Кредит доверия.

Глава 1.

Виталик вошел в учебную аудиторию университета, и сразу несколько человек заметили произошедшую в нем перемену.

Одежда была та же, и прическа не изменилась, но что-то явно говорило об изменениях. Первым разницу увидел его друг Серега.

— Ты чего такой счастливый? Дурень, Сухоруков сказал, что не допустит тебя к зачету. Ты где вообще два дня пропадал?

— Это были лучшие два дня в моей жизни, а с сопроматом что-нибудь придумаю, прорвемся.

— Ну гляди, не хотелось бы, чтобы тебя в армейку забрали. Так чего у тебя приключилось-то, партизан? Рассказывай давай.

— Расскажу, но чуть позже. Слушай, а чего это Гульназ такая подавленная? На ней лица нет.

— Ее, походу, депортируют в Туркменистан в январе, визу не продлили.

— Так у нее же учебная виза вроде...

— Ну да, только отец ее там, в Туркменистане, в опалу попал — что-то там про их Туркменбаши сказал не то, на него уголовку завели. А дочь депортируют потому, что наши режимы типа сотрудничают.

Виталик встал со стула и подошел к столу Гульназ. Эта девушка всегда была очень милой и веселой, угощала их вкусными домашними печеньками — он должен ей помочь.

— Гульназ, привет!

— Привет, Виталик.

— Слушай, я знаю твою ситуацию. Я хочу тебе помочь.

— Спасибо, Виталь, но как ты мне поможешь? Мою визу не продлевают, и меня точно теперь депортируют.

— Не депортируют, если у тебя будут законные основания остаться.

— Я не вижу ни одного варианта.

— Выходи за меня замуж сегодня.

— Чего-о-о?

— Чего слышала, — Виталик улыбнулся. — Замуж, говорю, выходи. Устроим фиктивный брак, получишь гражданство, потом разведемся.

— Ты серьезно?!

— Абсолютно!

— Но... но почему ты мне помогаешь? — глаза Гульназ наполнились слезами.

— Потому что люди могут просто помогать друг другу, и это нормально. Короче, договорились: после пар едем домой за паспортами и идем в ЗАГС экстренно жениться. Справку о беременности купим у медиков 😉.

Виталик подмигнул хлюпающей носом Гульназ и вернулся к Сереге. Тот слышал их диалог и с ошарашенным видом спросил:

— Чувак, у тебя вообще все норм? Странный ты какой-то...

— Я абсолютно нормальный, это люди вокруг странные, — Виталик засмеялся. — Ладно, пошли с этой пары, расскажу тебе все в кафетерии за чашечкой чая.

Раньше бы Сергей отказался и стал говорить, что конец семестра, каждая пара на счету и так далее, но сейчас любопытство было явно сильнее. Он собрал вещи и вслед за Виталиком вышел из аудитории. Они заказали по чаю и по три круассана каждому, и тогда Виталик начал свой рассказ.

Глава 2. За два дня до этого

Пассажиры автобуса пребывали каждый в своем анабиозе. Кто-то смотрел в окно, кто-то «залипал» в смартфоне, а кому не хватило места, и вовсе переминался с ноги на ногу.

Виталику повезло: он быстро сел, когда встала какая-то бабуля, и демонстративно стал смотреть в окно на проносящуюся улицу Мориса Тореза. Пейзаж был ему до боли знаком — он ездил в университет на 123-м автобусе уже третий год подряд. Конечно, внутри немного «свербило» из-за того, что он не посмотрел вокруг: вдруг какая другая бабуля стоит рядом? Но ехать до «Просвета» еще далеко, а стоять в переполненном автобусе — это то еще испытание.

Виталик погрузился в грустные думы. Скоро маячил зачет по сопромату, а он, как говорится, ни в зуб ногой. Самое противное, что их препод-профессор был настоящим снобом и мизантропом. Свою науку он любил явно больше студентов и нещадно заваливал всех на зачете. Если Виталик не сдаст, то его отчислят, а там маячила перспектива попасть в армию. А туда он очень не хотел — это было последнее место, где он мечтал оказаться.

А еще ему не повезло с соседом по комнате в общежитии: парень храпел как сантехник в трехнедельном запое и мешал Виталику спать, даже беруши не помогали. Ну и финальным аккордом стало то, что однокурсница Вика отказала ему в ухаживаниях. Сделала она это довольно обыденно: поместила Виталика во френдзону, пользовалась его вниманием и ресурсами, а потом отшила, когда появилась более интересная «подушечка для плаканья».

