Кот Доззи, или Древний в полосочку

Доззи был не просто обескуражен, возмущен или разгневан. Он пребывал в состоянии, которое можно было описать только как пространственный шок. Его сознание – древнее, как пыль на галактических витражах, мудрое (в основном), и совершенно точно не предназначенное для вот этого – было временно… запихнуто в кота.

Да-да. Самого что ни на есть земного, полосатого, усатого и хвостатого кота. По имени, о ужас, Пушок.

«Пушок!» – мысленно завыл Дози, глядя на свое отражение в луже после дождя. Крупная морда, зеленые глаза, полосатый бок, который так и подмывало вылизать. Он с отвращением отвел взгляд. – «Двадцать пять тысяч лет! Двести тридцать семь жизней – от тирана до тибетского монаха, от звездного картографа до… до этого! И за что? За мелкую оплошность! За то, что в прошлой реинкарнации, будучи скрягой-банкиром, случайно лишил наследства того самого Верховного Администратора Кармы, когда тот инкогнито проверял работу системы!»

Мысли Доззи текли привычным людским потоком, полным сарказма и космического высокомерия, но тут же на них накатывали дикие, первобытные кошачьи волны.

«Скверная несправедливость! – размышлял он, расхаживая по забору с грацией заправского канатоходца (что его самого дико раздражало). – Год! Целый год в этом… меховом мешке с хвостом! Что такое год для сущности, видевшей рождение и гибель звезд? Это как… как…»

Мысль прервалась. В нос ударил невероятно соблазнительный запах жареной курицы из открытого окна соседки. Слюна предательски наполнила рот. Ноги сами понесли его к окну. Разум в ужасе кричал: «Доззи! Остановись! Ты – Древний! Ты не можешь!», но тело уже втягивало ноздрями этот божественный аромат, а лапы сами собой подобрались для прыжка на подоконник.

«Мяу!» – вырвалось из горла против его воли, когда он приземлился на карниз.

«Нет! – застонал он внутренне. – Это инстинкты! Проклятые базовые инстинкты! Я не хотел мяукать! Я хотел изложить ей теорию относительности в контексте кармического воздаяния!»

Соседка, тетя Маша, увидела его и умильно протянула: «А, Пушок пришел! Голодный, бедненький? Сейчас я тебе кусочек…»

Доззи внутренне скривился. «Бедненький». Его, Древнего Доззи, который когда-то решал судьбы планет! Но запах… Запах побеждал. Он позволил тете Маше почесать себя за ухом. О, боги Кармы! Это было… приятно. Ужасно приятно! Он мурлыкал, как моторчик, ненавидя каждую вибрацию своего же горла.

«Унижение! Абсолютное унижение! – думал он, смакуя куриную кожуру. – Год терпеть это? Мыть себя языком? Охотиться на бумажки? Спать по двадцать часов?»

Но тут его взгляд упал на соседского кота, огромного рыжего Ваську, который важно прохаживался по своему участку. И в голове Дози вспыхнула чисто кошачья мысль: «Моя территория!» Он мгновенно выгнул спину дугой, шерсть встала дыбом, и из его глотки вырвалось низкое, угрожающее урчание, которое он сам не ожидал услышать.

Васька остановился, презрительно сузил глаза. Мысли Дози смешались в клубок невообразимого абсурда:

«Негодяй! Как смеешь посягать на владения Древнего Доззи! Я сокрушал цивилизации! Я… О, смотри, бабочка! Какая прелестная! Ярко-желтая! Надо поймать! Надо! СЕЙЧАС ЖЕ!»

Разум Доззи в последний миг успел прошипеть: «НЕЕЕЕТ!», но ноги уже понесли его через весь двор в погоне за солнечным бликом и крылатой мечтой. Он прыгал, кувыркался, бил лапой по воздуху, совершенно забыв и о Ваське, и о своем космическом достоинстве. Поймать бабочку не удалось. Она улетела, а Доззи, запыхавшись, сел посреди одуванчиков, осознавая всю глубину падения.

«Год… – подумал он, отряхивая лапой прилипший к носу пух. – Всего год. Я переживу. Я – Древний. Я выдержу любое испытание. Даже… даже эту чесотку за ухом, которую я сейчас обязательно почешу. И этот комок шерсти, который надо выплюнуть… О, проклятие!»

Он с отвращением выплюнул клок собственной шерсти. Потом увидел солнечное пятно на крыльце. Чисто кошачья часть его сознания взвыла от блаженного предвкушения. Разум Доззи поник.

«Ладно, – смирился он мысленно, укладываясь в теплый квадратик света. – Хотя бы посплю. Сон – великий уравнитель. И, возможно, во сне я вспомню, как управлять гравитацией… или хотя бы как перестать мурлыкать, когда меня гладят…»

Он сладко потянулся, выпуская когти, и погрузился в сон, где ему снились звездные карты… и гигантские мышиные норы, ведущие прямо в зал Кармического Правления. А на соседнем заборе, не сводя с него загадочно-презрительных глаз, сидела та самая Изабелла – роскошная белоснежная кошка персидских кровей с невыносимо высокомерным выражением морды. Доззи, даже во сне, почувствовал знакомый щемящий позыв – часть кошачий, часть… что-то еще, отголосок давно забытых человеческих глупостей. «О нет, – промурлыкал он сквозь сон, – только не это…»

(Продолжение возможно...)