Кровавая Осень

Тусклые фонари окрашивали проезжую часть и близлежащий тротуар в тепло-желтые цвета. По пешеходной части на шпильках, похожих на иглы шприцов, шла девушка в бежевом пальто. Её волосы скрывались под платком, разукрашенным в славянские узоры, одна рука была прижата к телу, на ней висела темная сумка, а вторая была занята дымящейся сигаретой.

В воздухе витала тишина, которую разбавлял плеск капель с мокрых сливных труб. Всё было пропитано сырым и тягучим запахом листвы, от которого каждый вдох становился шмыганьем. Девушка ненароком остановилась, её лицо скорчилось в нечто напоминающее брезгливость. Громкий чих нарушил идиллию. Из лужи под каблуками шел дым потухшей сигареты.

Девушка недовольно прошипела себе что-то под нос и отошла к стене у заворота в переулок. Желтые лучи до этого места практически не доходили, а облачное небо не давало Луне озарить своим отражением бесконечные, темные как космос, лужи. Девушка стала рыскать в сумке.

Из темного переулка послышался звонкий шум – что-то упало. Курильщица даже не посмотрела в ту сторону. Некоторое время оттуда больше не доносилось никаких звуков, но потом плеск капель заменился на шлепанье чьих-то ботинок по тем же лужам. Можно было услышать тяжелые вздохи, но женщина была так погружена в поиски источника желанного никотина, что не обращала никакого внимания.

Из мрака блеснуло лезвие бритвы, сплавленной с пластиковой ручкой. В тот же миг это орудие оказалось у шеи женщины. Та превратилась в мраморную статую – бледную и неподвижную.

– Сумку, – просипел обладатель толстой и покрытой ни то волосами, ни то корочкой из грязи руки.

Девушка легонько подвинула руку и её дорогой аксессуар свалился на гниющий асфальт. Она тяжело глотала оставшуюся слюну. Мужчина в переулке показал свою вторую руку, напоминавшую больше лапу жуткого зверя. Она утащила сумку во мрак. Судя по тому, что положение заточки у горла практически никак не изменилось, ублюдок был ниже жертвы.

– Сейчас пойдешь со мной. – Сказал он своим сиплым и свирепым голосом.

Во рту у девушки пересохло. Лезвие чуть отдалилось от шеи, но это был приказывающий жест, а не момент освобождение. Невинная внимательно смотрела на руку, от которой зависела её жизнь. Вдруг из темноты, поверх омерзительной лапы, плавно вышла бледная кисть. С легкостью, будто это был опавший лист, она взяла и увела остервеневшую руку во мрак. Послышался надрывистый, почти звериный писк и звонкий шум.

Девушка тяжело выдохнула и облокотилась об стену. Бледная кисть протянула из переулка сумочку. За ней из мрака стал выходить сам владелец руки. Это был высокий молодой человек в черном, поношенном пальто, с бледной кожей и как будто лишенными всякого пигмента волосами. Пострадавшая сначала попятилась, но взглянув в глаза мило улыбавшемуся юноше, она остановилась. В его улыбке, в свету тусклых фонарей что-то блеснуло, а в его уставших глазах было нечто такое завораживающее, что не довериться такому джентльмену было нельзя. Он подал девушке руку, та аккуратно поднялась.

– Мне кажется, это ваше. – сказал он, надевая на кисть пострадавшей украденный аксессуар. Его рука показалась девушке обжигающе холодной.

– Вы правы. – невольно похихикав ответила та.

– Как же так вышло, что такая милая дама совсем одна в эту холодную ночь? – ехидничал спаситель.

В ответ на это милая дама лишь покраснела и увела взгляд на блестящие в лучах тусклых фонарей лужи. Что-то в отражении было не так, но она не успела понять, так как высокий незнакомец продолжил говорить, из-за чего девушка подняла глаза.

– Позвольте вас проводите, а то, кто знает, что может произойти в такое холодное и темное время. – сказал он, протянув руку и наклонившись, будто приглашая на танец.

Девушка приняла предложение.

***

Вспышки фотоаппаратов, не давали присмотреться к обведенному мелом телу. В квартире царил запах гари, но было это сугубо от сигарет шныряющих туда-сюда криминалистов. В центре, у трупа стоял низкий мужчина средней комплекции с усами-щеткой – это был Мюллер. Он аккуратно водил пальцами по ним, всматриваясь в бледную, лежащую ровно женщину. Вокруг не было и следа крови, за исключением трех капель.