Виталик был сначала зол, но потом осознал, что такой стеснительный парень, как он (можно сказать, ботаник), практически не имел шансов с красоткой Викой.

Виталик горестно вздохнул. Жизнь казалась несправедливым калейдоскопом событий — скучным и болезненным. Они проехали уже Светлановский проспект, и тут молодой человек заметил красивую девушку. Она стояла в метре от него и пыталась выстоять под давлением толпы. Виталик осторожно посмотрел ей в глаза и испуганно отдернул взгляд, когда она взглянула в ответ. Когда в следующий раз он снова поднял глаза, девушка смотрела чуть в сторону, но губы ее улыбались. Парень через минуту снова осторожно встретился с незнакомкой взглядом. Виталик хотел уже опять «сбежать», но заметил, что она искренне и дружелюбно улыбается ему. Тогда, превознемогая страх, он улыбнулся в ответ и получше рассмотрел незнакомку.

Это была русая девушка лет двадцати пяти, определенно красивая. Даже через зимнюю одежду можно было рассмотреть соблазнительные очертания ее фигуры.

До «Просвета» автобус ехал еще сорок минут, периодически застревая в пробках. Виталик очень хотел познакомиться с прекрасной незнакомкой, но понимал, что в любой момент она может выйти. Да и смелости заговорить с девушкой у него не было — он никогда так не делал.

К тому моменту, когда автобус наконец доехал до площади Просвещения, Виталик растерзал себя внутренними сомнениями. Русая девушка, как и он, двигалась к выходу, и сердце парня бешено колотилось. Он понимал, что вселенная явно что-то хочет ему сказать через эту девушку, дает ему знак — он просто обязан с ней познакомиться. Недаром же она тоже доехала до «Просвета». Но реальной смелости было недостаточно, оставалось надеяться только на спонтанное безумство: что он просто догонит незнакомку и заговорит с ней.

Сердце продолжало ухать, а по вискам покатился пот. Девушка спустилась первая, Виталик шел сзади через одного человека. Спускаясь, парень с волнением смотрел на нее. Она медленным шагом отошла на пять метров и остановилась чуть поодаль от толпы. Виталик на ватных ногах пошел к ней, и когда он оказался рядом, она повернулась и тепло улыбнулась.

— Ты просто можешь сказать мне свое имя, — приятным голосом произнесла девушка, и ямочки на ее щеках задвигались от улыбки.

У Виталика как камень с души упал. Тон девушки, ее дружелюбность и расположение сделали свое дело. Он представился, узнал, что девушку зовут Даша, и честно признался, что, возможно, не осмелился бы первым заговорить с ней.

— А я сразу тебя заметила, — сказала Даша. — Ты сидел такой грустный и такой романтичный одновременно. Я задалась вопросом: о чем же он думает, что происходит в его душе, почему этот парень такой печальный? Мне захотелось, с одной стороны, узнать об этом, а с другой — как-то поднять тебе настроение.

— Серьезно? — Виталик был поражен. — Ты сразу обратила на меня внимание? Это удивительно. Обычно я не пользуюсь успехом у девушек.

Они медленно шли по улице Хошимина, и никто из двоих даже не думал о времени или делах.

— Я увидела в тебе глубину, желание исследовать, докопаться до истины внутри. Ты был очень печален, но я почувствовала энергию жизни и стремление рисковать. Я уверена, что ты заговорил бы со мной в итоге, просто облегчила тебе задачу.

Виталик был ошарашен. Ни разу еще такая красивая девушка не знакомилась с ним первой, да и он сам никогда этого не делал. Происходящее было чем-то из ряда вон выходящим. Может, это новогоднее чудо? На дворе же 27 декабря.

Виталик поделился мыслями с Дашей и понял, что никогда еще ни с кем не был настолько откровенен. Казалось, в данную минуту он может рассказать ей абсолютно всё, самые глубокие секреты. Парень воспринимал девушку как богиню, явившуюся в ответ на его желания и мечты. Они шли и болтали, узнавая друг друга. Все воспринималось как сюрреализм — он даже ущипнул себя, но Даша продолжала идти рядом, и ее голос вернул его к реальности.

— Скажи, Виталик, чего ты хочешь больше всего на свете сейчас? Подумай хорошенько и скажи максимально откровенно.

