Кровавая поступь тигрицы

8-е Начала морозов, 201 4Э

Комната захолустной деревенской таверны освещалась рассветным солнцем. Обставленное с крестьянской простотой, маленькое помещение смотрелось по-нордски добротно. Крепко выглядящие кровать, стол, стул, шкаф и сундук составляли всю мебель, занимая при этом половину пространства. Если не считать каменный пол и соломенную крышу, комната была полностью деревянной. Основу стен составляли мощные столбы, расстояние между которыми было заполнено досками.

Лежащая на кровати Райна́р открыла глаза и тут же закрыла их снова. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь небольшие оконца, расположенные наверху, неприятно слепили её. Поэтому, девушка рывком приняла сидячее положение, касаясь босыми ногами медвежьей шкуры, расстеленной на полу в качестве ковра. Немного приоткрыв веки и убедившись, что коварное светило больше не атакует её зрительные органы, она распахнула зенки полностью.

Райнар обладала чрезвычайно редким фиолетовым цветом глаз. А всё редкое довольно часто считается красивым, сложно это отрицать. Вот и с Райнар также. Немалую часть всех комплиментов внешности, которые она получала за жизнь, были посвящены именно её глазам. А если учесть, насколько выигрышно они смотрелись на фоне её лица…

Лицо Райнар было наглядным воплощением того, насколько жестокой бывает судьба. С детства обладая правильными и симпатичными чертами, она почти в любом коллективе становилась первой красавицей. Она не знала своих родителей, но ей частенько приписывали благородно-аристократичное происхождение. Но это было раньше. До того, как её лицо покрылось паутиной уродливых шрамов, затмевающих ту самую, естественную красоту. Райнар никогда не считала их количество. Она в принципе старалась лишний раз не глядеть на своё отражение. С одной стороны, девушка уже привыкла к такой внешности, а с другой… ей всё равно было тягостно. Она радовалась хотя бы тому, что обугленную кожу на левом виске можно прикрыть волосами.

К слову, волосы у Райнар были на зависть многим. Рыжие и густые, они доставали до поясницы. А солнечные лучи высветляли их, придавая огненных красок.

Девушка спала в одежде, если не считать босых ног. На ней была мужская рубаха и утеплённые штаны из плотной ткани.

Она бросила взгляд на флягу, лежащую на грубо сработанном столе. Дотянулась до неё и потрясла. Внутри было пусто.

Недовольно фыркнув, Райнар обмотала портянки вокруг стоп и обулась в изношенные сапоги. Ей надо было выйти в общий зал, чтобы промочить горло и положить на зуб хотя бы что-то съестное.

Она встала на ноги и потянулась. Для женщины-бретонки Райнар обладала высоким ростом. Примерно половина всех мужчин в Хай-Роке были ниже её. Скайримские норды были в среднем выше бретонцев, но ей не показалось, что намного.

Вооружившись кошельком, девушка отперла дверь и покинула спальную комнату.

Этот трактир был устроен также, как и большинство ему подобных в Скайриме. В центре помещения располагался очаг, а вокруг него стояли столы. По стенам были развешаны черепа и шкуры различных животных. На несущих столбах крепились свечи, сделанные из рогов, клыков и бивней. В отличии от таверн Хай-Рока, второго этажа почти нигде не было. Опочивальни находились прямо вокруг главного зала. Для Райнар это было некоторым варварством. «Как можно спать, если рядом с тобой галдят пьянчуги?!» – думала она. Девушка обладала чутким сном, и для неё это составляло настоящую проблему. Хорошо, что деревенским жителям надо было рано вставать и они обычно не засиживались до поздна.

Кроме толстопузого трактирщика, лениво гоняющего муху за стойкой, в зале не присутствовало никого. Райнар неспеша направилась к нему, на ходу раздумывая, что бы заказать. Ей хотелось чего-нибудь попить, но не хмельного. Молоко тоже не хотелось, а простую воду она и так наберёт из какого-нибудь ручья.

– Чаво? – только и спросил трактирщик, когда девушка подошла к нему.

