Кот который не мяукал

Солнце только поднялось, но уже чувствовалось, что день будет тёплым. Бабье лето в этом году задержалось, воздух стоял прозрачный и чистый. Листья на деревьях горели жёлтым и красным, кое-где уже срывались и медленно кружили в воздухе.

Глеб шёл по утреннему городу. Просто так. Без цели, как это часто бывало.

Вдоль аллеи, как солдаты в почётном карауле, выстроились липы и каштаны. Под ногами шуршали опавшие листья — сухие, лёгкие, звонкие. Ему нравилось это время — когда город только-только просыпался, когда можно идти и ни о чём не думать.

В самом конце аллеи, там, где дорожка упиралась в небольшую площадь, стояли скамейки. На одной из них сидел серый, большой кот. Он сидел и вглядывался в прохожих. Взгляд его был тяжёлым, ищущим — он будто решал сложную задачу и никак не мог определиться. Глеб мельком взглянул на него и пошёл дальше. Кот спрыгнул со скамейки и пошёл следом.

Глеб остановился и повернулся:

— Ну и чего ты хочешь?

Кот задрал голову и посмотрел на него. «Странный какой-то», — подумал Глеб.

Он присел на корточки и внимательно посмотрел на кота. В глазах животного не было кошачьего — ни насторожённости, ни любопытства. Там была... усталость.

— Ладно, пошли.

Дома Глеб налил коту молока, но тот пить не стал — запрыгнул на подоконник и уставился в окно. Иногда переводил взгляд на Глеба, а потом снова смотрел на улицу.

Глеб достал свой переводчик. Эту штуку он смастерил давно, ещё в первых своих путешествиях. Настроил на кошачьи частоты. Прислушался.

Тишина.

Ни мыслей, ни образов, ни слов. Только белый шум — как в старом радио, которое не может поймать волну.

— Странно. Пустой? Ты говорить-то можешь? Ну хорошо, если не можешь, а образы? Образы у тебя должны быть.

Кот моргнул. «Да» это или «нет» — Глеб не понял.

«Может, он действительно немой? Может у котов как-то всё не так устроено, вот и нет образов. Его однозначно надо в ветклинику, там точно помогут».

Утром Глеб отправился в клинику. Он шёл по тому же скверу. Привычной дорогой. И тут он обратил внимание на девушку — она сидела на скамейке и читала книжку. Молодая, симпатичная, с вязаным шарфом на шее и рыжими волосами, выбивавшимися из-под шапки.

— Извините, вы выглядите просто потрясающе, — Глеб не постеснялся высказать комплимент, тем самым вызвав смущение у девушки. — А вам кот не нужен? Он очень умный, правда молчит всё время.

Девушка посмотрела на улыбающегося Глеба, затем на кота. Кот посмотрел на неё.

— Какой красивый! — она взяла его на руки, почесала за ухом. — А почему бы и нет?

— Спасибо вам, — выдохнул Глеб и посмотрел на кота. — Хорошего вам дня.

— Пожалуйста, и вам хорошего дня.

«Одно доброе дело сделано».

Глеб улыбнулся, махнул на прощание рукой и отправился искать, чем бы заняться.

Через три дня Глеб снова шёл по знакомому скверу в сторону своего дома, и уже издалека он увидел большой серый комок на скамейке. Сомнений не было, это был тот самый кот.

— Ну и как это понимать? — спросил Глеб.

Кот моргнул. В его взгляде Глебу почудилась лёгкая насмешка. Или показалось?

— Ладно, пошли.

Сначала Глеб думал, что это ненадолго. Но кот как оказалось, от него не собирался уходить. Чаще всего он сидел на подоконнике, провожал Глеба взглядом, а встречал у двери — молча, но с каким-то странным, почти человеческим выражением.

Прошла неделя. Глеб привык к коту, а кот, видимо, привык к Глебу.

