Крик

Казалось, что тьма становится всё гуще и осязаемее, и Костя, злобно вцепившись в руль, шипел себе под нос всяческие гадкие ругательства.

— Нас сносит с дороги? — спокойно спросил Андрей с пассажирского сиденья.

Костя нервно хохотнул.

— Это — самая малая наша проблема, — сказал он. — Температура в этих местах может опускаться до тридцати пяти градусов, тут уточек не покормишь в пруду. И до Эрмитажа не прогуляешься.

Андрей молчал, глядя за окно автомобиля, и ничего там не видел, кроме темноты, из которой выпархивали комья снега и ударялись в дверь.

— Мы просто будем тихо ехать, и спокойно…

— Да ни хрена… У меня уже полчаса горит колонка, — процедил Костя и ужасно осклабился. В тусклом свете приборной панели его лицо напоминало восковую маску.

— Бензин на исходе? — спросил Андрей, и голос его дрогнул.

— Ты догадливый, тебе бы в «Что? Где? Когда?» играть.

Машина стала дёргаться, и Костя громко выругался, а потом ударил кулаком по рулю.

Они спустились с пологого заснеженного склона, и теперь едва различимая дорога стала опять подниматься.

— Нам туда не забраться будет, — практически прорычал Костя. — Когда мы сейчас встанем, именно ты пойдёшь искать заправку. Я дам тебе канистру — маленькую — и ты пойдёшь. Понял?

— Нет! — испуганно воскликнул Андрей.

— Ещё как да. Я знаю, что где-то впереди есть бензозаправка круглосуточная. Я летом там заправлялся. Вот туда ты и….

Машина заглохла, и какое-то время катилась, шурша колёсами, а потом стала притормаживать. Костя аккуратно увёл её в сторону, и серо-стальная громада японской иномарки мягко подчинилась. Он включил «аварийку» и глянул в зеркало заднего вида.

— Сейчас пурга разыграется… Лишь бы никто в зад не поцеловал. Ну? Чего ты ждёшь, браток? Иди и возьми в багажнике.

— Я сказал, что я не пойду! — крикнул Андрей, и в голосе его отчётливо прозвучали истеричные нотки.

Костя осмотрел его сверху вниз, как самого законченного труса.

— Ну, ты и ссыкун. Как тебе бабы только дают? Сиди тут. Я сам схожу.

Костя открыл дверь, и в салон мгновенно же ворвался холодный ветер с жутким свистом.

— Ну и погодка, да, браток?! — крикнул Костя, поднимая ворот своего пальто. — Ты мне напомни в следующий раз, чтоб я больше не связывался с твоей семейкой, ладно?

Водитель захлопнул дверь, и в салоне тут же возникла тишина. Андрей заёрзал на своём сиденье, и мерзкое обидное чувство закопошилось у него внутри. Он слышал, как хлопнул багажник, а потом фигура Кости медленно прошла мимо бампера, и водитель стал удаляться в свете фар.

Андрей, потерзавшись ещё несколько секунд, выскочил в ночную пургу за своим товарищем.

— Костя, стой! Я с тобой!

Костя оглянулся, и его лицо уже успело порядочно заледенеть.

— Разродился?! Догоняй быстрее, гнус.

— Машину-то закрой!

— Да чего ж ты такой ссыкун?! Никуда она тут не денется. Заправка близко… Вроде бы.

Парни довольно быстро поднялись по дороге, всё ещё подсвечиваемые фарами машины, и успели уже порядочно замёрзнуть, как Андрей воскликнул:

— Вон, смотри!

Костя уже заулыбался иначе, вцепившись обмёрзшими пальцами в канистру. Теперь и он заметил огни приземистой одинокой заправки, покоившейся около дороги. По обе стороны от неё возвышался чернеющий лес, и в какой-то момент они подошли к нему на такое близкое расстояние, что отчётливо слышали шуршание вершин деревьев.

— Ну вот, а ты только ссал больше! — крикнул Костя.

— Пошли быстрее, я тебя прошу.

— Когда приедем к твоей родне, я всем расскажу, как ты тут обоссался.

— Костя!

