Красные одежды

950.M40. Борт скитальца «Тьма бездны». Покинутые отсеки.

— Техноархеолог Кайра нон-Хилион, ты чрезмерно опережаешь остальные группы. Тебе необходимо сократить скорость продвижения до минимальной на следующие два часа.

— Выражаю несогласие. Нет необходимости ждать менее продуктивных.

— Зафиксировано. Выполняй поставленную задачу.

«Как всегда мил и учтив. Ему следовало бы подстегнуть отстающих, а не тормозить меня», — мысли Кайры текли быстро, они были точны и молниеносны.

Отдав мысленную команду сервитору с резаком пилить переборку, она окинула взглядом свою подконтрольную сеть. В её распоряжении было два рабочих и пять боевых сервиторов, а также десяток сервочерепов разного назначения. Этого было вполне достаточно для «Тьмы бездны», если не нарываться и сохранять бдительность.

Судя по сохранившимся паттернам коридоров и тому, что удалось извлечь из мертвых когитаторов, Кайра сейчас находилась в останках гранд-крейсера класса «Экзорцист» под названием «Непререкаемый». Судя по данным, он принадлежал вольному торговцу. Это, знаете ли, большая удача. Действительно большая. Эти богатые бродяги шляются где попало, и в их трюмах всегда есть чем поживиться честному эксплоратору вроде неё.

Конкретно сейчас Кайра вскрывала переборку в личные покои вольника. По крайней мере, это были самые большие жилые помещения на корабле, если верить вытащенной карте и планам аналогичных кораблей в её банках данных. Кайра, конечно, намеревалась заглянуть и в трюмы, но туда надо идти куда большим составом, чем один техножрец и кучка сервиторов.

Некоторые писаки — как из разряда имперцев, так и из Механикус, что любят писать романы об эксплораторах, ни разу не сходя со своей планеты, — как-то недооценивают масштабы кораблей и космоса в целом. У них как-то всегда выходит, что герои успешно находят иголку в стоге сена, практически не приложив к этому усилий.

Кайра уже третий месяц трудится, осматривая эту груду ржавых железяк и камней, и кроме тварей, мусора и кое-каких малоинтересных вещей она не нашла. По большей части корабли, что ей, как и другим, попадались, были новыми или судами капитанов-хартистов. Они шарились по окраинам скитальца, не осмеливаясь углубиться как следует. Кайра чувствовала: стоит только копнуть — и успех гарантирован. И находка этого гранд-крейсера подтверждает это.

Сервитор с резаком наконец закончил свою работу. В образовавшуюся прореху в переборке сразу полетели сервочерепа. По локальной ноосфере потекла информация беглого сканирования. Каюта представляла собой ряд просторных помещений, больше подходящих вилле на райском мире, чем космическому кораблю.

Бывший владелец каюты и, вероятнее всего, корабля нашёлся в своём кабинете. За столом напротив забранных бронестворками окон, в большом кожаном кресле, сидело безголовое тело. Над ним возвышался громадный портрет. Кайра прошла через зал, предназначенный для ожидания просителей (а такой зал обязательно должен быть у твоего личного кабинета, по мнению большей части аристократии, ноблей и просто денежных мешков высокого полета). Она никогда не понимала их тягу к подобной помпезности и предпочитала отделять личное пространство от рабочего.

Самым интересным было то, из чего этот в прошлом многоуважаемый член общества застрелился. Волькитный бластер, причём мастерской работы! Кайра подобрала оружие за искусно отделанную рукоять и тут же подробно проанализировала:

— Хм, нестандартный паттерн, вероятно, большей мощности, помимо украшательств. Мило.

Она забрала приглянувшуюся игрушку, твердо решив во что бы то ни стало оставить её себе в качестве заслуженной добычи, когда всё награбленное (вернее, найденное) будет распределено. Конечно, львиная часть отойдёт магосу Ильвирхе III как владельцу судна, но и обычные эксплораторы в обиде не останутся.

Вообще, если бы вы спросили Кайру об их миссии, она бы вам ничего не ответила. Но если бы вы были её другом, то узнали бы, что миссия не совсем официальная. Они относились к так называемым свободным эксплораторам — тем сорвиголовам от техножречества, что снаряжают поисковые миссии не на деньги родного мира-кузницы, а на личные немалые сбережения. Вообще, по-хорошему, они должны были бы оповестить родную кузню о находке и совместно вытащить куда больше, чем те жалкие крохи, что они успели нарыть. Но Ильвирхе III был жадной сволочью и делиться с другими стал бы только тогда, когда вытащил что-то существенное для себя. И, кажется, Кайра это «существенное» нашла.

Кайра открыла широкие створки и прошла дальше. Надо отметить, что большая часть обстановки находилась в полнейшем хаосе. Вещи, плохо закрепленные или не закрепленные вовсе, были разбросаны по полу. Несколько меньший беспорядок ожидал Кайру в следующей комнате. Это был ряд помещений, отведенных под личную коллекцию хозяина. Тут было всё, что можно ожидать от беспредельно богатого и в меру свободного во взглядах вольника. Картины: от показно имперских до откровенно балансирующих на грани поклонения Слаанеш (правда, эту грань не преступающих). Оружие всех форм и размеров, разных эпох и времен. Головы существ и заформалинованные образцы целиком. Великий Омниссия, тут даже был комплект брони Mk II в цветах Ультрамаринов!

Кайра ходила по выставочному залу в немом восхищении, впрочем, это никак не отражалось на постном выражении её лица. Вообще, мало вещей в Галактике могло поколебать эту безэмоциональную маску абсолютного спокойствия.

Она подошла к разбитой раке, лежащей на полу в луже серебристого металла. На вид он был абсолютно чистым и жидким. Достав анализатор, Кайра решительно сунула щуп в непонятный объект. Всё случилось быстро. Знаете, профессия эксплоратора обычно скучна. Эти бравые парни проводят годы в поисках чего-нибудь интересного, шарясь по неизученным либо крепко забытым просторам Галактики. И так часто бывает в этом мире, что группа небезынтересных вещей пересекается с группой смертельно опасных. Так случилось и в этот раз. Неведомая жидкость молниеносно взобралась по руке эксплораторши, просочилась под скафандр, а вслед за ним и под кожу. Не прошло и пяти секунд, как вся лужица перекочевала в организм бравой исследовательницы. А потом пришла боль — адская, всепроникающая боль.