Кристалл души

— Все! Хватит! — рявкнул отец. Это был первый раз, когда он повысил на меня голос. Я застыла в шоке от неожиданности, глаза начало жечь от выступивших слез. Сделав глубоких вдох и выдох, я поймала его взгляд. В нём промелькнуло чувство вины и сожаления — наверно, понял, что совершил ошибку. Отец был строгим и в тоже время добрым и заботливым; он никогда не позволял себе поднимать на кого-то голос, но эмоции взяли над ним вверх, и это было видно. Моей руку коснулось тепло. Мне потребовалось время, чтобы сконцентрироваться, проморгаться и увидеть руку брата, сжимающего ее. Брат всегда меня поддерживал в какой бы ситуации я не оказалась, за это я ему очень благодарна. Шумный глубокий вздох заставил нас посмотреть на отца. Мы находились в уединённом зале, чтобы обсудить одну тему без посторонних людей, которые не скрывали своих неблагоприятных намерений.

— Ты же понимаешь, как мне нелегко далось принять такое решение, Изабелль? — тихим голосом спросил он.

— Разве нет другого выхода? Как я буду выживать там одна, ты об этом подумал? — прохрипела я в ответ. Моё сердце сжалось только от одной мысли о том, что я буду находиться так далеко от семьи, совершенно одна. Тео всё ещё держал мою руку и слегка поглаживал её, чтобы хоть как то меня успокоить.

— Значит, с этого дня ты будешь тренироваться в бою также, как и твой брат. Всё, разговор окончен.

Мы не можем рисковать, поэтому тебе придётся приложить большие усилия, чтобы быстрее научиться себя защищать. Времени и так мало, мы должны тебя спрятать, пока всё пошло не по плану. Пойми, я хочу тебя уберечь от всех проблем, угроз и всего остального, поэтому должен поступить именно так.Я не верила своим ушам. Или не хотела верить. Семья, которую я люблю, так поступает со мной... Горечь и боль разнеслась по моему телу, мои ноги меня не слушались, и Тео, поддерживая меня, помог мне встать, ведя меня на выход.

— Всё будет хорошо, Из...

***

Опять этот дурной сон. Уже прошло три года, как я покинула дом и пытаюсь выжить в богом забытой лачуге в самом отдалённом уголке нашей земли. И всё для чего? Чтобы, естественно, меня не нашли. Какая ирония. Зажмурившись, я попыталась отогнать остатки сна. Через окно пробиваются первые лучи солнца, наполняя теплом и светом мою комнату. Рассвет. Как всегда прекрасен, так и манит к себе взглядом в любое время года. Я встала с кровати и пошла на кухню.Ополоснула лицо и плечи в холодной воде, дабы получить небольшой заряд бодрости. Моё отражение в зеркале желало лучшего: на голове ворох из длинных чёрно-белых волос, которые с трудом придётся расчесывать, да и помятый вид тоже никуда не делся. Мой первозданный облик мало кто видел, и мало кому он нравился. Можно считать, что я как изгой, только нахожусь не там, где все. Я вздохнула.

— Бывало и лучше, — сказала сама себе, призвав небольшой поток магии и проведя рукой по лицу и волосам, чтобы скрыть свои недостатки — или же особенности — вместе с помятым видом. На день хватит, а дальше придётся делать настойку, чтобы усилить эффект. Волосы, глаза — во мне всё не так, как у всех, и сама я отличаюсь сильно: наполовину альбинос, наполовину теневая. Эти две сущности жили во мне и живут. Одна досталась мне от матери, а вторая от дальнего предка, которого никто не хотел знать.

***

Мама. Кошки скребутся на душе, когда знаешь, как тоскливо порой бывает от того, что никогда не видела свою маму. Она умерла при родах, когда я появлялась на свет. Во время беременности её здоровье оставляло желало лучшего, она слабела с каждым днём. Было не выносимо смотреть на это моему отцу и маленькому брату, которому отчаянно нужна была материнская любовь и забота. Эту историю мне поведал отец ещё когда я была подростком. Тогда я винила себя за её смерть, а теперь уже и не знаю. Возможно, я и виновата, но, думаю, она бы не хотела того, чтобы дочь корила себя за её смерть.

