Кривой мир. Четвертый курс

В большой столовой Поттер-мэнора было тихо. Только часы на каминной полке отбивали секунды да ветер за окном шевелил ветви старых дубов. Я сидела во главе стола, передо мной дымилась чашка с чаем, разложены утренние газеты. Справа от меня — Гермиона с книгой в руках, которую она даже не пыталась читать. Слева, чуть поодаль, у стены — Сара Кетчум в своей форме горничной, сложив руки на переднике, готовая в любой момент подойти, налить, подать, убрать.

На столе лежал свежий номер «Ежедневного пророка». Разворот — целиком под Чемпионат мира по квиддичу. Заголовок кричал через весь лист: «ЧЕМПИОНАТ МИРА ПО КВИДДИЧУ». Не оставлял места для сомнений. Да, это важно. Это событие. Соберутся лучшие, чтобы решить, кто быстрее и ловчее поймает бесполезный золотой шарик, кто сильнее ударит по бладжеру и точнее попадёт в ворота.

Бредовость этой игры лезла из всех щелей, но это была только игра — сплошная глупость и извращение, но одновременно азарт, деньги и ставки. И всё волшебное сообщество сходило с ума.

— Ты не едешь? — спросила Гермиона, откладывая книгу, которую так и не открыла.

— Нет. И ты тоже нет.

— Почему?

Я отхлебнула чай, посмотрела на неё.

— Потому что нам плевать.

Она чуть склонила голову, ожидая продолжения. Я пожала плечами.

— Гермиона, я не понимаю, зачем смотреть, как мужики на мётлах гоняются за мячиками. Это спорт. Для кого-то — смысл жизни. Для меня — нет.

— Но это же Чемпионат мира, — она чуть оживилась. — Болгария против Ирландии. Крам, Линч... Это событие. Все об этом говорят.

— Мисс Грейнджер, что с вами? — я насмешливо выгнула бровь. — Откуда этот азарт? Почему так щёчки краснеют? Или моя компаньонка неровно дышит к кому-то?

Гермиона насупилась, но щёки действительно стали розоветь.

— Ну знаешь ли, есть ведь в жизни ещё что-то, — и она неопределённо покрутила рукой в воздухе. — Кроме схем ритуалов и пыльных фолиантов.

— Ты забываешься, моя дорогая, — я сложила руки на груди, изображая строгость. — Что в твоей жизни не может быть, ничего кроме моих интересов как твоего законного сюзерена? — я злобно уставилась на Грейнджер.

Гермиона вытянулась, лицо поскучнело. Я выдержала паузу, глядя, как она начинает краснеть уже от обиды, и не выдержала первой.

— Всё, всё, извини. — я рассмеялась. — И давай поведай мне о делах своих сердечных. Я честно не буду издеваться.

Гермиона выдохнула с облегчением, но всё ещё дулась.

— Лина, ну как ты можешь, а? Да мне нравится Виктор Крам. Не так, чтобы «ух», но есть в нём что-то загадочное и брутальное.

— Трусики мокнут? — спросила я скучным голосом, разглядывая ногти. — Совсем взрослая. Выросла. Замуж тебя отдать, что ли.

— Что?!

— Я как твой сюзерен приказываю тебе, Гермиона Джин Грейнджер, выходи за муж... — я зловеще захихикала.

— Что? Нет!!! — лицо Грейнджер превратилось в помидор, выражая одновременно возмущение, смущение и злость от моей черствости.

Я рассмеялась уже по-настоящему. Утро удалось. Наконец-то моя подруга вылезла из своей книжной скорлупы и заинтересовалась ещё чем-то, кроме схем ритуалов и пыльных тёмных знаний.

— Ну не сердись, — я примирительно подняла руки. — Знаешь, с другой стороны, это не только чемпионат бестолковой игры, но и туса. Наверняка там будет волшебный рынок, ярмарка, где продают всякую диковинную магическую снедь и амулеты. Ну, в общем, посмотрим книги, ингредиенты. Мы с тобой, кстати, так и не подобрали замену для ignis lichenas, и эксперимент застыл. Так что ладно, давай подумаем и примем верное решение насчёт поездки.

Сара чуть заметно шевельнулась, но промолчала. Я заметила.

— Сара, ты что-то хочешь сказать?

Она сделала шаг вперёд, присела в лёгком реверансе. Голос её дрожал, но она старалась говорить твёрдо.

— Леди, простите, я просто... просто... Вам ведь могут понадобиться мои услуги во время поездки? Я бы могла бы...

— Сара, и ты туда же? — я прищурилась.

— Лина, — вновь ожила Грейнджер. — Так ты приняла решение уже давно, а сейчас ты просто издевалась?

Я согласно кивнула, не скрывая улыбки.