В квартиру молча зашел длинный блондинистый мужчина в синем пальто. Он, не останавливая шага надевал специальные перчатки, которые издали в конце процесса громкий шлепок.

– доктор Микк Тамм, – почти смеясь и совершенно не оглядываясь, произнес Мюллер, – вы всё опаздываете!

– Пять минут, товарищ Мюллер, это джентльменское опоздание. – Произнес мужчина, не останавливаясь у своего напарника.

Новоприбывший сразу присел у обведенного трупа и стал всматриваться в него.

– Что-то нашли уже?

– Нет, вообще ничего, – разочарованно потерев руки, ответил полицейский, – ни следов борьбы, ни следов взлома, ни раны на теле пострадавшей, хотя чьи-то капли крови тут были.

Микк Тамм гуськом стал обходить труп, поднимая его руки, отодвигая волосы, долго всматриваясь в эти части. Заняло это действие минут так семь. Ничего похожего на рану он и правда не нашел – только две глубокие дыры в шее, будто сделали их дыроколом. Детектив поднялся, нечаянно толкнув криминалиста за спиной. Тот проворчал что-то, но быстро утих, продолжая свою работу.

– Нас-то сюда зачем позвали? – спросил он.

– Ну, за нами уже репутация развязывателей глухарей. – поехидничал Мюллер.

– Еще не всё проверили, – уставшим голосом бубнел эстонец, – быть может не нашли чего.

– Да тут такое дело, – переняв измученный тон, говорил полицейский, поставив руки на бедра, – что это серия.

Микк Тамм поднял медленно поднял глаза. На его лице появилась азартная ухмылка.

– Данные других случаев где?

Мюллер указал на тумбочку, где лежало снаряжение криминалистов. Детектив подошел к ней и взял с неё крупную папку. В ней было множество фотографий и отчетов.

Все жертвы: молодые женщины. Данные вскрытия не показывали никаких критических отклонений в здоровье, большинство судя по всему, вели здоровый образ жизни, за исключением трех курящих. Удивительная вещь у всех жертв – практически полное отсутствие крови, при отсутствии ран, за исключением 2 дыр на шее, либо еще пары на одном из запястьев. Все погибали в собственных квартирах, при этом следов борьбы, крови и взлома не обнаружено. Изначально пропадали некоторые ценности, но вскоре этого также не происходило. Следов сексуального насилия не было. Все девушки из благополучных семей, большинство перед гибелью выходило на работу в тот же день. Все одинокие, незамужние. Никаких подозрительных наблюдений от соседей не было.

Периодичность: раз в 2 недели, три случая затишья на месяц, далее продолжение серии.

Микк Тамм листал это всё, тяжко вздыхая – обычно их с Мюллером дела — это загадочные ограбления. Серийные убийства были для сыщика новинкой, хотя до этого он и видел трупы, и более изуродованные, но в этих снимках он находил какое-то пугающее и гнетущее чувство. Закрыв папку, Микк Тамм поменялся в лице: его азартная ухмылка сменилась хмурой гримасой. Мюллер этот перепад настроения заметил. Он подошел к своему напарнику.

– Что-то не так? – спросил он, самостоятельно открыв папку.

По мере того, как Мюллер сам листал её, он также становился угрюмее, возвращаясь в задумчивое состояние, в котором он пребывал до приезда Микк Тамма.

– Ровно две недели прошло с прошлого убийства. – бормотал себе под нос эстонец, вглядываясь в воздух. Через пять минут таких заклинаний он вернулся в реальность. – Сейчас нам необходимо допросить всех, дальше будем работать от этой информации и от вскрытия.

Мюллер немного расстроено плюхнул папку на тумбочку, похлопав по ней.

– Да, а сейчас за кофе.

***

– Судьба у вас, Эвелинушка, – говорила рыжая девушка удивленно-подавленным голосом, – незавидная.

– Что? Почему? – Пытаясь углядеть что-то в картах, помимо набора странных изображений скелета, чёрта, мужчины в короне и прочего, вопрошала брюнетка.

– Вы недавно знакомились с кем-то? – Перебирая карты своими длинными, нежными пальцами с перстнями, спрашивала дама в блузке и темно-фиолетовой накидке.

– Ну, – одернувшись и покраснев, сказала Эвелина, – да, было дело.

Рыжая девушка еще раз разложила карты на стол в темно-синей шелковой скатерти. Брюнетка снова пыталась понять, что весь этот набор означает. Волнение должно было подавляться ненавязчивым ароматом то ли ванили, то ли бергамота, и приглушенным светом, где-то из края комнаты с темными обоями и от магического шара. Несмотря на это, у гадалки дергался край рта, а глаза смотрели сквозь карты. Через пару мгновений молчания она подняла глаза на клиентку и попыталась мило улыбнуться.