***

Во мне также сплетены две магии –света и тени, что усугубляет ситуацию. Заплетая косу, я думала о том, чем мне предстоит заняться. Сегодня стоит отправится на прогулку и собрать сухих веток и, если хорошо постараться, найти солнцецветов — из них выйдет отличное лекарство. Одевшись потеплее и взяв с собой корзину, я вышла из хижины.Морозный воздух ударил мне прям лицо, от чего пришлось сморщиться. Яркие лучи окутывали всё вокруг, как маленькое дитя, согревая своим небольшим теплом. Зима в этом году пришла раньше, чем положено. Когда я сделала первый шаг, снег захрустел под моими ногами — температура держалась примерно одинаковой на протяжении нескольких дней. Не самая приятная погода. Я побрела в небольшой лес раздобыть все необходимые ингредиенты. Найти сухие ветки оказалось не так сложно, а вот с цветами придётся попотеть.Неожиданно стало очень тихо, даже ветер стих. Нехорошее предчувствие меня посетило, я стала оглядываться и вслушиваться в хоть какие-то звуки, но в ответ была тишина. Через мгновенье послышался вдалеке свист. Что это такое? Сердце начало лихорадочно стучать. А что, если меня нашли и сейчас выслеживают?! Как можно тише я постаралась спрятаться за ближайшим деревом и стала ждать. Надо успокоиться, пока хуже не стало. Вдох-выдох. Сконцентрируйся, Из, ты сможешь. Прислушавшись ещё раз, я начала потихоньку выбираться из леса. Но, как оказалось, пошла не той дорогой, по которой пришла. В шаге от незнакомой тропы услышала тихий звук, похожий на стон боли. Боясь сделать неправильное движение, я тихо пробиралась туда, откуда он доносился. Подойдя ближе, увидела, что на снегу лежал раненый мужчина. Я быстро бросила взгляд по сторонам и присела возле него, в боку у него торчала стрела. Не медля ни минуты, взяла за стрелу и вытащила её. Рана получилась открытая и рваная, кровь хлынула из неё, вся одежда стала пропитываться кровью, мне пришлось отыскать, чем задержать ее. Мужчина среднего возраста, худощавый, с русыми короткими волосами и уже без сознания. Это был человек, а не кто-то другой, и меня это немного успокоило, так как, кроме эльфов, мы с другими видами не особо дружили. Мои руки всё ещё тряслись, когда я сняла с себя платок. Я приложила его к ране, кровь быстро просочилась через ткань и, не останавливаясь, стекала на снег. Эмоции брали вверх, я должна успокоиться и быть решительнее. Успокоиться получилось не с первой попытки, нервозность так и давала о себе знать.

— Только не это, чёрт... Если волки учуят эту кровь, будут проблемы. Придётся прибегнуть к небольшой магии и на время запечатать кровотечение. Тогда смогу донести его до своей лачуги и обработать рану. Убрав платок, я протянула руку над раной. Теплая струйка магии пронеслась по ней, тем самым запечатывая увечье. Готово, теперь осталось сжечь платок. Я положила его на снег прямо в лужу крови. Закрыв глаза, почувствовала поток магии бежавший по всему телу. «Сожги это», — подумала я. Платок вспыхнул искрами, огонь разрастался по ткани, быстро съедая и не оставляя после даже пепла. Встав на ноги, я припорошила место снегом, чтобы не было заметно. Поднять мужчину оказалось не просто — с виду хоть и худощавый, но на деле весил в два раза больше меня. Я обняла его за талию, придерживая, руку перекинула через себя на шею, и так мы двинулись в путь. Волоча его на себе, я потеряла всякое представление о времени — задерживаться никак тут не стоит, а путь мы проделали только половину.