— Агась. Ну всё, не дуйся. Поехали. Ну конечно не из-за твоих влажных мечт, а по делу. И Сара, не печалься, тебя я тоже возьму с собой на это мероприятие. Я уже получила письмо от Малфоев, там билеты — два в министерскую ложу. Ну и один я купила для тебя, Сара, не на самое крутое место, но всё же посмотреть сможешь.

— Но для меня это прежде всего деловая поездка, а не развлечение, — я строго подняла вверх палец.

Гермиона кивнула. Она уже привыкла к тому, что за любым моим решением стоит не каприз, а расчёт.

— Правильно, — сказала она просто.

Я отодвинула пустую чашку.

— Скажи, ты ещё что-то хотела спросить или просто обсуждаешь новости?

Она улыбнулась, взяла в руки книгу.

— Просто обсуждаю. Мы же не всё время должны говорить о серьёзном?

— Не всё время, — я откинулась на спинку стула. — Но квиддич — это несерьёзно.

— Это спорт.

— Это бизнес, — я кивнула на газету. — Посчитай, сколько стоит реклама на этом развороте. Умножь на тираж. Потом на ставки. Потом добавь билеты. Это не игра, Гермиона. Это машина по перекачке денег. И у меня там тоже свои интересы и вложены деньги.

Она посмотрела на газету, прикинула, вздохнула.

— Ты права. Как всегда.

— Не всегда, — я встала. — Но в этом — да.

Чемпионат был не завтра, до поездки оставалась как минимум неделя. И я без шуток сказала Грейнджер, что меня интересует не столько сама игра — сама игра меня вообще не интересовала, — сколько события, ей сопутствующие. Такие мероприятия, как международный чемпионат по квиддичу, подобно средневековой армии, не бывают без обоза: купцы, жулики, маркитантки, перекупщики, менялы. Но меня, конечно, интересовали не жулики и маркитантки, а купцы. Настоящие.

Гермиона слушала, кивала, но я видела: для неё это всё было абстракцией. Она помогала со списками — аккуратно выписывала названия, проверяла по каталогам, даже нашла пару ошибок в моих первых набросках. Но в её глазах я читала недоумение. Для неё поездка была возможностью увидеть Крама, побывать на ярмарке, купить редкие книги, которые не достать в Британии. Мои приготовления — сундуки, товар, списки потенциальных покупателей — казались ей странными, почти чуждыми. Она была академиком до мозга костей: для неё ценность имели знания сами по себе, а не их конвертация в ресурсы.

Волшебный рынок, или ярмарка, как его называли в просторечии, обещал быть грандиозным. Выбор товаров — соответственно. Здесь должны были представить свои лавки мастера не только из магической Европы, но и из России, Америки, Азии, Африки. И, разумеется, будут товары из-за барьера — те, что редко попадают на европейский рынок. Но главное — на такие торги съезжались не только люди. Гномы из Швеции и Норвегии, дворфы из Скандинавских королевств, кентавры из заповедных лесов Греции и Германии. И даже фейри. Причём фейри как Светлого двора, так и Темного, что само по себе расширяло ассортимент до границ, о которых большинство британских волшебников даже не догадывается.

Ассортимент означал не только редкие травы и артефакты, но и товары тёмномагического спектра — условно запрещённые и просто запрещённые. Вещи, за которые в Британии можно было схлопотать срок в Азкабане, здесь продавались открыто, с торгов и на всеобщем обозрении. И Министерство магии Великобритании не могло ничего поделать. Чемпионат был мероприятием всего магического сообщества и не подчинялся юрисдикции островных снобов. Для меня это означало возможность приобрести то, что в обычных условиях пришлось бы выменивать через третьи руки с риском для репутации и кошелька.

Я заранее составила список ингредиентов, которые хотела купить или обменять. Несколько позиций были критически важны для экспериментов, которые мы с Гермионой отложили до лучших времён из-за отсутствия компонентов. Остальное — стратегический запас. Я не собиралась упускать возможность, которая выпадает раз в несколько лет.

Бодрик сновал как заведённый, таская целыми сундуками то, что росло или паслось на фермах, принадлежащих роду Поттер, или водилось в лесных угодьях за гранью. Потом всё это сушилось, разделывалось, раскладывалось по специальным ящикам с сохраняющими чарами, складировалось в мэноре и в родовых хранилищах. Работы было много, но я контролировала каждый этап. Моя подруженция была скорее для души, а не рабочая сила. С ней мы обсуждали списки, схемы обмена, возможные варианты сделок, но тяжёлую физическую работу и сложные переговоры я брала на себя. Гермиона честно пыталась вникнуть, но я видела: для неё это всё — странный взрослый мир, где вместо знаний — товар, вместо открытий — выгода. Она не понимала, зачем мне всё это, если у нас уже есть мэнор, счета в Гринготтсе, стабильный доход. Я не объясняла. Рано или поздно поймёт сама. Или нет. Но пока она была рядом, и этого хватало.

