Красная Бригада

Пролог

– Что значит "на карточке нет средств"? – искренне удивился Синдзи, застенчивый худощавый паренек непримечательной внешности, по виду не способный и мухи обидеть, но в действительности имеющий опыт боевых действий, которому позавидовал бы видавший виды спецназовец. – Этого не может быть. Вы не могли бы проверить еще раз?

И без того бесстрастное узкоглазое лицо официанта суши-бара "Пьяная устрица" словно окаменело.

– Я проверил трижды. На карточке недостаточно денег для оплаты счета.

– Что за безалаберность? – возмущенно напустилась на растерянного Синдзи его премиленькая рыжеволосая спутница в шикарном бардовом платье от Жана Поля Готье с вырезами по бокам, эффектно демонстрировавшими ее безупречно стройные ножки. Это была Аска, только-только с таким трудом приведенная в благодушное расположение духа порцией суши с икрой летучей рыбы и креветками. – Ты месяцами ходишь в одной и той же рубашке! На что ты только тратишь деньги, бака?

– Гм, в основном на тебя, – самоотверженно буркнул Синдзи, залившись краской.

Аска по такому случаю даже прервала свою тираду. С видом, красноречиво говорившим: "Ну, дома ты у меня получишь сполна", она покопалась в своей сумочке "Прада" (да-да, вы правильно догадались – подаренной Синдзи), извлекла маленький кошелек крокодиловой кожи (ну, вы уже догадались и о его происхождении), и вытащила оттуда красивую черно-красно-золотистую карточку с крупными буквами "NERV" и эмблемой упомянутой организации. Точь-в-точь как у Синдзи.

Официант почтительно принял небрежно протянутую карточку и удалился в сторону кассы. Синдзи воспользовался моментом для попытки перемирия.

– Послушай, Аска, я правда не тратил много денег в последнее время. Да и вообще когда бы то ни было… Наверное, карточка размагнитилась или что-то типа того. Уверен, причина в этом. И спасибо, что выручила.

– Ладно, – примирительно бросила Аска. – Проехали.

Приблизившийся официант прямо-таки лучился холодным настороженным пренебрежением.

– На вашей карточке тоже нет средств, – заявил он.

– Что значит "на карточке нет средств"?! – взревела Аска, так что на нее обернулась половина посетителей суши-бара. – Этого не может быть! Там должно быть вполне достаточно средств!

Официант покачал головой, нависая над парочкой неплатежеспособных подростков немым укором.

– Это какое-то недоразумение. Мы можем поговорить с управляющим? – взяв себя в руки, процедила Аска.

Официант неохотно кивнул и отошел. Синдзи забеспокоился.

– Аска, что же мы будем теперь делать? – прошептал он.

– Я тебе скажу, что мы будем делать, – спокойно ответила она, поднимаясь из-за стола и надевая ремень своей "Прада" через плечо. – Мы ме-е-е-дленно встанем и очень ме-е-е-едленно пойдем к выходу. Да-да, вот так, не торопясь…

– Эй, куда это вы собрались? – послышался окрик у них за спинами. – А платить кто будет? Хидеаки Анно?

– А когда я скажу, – продолжила Аска, не оглядываясь, – мы очень-очень быстро побежим. Прямо сейчас!

Из дверей ресторана, едва не сбив с ног почтенную пожилую чету посетителей, выскочила Аска, одной рукой придерживая подол своего шикарного платья, задранный выше всяких пределов приличия, а другой волоча за собой как обычно замешкавшегося Синдзи. Будь это мультфильм, они обязательно пару мгновений с забавным звуком перебирали бы ногами на месте, прежде чем пуститься наутек. Следом выскочили трое официантов в арьергарде которых возвышалась тяжеловесная фигура повара с огромным тесаком в руках, но беглецов и след простыл.

***

– У меня для вас две новости, – заявила майор Мисато Кацураги, обычно веселая и энергичная женщина чуть за тридцать, сегодня вернувшаяся со службы мрачнее тучи. Накануне вечером Дети в лице Аски и Синдзи, буквально прижали ее к стене, требуя объяснений: что приключилось с их честно заработанными денежными средствами, но Мисато сделала круглые глаза и самым решительным тоном пообещала во всем разобраться. Однако, услышанное ей в бухгалтерии NERV ввергло Мисато в такую депрессию, что теперь она решила не церемониться с чувствами своих подопечных, – плохая и очень плохая. Какую хотите услышать первой?

Синдзи и Аска настороженно уставились на Мисато, не зная, как реагировать и молча ожидая продолжения.

– Во-первых, учитывая, что с момента появления и уничтожения последнего Ангела прошло уже почти полгода,[1] правительство Японии и руководство NERV пришли к резонному заключению, что этот Ангел действительно являлся последним. В связи с этим, а также под давлением ООН и широких масс общественности, было решено значительно сократить бюджет и штат NERV, а в перспективе расформировать его полностью, – сказала Мисато сухо. Судя по выражениям на лицах Детей, подобный официальный тон и формулировки доходили до них туговато, поэтому Мисато перешла на более понятный язык. – Ну что, допрыгались, малявки? Эти шишки из ООН считают, что незачем продолжать кормить кошек, выловивших всех мышей в амбаре. И твой папаша, – Мисато обвиняющим жестом направила на Синдзи указательный палец, – то ли не смог, то ли не захотел отстоять интересы нашей конторы и нас с вами в частности. Ну да, он-то без работы не останется, на таких чинуш-буквоедов всегда будет спрос.

– Эээ, – выдавил Синдзи. – Если я правильно понял, нам перестали выплачивать зарплату и премиальные, что мы получали, пока защищали этот мир от Ангелов?

– Ты все правильно понял, – кивнула Мисато, – Те сто тысяч[2] в месяц каждому пилоту, которые казались довольно скромной платой за защиту от неминуемой гибели и Конца Света полгода назад, с некоторых пор превратились в солидные деньги, выбрасываемые на ветер. Вы хоть представляете, во сколько обходится один тестовый запуск Евы? А ее ежедневное обслуживание?

– То-то я смотрю нас на синхротесты уже месяца два как не вызывают, – заметил Синдзи.

– И не вызовут. Евы готовят к консервации.

– Как?! И мою обожаемую Еву-02? – воскликнула Аска.

– И ее тоже, – безжалостно отрезала Мисато. – Лавочка закрывается, по всему видать. А в условиях текущего мирового финансового кризиса у правительства каждая йена на счету. Так что ваши счета были заморожены, а поступление очередных платежей – прекращено.