Качеством обслуживания захолустные харчевни не блистали, но и Райнар была не принцессой. Она сказала:

– Мне бы чего-то жиденького похлебать. Имеется?

– Со вчера остался один суп. С капустой и картошкой. Его только разогреть надобно. Устроит?

– Отличный вариант. Налейте мне миску и хлеба отрежьте. Ничего больше не надо.

Далее мужчина назвал цену, и девушка расплатилась. Отдав распоряжение на кухню, трактирщик как бы невзначай отошёл подальше и стал осматривать запасы выпивки в буфете. Он вёл себя спокойно, но во взгляде прослеживалось недружелюбие. Райнар уже привыкла вызывать отвращение и подозрение своим видом, поэтому не обращала никакого внимания. Как ни крути, но внешностью она обладала очень яркой. Фиолетовые глаза в сочетании с рыжими волосами. Сеть шрамов, наложенная на утончённое женское лицо. Такой облик неизбежно притягивал взгляды абсолютно всех вокруг и никого не оставлял равнодушным. Чаще всего, незнакомцы к ней относились с неприязнью и страхом. Однако, существовал определённый процент мужчин, которые считали Райнар красивой. С одной стороны, ей нравилось осознавать, что она не такая уж дурнушка. Но с другой стороны, идиотские подкаты порой мешали. Периодически происходили забавные случаи, когда какой-нибудь «кавалер», видя девушку только со спины, подходил к ней познакомиться. А потом, разглядев её лицо, тут же менял планы, проговаривая нелепые оправдания.

Она присела за стойку в ожидании заказа. Тавернщик еле слышно фыркнул.

От нечего делать, Райнар стала осматривать собственные руки. Ладони у неё были совсем не как у «леди»: грубые, мозолистые и тоже шрамированные. Вообще, всё её тело было сплошь покрыто шрамами, далеко не только лицо. Но в отличии от лица, тело можно было выставить в выгодном свете, надев обтягивающую и закрытую одёжку. Так как фигура у Райнар была исключительно стройная и подтянутая, то это неизбежно увеличило бы мужское внимание к ней. Но девушка привыкла носить свободную, грубую одежду и менять не собиралась. Ей было просто без разницы. «Если старые вещи устраивают по удобству и находятся в хорошем состоянии, то зачем нужны новые?» – думала она. К тому же, её главная цель заключалась в том, чтобы спрятаться от талморцев. А для этого надо было привлекать как можно меньше внимания.

Прокручивая в голове последние события, она внезапно кое-что вспомнила.

– Слушай, дядь, а какое сегодня число? – спросила Райнар у трактирщика.

Мужчине явно не понравилось, что она задаёт ему лишние вопросы. Он отстранённо ответил:

– Ну восьмое.

– Так это получается, что у меня сегодня день рождения, – проговорила девушка, усмехнувшись.

И тут тавернщику стало интересно.

– Надо же. И сколько лет тебе сравнялось? – поинтересовался он.

– Да вот, уже двадцать пять стукнуло. А я что, выгляжу старше?

Райнар посмотрела на мужчину таким взором, что тот невольно передёрнулся. Периодически она любила припугнуть кого-то ради забавы. И для этого ей не требовалось ничего, кроме пронзительного, серьёзного взгляда. Изрезанность лица, словно у матёрого главаря бандитов, отлично работала на устрашение. Даже подвыпившие, здоровые мужики старались избегать конфликта с ней.

– Нет, ни в коем случае, – поспешил оправдаться трактирщик. – С чего ты это взяла?

– Всё в порядке, – девушка состроила улыбку, чтобы снизить градус напряжения. – Не принимай на свой счёт. Захотелось немного пошутить в день рождения, только и всего.

Мужчина выдержал небольшую паузу и сказал:

– Могу налить одну кружку за счёт заведения. Будет моим подарком.

– Спасибо за предложение, но не надо, – заверила его Райнар. – Ты не виноват, что я очутилась у тебя именно в этот день.