– Извините, Эвелина, – сказала она дергано, – что вы сказали?

– Говорю же, знакомилась, – неловко хихикнув, ответила она.

– Высокий и светловолосый? – Спросила таким же голосом гадалка.

Эвелина приподнялась со стула, попытавшись попятиться назад, но почувствовав, что у её стула начали скользить, уселась обратно на место. Она удивленно похлопала глазами и тяжело сглотнула слюну.

– Ночью познакомились, Эвелинушка? – спросила вновь она.

В ответ брюнетка молча кивала.

– Вы от него подальше держитесь. – Сказала гадалка, собрав и сложив карты.

– П-почему? – спросила дрожащим голосом девушка, потирая своё запястье, на котором было две маленькие ранки.

– Считайте я знаю этого, – она задумалась и похихикала, – молодого человека, а большего я сказать не могу, иначе судьба навсегда застынет.

Брюнетка расстроено фыркнула.

– В чем тогда прок гадания? – спросила Эвелина, всмотревшись в дым магического шара.

– За дополнительную плату я обычно говорю четкие предсказания, – нервозность в голосе гадалки сменилась на какой-то азарт, – но в вашем случае, душенька, вам не стоит ничего говорить, и я вам ни за какие деньги не скажу.

– Насчет чего-то кроме него у вас будет совет? – подперев голову руками так, что у неё надулись щеки, спросила клиентка.

– Постарайтесь на работе, – говорила, прищурив глаза и улыбавшись рыжая девушка, – и получите повышение! – весело махнув пальцем, закончила она.

Клиентка посмеялась, скрывая некоторое разочарование в приеме. Брюнетка стала подниматься, пока владелица заведения передвинула к себе шар и стала всматриваться в загадочные туманы дешевой стекляшки. Клиентка закутала свои волосы в своем любимом славянском платке, оставив видным только лицо, надела свое бежевое пальто и подняла сумку. Она уже направилась к выходу, как вслед услышала.

– Есть еще один совет. – Серьезным голосом сказала гадалка, оторвавшись от шара.

Девушка подскочила от неожиданности, остановилась и посмотрела назад.

– Добавьте больше чеснока в рацион, – сказала, мило улыбнувшись, она, – и бросайте курить.

Брюнетка похихикала и попрощалась. Выйдя, она оказалась на металлической-решетчатой платформе с маленькой лестницей, которая выглядела точно так же. Эвелина достала сигарету и закурила, скрестив руки и осматривая сырую улицу. Перед ней возвышалась пара деревьев, под которыми были кучи блестящих оранжевых листьев. За ней же светила неоновая вывеска: «Гадалка Уна». Вдалеке виднелся высокий темный силуэт, с опущенными в карманы руками. Девушка улыбнулась и начала спускаться.

Уна стояла у окна с немного раздвинутыми шторами. Она видела, как её клиентка подбежала к высокому парню и крепко обняла. Тот пошатнулся неловко посмотрел на неё сверху вниз, оскалившись, его руки были заперты в объятиях. Он повернул свою голову уже с легкой улыбкой к окну и подмигнул. Уна быстро закрыла шторы и закрыла рукой глаза.

***

Микк Тамм шкрябал по грязному листку своей лакированной черной ручкой с позолоченными контурами, на ней были инициалы и чья-то роспись. На бумаге же были расписаны разные слова по несколько раз и перечеркнуты: это были совокупности фактов, которые он вычитал из дела. Надписи были расположены в абсолютно случайном порядке.

В кабинете пахло сигаретой Мюллера, которую тот уже положил в пепельницу, но не потушил. Сам служитель закона перебирал бумаги и что-то пыхтел себе под нос. Слева от двери располагалась доска, на которой были развешаны фотографии и листы с надписями: именами свидетелей, местами образования, работы потерпевших, очень часто повторялись результаты судмедэкспертизы, в них Микк Тамм многократно обвел «практически полное отсутствие крови», «2 раны», и так далее.

У противоположной стены стоял стол Микк Тамма, направленный на доску. Место Мюллера было у окна и смотрело на дверь. Из этого окна доносилась неприятная влага, разбавляющая запах дыма. Светили тусклые фонари и снаружи всё казалось черно-оранжевым. Ветки напоминали зловещие когти, выглядывающие из тьмы. От этого кошмара их отделяло окно с металлической решеткой.