В течение третьего курса я воспользовалась любезным предложением лорда Малфоя, который оказался не только церемонным собеседником, но и надёжным деловым партнёром, и связями моего деда Флимонта. Смерть — не повод, чтобы отойти от дел. У покойных родовых портретов бывает больше времени на анализ рынка, чем у живых управляющих. В итоге я укрепила финансово-хозяйственное положение рода. Теперь на предприятиях Поттеров трудилось немало волшебников и сквибов — не для благотворительности, а потому что это выгодно. Лояльные сотрудники, связанные магическими контрактами, работают лучше наёмников, которые меняют хозяев каждые полгода. В общем, я готовилась.

Куплено было несколько сундуков с расширенным пространством, и они уверенно заполнялись тем, что я намеревалась продать или обменять. Каждый сундук был отдельной категорией товара, с пометками на крышке и чарами, не позволяющими содержимому портиться или смешиваться. Я продумала ассортимент, ориентируясь не только на собственные нужды, но и на спрос. Потенциальные покупатели — как волшебники, так и нелюди — должны были найти у меня то, чего нет у соседей.

Вот что я подготовила к ярмарке:

Первая категория — ингредиенты для зелий и ритуалов

- Слёзы горгулий, собранные в определённую фазу луны на руинах старого аббатства, где земли рода Поттер граничат с заповедными пустошами.

- Кровь зимней василиски — консервированная особым составом, позволяющим сохранить свойства до трёх лет.

-Прах теней — тончайший порошок, который выпадает в осадок при сжигании некоторых видов магических грибов, растущих только на костях.

- Молоко банши — выпаренная и кристаллизованная субстанция, добытая… скажем так, непростым путём.

- Слизь болотной кикиморы — чистейшая, отфильтрованная, пригодная для высшей некромантии.

Вторая категория — артефакты и заготовки

- Глазницы мёртвых зеркал — осколки старинных магических зеркал, способные удерживать чужие отражения. Пользуются спросом у мастеров-чародеев, специализирующихся на проклятиях и ментальной магии.

- Цепи сдерживания — три комплекта, кованные по старинной технологии, с рунами подавления магии. Для существ класса ХХХХ и выше.

- Когти василиска — три штуки, обработанные и готовые к вставке в жезлы или амулеты.

- Иглы дикобраза-оборотня — редчайший компонент для зелий трансфигурации. Добыты в лесах, где род Поттер имеет право охоты.

Третья категория — редкости для нелюдей

- Серебряная пыльца — собранная с деревьев, растущих на границе между мирами. Ценится фейри Светлого двора, используется в их ритуалах.

- Кости древней выдры — ископаемые останки магического существа, которые гномы используют в своём литейном деле.

-Каменная кровь — красный минерал с прожилками, добытый в шахтах, которые контролировал род Поттер несколько веков назад. Кентавры используют его для гадания по огню.

- Засушенные корни золотого папоротника — компонент, необходимый дворфам для укрепления родовых кузниц.

Четвёртая категория — то, что иду на обмен

-Семена лунного цветка, которые прорастают только под полной луной и дают всходы раз в семь лет.

- Чешуя дракона-лигурия, сброшенная при линьке. Редкость даже на международном рынке.

-Настойка мёртвой воды — основа для многих запрещённых ритуалов, которую я умею делать качественнее, чем кто-либо в Британии.

-Образцы почвы с древних захоронений — двенадцать видов, с подробным описанием свойств. Нужно тем, кто занимается некромантией на серьёзном уровне.

И ещё я не шутила, когда говорила Гермионе, что вложилась в сам Чемпионат. Организация и строительство такого грандиозного мероприятия привлекли внимание многих богатых родов и кланов. Каждый хотел быть причастным — ради престижа, ради доступа, ради процентов. Мой процент от вложенных средств тоже обещал быть… ну… хорошим. Дед Флимонт, когда я ему показала расчёты, хмыкнул и сказал, что я в него пошла. Бабушка Юфимия промолчала, но не отвела взгляда, что у Блэков означало одобрение.

Деньги, вложенные в инфраструктуру, давали не только прямой доход, но и доступ. Доступ к организаторам, к информации, к тем, кто решает, кому выделить лучшие места для торговли, а кому — места похуже. Мне были нужны лучшие места. И я их получила.

Так что да, я готовилась. Не к игре — к бизнесу. И, если честно, меня это волновало куда больше, чем любой снитч. Гермиона иногда поглядывала на мои сундуки, качала головой, но ничего не говорила. Для неё это было странным. Для меня — единственно возможным способом не оказаться снова на улице. Только теперь я не выпрашивала еду на рынке. Я сама становилась тем, кто продаёт.