– Но почему нас никто не поставил в известность?! – возмутилась Аска. – И кто это решает – заслуживаем мы наши деньги или не заслуживаем?! Почему нам должны платить, только пока мы рискуем своей жизнью и сражаемся с Ангелами? Разве мы не должны получать жалованье просто за службу в NERV, независимо от того, идет война или нет? А если завтра появится очередной Ангел? И потом, как это так "заморожены"? Это наши деньги, они не имеют права…!

Мисато просто отмахнулась от шквала вопросов.

– Да кто вы такие, чтобы вас ставить в известность? Если тебе будет от этого легче, – добавила она, – меня тоже никто никуда не ставил, и я оказалась в точно таком же положении. Все идет к тому, что вскоре мне придется подыскивать новую работу, и едва ли она будет столь же высокооплачиваемой, как должность тактического командира NERV.

– А нам-то что делать? – в отчаянии спросил Синдзи.

Мисато пожала плечами.

– Видимо, вам тоже придется найти работу или какое-то занятие.

– Но нас всю жизнь готовили и обучали только одному занятию – управлению Евой и борьбе с Ангелами! – воскликнула Аска. Синдзи кашлянул, и она поправилась, – Ну, во всяком случае, меня и Пай-девочку. Кстати, ей тоже дадут под зад коленом, или командующий Икари найдет ей теплое местечко?

– Думаю, тебе лучше спросить об этом ее саму, – ответила Мисато. – Я слышала, она занимается разведением экзотических лягушек; без понятия, что она потом с ними делает. И я бы на вашем месте даже не пыталась качать права и чего-то требовать.

– Это еще почему? – спросил Синдзи.

– Потому что людям свойственно очень быстро и непредсказуемо менять свое мнение. Особенно когда меняются внешние обстоятельства. Несколько месяцев назад все жили словно под Дамокловым мечом, не зная, что будет завтра, и удастся ли вам, Евам и NERV'у противостоять неведомой угрозе. А сейчас, наступил долгожданный мир, люди и общественные институты возвращаются к своим обычным занятиям – бизнесу, политике, экономике. Приоритеты смещаются, и то, что раньше являлось неотъемлемой и обязательной частью жизни – вы, Евы и NERV – теперь превращается в громоздкую и дорогостоящую помеху, напоминание о тяжелых временах, которые, скорее всего, никогда не вернутся. Более того, я ничуть не удивлюсь, если на протяжении последних месяцев общественное мнение искусственно, скрытно и ненавязчиво формируется таким образом, чтобы постепенно представить NERV в целом и вас в частности угрозой для нового, современного общества.

– Угрозой?! – вскричала Аска, попытавшись вскочить из-за стола. Синдзи даже пришлось взять ее за руку.

– Да, именно так, – сказала Мисато. – Людям трудно жить, сражаясь с врагами, но еще труднее жить, вовсе не имея образа врага. NERV вполне может превратиться для мирового сообщества в некий жупел, особенно если интересы организации и мирового сообщества перестанут совпадать. Вот, собственно, и все.

– Ты, кажется, говорила о двух новостях, – осторожно напомнил Синдзи. – Плохой и очень плохой…

– Ах да, – спохватилась Мисато. – Во-вторых, я не возражаю, если вы по-прежнему будете жить в этой квартире, но с моей шеи пора слезать. Извольте вносить свою долю квартирной платы и хоть иногда покупать продукты.

***

– Я пригласила вас сюда, – пафосно объявила Аска, хотя из троих присутствующих в данный момент в квартире майора Кацураги гостем являлась только тихая бледная девушка с красными глазами, а остальные двое (уже знакомые вам Синдзи и Аска) тут и проживали, – чтобы сообщить пренеприятнейшее известие, – она сделала многозначительную паузу, прежде чем продолжить. – Мы вдруг стали никому не нужны! Нам перестали платить деньги, и, видимо, вскоре перестанут кормить. Пока наши неистощенные голодом мозги еще способны соображать, я предлагаю обсудить план дальнейших действий. Итак, какие будут предложения?

Синдзи робко поднял руку.

– Может… эээ… нам поступить, как посоветовала Кацураги-сан? Ну, найти какую-нибудь работу…

Аска посмотрела на него как на лепечущего и пускающего слюни идиота, случайно забредшего на заседание ООН. Синдзи осекся и замолк.

– Если бы решение проблемы сводилось к тому, чтобы найти работу, – сказала Аска, – я бы неслась сейчас в агентство по трудоустройству, пока вы меня не опередили. Синдзи, тебе случайно во время боев с Ангелами голову не ушибли? Работа – это нечто, происходящее с другими людьми, но только не с Пилотами Евангелионов и Аской Лэнгли. Как ты – да-да, ты, Синдзи – столько раз отважно смотревший в лицо опасности, ускользавший от неминуемой гибели и спасавший человечество представляешь себя, просиживающим штаны в какой-нибудь конторе с девяти до пяти? Это же жуткий позор! Японец, вроде тебя, скорее сделает себе харакири!

Синдзи охнул и испуганно схватился за живот, словно его резанули там упреки Аски.

– Кроме того, никого из нас не возьмут ни в какую контору, – заметила, хранившая до этого молчание, Аянами Рэй. – Для такой работы нужно все-таки обладать соответствующими знаниями и навыками.

– А у тебя есть предложение получше? – с надеждой осведомилась Аска.

– Ну, остаются должности курьеров, уличных продавцов, уборщиц, ловцов бродячих животных, ассенизаторов, сотрудников "Макдональдса"…

На лице Аски появилось выражение отвращения, усиливающееся по мере перечисления профессий.

– Хватит! – не выдержала она. – Я имела в виду, нет ли у тебя предложений иного плана, не имеющих отношения к неквалифицированной работе. Тему работы давайте сочтем закрытой.

– Частное предпринимательство? – произнесла Рэй.

Аска навострила уши.

– Это что еще за зверь?

– Это не зверь, – серьезно ответила Рэй. – Это вид бизнеса. Когда ты занимаешься тем, чем тебе нравится, и при этом получаешь прибыль. Вот я, например, развожу экзотических лягушек…

– Буэээ… – отозвалась Аска. – Лягушки – это такие холодные и противные мелкие твари, все время квакают и норовят ускакать? И от них бывают бородавки?

– Не совсем, – возразила Рэй.

– А они дорогие? Спрос на них большой? – уточнил Синдзи.

– Не совсем, – повторила Рэй.

– Ну, хорошо, сама идея с частным предпринимательством стоит того, чтобы ее обдумать позже, – согласилась Аска. – А пока, давайте разберем альтернативные пути. Как еще, собственно, можно получить деньги, если не заработать в поте лица? Ну, думайте.

