Криган Сноу

Дорн

Башня радости

Эддард Старк, задыхаясь, бежал вверх по лестнице. В ушах его всё ещё звучали полные боли и отчаяния крики сестры. Лианна была для него не просто сестрой, она была его родной душой. Кроме Бенджена, она была единственной оставшейся у Эддарда семьёй.

Он старался не сбавлять темп, перепрыгивая через целые пролёты лестницы. Он не обращал внимания ни на что вокруг, он просто бежал к своей сестре, желая наконец увидеть её.

И вот он остановился в начале коридора, где в конце виднелась единственная дверь. Он сделал шаг, затем ещё один и ещё, и вот он уже стоял у двери в комнату.

В этот момент его охватили сомнения. Он боялся увидеть свою сестру — нет, не сестру, а то, что с ней мог сделать сын безумного короля.

Но из-за двери слышалась какая-то возня, а затем раздался звонкий детский плач.

На мгновение он впал в ступор, но быстро выйдя из него, распахнул двери.

Почти бегом ворвался в комнату и тут остановился с полными шока и удивления глазами, смотря на свою сестру.

Она лежала на небольшой кровати с растрёпанными волосами, даже так она была прекрасна, но самым шокирующим было то, что она держала на руках двух младенцев.

— Тише, тише, — тихо успокаивала она одного из младенцев.

Повернувшись в его сторону, она несколько секунд всматривалась, и наконец она мягко улыбнулась.

— Нед… — как можно нежнее произнесла она его имя. — Нед, это и вправду ты?

Нед замер на месте. На глазах у него выступили слёзы, а мысли, которые только что его беспокоили, куда-то исчезли.

Он попытался сделать шаг, но ноги не слушались его, и он чуть не упал.

Лианна тихо рассмеялась.

Он поднял голову и посмотрел на сестру. На её лице появилась слабая улыбка.

— Нед… Я… — он запнулся, не находя слов.

Нед сделал ещё шаг и упал на колени у кровати. Он медленно протянул к ней руку, как будто боясь, что она может исчезнуть.

Она улыбнулась и взяла его за руку.

— Лиа, это и в самом деле ты? — он крепче сжал ее руку. — Я так рад, я так рад, я скучал, Лиа. Брандон, отец, они… — он замолкает, не решаясь сказать.

— Я знаю, Нед, мне так жаль, это я виновата, это из-за меня они погибли, — из ее глаз покатилась слеза.

— Нет, не говори так, Лиа, если кто и виноват в этом, это Таргариены.

— Я… Я, Нед. — Она начала тяжело дышать. — Я любила Рейгара… Я любила его. — Она обняла маленьких детей. — Это наши дети, Эймон и Деймон Таргариен, — она нежно погладила по голове двух детей, а в ответ получила недовольное сопение. Смотря на них, Нед невольно улыбнулся, но улыбка сразу же исчезла, как только его внимание вернулась к сестре.

— Нед ес-есл если Роберт узнает, он убьёт их. — Её слова стали прерывистыми, а дыхание участилось.

— Ли, прошу, не говори, тебе нужно отдохнуть,

— Не-е-д, я любила его, если Роберт узнает, он… он… Убьёт их, прошу! Нед, защити их, прошу — ее глаза начали закрываться, а вдохи стали короче.

Неду было тяжело, он был беспомощен, он потерял отца, брата, а теперь терял и сестру. — Обещай мне, что защитишь их, обещай, — ее голос стал еле слышимым, но Нед все услышал. Руки сестры окончательно ослабли, а она сама с трудом держалась, ожидая его ответа.

— Я обещаю, Лиа! Я защищу их, я клянусь тебе в этом всеми богами. — в глазах Неда собралась влага, что через секунду превратилась в маленький ручеёк слёз.

Она слабо улыбнулась и закрыла глаза, чтобы больше никогда не открывать их.

Нед ещё минуту смотрел на тело своей сестры, слёзы не переставали идти, но он должен был быть сильным ради детей ради ее детей и своих племянников.