Она встала из-за стойки и переместилась за стол. Трактирщик лишь пожал плечами и продолжил заниматься своим делом.

Насчёт дня рождения и возраста девушка не соврала. Ей и правда пошёл двадцать шестой год, начиная с сего дня. Ощущала ли она себя на эти лета, трудно сказать. За три с лишним года, проведённых в бегах, она пережила целую кучу потрясений, и это определённо наложило неизгладимый отпечаток. Порой она удивлялась, как у неё морщины не вылезли и волосы не поседели после такого. Как и многим старикам, Райнар тоже хотелось покоя. Однако, была в ней та самая энергия, тот самый огонёк, который называют «горячая молодая кровь». Девушка доподлинно знала, что этот огонёк существует, и что периодически он проявляет себя ничуть не хуже, чем у её сверстников.

Но больше всего волновало другое. Райнар с горестью осознавала, что это четвёртый день рождения подряд, который ей предстоит провести в одиночестве. Когда талморцы уничтожили камлорнское[1] отделение гильдии бойцов, её мир разделился на «до» и «после». Бойцы подобрали её в раннем детстве, когда она была голодной и напуганной сироткой. Они воспитали её, заменив настоящих родителей. Научили владеть оружием и подарили путёвку в жизнь. Гильдейцы были для неё семьёй, друзьями и вообще всем на свете. Мудрый и добрый Гастон, которого она считала своим отцом. Весёлый и симпатичный Жак, что был для неё первой любовью. Храбрая и независимая Ванесса; её лучшая подруга. И много кто ещё. Она отмечала с ними все праздники, делила все радости и невзгоды.

И так продолжалось до тех пор, пока не появился Минра́т. Надменый, жестокий и алчный талморец, который, к несчастью, занимал должность первого эмиссара в Хай-Роке. Даже по меркам Талмора он считался конченым ублюдком. Когда у этого гада возник конфликт с гильдией бойцов, он не стал церемониться: просто перерезал всех её членов, обвинив в самых страшных преступлениях. Одна только Райнар чудом выжила. После гибели дорогих людей она чуть не сошла с ума. Три последующих года, живя одной только местью, она провела одна. Находясь в розыске за кругленькую сумму, девушка не могла довериться никому. И даже в собственный день рождения она запрещала себе как следует напиться, ведь терять бдительность было нельзя. Разрабатывая план расправы на Минратом, она иногда выпускала пар посредством убийства случайных талморцев. Это и было самым большим её развлечением в то время.

Когда Минрат пал от её руки страшной смертью и друзья были отомщены, её жизнь особо не изменилась. Изменился смысл жизни, но не составляющая. Теперь целью Райнар была не месть, а обретение покоя. Она оставила Хай-Рок в прошлом и направилась в Скайрим. Однако, ей всё так же было одиноко, и она продолжала жить в постоянном бдении. Всякий раз, когда она засыпала, у неё не было уверенности, что она не проснётся в окружении врагов. По прибытии в Скайрим этот страх частично ушёл, ведь тут было для неё безопаснее. Именно поэтому она так стремилась на территорию Братьев Бури. Она хотела оказаться там, где талморцы хотя бы не имеют законной власти. Залечь на дно. Хотя в глубине души девушка понимала, что это отнюдь не даст ей покоя. Но помимо всего негативного, у неё было чувство выполненного долга, что придавало ей сил и окрыляло. Чувство того, что она не зря потратила три года, подвергаясь постоянному риску. Опасная и влиятельная мразь отправилась на тот свет благодаря ей. Она отомстила не только за своих близких, но и за всех остальных невинных, которых погубил этот злодей. И многие невинные спаслись от его будущих действий. Это ли не повод для гордости?

Впрочем, совсем недавно произошло событие, что нарушило долгое одиночество Райнар. Те четверо людей и каджит, с которыми она бежала из талморской тюрьмы в Скайриме.