— И как меня угораздило в такое вляпаться, — проклиная все на свете, негодовала я. Пройдя половину пути, запыхавшись, я от усталости так бы и рухнула тут. Но вспомнила, что могу вызвать себе подмогу — конечно, риск велик, но попытаться стоит. Оглядевшись вокруг, я никого не заметила. Далее я всматривалась в тени и выискивала в них тьму, которая сможет подчиниться мне. Один большой сгусток тени обратился передо мной в большую пантеру, готовую выполнять приказы. С облегчением я могла выдохнуть. Не теряя ни минуты, я уложила раненого на теневое животное, и так мы двинулись в путь. Добраться до лачуги получилось без происшествий, что несказанно меня радовало. Быстрее сняв всю одежду, я уложила мужчину на кровать и принялась обрабатывать рану. Выглядело всё довольно жутко, но если наложить швы, то, возможно, даже шрама потом не останется. Так день и пролетел. Ухаживая за раненым, я не заметила, как стемнело. Что ж, кушетка приняла меня с распростёртыми объятиями, и, как только моя голова коснулась подушки, я погрузилась в сон. В этот раз мне ничего не приснилось. Это немного огорчило, но с другой стороны, в кои-то веки смогла выспаться. Всё тело онемело от неудобной позы, пока я спала на кушетке. Встав, я пошла проверить раненого; его голова металась по подушке словно в бреду, он тяжело дышал. Осмотрев его, коснулась лба и почувствовала жар, пот стекал по обнаженной коже, а глаза трепетали, словно в силках ночного кошмара. Принеся всё необходимое, я в холодной воде намочила полотенце и положила ему на лоб, чтобы хоть как-то сбить жар. Рана плохо заживала — это странно. Что-то здесь не так. Что, если стрела была отравлена? Но кто мог стрелять в человека? Смогу ли я его вылечить? Вопросов было всё больше и больше, а ответов не было. Думай, думай, Из, какие травы могут противодействовать яду? Ворвавшись на кухню, я стала перебирать все ингредиенты и травы которые пригодятся. Нужно действовать чётко и быстро, иначе я его уже не спасу. Приготовив массу, я направилась к мужчине, аккуратными движениями нанося мазь на рану и молясь богам, чтобы она помогла.Наступила ночь, я резко проснулась и решила проверить раненого, а заодно сменить полотенце на новое. Жар не спадал, но рана уже выглядела лучше. Взяв банку в руки, я намазала на рану жирным слоем снадобья, что приготовила. Тихий стон вырвал меня из размышлений.

— В-воды... — тихо прошептали. Принеся воды, я поднесла к губам человека стакан, немного наклонив и при этом придерживая ему голову. Когда он выпил всё до капли, я уложила его назад. Теперь мне не уснуть. Что-то не давало мне покоя, и я принесла стул с кухни. Сев рядом с кроватью, я услышала непонятное бормотание. Неужели ему кто-то снится? Или же это кошмар? Я стала напевать причудливую музыку, слов которой не помнила, но сама мелодия всегда утешала меня. Может, это поможет и ему. «Зачем только ввязалась во все это?» — мысли так и кружились в голове. — «Своих проблем тебе, что ли, не хватало?»Так ещё это. Какая же я дура. А вдруг меня кто-то увидел? От такой мысли меня пробила дрожь. Надеюсь, что он поправится, уйдёт отсюда и всё встанет на свои места. Я стала утешать себя и надеяться, ведь в данный момент это всё, что я могу. Веки стали тяжелее, и меня постепенно затягивало в сон. Продолжая всё так же напевать тихую мелодию, я не заметила, как уснула.

— Э-э-эй, проснись! — кто-то тряс меня за плечо. Потерев глаза и зевнув, я посмотрела удивлёнными глазами перед собой, не веря тому, что у меня получилось спасти его и привести в сознание.

— Как себя чувствуете? — приложив руку к его лбу, спросила.

— Я в порядке. Вопрос в другом: где я? И кто ты такая? — нахмурившись, он посмотрел на меня. Он оглядел моё скромное жилище: напротив маленькое окно, рядом с которым стояла кушетка, вешалка для верхней одежды в углу, небольшой комод у другой стенки, над – зеркало и маленький вьющийся цветок, который был для меня дорог, так как привезла его из дома. Недалеко от кровати стоял маленький стол, на нем стояли таз и мазь. На другой стене у меня висели листья, сухие цветы и пару картин. Скромное убежище. Хоть и не большое, но зато уютное и тёплое.