Он вытер слезы, встал и, наклонившись, поцеловал сестру в лоб.

— Я защищу их Лианна, я обещаю. — с грустью в голосе проговорил он.

И только после этого Нед обратил внимание на двух спящих рядом с сестрой младенцев.

Нед медленно взяла на руки одного из малышей, и тут же на него уставились глаза цвета индиго. Такие яркие, такие красивые — в них словно горел огонь. Они изучали лицо Неда, пока они снова не закрылись, и мальчик засопел, погружаясь в сон. Нед улыбнулся и положил ребёнка рядом со своим братом.

Тут Нед услышал скрип открывающейся двери, быстро обернулся, а рука сама собой легла на эфес меча, готовая в любой момент выхватить оружие.

Ответом ему был тихий девичий вскрик, за которым последовал детский плач.

Нед смотрел на женщину со смуглой кожей, каштановыми волосами и тёмными глазами. Она прижалась к двери и испуганно смотрела на него, тихо дрожа, но, бросив взгляд на детей, набралась храбрости и заговорила:

— П-п-простите, милорд, — её голос всё ещё дрожал. — Я Вилла, кормилица маленьких принцев, — тихо произнесла она.

Нед всё ещё смотрел на неё с недоверием и не убрал руку с рукояти Льда. Он чуть повернул голову и бросил взгляд на плачущих малышей, а затем снова посмотрел на женщину. Она вздрогнула.

— Ты знаешь, кто они и кто их мать? — спокойно спросил он.

Она всё ещё дрожала, не отводя взгляда от его руки, которая сжимала рукоять меча.

Нед тяжело вздохнул и убрал руку с эфеса, пытаясь хоть как-то успокоить женщину. К его облегчению, это сработало: Вилла заметно расслабилась, но всё ещё выглядела напуганной.

— Да, милорд, — так же тихо ответила она. — Это принцы Таргариены, и их мать — королева-мать Лианна Старк.

Нед тихо кивнул, принимая её слова, и чуть отодвинулся, давая понять, что она может пройти. Правильно поняв намёк, Вилла быстро бросилась к детям. Подойдя к кровати, она испуганно вздохнула. Нед видел, как с грустью и печалью во взгляде она смотрела на тело его сестры.

Она бросила на него взгляд.

Он видел, как в её глазах блеснули слёзы. Нед понял её немой вопрос.

Сердце Эддарда сжалось от боли, но он всё же покачал головой, подтверждая её худшие опасения.

Вилла кивнула и снова перевела взгляд на детей, стараясь их успокоить.

Нед смотрел на неё с грустью.

«Ведь это могла быть Лианна…» — промелькнуло у него в голове, и он отвёл взгляд.

Перед его мысленным взором вспыхивали образы сестры — её улыбка, глаза, её выходки, которые не раз заставляли их отца хвататься за голову. Нед слабо улыбнулся… но тут его словно парализовало.

«Вилла назвала Лианну королевой-матерью? Что? Как такое возможно? Нет, нет, нет… Рейгар был женат на Эллии Мартелл, у него уже были дети — Эйгон и Рейнис…»

Нет. Вилла, должно быть, просто оговорилась. Да, наверняка. Иначе это невозможно объяснить.

Он пристально посмотрел на Виллу. Он хотел спросить… но не сейчас. Пусть она сначала успокоит малышей.

И, слава Старым и Новым Богам, ждать пришлось недолго.

Вопросы жгли его изнутри. Нед жаждал ответа. Он надеялся, что Вилла просто ошиблась. Он надеялся… К своему стыду, он хотел, чтобы его племянники, дети его сестры, оказались бастардами.

Наконец дети успокоились. Вилла уложила их отдельно от матери и, под взглядом Неда, закрыла лицо Лианны простынёй. Он прикрыл глаза, тихо помолившись Старым Богам.

Когда Вилла освободилась, Нед подошёл к ней и сразу задал вопрос:

— Простите, леди Вилла, — спокойно начал он. — Но почему вы назвали мою сестру королевой-матерью?

Вилла немного сжалась под его взглядом.