Виталик точно знал, чего хочет, но понимал, что не может сказать об этом такой прекрасной девушке. Но ведь она сама просила откровенности... Даша заметила его внутренние метания, легонько хлопнула по плечу и сказала:

— Ну ладно, парень, не дрейфь.

И тогда Виталик решился. Он скорее услышал свой голос со стороны, чем осознавал, что говорит это сам:

— Я... я хочу близости с тобой. Я хочу заняться с тобой сексом, Даш, и провести так целую ночь. Я...

Он опустил глаза и был готов к любой реакции: к пощечине или смеху. Но к чему он не был готов, так это к теплому и нежному поцелую. Даша обняла его и тихонько поцеловала. В ее глазах он увидел нежность и какой-то озорной огонек.

— Спасибо тебе за смелость, Виталь, я ценю это. И да, твое желание будет исполнено. Пойдем.

Девушка взяла его за руку и повела за собой. Парень понял, что его мозг просто отключился и включился режим созерцания. Логика, твердившая, что происходящее невозможно, в какой-то момент замолчала от осознания собственной беспомощности.

Они шли дворами и минут через семь уже поднимались в лифте на семнадцатый этаж новенького дома.

— Куда мы идем? — спросил Виталик.

— Ко мне, я здесь живу. И следующие сутки ты тоже.

Виталик четко ощущал, что попал в какую-то параллельную реальность. Или, может, он умер? Но мягкий голос девушки, ее прикосновения и запах сандаловых благовоний говорили об обратном.

Все, что происходило в следующие двадцать четыре часа, он помнил потом отчетливо и ярко, но волшебство этой новой реальности было настолько счастливым, что сознание иногда ставило под сомнение эти сутки в конце декабря. Нежные поцелуи Даши, ее заразительный смех, неловкость самого Виталика в сексе, их откровенные разговоры в перерывах между близостью и сладкий запах ее волос...

Это был, без сомнения, самый счастливый день в его жизни. То, что он лишился девственности, было приятным бонусом, но главное — Виталик как будто попробовал эту жизнь на вкус. Он осознал, насколько яркой и потрясающей она может быть.

На следующий день Даша села перед ним, взяла его руку в свою и, глядя в глаза, поделилась сокровенным:

— Виталь, то, что было, — это максимально искренне, и ты действительно мне нравишься. Но была и еще одна причина происходящего. Я состою в одной организации... хотя называть так тоже неправильно. М-м-м... я поддерживаю одну идеологию, которая мне очень близка, и я хочу с тобою ей поделиться. Несколько месяцев назад мне должны были сделать операцию, пересадить костный мозг, но я никак не могла найти донора: у меня редкая группа крови и есть другие особенности организма. Да и вообще, это жутко дорого. Но тут нашелся парень, который подошел по всем параметрам, поделился своим костным мозгом и сделал это совершенно бесплатно. Хотя для него это была долгая и болезненная процедура. Но он сделал это. А в конце сказал, что он приверженец «Общества глубокого доверия».

Я понятия не имела, что это, и он рассказал: уже около года люди по всему миру помогают друг другу безвозмездно, исполняя заветные желания или просто приходя на помощь в трудной ситуации. Тебе помогают, а потом ты исполняешь желания двух других людей, когда видишь их нужду. Это необязательно, и ты сам выбираешь, кому помогать, но альтруизм реально работает. Если тебе искренне помогли, у тебя самого появляется желание делиться этим и приумножать добро. Эту систему изобрел какой-то подросток в Европе и предложил у себя в школе как способ изменить мир. Ему сначала не поверили, но потом кто-то вдохновился, попробовал — и заработало. Сейчас уже десятки тысяч людей вступают в это «общество». Есть сайт, где люди выкладывают свои истории — тысячи волшебных историй. Это очень вдохновляет. Ты тоже можешь там написать о нас. А еще ты можешь поделиться своим теплом с двумя другими людьми и сделать их счастливее.

Виталик смотрел на Дашу влюбленными глазами и понимал, что их история, скорее всего, будет недолговечной, а может, закончится прямо сегодня. От этого было грустно, но в сердце одновременно горел огонь вдохновения. Может быть, он и не нашел постоянную девушку, и всё это было лишь новогодним волшебством, но он определенно прикоснулся к чему-то прекрасному. Теперь он точно знал, в какую сторону ему двигаться.