пытался усыпить бдительность.

─ Давно было дело, сколько годов тому назад страшно сказать, да вы и цифр таких не знаете.

─ Это чего… я у бати в лавке служил, до тыщи считать могу, ─ возмутился Андрюшка.

Кот сглотнул комок в горле:

─ Я же говорю, что не знаете, значит не знаете. И вообще не перебивайте… Значит кот я не простой, а особенный, как вы понимаете. Для дел больших был рожден, а все большие дела начинаются с малого. Как только я родился, глазки у меня открылись, самостоятельно мышь первую поймал, так сразу меня мать моя ─ Небесная кошка и отправила на землю за порядком следить, от злого семью одну охранять. Не знаю чем уж они потрафили богам, но выпал мне жребий горький, тяжкий, невыносимый…

Кот огляделся, его слушали внимательно, открыв рты:

─ Семья была неполная, возможно от этого и все проблемы. Дед, бабка, девочка Наташа, собака, ну и там всякая прочая живность козы, коровы, мыши. Дело было простое дома сидеть, мелких пакостников гонять, чтобы мир и покой в семье был. Если все бы удалось, то пошел бы на повышение. Но не судьба была, не срослось, кошачья колыбелька не сплелась… Такая уж доля моя горькая.

Кот продолжал намурлыкивать:

─ Начнем мы с деда… Я ведь как сторож был к этой семейке был приставлен. А он не по профилю использовать стал, вне моих компетенций задания давать.

─ А… ─ потянул Никита.

─ Б – отрезал кот и продолжал, ─ то репку ему вытяни, то картошку накопай, то сено в скирды сложи. Короче не кот-хранитель, а кот-картофелеуборочный комбайн. А у меня лапки, между прочим, ─ кот протянул последнюю фразу жалобно-жалобно, вытянул вперед левую заднюю, вытянул когти и удовлетворенно их осмотрел и спрятал обратно.

─ Короче не кот─хранитель, а кот на побегушках. И ведь когда на рыбалку этот пенсионер ходил, думаете мне хоть хвостик, ну самый завалящий, приносил? ─ кот возмущенно взвыл. ─ Ни одного!!!

На поляне стояла тишина.

─ Кстати, о букве Б. Бабка… Вот сядет она вязать я тут как тут клубочек погонять, как шарик небесный.

─ Шарик, но ты нам тут не заливай. Все известно, что земля на трех китах поставлена ─ встрял в разговор Флор.

─ И что это за киты-то? ─ саркастически усмехнулся кот ─ Кто такие глупости говорит?

─ Животные такие, с носом, которым могут как рукой двигать. Мужи умные говорят? ─ продолжил Фрол.

─ Хм, носом, ─ темнота ты, ─ выдал сентенцию кот т закатил глаза так глубоко, что казалось смог увидеть свой мозг:

─ Не буду тебя переубеждать, бесполезно все это, ─ кот вернул глаза в привычное положение ─ Так вот станет бабка вязать, а я тут как тут. Клубочек погонять захотелось, котяшечество вспомнить А бабка как вскочит, как скалкой запустит, мол я ей все спутал, и теперь не судьба ей свитер там или шарф связать. Вот, а где радость от того, что котик повеселился, я же потом песенку спою ласковую, для сна, для отдыха. Или лизну сметанку, качество попробую, чтоб не слегла семья с отравлением. И что не теюе доброго слова, только тапок…

─ А причем тут буква Б, ─ заговорил Андрюха.

─ Проехали… там уже буква В. Внучка, с самой маленькой буквы в. Девочка Наташа, девочка как девочка, но весь корень зла был в ней. Вместо того чтобы гладить котику за ушком и чесать шейку, наливать молочка…─ кот тяжело вздохнул.

─ Но нет жалости в детских сердцах. Гоняла меня, возьмет еще консервную банку к хвосту привяжет и давай свистеть, чисто твой Соловей Разбойник. А я мал неучен, бегу, банка гремит. Стресс и расстройства. Нет теплоты в детских сердцах.

─ Что за банку, ─ Фрол почесал затылок.

─ Не бери в голову, человек. У меня иногда граница между временам тоже стирается. Я ведь зверь особенный. Всегда между существую, между мирами, между временами…

Никто ничего не сказал, а кот продолжал философствовать.

─ Или пес этот, ─ конца возмущению кота не было предела. ─ У меня аллергия на собачью шерсть. А нас рядом спать заставляли на одной лежанке. Проснусь, морда вся в слезах, нос в соплях… Сил моих нет. И пес это вечно норовил на меня всю работу переложить. А сам прибежит к хозяину, хвостом машет, преданность высказывает. Вот ему и лучший кусок, а мне лишь пинок, ─ кот натурально всплакнул. ─ Да еще все что мне дадут, и то отобрать норовит.