— Я не леди, милорд, я простолюдинка, — начала она. — И она королева, потому что была женой покойного короля Рейгара.

Глаза Неда расширились от ужаса.

— Как?! Это невозможно! Рейгар был женат… — он почти выкрикнул, но вовремя спохватился и понизил голос.

Но прежде чем Вилла успела ответить, дверь комнаты открылась.

На пороге стоял Хоуленд Рид.

Он посмотрел на Неда, на мгновение задумался и, наконец, кивнул, приглашая его выйти. Затем, заходя в комнату, он слегка прихрамывал, быстро осматривая её, словно кого-то искал.

Нед сразу понял, кого именно. Он поймал вопросительный взгляд Хоуленда и кивнул в сторону кровати, затем грустно покачал головой.

Рид тут же перевёл взгляд на укрытое одеялом тело Лианны. В его глазах отразилась печаль. Подойдя ближе, он тихо сказал:

— Мне жаль, Нед… Лианна… она… она… — его голос дрожал, словно слова застревали в горле.

— Я знаю… И спасибо, — так же тихо ответил Нед, изо всех сил стараясь не погрузиться в пучину скорби.

Он снова взглянул на Виллу, которая переводила взгляд с него на Рида.

Нед не понимал, почему она молчит, но затем заметил, как её взгляд на секунду задержался на небольшой колыбели. Тогда он понял — она не доверяла Риду, не знала его. И это дало ей несколько плюсов в глазах Неда.

Он посмотрел на Хоуленда, раздумывая, можно ли ему доверять.

Рид был одним из первых, кто откликнулся на его призыв, когда стало известно, что Рейгар похитил Лианну. Он первым привёл своих людей под знамёна Старков. Иногда Неду казалось, что Хоуленд был влюблён в неё…

Ещё немного подумав, он принял решение. Хоуленд должен знать. И если он попытается что-то сделать… тогда Неду придётся исполнить своё Обещание.

Он кивнул Риду, затем взглядом указал на дверь. Они вышли из комнаты.

Как только за ними закрылась дверь, Хоуленд заговорил первым:

— Нед, мне жаль…

Но Нед быстро его прервал. Он глубоко вздохнул, собираясь с духом, и рассказал всё. О детях. О Вилле. О Рейгаре.

Когда он закончил, в комнате воцарилась тишина. Нед ждал реакции. Его рука уже легла на эфес меча — если Рид отреагирует не так, как он ожидал…

Но к удивлению Неда, Хоуленд опустился на одно колено и произнёс:

— Я, Хоуленд Рид, Лорд Перешейка и Дозорный Сероводья, клянусь Старым и Новым Богам, что сохраню в тайне всё, что узнал и увидел в этой Башне!

Нед не ожидал такого. Ошарашенно глядя на него, он лишь смог выдавить:

— Спасибо.

— Не стоит… Это всё ради неё, — ответил Хоуленд.

Теперь, удостоверившись в его лояльности, они вернулись в комнату.

Там их встретила Вилла. Она вновь вопросительно посмотрела на Неда, и он, не колеблясь, утвердительно кивнул.

Получив разрешение, Вилла начала рассказ. Она говорила, что узнала об этом от Лианны и от подслушанных разговоров гвардейцев.

Она рассказала, как Лианна ушла с Рейгаром, почему она это сделала, о своей ненависти к Роберту, о свадьбе с Рейгаром и о том, как он аннулировал свой первый брак с согласия Элии. Она рассказала, как они поженились на острове Ликов по благословению верховного септона Мейнарда.

Затем она рассказала о восстании, о том, как они пытались его остановить, но ни одно из отправленных ими писем не достигло цели. Она рассказала, как Рейгар ушёл, оставив её здесь, и так и не вернулся.

Нед и Хоуленд молчали, пока Вилла говорила. В конце Хоуленд задал важный вопрос: есть ли записи их брака?

Вилла кивнула и быстро подошла к небольшому сундуку. Она открыла его и через мгновение достала стопку бумаг.