Когда Глеб пил чай, то иногда рассказывал ему про планеты, про путешествия, про бабушку в парке. Кот слушал. Иногда закрывал глаза, иногда вздыхал с лёгким присвистом. А когда Глеб говорил что-то особенно важное, кот поворачивал голову и долго, внимательно смотрел ему в глаза.

Глеб пробовал включать переводчик, каждый раз пробуя разные настройки. Тишина.

Он почти смирился. Просто кот. Просто немой. Просто странный.

«Наверное, всё же надо его ветеринару показать».

И вот однажды, как-то вечером, Глеб сидел за столом и пил вечерний чай. За окном уже стемнело, в комнате горела только настольная лампа. Кот, как всегда, сидел на подоконнике. Глеб решил рассказать ему про одного мальчика, как вдруг в голове раздалось:

— Спасибо.

Голос был хриплым, ломаным — как старая пластинка. Слова пробивались сквозь помехи, сквозь шум, сквозь что-то, что мешало им звучать чисто.

Глеб вздрогнул. Кот смотрел на него.

— Ты?!!

— Я. — Голос в голове стал чуть чище. — Не удивляйся. Я уже и сам не надеялся.

Глеб подошёл ближе, сел на подоконник рядом.

— Ты странник?

— Был. Теперь — кот. Сломанный кот.

— Расскажешь что и как, может… я как-то смогу помочь?

Кот рассказывал долго, сбивчиво. Слова приходили с трудом, иногда пропадали, иногда заменялись образами — Глеб видел обрывки звёзд, туннели света, чужой город под зелёным небом.

Он пришёл через портал, который находился на чердаке старого дома. Обычный переход, ничего сложного. Но что-то пошло не так — удар, вспышка, потеря сознания. Очнулся он уже в этом теле. И не просто в теле, а в теле с нарушенными связями. Он не мог говорить, не мог передавать мысли, не мог даже нормально мяукать. Всё, что он слышал внутри себя, — это обрывки, шум, бессвязные образы. Как радио, которое ловит то музыку, то помехи, то чужой разговор.

— Я словно в вакууме, — сказал кот. — Всё вижу, всё понимаю, а сказать — ноль. Ты первый, кто услышал. Наверное, потому что твои частоты ближе.

— А почему не вернулся? Или по запасному варианту, где портал? — спросил Глеб.

Кот вздохнул:

— Я же тебе говорю, дурная ты голова. Внутренний телепорт сломан. А запасной вариант... — кот задумался на пару секунд. — В общем, он был в старом доме. А дом снесли, когда я здесь оказался. Но я чувствую — что-то ещё осталось. Обломки. Если успеем собрать — может, сработает.

— Собрать?!

— Ну да. Поедем на свалку и попытаемся.

— Как скажешь. — Глеб посмотрел на часы. — Только завтра с утра.

Кот сощурился.

Утром они сели в автобус и поехали на городскую свалку.

— Ты первый странник, который везёт другого странника на свалку, — сказал кот. В его голосе Глебу послышалась усмешка.

— Ты первый странник-кот, которого я вижу, — ответил Глеб. — Полезай-ка в рюкзак. Если нам встретятся собаки — а это вполне возможно, — они наверняка воспримут тебя как кота. А с ними у них, то есть у вас, сам знаешь, отношения сложные.

Кот немного задумался, но деваться было некуда.

— Ладно, давай свой рюкзак.

Глеб снял рюкзак и раскрыл его пошире. Кот покосился на чёрную дыру, вздохнул и полез. Голова скрылась, потом передние лапы, потом весь. Из рюкзака донеслось ворчание:

— Только не застёгивай до конца, а то у меня клаустрофобия разовьётся.

— Вроде приехали, — кот что-то недовольно прогудел. Глеб усмехнулся, аккуратно взвалил рюкзак на спину и вышел из автобуса.

Полигон коммунальных отходов встретил их криком птиц и вышедшим из бытовки стариком. Две собаки, мирно дремавшие у крыльца, даже не поднялись — не почуяли никакой опасности.