Когда Райнар только прибыла в снежную провинцию, её почти сразу схватили. И тогда, сидя в камере, находясь в безвыходном положении, она стала свидетелем великого чуда. Пользуясь древней магией драконьего крика, таинственный заключённый вынес дверь и на месте прибил четырёх эльфов. А потом он освободил всех узников и устроил массовый побег. После жестокой заварушки, спастись удалось ей и ещё пятерым. И это были первые люди за несколько лет, которым она смогла довериться. Добрый волшебник Ксавьер, честолюбивый офицер Эйрик, забавный каджит Драж’арго, немного дерзкий вор Этьен и отважный Довакин Лейф. Последний из них как раз и являлся инициатором восстания. Он обладал могущественным даром драконьей крови, что придавал ему великую силу. Его целью было остановить возращение драконов, чтобы те не превратили Тамриэль в сплошные руины. «Возможно, этот человек станет великим героем, – думала Райнар, – и я буду гордиться тем, что знала его».

С Этьеном и Лейфом она рассталась пять дней тому назад. А с остальными тремя ей довелось провести ещё какое-то время вместе. Этой компанией они дружно двинули в Хьялмарк, чтобы помочь Эйрику вывезти семью. И за период этого путешествия Райнар вспомнила, что значит иметь друзей. Ей было так хорошо, что она даже забыла обо всех проблемах ненадолго. Однако, к сожалению, с ними пришлось расстаться. Родичей Эйрика удалось без происшествий снарядить в дорогу. Вместе с семьёй и Драж’арго, офицер отправился в Хаммерфел. Ксавьер тоже ушёл по своим делам. А Райнар в одиночку побрела на Данстар, желая найти лучшей доли в землях мятежников.

Основная грусть заключалась в том, что расставание со спутниками произошло буквально вчерашним утром от сегодняшнего дня рождения. Очередные именины, которые ей предстояло отмечать в гордом одиночестве. Не лучшая перспектива. Оставалось надеяться, что бутылка мёда станет хорошим собеседником. Райнар уже начинала жалеть, что разошлась с новообретёнными друзьями. Не каждый день встречаются такие братья по несчастью, которым можно довериться и открыть хотя бы часть души. Где бы она нашла ещё таких? «Веду себя так, как будто у меня друзей выше крыши» – мрачно отметила она. Может быть, ей следовало забыть о своих планах и рвануть с Эйриком в Хаммерфел. О том, чтобы отправиться вместе с Лейфом спасать мир она даже не думала. «Мне в этой жизни хватило приключений. Пускай сражением с драконами занимаются другие» – рассуждала Райнар.

Из размышлений её вывели приближающиеся шаги. Дородная жёнушка трактирщика несла тарелку супа и краюху хлеба. Поставив еду на стол, она пожелала приятного аппетита и удалилась обратно.

Райнар довольно посмотрела на свой завтрак. Ей определённо нравился выбор блюда, который она сделала. Капустный суп с картошкой: достаточно лёгкое, при этом сытное кушанье. А самое главное, можно не только поесть, но ещё и попить. Это, в общем-то, является неоспоримым достоинством всех супов.

***

Покончив с приёмом пищи, Райнар стала собираться в дорогу. Все её пожитки помещались в одном заплечном мешке и на поясе. Всё по заветам странствующих наёмников и прочих бродяг. Из талморской тюрьмы ей удалось спасти лук, меч, кинжал и кошелёк с монетами. Остальные вещи она частично закупила по дороге, частично получила от родственников Эйрика. Единственное, о чём она жалела, так это об утрате лошади. Талморцы ранили её коня при задержании, а потом дели его невесть куда. Скорее всего, добили. Денег на нового скакуна не хватало, поэтому приходилось перемещаться по Скайриму пешком.

Райнар надела свою тёмно-серую кожаную куртку, отороченную лисьим мехом на воротнике. А поверх всего накинула длинный тёплый меховой плащ с капюшоном. Этот плащ, как и утеплённые штаны, ей любезно отдали родичи Эйрика. Меч она закрепила на поясе и по привычке убедилась, что он вынимается из ножен легко и быстро. Кинжал разместила в сапоге, в специальном отделении. Мешок, в котором находились принадлежности для выживания и небольшие запасы еды, она устроила за плечами. Кошель с деньгами был кинут туда же, в целях безопасности. Колчан со стрелами и лук тоже нашли своё место на спине у девушки. Она опять-таки проверила, что всё быстро снимается и вытаскивается.