─ А на тебе милейший не пояс ли из собачьей шерсти, ─ усмехнулся Никита.

─ Глазаст, уважаю, ─ спокойно воспринял укор кот, ─ Прав, на мне пояс из собачей шерсти. Все так, милок. Так ведь стар я. Знал бы сколько мне годков. Сама Яга когда только-только в возраст вошла в дом звала мышей ловить. Не действовало ее колдовство на мышей, только я и справлялся.

─ Так что там с поясом-то, ─не отступал Никита.

─ Пояс из собачьей шерсти, это не собака. Понимать надо, ─ сказал как отрезад кот и продолжил:

─ А мышь. Не мышь это а свинья целая, закормленная. Главное я ее никогда не трогал, берег как мог. А эта скотина… Грохнула она яичко золотой, той семьей хранимое и что-то там значащее в общем, мировом смысле. А на меня спихнула…

─ И…

─ И выгнали меня, голодного, холодного, ─. Кот огляделся и широко зевнул демонстрируя острые клыки… И вместо того чтобы мир между мирами охранять, днем сладко спать. Ну как спать: отдыхать перед ночным бдением, когда грань между мирами истощается. А потом, отдохнувшим вставать на защиту семьи…─ кот аж всплакнул, ─ Здесь подвизался, прибился, устроился. Чужие богатства от гостей непрошенный охранять. Как мне все это надоело.

Кот характерным жестом провел когтем по горлу.

─ Вот едет такой царевич, весь сам из себя. Шапка с пером, кафтан атласный, под царевичем волк зубастый, все как в сказке написано. А волк это тот же пес, а у меня на собачью шерсть аллергия. Я просто зверею с нее, вот когти сами из лап выскакивают, клыки чешутся. Я тут же сам не свой. ─ Кот закрыл глаза, вспоминая былое.

Помолчал, помурчал, а потом продолжил:

─ Я может быть и ныне мышковал, да время сейчас другое пошло: сложное, тяжелое. Ведь сидишь ты себе на пенечке, а тут всякий витязь норовит к тебе подойти и нет, чтоб погладить, пузико почесать, как прежде, ─ Кот пожал плечами, ─ все норовят мечами махать, жизни меня лишить хотят. Что делать, приходится обороняться. А это так, эксцесс исполнителя, ─ Кот провел лапой над пожелтевшими костями.

─ Я тут ни при чем, рад бы со всем этм покончить, а не дают.

Он грозно мявкнул, и мявкнул так сильно, что с сосен полетели иголки, а с осин листочки. Первым он прыгнул на Андрюшку, тот не успел ничего сделать и просто умер от страха, упав мешком на вытоптанную землю.

Следующим был Фрол, то среагировал быстрее подхватив упавший меч коллеги. Но кот успел первый, он уже давно не был пушистым котенком. Он был взрослым опытным котом, победившим в сотни схваток к тому моменту, когда кусок железа из которого выковали этот меч извлекли из земли и выковывали много раз пра- этого меча. Обманный финт, Фрол совершил замах, но Баюн успел первым, нырнул под руку и рванул горло Фрола. Пасть окрасилась красным. Кот сплюнул, вкус был отвратительный. Покойный ничуть не следил за здоровым питанием.

Вдруг Кот вздрогнул, рядом, в землю воткнулась оперенная стрела, Никита успел ни только наложить стрелу, но и выстрелить. Прыжок и Баюн оказался на голове любителя острых ощущений и тут же взвыл от разочарования. Под шапкой был спрятан железный шлем.

─ Начитался сказок скотина, ─ подумал Кот.

Тяжелая рука потянулась, чтобы схватить кота за шкирку, но лесной житель изловчился, вывернулся, отпрыгнул в сторону. Приземлился на все четыре лапы и вновь бросился вперед, сопровождая свой прыжок криком, от которого лопались барабанные перепонки. Никита схватился за голову, прикрывая ладонями уши ─ из них уже текла кровь. Это его и погубило.

Он пропустил прыжок, внешне небольшой котик весил пудов десять. Под таким напором Никита вскрикнул, оступился и упал на спину. А кот, выставив клыки, рванул когтями грудь, разрывая грудную клетку, как гнилую ткань. Пара слабых ударов сердца и все было кончено. Кот с недовольным видом оглядел поле битвы, искалеченные тела. Он покачал головой и забрался на столб.

Огляделся и принялся приглаживать шерстку, взъерошенную схваткой:

─ Вот так всегда ─ подумал он, ─нет ничего нового в подлунном мире,

Будь Кот добрее, он бы пропустил путников, сжалился. Но иного быть не могло. Недолюбленные коты – целиком вина хозяев.