Глеб попытался объяснить старику: мол, старый дом, чердак, на нём были старинные часы с кукушкой — память о бабушке. Обломки дома вроде сюда должны были привезти. Мало ли, вдруг что-то осталось? А он в этих делах понимает, соберёт — никто и не заметит.

Старик подумал, почесал затылок и указал направление — туда, где, по его мнению, недавно сваливали что-то похожее.

Глеб поблагодарил и зашагал в указанную сторону. И только кот, глядя через щель рюкзака, увидел, как старик покрутил пальцем у виска, глядя вслед удаляющемуся Глебу, сплюнул и побрёл обратно в бытовку.

Отойдя достаточно далеко, Глеб снял рюкзак, приподнял клапан и позволил коту выбраться наружу.

— Ну, веди.

Кот пошёл вперёд. Нюхал воздух, останавливался, прислушивался к чему-то, чего Глеб не мог слышать. Они бродили по свалке, наверное, с час. Глеб уже начал думать, что ничего не выйдет.

— Здесь, — твёрдо сказал кот.

Глеб разобрал груду досок и шифера. Под ними нашлись остатки чердака — кусок пола, обгоревшая балка, ржавый гвоздь, несколько почерневших от времени досок.

— Это конечно всё оно, но нужно сделать контур, чтобы портал заработал.

— Сделай из того, что есть, — попросил кот. В его голосе впервые прозвучало что-то похожее на отчаяние. — Ты же странник. Придумай.

Глеб огляделся. Взял кусок проволоки, обрывок кабеля, старую автомобильную покрышку, три консервные банки из-под краски, гвоздь, обломок зеркала. Начал сооружать.

Кот сидел рядом и смотрел.

Через час конструкция была готова. Она напоминала гнездо сумасшедшего инженера: провода торчали во все стороны, покрышка лежала криво, банки стояли по кругу. В центре Глеб воткнул обломок зеркала, поймав им последние лучи заходящего солнца.

Когда Глеб уставший и удовлетворённый своей работой повернулся, то встретился с изумлённым взглядом кота.

— Э… Ты уверен, что это сработает?

— Я — нет, — честно сказал Глеб. — Но попробовать всё равно стоит. В конце концов, что мы теряем? Садись в центр и думай о доме. Только изо всех сил.

Кот сел. Закрыл глаза.

Глеб сосредоточился. Направил свою энергию в эту странную конструкцию. Воздух вокруг начал вибрировать. Банки задрожали. Провода заискрили. В центре круга, у самого зеркала, загорелся слабый голубоватый свет.

— Работает, — довольно промурлыкал кот.

Свет становился ярче. Воздух задрожал сильнее. В центре круга открылась дрожащая, нестабильная воронка. Края её пульсировали, переливались, иногда гасли — но держались.

Яркая ослепительная вспышка. Воронка схлопнулась с тихим хлопком.

— Что… Что это такое? — Глеб почувствовал: что что-то не так.

Он смотрел на… человека, который стоял и казался очень большим.

В незнакомце явно проглядывали знакомые черты.

Стоп.

— Прости, — голос был немного ниже, но это определённо был голос Глеба.

— Ну что ты за…кот? Тьфу ты, что за мерзкое существо ты такое, а?!

— Ещё раз прости. Мне просто очень срочно нужна человеческая оболочка. Я тебе её верну. Через неделю. Обещаю.

— Да, уж вот и делай добро!

— О, точно, — псевдо Глеб улыбнулся, — тебе всё равно пока заняться нечем. Может, ты посмотришь, что там с моим внутренним телепортом, а?

— Ну, ты и наглец!

— Есть немного, кстати, тебя до города подбросить?

— Уж будь любезен! И адрес той рыженькой скажи — мне же надо теперь где-то пожить, пока ты свои дела делаешь. И пожалуйста, поосторожнее с моим телом.

— Не извольте беспокоиться, верну целым и невредимым! Постараюсь не попасть в сводку «в федеральном розыске»!

— Кот!

— Я пошутил, всё будет хорошо, лезь в рюкзак, пошли на автобус.