Нед взял бумаги и начал их читать. Там были письма Рейгара и Лианны, их переписка, а также документы, подтверждающие их брак. Копии этих бумаг были отправлены в Старомест через надёжного мейстера, имя которого не упоминается.

Хоуленд стоял рядом, тоже изучая бумаги. Когда они закончили, всё стало ясно.

Они поняли, что всё, что случилось, было построено на лжи и недопонимании.

Нед думал о мрачных мыслях, которые всё ещё мелькали в его голове, о сценах того мрачного дня, когда его друг смеялся, глядя на трупы невинных детей. Но он всё же принял решение.

— Они поедут со мной на Север, — ответил он на вопрос Хоуленда.

— Но как ты объяснишь, кто они и от кого? — спросил Хоуленд.

Лицо Неда помрачнело ещё больше, и он произнёс:

— Я назову их своими бастардами.

Хоуленд посмотрел на него с недоверием.

— Ты хочешь обречь детей Лианны клеймом бастардов? Нед, ты в своём уме? Как ты можешь такое говорить? Как ты вообще до такого додумался? — почти кричал лорд Перешейка.

— Это единственный выход, Хоуланд. В противном случае их ждёт смерть, — твёрдо произнёс Нед, хотя и сам не был уверен в правильности своих действий. Он успокаивал себя мыслями: «Когда-нибудь они узнают правду от меня. Может быть, они примут это или возненавидят меня, но они живы — это главное».

***

Неопределенное время спустя.

Север.

Винтерфелл.

Криган Сноу и его брат Джон Сноу тренировались на площадке в полном одиночестве, лишь в компании друг друга.

— Бей сильнее, Джон, я не Робб, со мной ты можешь выложиться на полную, — подначивал Криган брата.

— Я и так сражаюсь на полную, это просто ты слишком силён, брат, — в перерывах между ударами говорил Джон.

— Не оправдывайся, Джон, я прекрасно вижу, что ты специально поддаешься Роббу, — нанося быстрый удар по руке Джона, ответил Криган.

Джон выровнял тренировочный меч, потирая ушиб на руке и с обидой смотря на брата.

— Кто тебя надоумил, Джон? — подойдя к брату и с недовольством в голосе спросил Криган.

— Никто, — ответил Джон.

— Это опять эта Рыба?

— Нет, и не называй ее так.

— Почему ты ее защищаешь? Только скажи, и я опять проучу эту тухлую рыбёшку, — с широкой улыбкой проговорил Криган. Джон тоже улыбнулся, вспомнив прошлую проказу.

— Думаю, отец не оценит этого, он все ещё злится на тебя за прошлый раз, когда ты привязал мёртвую мышь к платью леди Кейтилин.

— Знаешь, то, как она бегала, стоило пары дней уборки конюшни, — на лице мальчишки появилась ещё одна улыбка.

— Так почему ты поддавался Роббу?

Джон немного помолчал, а затем сказал:

— Бастарды не должны быть лучше своих братьев. — Под пристальным взглядом Кригана Джон говорил всё тише и тише.

— И кто сказал тебе об этом? — с лица Кригна пропала ухмылка, а его голос приобрёл серьёзные нотки.

— Никто, просто я прочитал книги, и там рассказывалось о Деймоне l Блэкфайре, — опуская голову, ответил Джон, — Я прочитал, что он восстал против своего брата, потому что был лучше него во многих аспектах, и я подумал… что —

Он замолчал, наткнувшись на недовольный взгляд брата.

— Прости… — виновато опуская глаза, тихо проговорил Джон.

Криган немного просверлил брата суровым взглядом и все же тихо позвал его: — Джон, послушай.

Джон поднял глаза на брата:

— Да, мы бастарды, но мы бастарды одного из величайших людей во всех этих чертовых семи королевствах, и он нас любит, и мы любим наших братьев, разве не так?

Джон тихо кивнул.

— Так ты настолько глуп, чтобы сравнивать нас и этого проклятого Блэкфайра, убийцу родичей, разве ты можешь убить Робба?

— Никогда, я люблю Робба, он наш брат, — С пылом ответил Джон.