– Надо проговорить всё еще раз, – выдохнул эстонец, положив ручку, – следов взлома нет, сопротивления так же, все жертвы: девушки от 18 до 25, у всех присутствуют 2 раны, похожие на дыры, расположены на шее или на запястье, отсутствие крови. – Микк Тамм посмотрел на своего напарника. – Какой мотив убийства, Мюллер?

Немец потушил сигарету, не поднимая из пепельницы, чтобы дать себе время подумать. Его щетка под носом немного подвигалась. Он поднял глаза на доску, а потом повернулся на детектива.

– Ну как же, – развел руками Мюллер, – из квартиры убийца ничего не вынес…

– Нет, Мюллер, это не сексуальный мотив. – Не дал договорить напарнику Микк, из-за пришедшей в голову, как шальная пуля, мысли.

Полицейский сложил руки и откинулся на кресле, заинтересованно подняв брови. Детектив не сразу дал ответ, он несколько секунд всматривался в невидимое что-то за доской. После этих мгновений его взгляд вернулся в комнату и направился на сидящего у окна.

– Он продает кровь. – Сказал, с промелькнувшей на лице ухмылкой, Микк Тамм.

– Кому? – скривив лицо, спросил полицейский.

– В больницы или на черный рынок, – следователь поднялся и подошел к доске, – для переливания нужна кровь, а доноров мало. Серия убийств прерывалась каждые 5 жертв, – Микк проводил пальцем по фотографиям, – После паузы убийства начинались с жертв с 4 группой крови.

Детектив с азартной улыбкой развернулся. Он ехидно смотрел на своего напарника, будто что-то требуя от него. Мюллер активно гладил свои усы, направив взгляд в стол.

– Убийца из бригады скорой помощи, Мюллер, – сказал, наконец, детектив, – никто не сопротивлялся, а значит жертвы доверяли убийце и сами его пустили.

– Тогда это преступный сговор, – тихо подметил Мюллер, – это всё-таки бригада.

– Либо, Мюллер, – продолжил с тем же возбуждением Микк Тамм, – это просто врач на дом, – тут следователь, поставив руку на бок и зачесав подбородок, задумался, – ни один свидетель не говорил о сиренах…

– Ты предлагаешь проверить всех врачей на дом? – фыркнул немец.

– Нам просто нужно запросить информацию об их выездах. – Твердо сказал детектив.

– А если вся больница в сговоре? – спросил Мюллер.

Микк Тамм, не отводя кисть от подбородка, вяло пошагал к столу и плюхнулся на свое ободранное кресло. Он взял чистый листок, свою ручку и снова начал расписывать слова на бумаге. В этот раз все надписи крутились вокруг: «больница», «врач на дом», «скорая помощь», «нет сирен», «группа крови», «сговор». Мюллер с сожалением посмотрел на своего напарника, покачав головой. Он медленно встал и устало пошел к двери.

– Я схожу себе за кофе, – сказал поволжский немец, – и запрошу протоколы выезда, сбросим их на стажеров. – похихикав сказал он и отошел.

Мюллер пошел по коридору, мимо множества кабинетов. В один из них была открыта дверь. Оттуда доносился раздраженный голос полицейского и сиплое истеричное вяканье потерпевшего – там составлялся автопортрет, протокол и заявление. У потерпевшего была перебинтована рука, сам он выглядел грязно. Немец послушал это перекрикивание, но вскоре удалился по своим делам.

***

– Эвелина, – говорил как будто приглушенным голосом высокий парень, всматриваясь своими яркими красными глазами в девушку, – почему же вы меня не пригласите внутрь?

Сама же дама смотрела будто сквозь него и абсолютно не двигалась. Её нижняя челюсть немного приоткрылась. Её же кавалер в длинном черном пальто держал её за руку и нагибался к ней, приоткрыв отдающий блеском рот. Он тянулся к двум ранкам на запястье. Эвелина же продолжала смотреть в ту сторону, где раньше были ослепительные глаза.

В этот момент послышались щелчки, доносящиеся из соседней двери. Парень перевернул руку девушки и поцеловал. Та в свою очередь дернулась и недоумевающе стала активно моргать и оглядываться, не понимая, что происходит. Обнаружив своего партнера, Эвелина смущенно прикрыла рот и отвела глаза, похихикав при этом. Та дверь, из которой доносились щелчки, распахнулась. Оттуда выглядывала пожилая женщина в круглых, как будто висящих в воздухе очках, на ней лежал платок, напоминающий по текстуре скорее скатерть. Она прищурилась и внимательно всмотрелась в молодую пару.