– Украсть? – предположил Синдзи.

– Я всегда знала, что у тебя мелкоуголовный тип мышления, – сказала Аска. – Впрочем, если меня вынудят, я не остановлюсь и перед нарушением Уголовного Кодекса. Только кража – это слишком мелкий масштаб. Ну сколько ты можешь украсть? Кошельки по карманам тырить собрался? К тому же, это занятие требует навыков не менее профессиональных, чем бухгалтерский учет.

– Ограбление банка? – попыталась развить тему Рэй.

Аска на секунду задумалась, но потом замахала руками, словно отгоняя от себя соблазнительную, но опасную мысль.

– Вы что, ни о чем кроме криминала думать не можете? – спросила она.

Некоторое время все трое усиленно думали.

– Может, продать что-нибудь ненужное? – предложила Рэй.

– Чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное, – ответила Аска. – А у нас и так денег мало. Впрочем, как резервный вариант, я рассматриваю возможность продать почку Синдзи… Да не трясись ты как осиновый лист, бака, я пошутила!

– А как насчет занятий проституцией? – грубо, но эффектно отомстил подруге Синдзи.

– Вряд ли на тебя спрос будет больше, чем на экзотических лягушек Пай-девочки, – не растерявшись, парировала Аска.

Рэй погасила готовую разразиться бурю, произнеся:

– Медицинская страховка предусматривает довольно солидные выплаты…

– Верно, – согласилась Аска, – Только для этого один из нас должен получить тяжелые травмы или умереть. Этот вариант я тоже держу в резерве, – она злобно зыркнула в сторону Синдзи.

Раздумья продолжились.

– А вот Мисато однажды выиграла в лотерею пять тысяч, – вспомнил Синдзи.

– О, это идея, – оживилась Аска, – К тому же не вступающая в конфликт с законом.

– Ты имеешь в виду лотерею или азартные игры в казино? – спросил Синдзи.

– Ни то ни другое, – ответила Аска, – Вернее, и то и другое! Обыграть казино нереально, если только очень повезет, а в лотерее действует определенная математическая система, действующая против игроков. Но есть способ обратить законы вероятности на нашу пользу. Я говорю об игре в покер вчетвером.

– Я не очень-то хорошо играю в карты, – признался Синдзи. – К тому же, нас только трое.

– В этом-то весь смысл, – ответила Аска. – Предположим, мы втроем играем в карты с неким толстосумом. У каждого из нас примерно равные шансы, кто-то выигрывает, кто-то проигрывает, с процентной вероятностью около 25%. Но мы-то одна команда. Таким образом, каждый раз, когда выигрывает один из нас – выигрываем мы вместе. Выигрыш идет в общий котел. Наши шансы гораздо выше, чем у того лоха, который сядет с нами за стол.[3] Дошло?

– В общих чертах да, – кивнул Синдзи. – Вот только где же найти такого богатого лоха, что согласится играть с тремя подростками?

– А зачем класть деньги в котел? – наивно осведомилась Рэй. – Их же нельзя есть. Или можно?

– М-да, – озадачилась Аска, не обратив внимания на реплику Аянами. – Нам нужен кто-то из знакомых, достаточно азартный и богатый, чтобы позволить себе регулярно играть и проигрывать, и достаточно высокомерный, чтобы постесняться жаловаться на нас в полицию. И его не должно быть жалко…

– Ума не приложу… – начал было Синдзи.

– Вот что, позвони-ка своему папаше и пригласи его завтра на ужин, – распорядилась Аска. – А остальное я беру на себя. У Мисато как раз вечернее дежурство, ее не будет до глубокой ночи.

– Ты с ума сошла! – возмутился Синдзи, – Мы с отцом практически не разговариваем.

– А что если Икари Гендо приглашу я? – сказала Рэй.

Аска замолчала и уставилась на нее округлившимися глазами.

***

– М-да... – протянула Аска, постепенно приходя в себя после сокрушительного разгрома, учиненного их компании командующим NERV и по совместительству отцом Синдзи. Его непоколебимое хладнокровие и невозмутимость сделали бы честь каменному изваянию, и превратили само понятие блефа в покере в нечто абстрактное, если не сказать абсурдное. С тем же успехом можно было гадать – блефует ли игровой автомат?

Попытка же на лету изменить тактику и играть на чистой математической вероятности тоже не принесла ожидаемых результатов, ибо в тот вечер Икари Гендо везло, как утопленнику. Кроме того, некое чутье необъяснимым образом заставляло его пасовать, стоило кому-то из оставшихся игроков набрать сильный, непобиваемый расклад. В результате, Гендо покинул квартиру Мисато, не только унося в кармане скромные 80.000 йен наличными (объединенные последние сбережения троицы Пилотов) плюс долговые расписки почти на 200.000 йен, но и умяв перед этим две порции терияки, приготовленной Синдзи. Аска уже жалела, что не всыпала туда крысиного яду.

– М-да... – повторила Аска. – Похоже, пора переходить к одному из наших резервных планов. Вам двоим, как представителям и хранителям традиций этой долбанной страны, где даже двери не научились нормально делать, я, скрепя сердце, уступаю право совершить ритуальное самоубийство во искупление позора. Не забудьте только указать в завещании, что я должна получить суммы, причитающиеся по вашим медицинским страховкам.

У Синдзи не нашлось ни сил, ни желания ответить на столь бестактное предложение.

– Как же так? – бормотал он себе под нос, словно тихий помешанный. – Я был уверен, что в конце у него как минимум одна карта не должна вписываться в "стрит", ведь он сбросил "десятку" и "четверку", а остальные три "десятки" были у меня на руках. Значит, он не рассчитывал на "стрит"? Но откуда тогда у него взялся этот чертов "стрит" начиная с пятерки? Ничего не понимаю. Никто так не играет, никакой логики...

– Слушай, заткнись, а? – простонала Аска. – И так понятно, что для такой игры мало везения, тут надо видеть карты насквозь. Может, старший Икари просто передергивал или подсматривал?

Она огляделась по сторонам в поисках блестящих поверхностей, скрытых камер и прочих объектов, способных сорвать пелену тайны с необыкновенного везения Гендо. Но спартанская обстановка стандартной японской гостиной с минимумом мебели и украшений являла собой едва ли не идеальное место для карточных игр. А камеры, если они и были, майор Мисато наверняка нашла и сломала еще в бытность свою капитаном.

– Во всяком случае не тогда, когда колода была у него в руках, – возразила Рэй. – Я внимательно следила, он не передергивал. К тому же, три партии из четырех сдавал кто-то из нас.