Приготовления были закончены. Товары и сундуки уже находились в свернутом пространстве магической лагуны, где должен был пройти Чемпионат. Это свернутое пространство было чем-то вроде складских помещений, которые заинтересованные маги и нелюди приобрели задолго до самого мероприятия. На месте меня ждали наёмные торговцы — они разворачивали торговый ряд, принадлежащий роду Поттер-и-Малфой. В основе, конечно, Малфой — у них и капиталы, и связи, и опыт, но и моя доля там была не символической. Я ещё молода, но училась быстро.

Утром в день икс меня разбудил вежливый голос Сары. Она стояла у кровати, уже одетая, с подносом в руках — свежие полотенца, мыло, всё, что нужно для утренних процедур.

— Леди, вставайте. Вы велели разбудить себя. Я приготовила ванну и Вашу мантию. Бодрик уже накрыл завтрак на Вас и мисс Грейнджер.

— Спасибо, Сара. Мисс Грейнджер встала?

— Да, я помогла ей собраться. Она уже в столовой.

— Хорошо, Сара. Дальше я сама. Иди тоже завтракай и готовься к отправке. Деньги получила?

— Да, Леди. Спасибо, — она чуть покраснела. — Бодрик мне передал моё жалование и премию. Ещё раз спасибо, Леди.

— Работай хорошо — и дальше будет, — я кивнула, давая понять, что разговор окончен.

Сара сделала реверанс и вышла.

С процедурами я не затянула. Ванну приняла быстро, оделась сама — Сара в это время собирала и проверяла мой личный багаж, и ей тоже нужно было успеть привести себя в порядок. Наши ритуалы уже отлажены: я делаю своё, она — своё, пересекаемся в нужный момент без суеты.

В столовой Гермиона сидела на своём обычном месте, при моём появлении вежливо привстала и тут же снова опустилась в кресло, погрузившись в чтение. Перед ней лежал свежий номер «Ежедневного пророка» — или, как она его называла в такие утра, «Волшебного вестника».

— Доброе утро, Гермиона. Готова?

— Угумс, — она кивнула, не отрываясь от газеты.

— Что пишут?

— Министерство пускает пузыри и гордится тем, что Чемпионат хоть и формально, но проходит на землях короны, — она перевернула страницу. — Статья на три разворота. Ни слова о реальных проблемах, зато подробный отчёт о том, сколько галлеонов потрачено на украшение министерской ложи.

— Ну, с этим у них получается хорошо, — я взяла тост и намазала маслом. — Пузыри пускать — их профиль.

— И про безопасность ничего, — Гермиона нахмурилась. — После того, что было в прошлый раз в Болгарии, можно было бы хоть что-то написать.

— Не напишут. Сами себя подставят. Лучше сделать вид, что всё под контролем.

Она вздохнула, отложила газету и взялась за чашку.

Позавтракали мы быстро, без обычных утренних разговоров — каждая была занята своими мыслями. К нам присоединилась Сара с моими личными вещами: небольшой саквояж с расширенным пространством, пара коробок с тем, что могло понадобиться в дороге, и моя дорожная мантия через руку.

Мы прошли в беседку. Бодрик уже ждал там, держа на вытянутых руках портал. Я ожидала увидеть привычную верёвку или рваный башмак — стандартный артефакт для таких перемещений. Но передо мной был жезл. Красивый, из тёмного дерева, с вырезанными на нём рунами, которые слабо светились в утреннем свете.

— Бодрик, — я взяла жезл, оценивая тяжесть. — Это откуда?

— Леди, — он поклонился. — От лорда Малфоя. Сказал, что леди Поттер негоже пользоваться обносками, когда едет на такое событие.

Я усмехнулась. Люциус умел делать жесты. Не от щедрости — от расчёта. Но жезл был хорош.

— Бодрик, ты остаёшься пока в поместье. Приберись. И через пару часов я жду тебя около своей персоны.

Он поклонился ещё раз. Иногда мой пафос вызывал закатывание глаз у моей подруженции — я специально над ней подшучивала, выдерживая паузу и глядя на неё с самым серьёзным видом.

— Готова? — спросила я у Гермионы.

— Готова, — она взялась за жезл.

Сара пристроилась с другой стороны, сжимая в руках саквояж.

— Беремся, — скомандовала я.

Три руки взялись за портал.

— Portus.

Мир закружился. Где-то на границе сознания я успела подумать: интересно, успели ли мои торговцы развернуть лавку или придётся самой разбирать сундуки. А потом всё смешалось в потоке цвета и звука.