– А ну пшел прочь! – фыркнула она на парня. – Нечего тут, – она сделала паузу, чтобы принять более недовольную позу со скрещенными руками, – к девушкам приставать.

– Ирина Владимировна, – обратился, встав в полный рост парень, – а я и не пристаю! – Эвелина в этот момент убрала руку из хвата кавалера и стала почесывать свои ранки.

Пожилая женщина поправила очки и пригляделась. Что-то в высоком тонком силуэте её настолько удивило, что подозревающий прищур сменился на широко раскрытый испуг. Она сняла свои очки и с криками: «Пошел вон!» – кинула их в его сторону. Они задели его кисть. Парень громко зашипел и отскочил к краю лестничной площадки. Он закрыл место попадания рукой и не отрывая взгляда от чудом уцелевших очков, попятился по лестнице. Эвелина с полным недоумением наблюдала за этим. Женщина же резко захлопнула дверь и что-то заглушено выкрикивала про милицию.

На одной из ступенек парень поскользнулся и полетел вниз. Девушка громко ахнула и побежала вслед за ним. Она присела и приподняла голову пострадавшего. Эвелина жалобно смотрела на него, пока он не отрывал взгляда от направления, где лежали очки.

– Ты не ушибся? – Поглаживая, спрашивала она. – Вова, отвечай.

Владимир как будто задержал дыхание. Он поднял свою руку и жадно схватил кисть Эвелины.

– Всё хорошо. – Сказал он, тяжело сглотнув слюну.

– Приходи ко мне в воскресенье. – Сказала она после недолгой паузы.

Парень перевел свой взгляд на девушку, переложив её руку себе к груди. Его глаза налились невиданной до селя радостью. На его лице появился хищный оскал.

– То есть ты меня приглашаешь? – переспросил бегло он.

Девушка захихикала.

– Да, Вова, я тебя приглашаю. – Она прикрыла свое лицо от смущения.

***

В кабинете не было и намека на аромат дыма, а это означало, что Мюллер сегодня еще не заходил. Зато воздух был настолько пропитан кофеином, что можно было просто вдохнуть, чтобы зарядиться на весь день – это означало, что Микк Тамм решает детективные задачки с последней страницы газеты.

Детектив ходил вокруг своего стола, грызя карандаш и всматриваясь в текст детской задачки. Что-то в ней не давало ему покоя. Уж больно этот набор букв напоминал ему какой-то замятый глухарь. Мысли Микк Тамма уходили от самой задачи в рассуждения о том, кем является автор этих забавных задач. Эстонец тихо похихикал от мысли, что он и является преступником, который описывает свои деяния, но отдал предпочтение гипотезе, что загадочник раньше работал в милиции или просто юристом.

В этот момент громко хлопнула дверь. Внутрь комнаты ворвался едкий перегар. Мюллер стоял в проеме и многозначительно смотрел на Микка, который только принюхавшись осознал, что его напарник вернулся. Детектив поднял глаза и с надеждой посмотрел на своего коллегу.

– Есть 2 новости, Микк. – Сказал он.

– Плохая и хорошая? – нервно выгрызая дерево, спросил второй.

– Плохая и странная. – Парировал Мюллер и, раскрывая папку, направился к своему столу. Эстонец следовал за ним. – Врачей подходящих мы не нашли, – не спросив, с какой вести начинать, заявил милиционер, – но один доктор нам дал информацию о пациентке с анемией и еще какой-то дрянью, у которой были точно такие же ранки, как и у пострадавших.

Микк Тамм заинтересованно навис над столом, на который его напарник бросил папку. Мюллер аккуратно раскрыл медицинскую карточку пациентки:

Петрова Ирина Владимировна. 69 лет (на тот момент 21 год). Третья отрицательная.

Анемия и легкая степень ишемии. Происхождение неизвестно.

Требуется переливание крови.

Среди огромного количества информации скрывался адрес проживания, который поменялся один раз – после переливания крови. Микк Тамм молча, недовольно сведя брови, подошел к двери к черной стальной вешалке. Он начал надевать свое синее пальто.

– Мы с тобой к Ирине, – сказал он угрюмо, – а за эти доктором пусть последят, если что задержим его.

Мюллер уступчиво кивнул голой, хоть и был недоволен тем, что его снова поднимают. Они в темпе пошли к выходу. У главной двери был стенд «в розыске»: в самом углу, висел странный портрет плохо нарисованный портрет, оставленный бездомным, которого выгнали при составлении фоторобота. Микк Тамм обратил на него внимание краем глаза заметил его и содрал, однако не выкинул, а скомкал, сложив в карман пальто. Партнеры сели в служебный автомобиль и поехали на адрес.