– Да и карты в порядке, – сказала Аска. – Это же наша собственная колода, почти новая. У меня поначалу мелькнула мысль насчет крапленых карт, но это уж перебор, мы же не шулеры какие-то. Система и без того была на нашей стороне.

Синдзи вдруг покраснел, опустил взгляд и шумно сглотнул. Это не могло укрыться от опытного взгляда Аски.

– В чем дело, бака? – осведомилась она.

– Эээ... видишь ли... – замялся Синдзи. – Как бы тебе сказать... в общем, я вчера подумал... было бы неплохо подстраховаться что ли?

– Не тяни кота за хвост! Что ты опять натворил, dummkopf?!

– Но я хотел как лучше, честно!

– Он пометил карты, – сообразила Рэй.

– Что?! – взревела Аска.

– Да мне просто было любопытно, как играют краплеными картами, – попытался оправдаться Синдзи. – Оказалось, толку от этих крапинок никакого; я просто не успевал их разглядеть, и к тому же быстро запутался, какая крапинка что означает…

– Ну, еще бы, бака! Шулеры годами оттачивают мастерство, а ты решил за один вечер научиться? Теперь-то мне все понятно, – Аска тяжко вздохнула, передумав бить Синдзи. – Но какое изощренное коварство! Он мог ведь просто уличить нас в мошенничестве, отказаться играть и опозорить на весь NERV. А вместо этого, предпочел сделать вид, будто ничего не заметил, после чего обчистил до нитки родного сына-махинатора и меня с Рэй вдобавок, хотя мы-то были невиновны, как младенцы.

– Не считая того, что это была твоя идея – пригласить на покер моего отца, – напомнил Синдзи.

– Откуда же я знала, что ты, ни слова никому не сказав, разрисуешь карты, а твой папаша заметит эти крошечные точечки и использует это оружие против нас. У него глаз – алмаз, не иначе. Ну почему ты не предупредил нас про крап, бака? Отвечай, чудовище!

– Не хотел выглядеть в ваших глазах обманщиком, – пробормотал Синдзи.

– Зато теперь ты выглядишь полным идиотом, и мы с тобой заодно.

***

Следующие дни промчались в сумятице событий и переживаний. Для начала, правительство Японии официально объявило о новом статусе института NERV в качестве бесполезного придатка JSSDF, а также о сокращении его бюджета и состава. Но нам-то интереснее как это глобальное политическое решение отразилось на наших героях, не правда ли?

Майор Мисато Кацураги, бывшая в прошлом чуть ли не вторым человеком в NERV, оказалась на улице, не замедлив, впрочем, принять предложение отдела по расследованию тяжких преступлений полиции Токио-3, которому требовался эксперт-консультант. Снижение зарплаты и социального статуса не могло не повлиять на ее и без того непростой характер, так что жить с ней в одной квартире стало тяжким испытанием для Аски и Синдзи.

А у них хватало и своих проблем. Троица Пилотов не получила никаких официальных уведомлений, касающихся их дальнейшей судьбы, но и никаких денег тоже не получила. С другой стороны, никто больше не требовал от них никаких действий, в том числе связанных с риском для жизни, так что Аска, Синдзи и Рэй оказались предоставлены сами себе. Им оставалось делать только то, что они и так делали на протяжении последних месяцев – ходить в школу и безуспешно пытаться вернуться к обычной мирной жизни.

Но долго все это продолжаться не могло. Финансовый вопрос подступил вплотную, и разрешаться самостоятельно не собирался. Остатки былой роскоши канули в Лету, Мисато всерьез грозилась повесить на холодильник замок, да еще в придачу этот безнадежный карточный долг, на выплате которого Гендо пока не настаивал, видимо, понимая, что даже с трех овец семь шкур не содрать.

Единственным тонким ручейком в бюджет компании вливался скудный доход от реализации экзотических лягушек Рэй. Она любезно согласилась поддержать своих друзей, но этих денег едва хватало на самые насущные нужды, а амбициозные стремления Аски требовали значительно большего.

И вот, доведенная до отчаяния, Аска объявила очередное собрание акционеров их пока безымянной маленькой компании.

– Пришло время, когда мы больше не можем позволить себе никаких неудач и ошибок, – обратилась Аска к своим слушателям. – Действовать надо быстро, решительно и безотлагательно. От того, поддержите ли вы мой план, зависит наше будущее.

– У тебя есть план, Аска? – оживился Синдзи.

– Да. Рискованный план, единственной альтернативой которому станет бесчестие и забвение для тех, кого некогда считали и называли Героями с большой буквы, – Аска даже прослезилась от концентрированного пафоса в собственной речи.

– Мне что-то больше не хочется рисковать, – осторожно заметила Рэй.

– А мне что-то не хочется продавать свою почку, – возразил Синдзи. – Что бы там ни придумала Аска, я готов ее выслушать. Выкладывай.

Аска признательно кивнула.

– Вспомните, каково было наше предназначение в том, прежнем мире? – осведомилась она, – Ради чего нас выбрали среди миллионов людей? В чем был смысл нашего существования? А? Не слышу ответа.

– Эээ… Я думал, это риторические вопросы, – сказал Синдзи, – Управлять Евами?

– Уничтожать Ангелов? – сказала Рэй.

– Близко, и в общем-то правильно, но не то, – сказала Аска. – Служить и защищать – вот наше предназначение! Евы, Ангелы… Все это детали и частности, знакомые и интересные только фанатам аниме. Обычных людей, применительно к той ситуации, что сложилась в период после Второго Удара, волновала только личная безопасность, причем неважно, явная или мнимая.

– Что-то я не пойму, к чему ты клонишь, – сказал Синдзи. – Можно попроще?

– Куда уж проще? – вздохнула Аска. – В одном только этом городе проживает миллион людей, которые еще совсем недавно безропотно платили нам за защиту, пусть даже косвенно, в виде налогов. Так какого черта, спрашивается, они должны прекратить это делать теперь?

– Может, потому что мы покончили со всеми Ангелами? – предположила Рэй.

– И люди больше не хотят платить нам за защиту от несуществующей угрозы, – добавил Синдзи.

– Спасибо, капитан Очевидность, – издевательски ответила им обоим Аска. – А многие ли об этом знают? О том, что Ангелы не вернутся, и опасность миновала. Или о том, что завтра на смену Ангелам не появится новая угроза.

– Ну, правительство и NERV, кажется, делали какие-то заявления на этот счет, – неуверенно произнес Синдзи. – И потом, полгода ведь прошло. И недавнее сокращение NERV…

– Любые заявления правительства, – сказала Аска, – традиционно вызывают скепсис и недоверие, если только это не плохие новости, вроде повышения налогов. Плохим новостям всегда верят. А наша задача – убедить граждан этого города, что рано отказываться от таких сильных, опытных и надежных заступников, как мы.