Оглядев напоследок комнату на предмет забытых вещей, Райнар вышла в зал и затворила дверь на замок. Сдала ключ трактирщику. Подошла к выходу на улицу. Надела капюшон и надвинула маску, закрывая значительную часть лица. И наконец, толкнув деревянную дверь, очутилась на свежем воздухе.

Деревня встретила её утренним оживлением. Крестьяне и ремесленники усердно трудились, чтобы вечером расслабиться, опрокинув пару кружек мёда. На Райнар почти никто не обращал особого внимания. Одни только играющие дети глазели на неё: кто с опаской, а кто с интересом. Однако, даже они не задерживали взгляд надолго и по итогу возвращались к своим детским делам.

На самом деле девушка понимала, что если она встретиться лицом к лицу со шпионом Талмора, то её в любом случае узнают по фиолетовым глазам, и никакая маска не поможет. В Хай-Роке она носила специальные линзы для смены цвета глаз, но при последнем задержании их конфисковали и она не смогла их найти. Поэтому, в Скайриме приходилось довольствоваться дедовскими методами конспирации, такими как ношение капюшона с маской. Так её хотя бы нельзя было опознать со спины и сбоку. А маска, хоть и не прикрывала лицо целиком, но всё равно, дополнительно служила для того, чтобы меньше шокировать общественность. Дабы некоторые не выпадали в нормальный такой осадок, при виде её физиономии. Девушка, имеющая больше шрамов, чем любой наёмник – это не то, что можно увидеть каждый день. Ну а пока Райнар носила маску и просторный плащ, её запросто можно было принять за худого юношу. Спрятать все рубцы не удавалось даже так, но это всё равно было лучше, чем ходить в открытую.

Деревня Каменные Холмы, в которой она останавливалась на ночь, на самом деле была довольно крупным шахтёрским поселением. Самым крупным во всём Хьялмарке, как её заверял трактирщик. Скайрим, будучи горной страной, вмещал в себя множество разных шахт. А вокруг этих шахт вырастали как нордские деревни, так и орочьи крепости. Вот и Каменные холмы, расположенные у подножья гор, были одной из таких деревень.

Когда Райнар оказалась за пределами поселения, она заметно расслабилась, но капюшон с маской всё равно не сняла. До Данстара оставалось ещё два дня пешего перехода. К вечеру девушка планировала покинуть Хьялмарк и оказаться во владении Белый берег, что принадлежало Братьям Бури. Она шла по дороге, которая как бы обходила болотистую местность по дуге. По сторонам раскинулся хвойный лес. Посмотрев направо и вверх, можно было разглядеть горные пики. Вообще, у Райнар создавалось впечатление, что весь Скайрим – это сплошной хвойный лес, кое-где утыканный горами для разнообразия.

Пока девушка не очутилась в северной провинции лично, она была не раз наслышана про суровый климат и большое количество снега. Правда, эти неотъемлемые атрибуты Скайрима пока не проявляли себя. В Хьялмарке, в середине осени, снег ещё не выпал. А в теплом меховом плаще Райнар было даже немного жарко. Впрочем, она понимала, что это ненадолго. Дело двигалось к зиме, а путь лежал на север.

Одинокая бретонская тигрица не сомневалась, что ей ещё предстоит полазать по сугробам и потрястись от холода. Вполне возможно, повстречаться с местными, недружелюбными медведями. Но тигрица была матёрая и не из робкого десятка. Может, она не имела столь огромной силы, но зато обладала немалой ловкостью и умом. У неё определённо водилось то, что можно противопоставить медведям.

***

Первая половина дня прошла без приключений. Райнар оставляла за собой многие мили большака, на ходу любуясь пейзажами. Пейзажи были до оскомины однообразными, но она всё равно пыталась находить в них нечто особое. Не зря ведь красота природы воспевалась в стольких литературных произведениях.

