Кредит "Удачи"

Древняя Греция. Подножия Олимпа. Старый храм.

Некогда величественное строение, храм Богов Олимпа, выглядел так, словно в нём произошла битва Богов и Титанов. Полуразрушенное строение, с огромным трудом, напоминало о былой красоте и величии. Сотни лет в этот Храм стремились люди со всего мира, чтобы воспеть молитвенные песни и принести дары для своих Богов. Но те времена давно канули в Лету.

По руинам огромного зала, еле переставляя ноги, шаркал сухой старик. Это был последний верховный Иерофит, который служил в этом храме. Он был настолько стар, что даже сам храм, на его фоне, казался молодым и цветущим садом.

Рваные лохмотья обрядовой туники, висели на сухом скелете, словно мешок на огородном пугале. Местами, где ещё совсем не стёрлись от времени и песка, на рванине угадывались золотые и серебряные нити, что когда-то сплетались в великолепный узор – последние свидетели былой красоты и роскоши этого забытого места.

Старик медленно брёл среди руин. Он шёл неспешно, аккуратно огибая огромные камни, что некогда служили опорой величественных колонн и стен этого храма. У него не было сил даже перешагнуть хоть самый маленький осколок того времени. Но он упорно шёл к единственному уцелевшему месту, в этих руинах. Жертвенный алтарь.

Но даже его не миновала участь храма. Фрески, что изображали великие битвы, давно стёрлись и осыпались. Краски выцвели, а картины сожрал песок и время.

Старик остановился в одном шаге и медленно, стараясь экономить последние силы, глубоко поклонился. Каждое движение старика забирало последние силы. Он уже чувствовал, как одна из сестёр судьбы, Атропос, занесла свои ножницы над его нитью жизни.

Но даже зная это, старик продолжал свой предсмертный ритуал. Верховный жрец, медленно шевелил сухими губами, вознося последнюю молитву. Но слов его никто не слышал. Алтарь, как и сам храм, давно потерял свою силу, и Боги, которым издревле поклонялись в этом храме, не слышали молитв и не принимали даров от своих служителей.

В конце ритуала, старик поднял левую руку. Правая давно уже высохла и перестала функционировать. В руке, скрюченными пальцами, старик держал последнее в своей жизни подношение. Совсем небольшая, чуть больше ладони, ветвь оливкового дерева, с парой умирающих листьев и единственным плодом на ней, медленно, но величественно опустилась на жертвенный алтарь. Эту ветвь он сорвал с единственного ещё не умершего дерева, что росло в некогда роскошном саду возле самого храма. И теперь сад, как и сам храм, как и последний верховный Иерофит, отдавали последние почести своим Богам.

Старик в последний раз глубоко поклонился и медленно осел на пыльный пол храма. Облокотился спиной на алтарь и закрыл почти слепые глаза. Его век, его служба и его жизнь, были закончены. Старшая сестра Мойра перерезала его нить.

Но душа старика не успела покинуть тело и отправиться в загробный мир, как время в храме остановилось. Ветер, что лениво перекатывал песок среди старых руин, на мгновение затаил своё дыхание. Шум за стеной стих, погружая величественное сооружение в звенящую тишину.

– Спасибо тебе, Деомид, – неожиданно, нарушая могильную тишину храма, раздался мелодичный женский голос.

Старик почувствовал, как вздрогнул, но его тело было мертво и не могло пошевелиться. Но вот душа...

Сумрак храма озарил тёплый свет, который исходил от жертвенного алтаря. И в этом свете, отчётливо прорисовывалась женская фигура. Невысокая, стройная, с длинными волосами. Образ её менялся ежемоментно, словно жил своей собственной жизнью.

– О, великая Тюхе! – душа старика мгновенно упала на колени.

– Встань, Деомид, – богиня переполняла руку, жестом приказывая жрецу подняться, – ты верой и правдой служил мне, и этому храму. И даже в предсмертный час, ты молился. Ты знал, что умираешь, но не отступился.

Ласковый голос богини звучал, казалось, со всех сторон, прогоняя всю боль прожитых лет и наполняя пространство вокруг безмятежностью.

– И за твою верность и твою службу, я дарую тебе шанс. Шанс, встать рядом со мной плечом к плечу. Не как служитель, не как жрец, а как соратник. Ты, – рука богини указала на бледную тень старика, – станешь моей правой рукой. И вместе, мы создадим своё царство!

Старик выпрямился, расправив усталые плечи, и высоко поднял голову. Шанс... Шанс, который подарила ему не кто-то, а сама Богиня Тюхе, стоил всей его жизни. И земной, и тем более загробной.

Рука богини коснулась старческого плеча и вместе они исчезли во всышке ослепительного света. Их больше не существовало... в этом времени.