– И как же ты собираешься реализовать этот план за предельно короткое время? – с сомнением спросил Синдзи. – Мы не можем позволить себе длительную пропаганду и не менее длительное ожидание результатов. И я не вижу никаких признаков того, что угроза и впрямь существует.

– Синдзи, ты бака, – сказала Аска. – Обывателям нет нужды знать о том, существует угроза или не существует. Покажите им туманный призрак, неопределенный намек на опасность, затем создайте иллюзию безопасности, и они будут так счастливы, что не станут задавать лишних вопросов, выкладывая деньги на бочку.

– У меня есть большой аквариум, если что, – напомнила Рэй.

– Аквариум? – озадачилась Аска. – Зачем нам аквариум?

– Ну, это я к тому, что не обязательно покупать бочку…

– Мы пока не станем покупать бочку, Рэй, – успокоила ее Аска. – Начнем с малого: завтра после школы обойдем магазины, кафе и прочие доходные заведения на нашей улице и побеседуем с владельцами.

– Побеседуем? – переспросил Синдзи.

– Ага. Поделимся кое-какими слухами и опасениями, о которых пока не пишут в газетах, но очень скоро начнут писать, сделаем кое-какие намеки… Припугнем, если потребуется. И предложим, за чисто символическую плату, свою защиту…

– Боже, Аска, ты знаешь, как это называется?! – воскликнул Синдзи, до которого только теперь, наконец, дошла суть аскиного плана. – Это вымогательство! Рэкет!

– "Вымогательство" звучит как-то вульгарно. Я предпочитаю термин "взаимовыгодное сотрудничество", – спокойно возразила Аска. – Обыватели получают то, что им нужно, мы получаем то, что нам нужно. Все довольны. Что же в этом плохого?

– А с чего ты взяла, что хоть кто-то согласится заплатить, а не рассмеется нам в лицо, или не сообщит в полицию?

– Вот это нам и предстоит завтра выяснить, – ничуть не смутившись, сказала Аска. – Забегая вперед, хочу заметить: тех, кто не отнесется к нашим словам с должным вниманием, ожидает знакомство с набирающим силу экстремистским культом ангелопоклонников – "Красной Бригадой"! – Аска яростно потрясла воздетым кулаком, – И тогда вспомнят они слова, сказанные им накануне, и будут скорбеть, что не прислушались к ним. И устыдятся они, и сердца их наполнятся страхом, а руки потянутся к кошелькам! Муа-ха-ха-ха-ха!

Синдзи и Рэй, шокированные, не нашли слов для ответа. Такой Аски они еще не знали.

***

За полночь, когда Синдзи уже лег спать, в коридоре раздался шум, свидетельствующий о приходе Мисато со службы. Что-то металлическое упало на пол и с дребезжанием покатилось, Мисато отчаянно чертыхнулась.

– Понаставили тут!

Синдзи встал и, зевая, дотащился до двери в коридор.

– Все в порядке, Мисато?

– А ты чего не спишь? – раздраженно ответила Мисато, с таким видом, словно к раздавшемуся минуту назад грохоту и сквернословию никакого касательства не имеет. – Что тут у вас такое? – Мисато подняла с пола аэрозольный баллончик с красной краской. Рядом стояла картонная коробка с этими же баллончиками.

– Это мое. – из своей комнаты выскочила Аска, к удивлению Синдзи одетая в черный спортивный костюм и с черной шапочкой на голове, скрывающей копну ее рыжих волос. Похоже, спать она не собиралась. Схватив коробку в охапку, Аска направилась к выходу. – Я учусь на автомаляра, – заявила она. – Сегодня первое практическое занятие.

– Ночью? – удивилась Мисато, но она слишком устала на работе, чтобы углубляться в этот вопрос. – Не вздумай только ничего красить дома, всю квартиру краской провоняешь! – строго предупредила она и пошла к себе.

***

– Черт бы побрал это проклятое хулиганье, – проворчал хозяин небольшого кафе на одной из центральных улиц Токио-3, придя утром на работу и обнаружив, что неизвестные украсили стену его заведения огромными ярко-красными буквами "КБ", обведенными кругом, заключенным, в свою очередь, в центр пентаграммы. – Поймаю – уши пообрываю!

За его спиной послышалось деликатное покашливание и голос:

– Не советую, мнэ-э... не советую... Съедят.

– Вам еще какого черта здесь надо?! – огрызнулся рассерженный кафевладелец. – Мы пока закрыты, приходите позже.

Впрочем, обернувшись, он сменил гнев на милость. Ну разве можно было сердиться на такую милую, приветливо улыбающуюся девушку, в трогательной клетчатой юбочке, чистенькой белой блузке с галстуком и забранными в два пышных хвостика рыжими волосами. Правда, за спиной у нее ошивался какой-то пацан, но выглядевший не настолько хулигански, чтобы заподозрить его в разрисовывании стен краской.

– Вы что-то говорили? – переспросил хозяин.

Аска обошла его и несколько секунд внимательно рассматривала эмблему на стене.

– Похоже, чем-то вы им не угодили, – тщательно выговаривая каждое слово произнесла она. – Вам не угрожали в последнее время?

– Им? – обеспокоено переспросил владелец кафе, – Кому это "им"? Вы что, знаете тех, кто это сделал?

– Я не знаю кто они, – зловеще молвила Аска. – Но я знаю откуда они...

Хозяин кафе и даже Синдзи удивленно уставились на нее, ожидая продолжения.

– Из "Красной Бригады"! Из экстремистского культа ангелопоклонников, недавно возникшего в Японии.

– Первый раз про такой слышу. Я думал, это просто хулиганы...

– Хулиганы пишут на стенах названия рок-групп, ругательства или рисуют гипертрофированные изображения половых органов, – ответила Аска. – А тут, – она ткнула пальцем в эмблему, – совсем другой коленкор. Кстати, это не единственный рисунок на этой улице. Вон там и там мы видели такие же.

– Вот дерьмо, – выругался хозяин. – Лишь чокнутых сектантов нам не хватало. Только, вроде, началась мирная жизнь... Кто бы на них управу нашел...?

– Вот как раз об этом мы и хотели бы с вами поговорить, – оживилась Аска. – Мы можем войти?

– А вы, собственно, кто такие?

– Специальный агент Аска Лэнгли, NERV, – Аска продемонстрировала служебное удостоверение, которое у нее до сих пор не отобрали, потому что она перестала являться в штаб-квартиру. – Этот, – она кивнула на Синдзи, – со мной.