Также, Райнар наполнила флягу у родника и сходила на охоту. Подстрелив кабанёнка, отбившегося от стада, она решила устроить привал.

Но стоило ей только начать высматривать подходящее место, как она услышала женский крик, донёсшийся откуда-то спереди. Райнар остановилась, прислушалась и заглянула вдаль. Так как большак заворачивал налево под определённым углом, видать было лишь на несколько сотен метров вперёд. Она уже поняла, что источник крика, скорее всего, находился как раз где-то за поворотом. Не раздумывая сильно долго, Райнар переключилась на бег и поспешила на звук.

Совсем скоро крик повторился, давая ей возможность скорректировать курс. На этот раз, помимо женского визга, она расслышала грубые мужские голоса. В голове Райнар уже начинала рисоваться примерная картина происходящего. Достав лук, она свернула в лес и стала двигаться вдоль дороги так, чтобы её было незаметно оттуда.

По мере приближения к цели, голоса становились громче и появлялась возможность различать слова. А потом, меж деревьев стали виднеться человеческие фигуры. Подойдя максимально близко, Райнар выглянула из-за кустов. Здесь-то вся ситуация и прояснилась, давая наглядное представление.

Пятеро мужчин разбойничьей наружности окружили двух молодых людей: девушку и юношу. Девушка, красивая и хорошо одетая, дрожала от страха и пряталась за спиной парня. Сам парень был высок, статен, облачён в кольчугу и вооружён. Удерживая перед собой меч и щит, он грозно глядел на бандитов и заслонял собой девчонку. Однако, в глазах его читался явный страх и чувство безысходности.

Разбойники, что взяли неудачливую парочку в кольцо, вели себя расслаблено. Они смеялись и веселились, упиваясь страхом двух бедолаг. Среди них было три норда, орк и босмер. Все они, за исключением эльфа, выглядели крепкими. У босмера и одного из нордов были луки, но они убрали их за спины, держа в руках оружия ближнего боя.

– Мальчик, убери железяку. До твоей девки мы всё равно доберёмся, – сказал немолодой норд-бандит, поигрывая боевым топором.

– Если не будешь рыпаться, мы подарим тебе быструю смерть, – добавил орк с булавой.

– Ну уж нет! – яростно вскричал юнец. – Я буду стоять до последнего! Я не позволю вам подойти к ней!

Сидящая в кустах Райнар с грустью оценила положение. Разбойники явно игрались со своими жертвами. Девушке было лет пятнадцать на вид, а парню на несколько больше. Чем юный защитник точно превосходил отморозков, так это качеством оружия и брони. Вполне возможно, что он был отличным воином, но против численного преимущества это бы всё равно не помогло. Да и бандиты выглядели совсем не как те, кто взялся за оружие только вчера. Жалкое было зрелище.

– Глядите, щенок умеет тявкать, – усмехнулся второй норд с луком на плече. – Сейчас мы тебя свяжем, и ты посмотришь на то, что мы будем проделывать с твоей потаскушкой.

От бессилия парень зарычал, словно зверь, чем вызвал у разбойников хохот. А Райнар, накладывая стрелу на тетиву, слегка высунулась из укрытия.

«Весело вам, твари? Сейчас мы посмотрим, кто здесь жертва».

Смех норда-бандита с луком резко оборвался. Стрела вошла ему ровно в ухо и вышла из другого. Безвольным мешком с костями он рухнул на землю, без возможности когда-либо ещё встать. Все остальные не успели даже понять, что произошло, как Райнар с молниеносной скоростью достала и отправила вторую стрелу. Она угодила в голову бандита-босмера, заставляя его повторить судьбу предыдущей цели.