Через полчаса они оказались у панельной пятиэтажки. Напарники подошли к домофону и набрали номер квартиры.

– Кто это?

– Сотрудники милиции, хотим задать пару вопросов, Ирина Владимировна. – Спокойно сказал Микк Тамм.

Дверь громко запищала, и Мюллер легко её открыл, потянув на себя. Они спокойно поднимались по каменной лестнице с белой крапинкой. Лицо Микк Тамма, в общем и целом, было серьезным, но самую малость приподнятый правый край губ выдавал в нем азарт и сладость победы. Ему казалось, что они нашли нужного подозреваемого, их задача выполнена, и дальше дело пойдет в КГБ для раскрытия коррупционной схемы. Больше всего его все равно брала гордыня, ведь он, приезжий эстонец, Микк Тамм, раскрыл очередной глухарь, так еще и в новом отделе.

Из потока горделивого эгоцентризма его вывел тот факт, что они уже были на нужном, пятом этаже. Их ждала пожилая женщина с потрескавшимися очками. На её плечах был странный, похожий на плед, платок. У неё была обвисшая кожа, и на левом запястье у неё красовалось два округлых шрама. Она с каким-то упованием глядела на пришедших сотрудников милиции.

– Ирина Владимировна. – начал Микк Тамм.

– Он был позавчера тут, – перебила его пожилая женщина, сняв и потерев очки, – мне говорил, что его зовут Виктор, а сейчас…

– Стоп. – Остановил её, выбитый из калии детектив.

Мюллер достал блокнот и приготовился записывать. Ирина стала рассказывать всю историю, которая объясняла состояние её очков. Также она показала свои раны и фотографию из молодости, где был, как тогда его звали Витя.

– Я не рассказала тому врачу, про этого упыря, – злобно выкрикнула она, кинув на пол фотокарточку, – но позавчера я увидела эту гниду у соседки! – Микк Тамм поднял фото и внимательно осмотрел его.

– Тогда, мы пойдем к ней, – говорил Мюллер, развернув свой блокнот и протянув карандаш, – распишитесь здесь, что это вы давали показания.

Получив желанную расписку, напарники подошли ко второй двери и постучались. Микк Тамм как будто был не здесь, он абсолютно полностью потерял связь между гипотезой о врачебном заговоре и сказанным женщиной прямо сейчас. Мюллер же думал о том, что всё это маразматичный бред, но показания соседки могли бы пригодиться. Дверь им открыла молодая брюнетка с необычайно мрачной кожей, на её запястье светились 2 раны, расположенных ровно так же, как у пожилой женщины.

Мюллер показал удостоверение милиционера. Микк Тамм смотрел на руку Эвелины. Он, не отрывая оттуда взгляда, преподнёс ей фотографию Виктора. У девушки на мгновенье отвисла челюсть. Она закрыла рот и взяла фотографию и стала внимательно её рассматривать.

— Это Владимир, – начала свой рассказ девушка в домашней одежде, – мы познакомились с ним ночью, несколько недель назад. – Говорила она. – Он спас меня от, – здесь она сделала длинную паузу, чтобы перевести дыхание и подобрать слова, – какого-то бродяги, а потом проводил до дома.

– Знаете, как его найти? – спросил Мюллер.

– Он сегодня должен прийти ночью. – Сказала она, продолжая смотреть на черно-белую фотокарточку.

– Кто-то еще его знает? – продолжил немец.

– Знаете, я ходила, – тут девушка подняла глаза и, немного покраснев, посмотрела на детектива и его напарника, – гадалке Уне, вот она вот сказала, что знает его.

***

– Дорогуша, – задорным голосом говорила рыжеволосая девушка с длинными ловкими пальцами шатенке, – имена я не могу говорить.

Гадалка прозорливо мешала карты, заливаясь смехом при вопросах клиентки. Рисунки на картонках постоянно чередовались, и Уна ласково объясняла, что хотят сказать её инструменты. Всё было как обычно и шло к дополнительной плате за четкие ответы. Но в этот момент дверь распахнулась, впустив в темную комнату закатный солнечный свет.

– Товарищ Микк Тамм, – сказала она, закрывая рукой лицо и складывая карты в стопку, – вы рановато.