***

Рэй не принимала участия в полевой фазе операции на улицах города. У нее на сегодня было особое задание. В полутьме комнаты без окон, рассеиваемой только голубоватым сиянием экрана монитора, под аккомпанемент кваканья пестрых лягушек, возившихся в аквариуме, пальцы Рэй проворно бегали по клавиатуре. Буквы складывались в слова, слова – в предложения. На экране возникал текст, содержание которого заставило бы одних содрогнуться от ужаса, а других, хотя их было гораздо меньше, завопить от восторга.

"...И настанет трус великий в градах, глад и мор по всей земле, и будут знамения великие на небе. И падут ложные боги, бездушные машины, созданные руками людей, и возродятся истинные Боги этого мира, Повелители стихий, пространства и времени. И тогда верные последователи будут щедро вознаграждены по заслугам, а отступники познают гнев и ярость Властителей вечности".[4]

Рэй поставила последнюю точку, скрупулезно проверила наличие ошибок (ни одной не нашла), затем положила руку на мышку. Щелк-щелк, вжик... настроен фон, размер шрифта, отступы абзацев. Для полноты картины оставалось вставить логотип. Щелк-щелк, вжик... картинка заняла свое место на странице. Эта, в отличие от намалеванных второпях на стенах и витринах, была аккуратно вычерчена в CorelDraw.

Рэй последний раз все проверила и нажала "enter", загрузив страничку на сервер. Затем, открыла ее в браузере. Безупречно. Черный фон, красный шрифт, бросающаяся в глаза эмблема, заголовок, гласящий: "Красная Бригада" – мы идем навстречу рассвету новой эпохи!"

***

Под вечер, Аска и Синдзи дали отдых ногам в самой дешевой забегаловке, какую только удалось найти.

– Чувствую себя коммивояжером, торгующим вразнос никому не нужной дребеденью, – пожаловался Синдзи. – Отсутствие продаж это только подтверждает.

– Что ты ноешь? – охрипшим голосом прервала его Аска, – В основном говорю я, а твоя задача кивать, поддакивать и изображать хорошего копа в паре с плохим копом.

Она жестом подозвала официантку и попросила еще кофе. Аска выпила уже три чашки, но бессонная ночь давала о себе знать.

– А знаешь, что я тут подумала? – вдруг спросила она.

– Не знаю, но наверняка тебе в голову пришла очередная рискованная идея, – отозвался Синдзи.

– Помнишь, ты как-то упоминал ограбление банка? – не слушая, спросила Аска.

– Я? Это Рэй говорила про ограбление банка. И мы рассуждали чисто теоретически, никто банк грабить не собирался.

– Ну-ну, отмазался. А ведь если задуматься – ограбление банка не такая уж рискованная и опасная затея. Банк можно спокойно грабить, и никто тебя не будет останавливать. Они же застрахованы, чего им волноваться? В банке даже пистолет не нужен. Говорят, один парень пришел в банк с мобильным телефоном, передал телефон кассиру, а на другом конце провода кто-то говорит: "У нас дочка этого парня, отдайте ему деньги, иначе мы ее убьем".

– И что, это сработало? – с сомнением спросил Синдзи.

– Ну еще бы, я о том и речь веду! Какой-то раздолбай пришел в банк не с пистолетом, не с автоматом, а с паршивым телефоном, и обчистил его только так, а никто даже не почесался.

– А что стало с дочкой того парня?

– Да какая разница? Может, и не было никакой дочки. Смысл не в этом, а в том, что ограбить банк можно даже с помощью телефона.

– Ты что – хочешь ограбить банк?! – громко прошептал Синдзи, наклоняясь через стол к Аске.

– Нет, – Аска покачала головой и отчаянно зевнула, едва не вывихнув челюсть, – Банк я грабить не хочу. Я хочу лишь сказать, что это проще, чем то, чем мы сегодня весь день занимались.

Синдзи облегченно вздохнул и выпрямился.

– Ну, а что нам остается? Если только идти работать.

– Не в этой жизни, – отрезала Аска.

Некоторое время они молчали. Аска прихлебывала кофе, Синдзи со скучающим видом рассматривал интерьер кафе. Вдруг Аска со стуком поставила чашку на стол.

– Это заведение, – произнесла она.

– Что? – не понял Синдзи. – Это кафе?

– Ну, да, – кивнула Аска. – Маленькие кафешки никогда не грабят, а почему бы и нет? Они же тут не ожидают ограбления, ну или почти не ожидают. И уж точно в таких местах никто не вытащит из-под прилавка "Магнум" и не ткнет его тебе в нос. Как и банки, такие заведения застрахованы. Никто не станет подставляться под пули ради кассы. А посетители сидят с набитым ртом и вообще не понимают, что происходит. Кроме того, в бумажниках у посетителей денег наверняка не меньше, чем в кассе…

– Постой, Аска, ты же не всерьез… – попытался прервать поток ее размышлений Синдзи.

– Еще как всерьез, – прошипела Аска, – Я уже больше не могу терпеть, давай сделаем это и будь, что будет. Здесь и сейчас!

– Нет, Аска, о чем ты говоришь…?

– Ты контролируешь толпу, а я разбираюсь с персоналом. Идет?

В сознании Синдзи мелькнула ужасная картина: Аска, вскакивающая на стол и орущая дурным голосом: "Это ограбление! Всем оставаться на местах! Пусть кто-нибудь только пошевелится – башку снесу, уроды! Ясно?!" И сам он, в оцепенении сидящий на прежнем месте и отчаянно делающий вид, что он пришел не с этой чокнутой, и вообще с ней не знаком.

Сделав над собой невероятное усилие, Синдзи потянулся через стол и схватил Аску за руку.

– Нет, Аска, – твердо повторил он. – Иначе ты будешь выглядеть очень глупо.

– Глупо? Это еще почему? – обиделась Аска.

– У нас нет оружия, – напомнил ей Синдзи.

– Oh scheisse… точно. Что-то на меня странное нашло с недосыпу… Кстати, спасибо, что напомнил. Надо будет раздобыть пару стволов.

– Это еще зачем? Для самозащиты?

– Ну… и для этого тоже.

***

Следующей ночью покой обитателей квартиры Мисато вновь был нарушен грохотом, донесшимся из коридора. Синдзи на всякий случай встал и выглянул из комнаты.

– Himmelherrgott! – послышалось из темноты, так что об источнике шума можно было не гадать.

Мисато тоже проснулась и включила свет. Посреди коридора, словно олень в свете автомобильных фар, растерянно застыла, прищурив глаза, Аска. В одной руке она сжимала фонарик, в другой – большую жестяную канистру.