— Я нашла тебя раненого, когда была в лесу. В тебя выстрелили отравленной стрелой, и ты долго не приходил в себя. Рядом никого не было, и поэтому я притащила тебя сюда, чтобы вылечить.— Ты сама? Как ты меня дотащила? — недоуменно спросил он.

— А ты видишь здесь кого-то ещё? Я соорудила лежак, уложила тебя на него и потащила — всё просто, — я пожала плечами, как будто это плёвое дело — протащить полдороги на себе взрослого мужика. На его лице были удивление и неверие. Я добавила:

— Ещё какое-то время тебе придётся полежать в кровати и не вставать, иначе рана начнёт кровоточить, а если это произойдет, её придется зашивать. Резких движений лучше тоже не делать.В мгновение воздух в комнате стал тяжелее, казался более плотным, чувствовались вибрации от магии. Что за фигня? По моей коже пробежали толпы мурашек, а волосы на руке встали дыбом. Я не понимала, что происходит, и тогда услышала щелчок пальцев. Застыв в таком положении, я подняла взгляд на мужчину. Моему удивлению не было предела. Магия окутала его и постепенно сходила с головы и до ног. Округлив глаза, я не верила в происходящее. Святые кочерыжки.

О-о-о, ох, чёрт только не это. Дрожь пробивала всё тело, передо мной находился уже не тот худощавый с русыми волосами мужчина, а сам чёртов кронпринц эльфов. Его чёрные, как смоль, длинные волосы ниспадали ему на плечи, глаза цвета изумруда впивались в меня взглядом, полуголый идеальный широкий торс, на котором не должно было быть этой раны. Далее прямой нос, подчёркнутый овал лица, длинные заострённые уши, а в одной из них висела серьга в виде полумесяца. Боже, у него такие милые ушки, что хочется подойти и потрогать их на мягкость. Стоп. Что я несу, какие ушки? Уже совсем с ума сошла. Вот, докатилась. Про него всегда говорили: холодный, жестокий, дерзкий, эгоистичный, самовлюблённый принц, который всегда делает то, что думает. И вот теперь он передо мной собственной персоной. Я влипла, влипла, влипла... «Этого не может быть!» — хотелось мне так сказать. Но боюсь ли я его? Скорее нет, чем да: если бы хотел убить — уже бы сделал это. А так я ему жизнь спасла, и он это понимает. Рельеф его мышц плавно перетекает к кубикам на животе. Смотреть на его тело, желая прикоснуться, выше моих сил, но всё же я так засмотрелась на него, что не сразу услышала, когда со мной заговорили:— И долго ты будешь пялиться? Не могла насмотреться, когда я был в отключке? — с хищной улыбкой спросил он. Лицо запылало от смущения. Прикусив губу, я отвернулась, чтобы не выдать себя. Хотя какая к чёрту разница? Ему и не такие глазки строили, а я тут смущаюсь. Бредни, на такую, как я, он не позарится!

— Насмотрелась вдоволь и поперёк на другого тебя, — ухмыльнувшись, ответила я ему.

— И как Вас, Ваше Величество, так угораздило попасть под стрелу? — собрав силы, спросила я.

— Этого я сам не могу понять. Видимо, те, кто меня выследил, были предельно незаметны.

— Какая жалость. Не сомневаюсь, Ваши мысли были заняты очень серьезными делами, — попыталась острить я.

— Почему Вы оказались в нашем мире? Кто мог в Вас стрелять?

— Я не обязан перед тобой отчитываться, — холодным голосом произнёс он.

— Конечно же нет, — фыркнула я в ответ.— Если ты кому нибудь проболтаешься, что я тут был, я найду тебя и убью! — глаза принца горели решимостью. Ещё бы, от такой новости пользы никому не будет. С трудом проглотив комок в горле, я решила дерзнуть ему ответом, закатив при этом глаза: — Как страшно, прям вся дрожу, — это был вызов, и он его принял.