Детектив недоумевающе прошел внутрь. Мюллер попросил клиентку удалиться. Микк Тамм сел на её место и стал вопрошающе смотреть на гадалку, он положил руки перед собой на стол, скрепив их в замок и наклонивших вперед. Его напарник же встал сбоку, ближе к свету и готовился записывать.

– Следующий сеанс бесплатно, дорогуша. – Выкрикнула вслед Уна. – Вы по поводу упыря? – Сказала она, перемешивая карты и переведя взгляд на нового гостя.

– Откуда ты знала, что мы здесь будем? – Спросил детектив.

– Птичка на хвостике принесла. – Рассмеялась она. – Нам еще рано встречаться, но вот вам с Владимиром лучше познакомиться быстрее. – Уна опустила глаза, чтобы не смотреть на прожигающий взгляд детектива.

– Где мы можем его найти? – Микк Тамм облокотился на спинку кресла, приподняв его передние ножки. Руки в замке он положил себе на ноги.

Гадалка разложила карты перед собой и внимательно на них посмотрела. Она как будто посчитала их и через несколько мгновений назвала улицу.

– Точный адрес не могу сказать, – произнесла она, – даже за дополнительную плату, – уточнила она, хитро улыбнувшись и подняв на этом моменте глаза, – я знаю только, что это разваливающийся дом, и что по пути вы найдете автора рисунка из Вашего, товарищ Микк Тамм, кармана.

Тот нахмурился и потянулся в карман пальто. Он нащупал бумажку и достал её. Детектив аккуратно развернул её и увидел плохо нарисованный портрет подозреваемого. Микк поднял глаза на Мюллера. Немец недоумевающе смотрел на своего напарника. Последний перевел взгляд на гадалку, которая самодовольно собрала карты и, положив голову на подставку из перекрещенных рук, смотрела на удивление своего клиента.

– Не забудьте, что у него будет перебинтована рука, а за мной заедете потом, – сказала она, похихикав, – можете сводить меня куда-нибудь, – она отодвинулась назад и задумчиво всматриваясь в потолок почесала подбородок, – в ресторан, например, – опустив глаза обратно, она продолжила, – а сейчас Вам, товарищ Микк Тамм, стоит поезжать за Вовочкой!

***

Солнце приближалось к линии горизонта на западе, но светило оно еще достаточно ярко. Его лучи создавали неприятный блеск на мокром асфальте, по дырам в котором можно было посчитать его возраст, и таких же влажных листьях. По этой городской сцене шел гнусного вида человек, покрытый коркой грязи. Одна его рука была перебинтована, а вторая крепко держала деревянный кол.

Две желтые машины с синими полосами мчались по дороге. Попадая колесами в ямы, они поднимали в воздух огромный объем воды. Пассажиры, чтобы при этом их не мотало во все стороны, держались за ручки, свисавшие с потолка. Микк Тамм сидел спереди и активно всматривался в тротуар. После очередного скачка в небо поднялись множественные брызги, окрасившиеся в радугу. За время пока они обрушились машина уже отъехала, но в зеркале Микк там заметил силуэт.

Обе машины развернулись. Детектив выскочил из автомобиля и схватил человека за шкирку и потянул назад, ставя себя перед ним. Незнакомец сжался, наводя острие своего орудия на высокого блондина.

– Ты знаешь, где Он? – Спросил Микк Тамм, грозно смотря на пойманного исподлобья.

В ответ человек что-то промямлил. Милиционер достал рисунок и сунул его в лицо. Незнакомец одобрительно покивал головой. Эстонец затащил его в автомобиль, и они продолжили свой путь к преступнику. На все вопросы захваченного прохожего никто не отвечал.

Наконец, они подъехали к заброшенному дому на набережной. Солнце еще ближе спустилось к роковой линии. Всё окрасилось в теплый оранжевый оттенок. Часть дороги была в тени нужного милицейским здания.

Микк Тамм выскочил из машины и выставил из неё же предполагаемого автора рисунка. Мюллер еще спокойно сидел на месте и открыв окно закурил. На его поясе красовался пистолет. 4 оперативника выбежало из второго автомобиля. Они зарядили свои АК и ждали приказа. Детектив взял свой пистолет и ткнул им пойманного в плечо. Орудие было на предохранителе.

– Веди. – сказал он, кивнув оперативникам.

Все пошли за новым участником операции, который отрывисто из-за испуга дышал и раздражающе дрожал. В здании было уже достаточно темно, но некоторые участки все еще были освещены лучами заходящего светила. В этих световых полянах можно было разглядеть парящую пыль, которой было так много, что в этих местах мерещились стены.