– Я… это… уронила случайно, – произнесла она в ответ на вопросительные взгляды Мисато и Синдзи.

– А… а зачем тебе бензиновая канистра? – спросила Мисато.

– Я же учусь на автомеханика. А в автомобилях – бензин.

– Не вижу логики. Если бензин в автомобилях – пусть там и остается. И ты вроде говорила, что на маляра учишься.

– Одно другому не мешает. Все, мне пора. Кстати, Синдзи, ты не припомнишь, как назывался тот ресторанчик, откуда мы… эээ… ушли в большой спешке?

– "Пьяная устрица", вроде, – машинально ответил Синдзи.

– Мы ведь больше туда не пойдем, правда?

Синдзи пожал плечами. Аска с канистрой исчезла в ночи.

Утром Мисато с удивлением обнаружила, что заправленный накануне бак ее "Рено-Альпина" почти опустел. "Надо все-таки выключать двигатель в пробках, – подумала она. – И на ночь тоже".

***

Утром Аска не пошла в школу, сказавшись больной. Это было недалеко от истины; две бессонные ночи подряд здоровья никому не прибавят, не говоря уж о вдыхании паров бензина и дыма. Дождавшись ухода Мисато и Синдзи, она сделала пару-тройку телефонных звонков, после чего вновь завалилась в постель.

Проснувшись после полудня, Аска приготовила поесть и уселась перед телевизором, настроенным на канал местных новостей. Ей пришлось прождать не один час, прежде чем ее терпение было вознаграждено: на экране появилась девушка-репортер, за спиной которой возвышались обугленные стены здания, обильно украшенные хлопьями пены, и все еще суетились пожарные.

"Некоторое время назад на стенах и витринах магазинов в центральном районе Токио-3 были замечены загадочные каббалистические символы, которым в то время никто не придал особого значения, – начала репортер. – Но прошедшей ночью вандалы снова напомнили о себе. Неожиданно вспыхнувший пожар уничтожил суши-бар "Пьяная устрица". К счастью, благодаря тому, что это произошло поздно ночью, жертв нет.

Ответственность за этот нагло и цинично совершенный поджог, а также за предшествующие случаи вандализма уже взяла на себя некая недавно возникшая группа экстремистов, называющая себя "Красной Бригадой", и являющаяся ангелопоклонниками или что-то в этом роде. На их сайте в Интернете, адрес которого мы не можем назвать по этичным соображениям, но который легко найдет любой, умеющий пользоваться Google, размещены крайне непристойные и провокационные материалы, позволяющие утверждать, что мы имеем дело с бандой опасных и отчаянных психопатов, от которых можно ждать чего угодно, в том числе и того, что недавний поджог станет лишь первым в череде преступлений и терактов.

Возбуждено уголовное дело, полиция ведет расследование. Усилены меры безопасности в центральном районе Токио-3. В руководстве NERV никак не прокомментировали сложившуюся ситуацию и сам факт существования "Красной Бригады". Можно предположить, что для NERV появление этого зловещего культа стало такой же неожиданностью, как и для всего города.

Кстати, как нам стало известно из неназываемых источников, бывшие пилоты NERV, имеющие богатый опыт борьбы с Ангелами, предложили свою помощь в охране правопорядка, но полиция не заинтересована в подобном сотрудничестве, – девушка едва заметно хихикнула. – Очень опрометчиво и самоуверенно с их стороны. Может, в полиции опасаются, что действия трех подростков окажутся более эффективными, чем их собственные? Надеюсь, отношение к самоотверженному порыву юных пилотов среди обычных граждан будет более теплое.

С вами была Мегуми Канзама,[5] служба новостей JBNN. Оставайтесь с нами".

– Вот что значит правильный подход к представителям СМИ, – усмехнулась неназываемый источник. – Им только намекни на какую-нибудь несправедливость или возможный скандал – они сами раскрутят все остальное, расскажут и чего было и чего не было. Теперь, после такого-то репортажа, дело на мази!

***

– Есть "Глок-26", компактная модель с лазерным целеуказателем?

– Вот, пожалуйста.

– "Хеклер унд Кох 45"?

– Легко. Получите.

– Автоматический пистолет Стечкина?!

– Вот. Давай, дорогуша, назови что-нибудь, чего у меня нет.

– М-134 "Миниган" с электроприводом?

– Эээ, дорогуша, это не по правилам, но если сделаешь заказ с предоплатой – через неделю раздобуду.

– Не надо, я шучу, – ответила Аска. – Я пока возьму то, что есть, – она указала на разложенные по прилавку магазина пистолеты. – А как насчет патронов?

– Патронов? – искренне удивился продавец "Оружейного магазина Кэндо". – Разуй свои голубые гайдзинские гляделки, дорогуша, и ты увидишь на этих пистолетах надпись "Replica". А вот на этом, – продавец извлек из-под прилавка и с глухим стуком опустил на него массивный длинноствольный пистолет, – написано "DesertEagle". Это так, на всякий случай, если у тебя мелькнула мысль, что незачем платить за покупки, если можно взять один из этих стволов, зарядить и сунуть мне в рыло.

– Я ничего такого не собиралась делать, честно, – смутилась Аска. – У меня есть деньги, и мне позарез нужно оружие.

– Тут тебе не Германия и не Америка, дорогуша, где дети, наверное, в школу со стволами ходят. У нас в Японии продажа и владение огнестрельным оружием строго регламентировано. Никто тебе настоящие пушки не продаст, забудь. Могу предложить только большой выбор катан работы мастера Хаттори Ханзо.

Разочарованная Аска отмахнулась, вышла на улицу и поспешила домой, где ее уже ждали Синдзи и Рэй.

– Ну что ж, начало положено, – объявила Аска с порога. – Рада сообщить, что наши усилия начинают приносить плоды. У нас уже имеется три исключительно добровольных пожертвования на борьбу с ангелопоклонниками. – Аска выложила на стол тонкую пачку купюр. – В свете последних событий, полагаю, именно такое определение получаемых нами доходов будет юридически наиболее безопасным. Что на обед?

Синдзи не торопясь пересчитал купюры.

– Ну, сегодня мы можем себе позволить что-нибудь более питательное, чем лапша быстрого приготовления, – сказал он. – Но тут всего 50.000 йен.

– Это даже не покрывает наш карточный долг, – заметила Рэй.

