Кот пустозвон

Жил-был на окраине города кот по имени Мурло. Вид он имел самый прискорбный: уши прижаты, хвост облезлый, а в глазах — вся мировая скорбь. Целыми днями он сидел у мясной лавки и завывал так, что у прохожих сердце разрывалось.

— Ой, люди добрые, — стонал Мурло, — три дня росинки во рту не было! Лапки подкашиваются, зрение меркнет... Подайте кусочек колбаски бедному инвалиду кошачьего фронта!

Ему кидали лучшие обрезки, угощали сметаной, а сердобольные старушки приносили тёплые подстилки. Мурло всё это тащил на заброшенный чердачок, прятал в пыльный сундук и запирал на ржавый замок. Даже облезлому котёнку-сироте, что жил этажом ниже, он не давал ни крошки: «Самим мало! Видишь, какой я тощий?» — ворчал он, поглаживая своё тугое пузо.

Но стоило Мурло выйти вечером во двор к другим котам, как он преображался. Взбирался на забор, выгибал спину дугой и орал на всю улицу:
— Эй вы, мелюзга помойная! Знали бы вы, как я вчера в одиночку стаю волкодавов разогнал! Самый я сильный на три квартала! А хитрости во мне столько, что я у повара из-под носа целого гуся увёл, а он мне ещё и поклонился!

Дворовые коты слушали, раскрыв рты. А Мурло заливался:
— Если захочу — завтра же на льва пойду! Я — гроза подворотен, великий охотник и герой!

И вот однажды ночью во двор забрался огромный бродячий пёс — злющий, с глазами-угольками. Коты врассыпную, котята попрятались.
— Мурло! — кричат все. — Ты же у нас самый смелый! Ты же волкодавов пачками гонял! Спаси нас, прогони зверя, мы тебе за это рыбу золотую из пруда достанем!

У Мурло от страха усы задрожали, а в животе всё похолодело. «Рыба — это хорошо, — подумал он, — но шкура дороже». Попытался он схитрить: залез на тонкую ветку яблони и начал оттуда шипеть:
— Я бы его... это... разорвал в клочья! Да только я тактику выжидательную выбрал. Я сейчас его гипнотизирую своим грозным взглядом, он скоро сам от ужаса сознание потеряет!

Пёс лениво гавкнул, и Мурло от страха так рванул вверх, что запутался хвостом в колючей проволоке на заборе. Повис вниз головой, лапками сучит, а кричит всё то же:
— Это я специально... это я ловушку готовлю! Сейчас я на него сверху обрушусь всей своей мощью!

Пёс подошёл, понюхал висящего «героя», чихнул от его вранья и пошёл дальше — даже связываться не стал.

Пришли коты, увидели Мурло — висит «великий охотник», шкура дрожит, а в глазу слеза трусости застыла. Сняли его, но вместо рыбы каждый дал ему по загривку.
— Раз ты такой «сильный» и «хитрый», — сказали они, — вот и живи один. Больше мы тебе ни крошки не дадим, и басням твоим цена — дохлая мышь.

С тех пор Мурло так и бродит по помойкам. Пытается по привычке попрошайничать, а ему в ответ: «Слыхали мы про твоих волкодавов! Иди, лови львов, силач недоделанный». Так и остался он со своим враньём и пустым животом — самый сильный трус в мире