За группой спешно зашел Мюллер. Микк Тамм поднял одну руку, оперативники разделились на две команды и разошлись в разные стороны. Детектив, его напарник и задержанный шли вперед.

– Почему ты приклеил этот рисунок у участка? – прошептал Микк.

– Мне мент не поверил! – громко прохрипел однорукий.

Милиционер легонько стукнул его по шеи и недовольно прошипел.

– мне мент не поверил, – повторил тот шепотом, – и я решил сам нарисовать, и наклеить.

– Почему он не поверил? – спросил Мюллер, оглядываясь с выставленным вперед пистолетом.

– Потому что я рассказал, как этот кровосос меня на десяток метров выкинул! – Хрипло кричал грязнуля.

Микк Тамм недоумевающе смотрел на него, как вдруг послышалась стрельба слева. Оба милиционера рефлекторно развернулись в сторону звука. Через пару мгновений всё прекратилось. Микк снял пистолет с предохранителя, а автор злосчастного рисунка быстрым рывком скрылся за дверным проемом. Мюллер недовольно прошипел, пока его напарник пытался докричаться до коллег в рацию.

Партнеры стали идти еще медленнее сквозь сквозные проемы, чуть согнув ноги в коленях. Стрельба послышалась позади их. Снова крик в рацию и моментальное затишье. В этот раз Мюллер не сдержался и побежал вперед, пока Микк недоумевающе смотрел ему вслед. Неожиданно дверной проем перед ним обвалился, преградив путь.

– Сука. – сухо сказал милиционер и пошел в обход.

На его пути был подъем вверх, которым он и воспользовался. На втором этаже он встал у окна, греясь в остатках солнечных лучей. Микк Тамм выглянул в окно и увидел, что оно выходит прямо к реке. Когда же он развернул голову обратно, он отскочил назад и выстрелил. Перед ним стоял высокий силуэт. На месте его глаз как будто было две белые фары, а руки напоминали острые окровавленные грабли.

Микк Тамм попятился назад, выстрелив еще два раза. На каждую пулю силуэт просто пошатывался на месте. Детектив остановился, оставшись в пыльной завесе. Существо перед ним, словно идя по полу поднялось на стену, затем, используя лапы поползло, словно таракан по потолку и спрыгнуло сзади. Эстонец был в ступоре и просто наблюдал за происходящим сюрреализмом.

– Еще никто ко мне так близко не приближался, детектив. – Прошипел силуэт. – Однако Солнце не будет вечно защищать тебя.

Существо облизнуло свои когти-иглы. Краем глаза Микк Тамм заметил движение из-за угла, со стороны лестницы. В этот же миг однорукий бродяга выпрыгнул оттуда и проткнул шею существа своим колом. Оно закричало так громко, что милиционер бросил пушку и, закрыв уши, сел на колени. Всё помещение отчистилось от пыли.

Силуэт размахивал своими граблями. Когда их задевал свет, они начинали дымиться и шипеть. Существо потеряло равновесие и, совершив поворот скинувший бродягу в окно, упало на Микк Тамма. Тот, не выдержав гула отключился, не увидев, как убийца растаял в лучах закатного Солнца.

На этаж, с другой стороны, выбежал Мюллер. Он быстро подбежал к напарнику и проверил его пульс. «Жив» – подумал он и посмотрел в окно. Там перед ним открылся вид на разбившегося бродягу на краю обрыва в реку.

***

Из отчета детектива Микк Тамма:

Дело было закрыто, из-за пропажи основного подозреваемого. Им был Гробащев Виктор Владимирович. Он занимался выкачиванием крови своих усыпленных жертв и скорее всего её продажей на черном рынке. Способ выкачки так и не был выяснен. Единственная уцелевшая после встречи с подозреваемым жертва была вскоре после попытки задержания обнаружена застреленной в своей квартире на кухне, во время готовки. Возбужденное дело было передано в КГБ по приказу майора Фригидова. Так же была освобожден возможный свидетель Камышова Юлия Андреева.

Основной подозреваемый, скорее всего, погиб во время задержания. В этой же операции было убито четверо сотрудников оперативного отдела. Подозреваемый устроил засаду и, используя грабли, разоружил, а затем убил наших коллег. Далее на втором этаже он был близок к убийству меня, но бродяга, который предположительно жил в этом заброшенном доме, напал на подозреваемого со спины и оба, потеряв равновесие, выпали в окно. Тело бродяги было обнаружено и опознано. Тело подозреваемого не было обнаружено ни водолазами, ни на берегу реки внизу по течению, а потому он, на данный момент, считается пропавшим без вести.