Пролог

-Не помню, чтобы я тебе что-то обещал. И, кстати, эта вилка для рыбы, ты

должна была бы это уже выучить. Детка, я не сплю с бабами больше

недели, тем более такими, которые не в состоянии запомнить назначение

столового прибора, так что...

- Ну ты и скот,- Анька с грохотом отодвинула стул, резко вскочила с места

и бросила мне в лицо крахмально-хрустящую салфетку.- Сдохнешь в

одиночестве, эгоист чертов. В старости стакан воды не подаст никто.

- Ради стакана воды лишать себя свободы? – хмыкнул я, наблюдая за

беснующейся фурией.- Ты слишком преувеличиваешь роль жидкости в

пенсионерском существовании. В конце концов, горничных и горяченьких

сиделок в коротких белых халатах вряд ли отменят, я думаю, через сто лет.

Да, я эгоист, и мне это никак не мешает жить. Я люблю свободу и дорожу

своим личным пространством. Анечки, Аллочки, Заиньки, Пусечки, совсем

не вызывают у меня матримониальных мыслей. Этой дуре вообще повезло,

что я запомнил ее имя.

- А знаешь, да пошел ты,- проорала чертовка, и грохоча каблуками по

мрамору ресторанного пола, пошкандыбала к выходу, с грацией

царствующей особы. Господи, как завышена самооценка у бабы из Туева –

Кукуева, еще вчера не знающей вкуса устриц. Только что сиськи у нее

зачетные, конечно. Да зад как дирижабль. Я расправил на коленях

полотняную салфетку – признак дорогого ресторана, и с удовольствием

принялся за лобстера.

- Жить хорошо, Леший,- посмотрел на сидящего напротив друга детства,

который не проронил ни слова во время театрального представления,

устроенного одноразовой бабой.

- А хорошо жить еще лучше,- хохотнул Леха,- но в одном эта глупышка

права, ты чертов эгоист.

- Слушай, почему они все думают, что я чего-то им должен? – задал я

идиотский вопрос.-Я повода не даю, вроде, думать, что сумасшедший.

- Потому что влажная фантазия любой бабы не затащить в койку

строптивого самца, не получить от него в подарок шубку или тачку, даже

не женить на себе мужика. Они хотят перевоспитать козла, дорогой друг.

Нарожать ему детишек и потом закатывая глаза, рассказывать потомкам

истории своего педагогического триумфа. «Вот никто не смогла, а она

смогла». Это высшая мхатма для них, — загоготал Леха, подливая мне в

тоненькую рюмочку ледяную водку.

Я расслабленно откинулся на спинку удобного кресла-стула и

прищурившись, посмотрел на длинноногую, бедно одетую девку, невесть

как оказавшуюся в ресторане высокой кухни, в который не пускают

простых смертных.

- Даже не думай,- слишком хорошо меня знает дружище Леха. Чересчур. –

Мы собирались напиться, помнишь? Жить нужно в кайф. Свобода, она,

брат, дама капризная. Так что наслаждайся, пока есть возможность.

Жить нужно в кайф. Я с аппетитом вгрызся в сочное мясо ракообразного,

даже не подозревая, насколько пророческими окажутся слова моего друга.

Загрузка...