– Вы что, хотите все и сразу? – возмутилась Аска. – Деньги не будут сыпаться на нас с неба. Нужно продолжать обработку клиентов, не давать людям успокаиваться и забывать о "Красной Бригаде". Тогда и только тогда мы сможем позволить себе не просто намазать хлеб маслом, но и положить сверху икорочки. Рэй, как наши успехи в сети?

– Я не ем икру, – ответила Рэй. – А посещаемость сайта вчера составила около шести тысяч просмотров...

– По-моему, неплохо.

– ...после чего сайт был отключен провайдером, видимо, по требованию властей.

– Ага, засуетились, – усмехнулась ничуть не расстроенная Аска. – Значит, приняли нас всерьез. Перерегистрируй сайт в доменной зоне .ru и черта с два они до него доберутся. С сайтом начнем все заново. Интернет и СМИ – наши главные помощники и союзники. Поэтому, Рэй, я тебя полностью освобождаю от полевых операций и назначаю ответственной за пиар в сети. Тем более, я совершенно не представляю тебя нагло врущей людям в глаза, а в Интернете – другое дело.

Рэй кивнула.

– А я могу в придачу задействовать систему массовых рассылок по электронной почте?

– Спам? Конечно, в нашем случае все средства хороши. Только позаботься, чтобы нас никто не вычислил. Теперь вот какой вопрос на повестке дня: нам нужны стволы.

Рэй удивленно подняла бровь, но промолчала. В отличие от Синдзи.

– На кой черт? – спросил он. – Мы, вроде, банки грабить не собираемся?

– Стволы нужны для солидности, – объяснила Аска. – Кроме того, из разговоров с клиентами у меня постепенно складывается картина, в которой мы – далеко не единственные, кто хочет запустить свои жадные пальцы в пирог с капустой. Не исключено, что нам предстоит столкнуться с конкурирующими фирмами...

– И что тогда? Вступим с ними в перестрелку? – с иронией спросил Синдзи.

– Не обязательно. Но оружие в данном случае может сыграть роль сдерживающего фактора. Вроде как во времена "холодной войны". А если у нас его не будет, через нас просто перешагнут, и хорошо еще, если не грохнут. Да и кое-кого из клиентов не мешало бы слегка пугнуть...

– Как бы то ни было, – напомнил Синдзи, – японские законы очень строги в отношении огнестрельного оружия.

– В этом я уже имела возможность убедиться, – буркнула Аска.

– Поэтому, я думаю, нам понадобятся ножи, – неожиданно продолжил Синдзи. – Большие острые ножи. У Мисато в кухонном столе найдется парочка. Ножи хороши тем, что работают без шума. И вообще, стволы – для понта, ножи – для дела!

Аска оторопело уставилась на Синдзи.

– Ты не хочешь рассказать нам про эту часть своего прошлого? – поинтересовалась она.

– А вот индейцы в Центральной Америке используют духовые трубки с отравленными дротиками, – как бы между прочим заметила Рэй. – Очень эффективно.

– Рэй, ты представляешь себе, насколько нелепо мы будем смотреться с трубками? Ты бы еще предложила вооружиться луками и стрелами. Так, в магазинах, значит, ловить нечего... Где еще можно раздобыть стволы?

– У Кенске есть целая коллекция оружия, – вспомнил Синдзи. – Правда у него в основном барахло времен Второй мировой.

– У него муляжи, – сказала Аска. – Так бы ему и позволили играть с настоящим оружием. Впрочем, я бы не стала недооценивать стволы времен Великой войны, – серьезно заметила Аска. – "Гаранд", как я слышала, напрочь сносит головку одним выстрелом… Что ты на меня уставился, бака? Головку автомобильного цилиндра! А ты о чем подумал, бака-хентай?!

– Раз муляжи, – сказал Синдзи, покраснев до корней волос, – тем лучше. Выглядят как настоящие, но никто никого случайно не застрелит.

– Гм, может, ты и прав, – неохотно согласилась Аска. – Ты друг Кенске – вот и поговори с ним, убеди его пожертвовать какую-нибудь волыну на благое дело борьбы с ангелопоклонниками. Но все-таки хотелось бы иметь что-то реально стреляющее, чисто для страховки.

– Пневматика? – предложила Рэй. – Кстати, ядом кураре можно смазывать не только стрелы и дротики, но и пули...

– Дался тебе этот яд, – оборвала ее Аска. – Откуда ты его возьмешь, в Японии-то? А вот насчет пневматики – это мысль.

– Мои лягушки... – начала было Рэй, но Аска, поглощенная размышлениями и разглагольствованиями о достоинствах и недостатках различных систем вооружения, не обратила на нее внимания. А напрасно.

[1] Кто такие эти отнюдь не библейские Ангелы, почему с ними надо было сражаться именно трем подросткам, управляющим огромными боевыми человекообразными роботами, и каким образом все это связано с Концом Света рассказывается в одном японском мультике, более подробные отсылки к которому мы здесь и сейчас опустим, тем более, что они никому не интересны. Если вам все-таки интересно – возьмите DVD напрокат и не задавайте глупых вопросов.

[2] Здесь и далее возможны вполне естественные расхождения с ценами и зарплатами в современной Японии. Как-никак, действие-то происходит в будущем, да еще после глобальной катастрофы и в разгар экономического кризиса. Инфляция, девальвация, деноминация и прочие "ции" за прошедшие годы могли превратить японские йены в нечто неузнаваемое.

[3] Аска несколько заблуждается. Она забывает, что не только выигрыш, но и проигрыш распределяется на всю их троицу. Так что их численное превосходство не дает им никакого реального преимущества в покере. Вот если бы они играли в бридж, или любую другую игру по принципу "пара на пару" – тогда другое дело. Тот, кто оказывается в паре с "лохом" вполне может подыгрывать своим друзьям, снижая шансы своей пары на выигрыш.

[4] Не думайте только, что Рэй сама придумывала подобную бредятину. С ее-то прямолинейным мышлением? Не смешите. Она просто, следуя аскиным указаниям, перепечатала кое-какие тексты из знаменитых Свитков Мертвого моря, библейских пророчеств, а также из запрещенного "Некрономикона", написанного безумным арабом Аль-Хазредом, текст которого хранился в засекреченных архивах NERV.

Некоторое время назад Мисато, в поисках чего бы почитать перед сном, скачала его оттуда. "Некрономикон" ее разочаровал, там не оказалось ни захватывающих приключений, ни секса в нормальном понимании этого слова. Сплошные занудные описания и куча непонятных, труднопроизносимых имен. Как раз эти-то имена Рэй старательно вымарывала, заменяя на понятные и знакомые: Рамиил, Израфил, Маториил, Сандалфон...

[5] Ага, та самая, из "Детей Древнего Бога" :)