Ситуация изменилась совсем не в пользу разбойников. От того, что два их товарища погибли в столь короткий срок, они сильно поубавили в уверенности и первое время находились в замешательстве. Защитник девушки не стал мешкать, и с боевым возгласом воткнул меч в того из нордов, который постарше. Третий норд с ужасом бросился в сторону леса, дабы укрыться от смертоносного обстрела. Орк оказался более находчивым: он попытался поймать девчонку, чтобы захватить её в заложники. Она начала убегать, но бандит успел схватить её за развевающийся плащ. А её телохранитель, увидев это, оставил меч внутри поверженного норда, поднял щит и с размаху ударил орка. Разбойник вскрикнул, выпустил девушку и выставил руки для защиты. Он нашёл силы, чтобы отбить следующий удар парня и наброситься на него, сбивая с ног. Рассвирепевший орк поднял свою булаву и жестоко приложил молодого защитника в лицо. А потом ещё раз.

Райнар, тем временем, расправилась с бандитом, который убегал и уже вышла из кустов, приближаясь с луком наготове. Она выстрелила в плечо орка, но было уже поздно. Лицо юного защитника превратилось в кровавое мессиво от ударов головореза. Со злостью лучница пустила ещё снаряд в горло последнего разбойника. Тот беспомощно хрипел и прикрывал обильное кровотечение. Райнар подошла к нему и стала вытаскивать стрелу, вырывая из глотки орка внушительный кусок мяса и причиняя ему серьёзную боль. Продлившись ещё немного, мучения бандита оборвались. Его тело пожелало упасть прямо на парня с разбитым лицом, но воительница перенаправила это падение в сторону.

Райнар выдохнула и осмотрела поле брани. Все пять разбойников лежали замертво, не подавая признаков жизни. Испуганная девушка стояла чуть поодаль, с ужасом взирая на своего спутника. Воительница опустилась на колено и проверила пульс парня. Несколько секунд спустя отняла руку и разочарованно, мрачно проговорила:

– Он мёртв.

Глупо было предполагать, что юноша выжил. Его голова буквально превратилась в кашу из мозгов и костей. Но для его девчонки, последние два слова послужили как бы сигналом к истерике. К ней пришло полное осознание того, что случилось. «Он мёртв».

– Хорик, неееет!!! – закричала она и бросилась к нему.

Сидя на коленях и сжимая руку парня, девушка плакала горькими слезами. Райнар отошла от неё и занялась вещами более материальными: стала осматривать трупы на предмет чего-нибудь полезного и возвращать свои стрелы.

Несколько минут спустя, младшая из девушек выплакалась. Она утёрла слёзы, подняла взгляд на свою спасительницу и надрывно, со всхлипами проговорила:

– Надо его похоронить! Он погиб, защищая меня!

Райнар как следует рассмотрела девчонку. Это была симпатичная, ухоженная и очень молодая нордка. Светловолосая, голубоглазая и с благородными чертами лица. Утеплённое зелёное платье подчёркивало стройную талию, а легкий красный плащ разметался по земле.

– Сначала надо убраться отсюда, – ответила бретонка. – У этих бандитов может быть логово неподалёку.

– Нет! – заверещала младшая девушка. – Я не уйду, пока не похороню Хорика! Он был мне дорог!

Суровая воительница проигнорировала этот поток эмоций. Она просто отодвинула маску, демонстрируя своё лицо. Подпустив немного стали в голос, задала вопрос:

– Разбойники напали на вас из засады? Или вы случайно с ними столкнулись?

Это произвело на нордку должный эффект. Она явно струхнула и поняла, что на заданный вопрос ей лучше ответить.

– Из з-засады, – проговорила девчонка, протирая глаза. – Они вышли из-за деревьев и окружили нас.

– Если место засады было условленным, то другие члены банды могут забеспокоиться невозвратом своих товарищей и нагрянуть сюда, – объясняла Райнар. – Поэтому, нам не стоит задерживаться здесь. Твоего Хорика мы закинем на лошадь, вывезем и похороним в другом месте. Возражения есть?

Нордка замотала головой.

– Вот и славно, – произнесла воительница, заметно потеплев. – Как тебя звать?

– Я Ингрид, из Данстара. И я очень благодарна Вам за спасение. Хоть Вы и не уберегли Хорика, но без Вас… мы оба были бы обречены.