Услышав его ответ, Криган улыбнулся: — А теперь подумай, Джон, наш отец не недостойный, а ты разве сможешь восстать против нашего брата?

Услышав слова брата, Джон быстро покраснел: — Прости, брат

Криган похлопал брата по плечу.

— Ничего страшного, братишка, но в следующий раз посоветуйся с Мейстером Лювином перед тем, как делать какие-либо выводы.

— Хорошо, брат

— А теперь давай закончим на сегодня, иди на кухню и поешь.

— А ты?

— Я пойду в богорощу и помолюсь.

Джон хотел сказать, что хочет присоединиться к нему, но, наткнувшись на хмурый взгляд брата, кивнул и направился туда, куда указал брат.

Криган проводил Джона взглядом до самого выхода из площадки, и как только Джон пропал из поля зрения, Криган, убравшись во дворе, направляясь в богорощу.

*****

Эддард Старк

— Это возмутительно! Как такое вообще могло случиться? — эмоционально размахивая руками, ругалась женщина с каштановыми волосами. — Он опозорил Робба, Нед, он опозорил всю нашу семью, — перечитала она. — Я говорила тебе, его нужно сослать?! — гневно глянула она на мужчину. — И что теперь? Какого-то ублюдка спутали с твоим сыном, твоим наследником, Нед! Ты понимаешь?

Эддард Старк устал. Он устал от бесконечных ссор с женой, от ее бесконечных жалоб, криков, угроз, от ее фанатичного желания избавиться от двух детей, что, по ее мнению, могли угрожать Роббу и остальной части нашей семьи.

Нед устал пытаться объяснить, что они тоже часть их… его семьи, но она даже слушать не хотела, раз за разом устраивая сцены и скандалы, а иногда, как он узнал от Кригна, даже откровенно вредила им, что, честно сказать, не понравилось Неду, и тогда, да, он впервые чуть не поднял на неё руку, но, к облегчению, Криган, если можно так сказать, сам разобрался с этой проблемой, начав вредить Кет в ответ. В основе своей его проделки были безобидными, но направлены только на Кет, из-за чего ему приходилось просить его остановиться, чтобы его уши хоть день могли отдохнуть от ее бесконечных жалоб. Да, Нед любил эту женщину, у них были прекрасные дети, и они часто делили ложе, но даже он иногда уставал от ее капризов. И даже сейчас в своем солярии он опять выслушал очередной гневный монолог своей леди жены.

— Нед Джон Амбер оскорбил нас, тебя, своего лорда, нам нужно с этим что-то сделать! — сказала она, наконец-то остановившись и уставившись на него хмурым взглядом.

— Кет, Джон уже принёс извинения, хотя и в своей грубой манере, и это более чем достойно, — устало вздохнув, проговорил Нед. Он уже который час находился в своём солярии и разбирал отчёты, привезенные Большим Джоном.

Большой Джон Амбер, лорд последнего очага, один из важнейших знаменосцев севера.

Отчёты, честно сказать не радовали, число набегов одичалых в последний год увеличилось втрое, а число уничтоженных деревень насчитывает уже три десятка, и все в основном на землях Амберов, Крастарков, Болтонов и парочку на землях горных кланов, а число убитых и угнанных людей насчитывает уже пару сотен мужчин, а женщин и детей в основном уводили за стену.

Но это была не единственная причина, по которой Большой Джон прибыл в Винтерфелл, одичалые были нескончаемой проблемой Севера еще с того времени, как его великий предок Брандон Строитель возвел стену.

Проблемой не это, а то, что выяснили люди Амберов. А узнали они что-то, как-то обойдя стену и черный дозор, несколько племен одичалых поселились на территории Дара вблизи территории Амберов — вот это была истинная причина приезда Большого Джона.

В личном разговоре он попросил у Неда людей и разрешения для карательного рейда на формальную территорию Ночного Дозора, и Нед уже написал Джиору Мормонту, нынешнему лорду-командующему Ночного Дозора и дал распоряжение готовить людей для похода, и пока летел ворон, а это был как минимум пару дней, Большой Джон был его гостем, и как только он получит ответ, он выпустит с Джоном в поход, а дальше…

— Нед ты меня слушаешь?! — недовольно спросила Кет, и по ее выражению лица она поняла, что он не слушал.