Видимо, ему никто так не дерзил; всё в нём говорило о раздражении и гневе. Воздух завибрировал, наэлектризовался, и в комнате повеяло напряжением. Скрещенные руки на груди. Ноздри носа дёргались — так и смотри, пар из них повалит.

— Я тебя предупредил, – почти прорычал он мне.

— Ага, поняла уже... — мое железобетонное спокойствие не давало ему покоя. Во мне прожигали дыру, когда я уходила на кухню за порцией ужина этому ушастому, будь он неладен.

— Хватит меня сверлить, поешьте лучше. Еда теплая и не отравленная. Можете не бояться. Кинув на меня недоверчивый взгляд, он взял тарелку в руки, принюхался к еде и опять посмотрел. После нескольких секунд раздумий стал поглощать еду, тщательно всё разжевывая. Ухмыльнувшись про себя и доев свою порцию, я решила принести чай.

— Вот, держите, травяной чай. Его нужно выпить полностью.

— Ты что, издеваешься надо мной, травяной чай? Забыла, кто перед тобой? — прошипел в ответ.

— Нисколько. Он поможет быстрее вывести остатки яда из организма, – с улыбкой сказала я. Нахмурив брови, он забрал стакан и одним глотком осушил его. Подарив широкую улыбку и взяв грязные тарелки, я направилась прямиков в кухню.

— Э-э-эм, спасибо? — тихо послышался голос принца.Замерев на месте, я подумала: а не послышалось ли мне? Я решила повернуть голову и встретилась с ним взглядом. Его глаза выражали благодарность... И это безжалостный холодный принц? Чего только люди не придумают, чтобы оклеветать кого-то. Либо, может, я что то не понимаю. Выкинув все мысли из головы, я двинулась дальше, напевая лёгкую мелодию себе под нос. Помыла тарелки и стала готовить снадобье для окраски волос — иначе не буду себе находить места в собственном жилище, пока этот ушастый разлёгся на моей кровати. Занятие делами отвлекло меня, и я не заметила, как уже стемнело. Время от времени я проверяла принца. Сейчас комната погрузилась в полумрак, и лишь свечки давали тёплое освещение. Подойдя к кровати, я увидела, что принц уже уснул. Протянув руку, я потрогала его лоб. Он был тёплый, но жара не было, что, несомненно, радовало. При прикосновении пальцы покалывало, и мелкие мурашки покрыли кисть. Взяв с тумбочки мазь и осмотрев рану, я аккуратно, лёгким движение провела границы раны. И мою руку тут же схватили за запястье, несильно сдавливая. Место захвата будто опалили жаром, и оно горело, но я не стала вырываться. На меня смотрели эти красивые изумрудные глаза, на которые прекрасно ложились тени, придавая невинный вид всему лицу. Что-то в них промелькнуло, но что, я не поняла, так как он быстро это спрятал. Прочистив горло, я сказала как есть: — Я думала, вы спите, поэтому решила осмотреть рану и намазать её. Ваше Величество, постараюсь вас не трогать при нанесении мази, так что отпустите руку. Ещё с минуту он смотрел на меня, а потом еле заметно кивнул. Что с ним не так? Зачерпнув чуток лечебной мази пальцем и слегка касаясь раны и кожи, я нанесла слой. Убрав руки, поставила обратно банку на стол. Всё это время мы не разговаривали, голова принца была повёрнута к стенке. Идя к своей кушетке, я повернула голову и прошептала: «Спокойной ночи Вам...»Всю ночь я проворочалась, сон так и не шёл. Битый час в голове была какая-то мешанина. Я перестала с ней бороться и почувствовала, как веки отяжелели, только ближе к утру. Через сон почувствовала на себе сильные мужские руки, скрип полов — и вот уже оказалось, что я лежу на подушке и в кровати.— Возможно, мы скоро увидимся, — прошептал напоследок мне голос.