– Девочка, я тебя умоляю, – усмехнулась бретонка. – Я не какая-нибудь придворная дама, не надо на меня «выкать». Меня, кстати, зовут Райнар.

Она сняла мешок, достала флягу воды и протянула нордке:

– На, выпей. А то перепугалась вся, бедная. Я пока лошадей приведу.

Ингрид приняла сосуд и стал жадно глотать воду, позабыв про этикет. Наверняка ей хотелось, чтобы там было налито что-нибудь покрепче простой воды. А воительница в этот момент пошла за лошадьми, которые убежали не особо далеко.

Вволю напившись, молоденькая нордка почувствовала в себе силы. Увидев Райнар, ведущую коней под уздцы, она схватила труп Хорика за руки, решая подтащить его поближе. С трудом сдвинув парня с места, она смогла подвинуть его лишь на пару шагов. Юноша был не самый худой, а надетые доспехи добавляли ему веса.

– Боюсь, мне даже от земли его не оторвать в одиночку, – призналась Ингрид, разочарованно разведя руками. – Тут нужно вдвоём.

Бретонка невольно улыбнулась, глядя на потуги своей новой знакомой. Такая слабая, хрупкая и нежная Ингрид. Она относилась к тем женщинам, которые не смогли бы прожить без мужчины в этом жестоком мире. А о том, чтобы поднять своего мужчину на руки – речи даже не шло, ибо задача это чересчур непосильная.

Райнар молча подошла к Хорику и перевернула его на живот. Присела, подхватила его одной рукой под грудь, а второй выше колена. А потом с некоторым усилием встала, удерживая парня над землёй. Подошла к лошади и аккуратно перекинула тело через круп.

Смотря на это действо, Ингрид ощутила себя беспомощной маленькой девочкой. Это ощущение ей не особо понравилось. Но ещё больше ей не понравилось то, что осталось в том месте, где только что лежал труп.

– Фу! Как же это… неприятно выглядит! – вскрикнула она, отворачиваясь. – Я… не могу на это смотреть.

Когда воительница переворачивала тело, месиво из костей и мозгов вывалилась из шлема Хорика и осталось лежать на земле. Это и стало причиной отвращения нордки.

– Я настолько была шокирована его смертью, что даже не обратила внимания поначалу, – продолжала Ингрид. – Боги, что стало с его прекрасным лицом! Чтоб тебя даэдра в Обливионе замучили, тупой орк! – она с яростью пнула труп убийцы своего спутника.

А Райнар, обнаружив у себя на сапоге мозговую жижу, с обыденным спокойствием вытерла её об одежду одного из бандитов.

– Если тебя здесь ничего больше не держит, то мы выдвигаемся, – пояснила бретонка. – Залазь на коня, повезёшь своего друга.

Нордка не видела смысла медлить, и тут же запрыгнула на лошадь. Наоборот: ей хотелось из этого места поскорее убраться.

– Отдалимся где-то на час, а там сделаем привал, – объяснила воительница, седлая второго скакуна.

– А своего коня ты не станешь забирать? – поинтересовалась Ингрид.

– Был бы у меня этот конь, я бы обязательно его забрала.

– У тебя нет лошади? Мне казалось, что такая храбрая и искусная лучница не должна нуждаться в деньгах.

– Я и не нуждаюсь. Просто мою кобылу недавно убили, а на новую пока не накопила. Давай, нам пора ехать.

– Подожди! – остановила нордка свою спасительницу. – Ты держишь путь в сторону Данстара?

– Ну да. Именно туда мне и надо.

– Какое счастье! Прошу, сопроводи меня до туда. Мне страшно одной. Ты ведь наёмница, верно? Моя семья богата и влиятельна, они хорошо заплатят за моё спасение. А даже если нет, то это сделаю лично я, – она похлопала по увесистому кошельку на поясе.

– Да не вопрос, – согласилась Райнар. – Сама хотела тебе это предложить. А награду обсудим позже. Давай уже поедем, наконец-таки.