— Прости моя любовь, но мои мысли заняты другой проблемой, — попытался оправдаться Нед. — Что ты там говорила?

Кейтилин ещё больше нахмурившись продолжила.

— Я говорила о том, чтобы послать твоих ублюдков куда-нибудь, чтобы они не мешали нашим детям.

Все прочие мысли мигом вылетели из головы Лорда Винтерфелла, перед его глазами мигом пронеслось последние минуты его сестры, ее просьба защитить их, брови Неда изогнулись, явно показывая его недовольство, это был не первый их разговор подобного толка, и одного нахмуренного взгляда мужа Кейтилин хватило, чтобы резко замолчать.

Нед глубоко вздохнул успокаиваясь и чуть расслабившись заговорил: — Кет, думаю тебя ждут твои обязанности Леди Винтерфелла и думаю тебе надо навестить Сансу, она сегодня мало ела, узнай здорова ли она и не нужно ли позвать Мейстера Лювина, — спокойно проговорил Нед снова возвращаясь к бумагам.

Ошарашено посмотрев на мужа Леди Винтерфелла постояла ещё несколько минут смотря, как он монотонно разбирал бумагами и наконец поняв, что это конец разговора, она, повернувшись, покинула комнату перед этим бросив недовольный взгляд на хозяина комнаты.

Как только дверь закрылась Нед тяжело вздохнул, это был явно не конец разговора и он был уверен в ближайшее время он возобновится, но он был рад хоть какому-то перерыву в виде тишины.

Посидев ещё по ощущениям около часа Нед решил и вправду отдохнуть и прогуляться, поднявшись с кресла он положил перо на стол и накинув свой плащ вышел из комнаты.

Сразу же встретив пару стражников у выхода, кивнув им, Нед произнёс: — Я хочу прогуляться, — тихо бросил он и, повернувшись, зашагал по мрачным коридорам замка, освещённым тусклыми факелами, хотя, и стоит признать, свою работу они выполняют на отлично, давая тот минимальный свет, что нужно, чтобы идти и не споткнуться и не сломать себе шею. Через пару минут блуждания по знакомым ещё с детства коридорам Лорд Винтерфелла вышел на небольшой балкон и по совместительству проход в другую часть замка, проходя и вдыхая прохладный воздух Севера, Нед слабо улыбнулся, остановившись, и подняв голову и закрыв глаза, он наслаждался чистым прохладным воздухом.

Вдруг его отвёл звук, монотонно звучащий снизу. Открыв глаза и опустив взгляд, он увидел двух парней, сражающихся друг с другом деревянными мечами, и, по тому, что видел Нед, чуть старше на вид парень подбежал. Чуть приглядевшись, он узнал в мальчишках Кригана и Джона, которые о чем-то болтали, одновременно размахивая мечами.

Джон и Криган — двое его сыновей, его бастарды и его главная тайна которую как он надеялся унесёт в могилу.

Джон был черноволосым, черноглазым и очень любознательным поджарым юношей, тихим, спокойным, почти никогда не капризничаешь, как любили называть его слуги, истинный северянин.

В то время как Криган, его близнец, отличался от брата, как южанин от северянина: он был на голову выше брата, в полтора раза шире в плечах и, в отличие от брата, имел яркие аметистовые глаза, был хорош почти во всем, кроме стрельбы из лука, но все же — главная особенность его отцовской линии, он был вдумчивым, всегда как будто находился в меланхолии и, как частенько признавался мейстер Лювин, был гением, и во всем этом он напомнил Неду своего настоящего отца, хотя он знал Рейгара лишь по мимолетному знакомству и по слухам, но всё, что было у Рейгара, отчётливо виднелось в его сыне, и если Роберт увидит его…

Быстро отогнав эти мысли, Нед принялся наблюдать за спаррингом двух выдающихся юношей.