Они заспешили, и даже дорога стала даваться им куда легче. И так продолжалось шагов сто, пока парни не замерли от отчаянного и дикого вопля, с такой силой прорезавшего ночную тишину и вой зимнего ветра, что они даже переглянулись.

— Ты слышал?! — спросил Андрей. — Чё это такое?!

Костя в который раз за ночь изменился в лице: теперь и он казался весьма испуганным.

— Девочка кричит. Лет двенадцати, наверное…

— Какая ещё девочка?! — просипел Андрей. — Откуда тут…

— ПОМОГИТЕ МНЕ, ЛЮДИ! — отчаянно и визгливо завопила та же девочка из близлежащего леса. — ПОМОГИТЕ ХОТЬ КТО-НИБУДЬ! Я БОЮСЬ!

— Чё это? Чё это?! — заорал Андрей, и стал пятиться назад.

— Да не знаю я! — громыхнул в ответ Костя. — Она близко. Сбилась с дороги, наверное. Залудилась.

Костя сделал неверный шаг в сторону деревьев, и Андрей резко вцепился в него обеими руками — довольно сильно для такого дистрофика.

— Куда ты, идиотина?! — быстро зашипел он. — Какая девочка?! Ты посмотри вокруг, откуда ей взяться здесь?

Костя сильным движением вырвался из захвата.

— Ты не слышишь, что человеку нужна помощь?

— Я ЗАСТРЯЛА, ПОМОГИТЕ!

— Не неси бред, Костик.

Костя ещё раз уничижительно посмотрел на своего товарища и швырнул ему в руки канистру; тот поймал, и холодный металл тут же обжёг пальцы.

— Ты и ссыкун, конечно… Стой тут. Я схожу и посмотрю.

Костя пошёл в темнеющий лес, и даже замешкался перед неплохим сугробом, вероятно, прикидывая, много ли снега он начерпает в свои сандалии.

— ПОМОГИТЕ! МЕНЯ КТО-НИБУДЬ СЛЫШИТ?!

Костя двинулся дальше, и через полминуты скрылся среди деревьев так, что перестал быть различимым.

Резко похолодало, и мороз показался Андрею нестерпимым. Он поставил канистру на снег и стал приплясывать, стараясь согреться. Ветер, как назло, лишь усилился, и деревья надсадно затрещали под его напором.

— Я не ссыкун! — дрожащим голосом сообщил пассажир неизвестно кому, и тоже направился в ту же сторону, стараясь наступать в оставленные следы Кости.

Когда он только вошёл в лес, всё вокруг стало куда темнее и страшнее… Ветер всё ещё надсадно выл в вышине, заставляя раскачиваться верхушки деревьев сильнее. Мороз обжигал всё яростнее, и от него не было никакой возможности спастись.

Андрей шёл и шёл, и даже не слышал хруста снега под ногами…

Резко он остановился, вывернув из небольшой чащи на когда-то заснеженную полянку, потому что его резко обдало волной пронизывающего жара: в панике он замотал головой по сторонам, дёрнулся, чтобы побежать или закричать, но даже и одного звука у него не вырвалось из горла…

Ещё через мгновение остолбенело и испуганно замер, даже перестал дышать.

Костя лежал на снегу в тёмной лужи собственной крови. Его разорвали пополам, и ног своего товарища Андрей нигде не видел… Он мельком оглядел труп, а потом взгляд его приковало огромное чёрное чудовище. Лохматое. Оно сидело широкой мускулистой спиной к Андрею, и, как оказалось, громко чавкало, запихивая в рот мясо Кости.

Тяжелейший шок обрушился на Андрея, и это колоссальное оцепенение с него начало сползать только тогда, когда он почувствовал, что обморозил руки и лицо.

Чудовище внезапно запрокинуло голову и заорало тонким отчаянным голосом, девчачьим:

— ПОМОГИТЕ, КТО-НИБУДЬ! Я ЗАМЕРЗАЮ!

Андрей медленно опустился на колени: холод в паре с первобытным ужасом окутали его всего с новой силой.

И ему оставалось только ждать, когда это чудовище закончит с Костей, а потом займётся и им.

Существо перестало чавкать и замерло

, поводя длинным шерстяным ухом.