Он отдаленно слышал их разговор, хотя из-за расстояния услышать удавалось не всё: «Так почему ты поддавался Роббу?»

«Что?» — было первой мыслью Неда, хотя, если подумать, после завтрака Робб хвастался, что начал побеждать Джона на спаррингах, хотя и жаловался, что победить Кригана все ещё не может.

Но то, что дальше услышал Нед, почти разбило ему сердце, хотя и не разбило, но заставило почувствовать укол совести, что его сын так себя чувствует, он так и видел, как Лианна явится ему во сне и покажет, как с ее сыновьями общается.

Вот дальнейший разговор одновременно расстроил Неда и обрадовал, так как Джон стыдится, ему стыдно быть бастардом, и похоже, он не хочет выделяться на фоне Робба и пытается казаться хуже него.

А радовало то, что, слава Старым богам, Криган все объяснил брату, Нед должен был признать, что даже у него бы получилось хуже, и возможно, он бы даже сделал ещё хуже.

Дальше мальчики начали расходиться, Нед хотел спуститься вниз и поговорить с ним, объяснить и подкрепить слова Кригана, но его отвлек голос служанки:

— Милорд, ваша леди-жена просит вас явиться в большой зал для приёма пищи, также она просила сообщить, что лорд Амбер тоже прибыл.

Грустно вздохнув, Нед посмотрел в сторону удаляющегося Джона и, тяжело вздохнув, отправился за служанкой

******

Криган Сноу — бастард лорда Эддарда Старка, одного из величайших людей во всех Семи королевствах. Однако на его чести есть единственное пятно…

С самого детства Криган был особенным ребенком. Так говорили все служанки и слуги, которые видели, как он растет. Они рассказывали, что Криган был послушным и умным ребенком, в отличие от его братьев Робба и Джона. Он никогда не плакал и не капризничал, всегда был тихим и любил слушать. Это помогло ему при обучении у мейстера Лювина.

Криган быстро запоминал и учился, хотя и не всегда всему. Он был более взрослым среди подопечных лорда Старка, но иногда всё же позволял себе ребячество.

Сейчас Криган сидел перед Чардревом в молитвенной позе с закрытыми глазами. Со стороны могло казаться, что он спит, и они были бы частично правы, частично потому что он не спал, он находился в трансе, его тело было тут, а разум был далеко за пределами Винтерфелла.

Он размышлял, как делал постоянно после спаррингов с братом или Роббом и другими. Он мог сидеть так часами, просто сидеть и размышлять о чем-то, что ему было интересно, или, наоборот, о том, что его беспокоило или злило, а именно сейчас он думал о том, что его злило, а именно о некоторых проблемах, которые преследовали его, можно сказать, с самого его рождения.

Это были сны, очень странные, непонятные, но очень яркие на события, в которых происходило черт знает что, ну, по крайней мере, пока он не научился их более-менее расшифровывать, ну он на это надеялся, и все надежды канули в Лету, как только ему прошлой ночью приснился странный и очень непонятный сон.

Вкратце, ему приснилось, как олень идёт на север, затем оттуда он возвращается с волком, дальше оленя убивает лев и зачем-то надевает его рога, после этого лев и волк сражаются, пока не повлияют назад два оленя, один с розами на рогах, а другой какой-то странный, с огненным сердцем на груди, но что мстит за смерть сородича, они начали сражаться между собой, пока олень с розами не пал, за ним пал и волк. Затем этот олень выпустил против льва и, быстро получив ранение, бежал на север. Дальше было ещё непонятнее: сперва всё обхватило пламя, а затем с севера прошёл холод, который поглотил всё…

Ну бред, подумал он, поднимаясь на ноги, если раньше сны были хоть какие-то понятны, то теперь это какой-то бред.

— У меня и так много дел, — проговорил он, встряхивая прилипший снег. — Не хватало, чтобы я ещё на это время тратил.

Сказав это, он быстро покинул богорощу, не обращая внимания ни на что, особенно на карканье странной трехглазой вороны.