Кровавая степь

Предисловие: "Семя в степи"

Они летели через пустоту — Сеятели, несущие жизнь, чьи имена давно стёрлись из памяти мироздания. Миллионы лет их корабли бороздили звёзды, время для них было лишь пылью на ветру. Зачем считать, если есть вечность? Их миссия была проста: жизнь должна быть. Законы мироздания питали её, как она питала их — бесконечный круг. На подходящих планетах они оставляли "семена" — родильные камеры, где геноконструкторы ткали существ, что однажды вырастут или сгинут. Одни цивилизации рождались и умирали, другие ждали своего часа, третьи исчезали без следа. Сеятелям было всё равно — у них был путь, была задача.

Эта планета попала в их сети давно — голая степь, пропитанная ветром и солнцем. Сканирование инфополя показало: жизнь возможна. Родильные блоки упали в пыль, из них вышли первые орки — тёмно-зелёные, сильные, с мозгом, готовым к первому шагу. Знания вложены, инстинкты остры — пусть растут, пусть борются. Для наблюдения остался он — органический интеллект, часть разума одного из Сеятелей, слуга их воли. "Сестрица", как назвали его позже орки, следил из тени космоса, жёлтый глаз в небе. Нельзя мешать, но нельзя допустить хаоса. Развитие — река, что течёт ровно.

Шли века, орки учились, боролись, любили. А потом пришли чужаки — Орионцы, дети тех же "семян", что миллионы лет назад вылупились в кластерах Содружества. Они не знали Сеятелей, не видели леса за своим муравейником. Их станция, "Коготь Войны", зависла над степью, психоматрицы жрали эмоции орков, ломая реку жизни. Сестрица проснулась. Директива была ясна: устранить зло. Её силы ударили по станции, но истощились, и выбор пал на него — молодого орка, чья кровь кипела яростью.

Грокх стоял в степи, копьё в руке, не зная, что голос в голове — не духи, а воля вечности. А где-то в траве полз Ксарен, чужак с разбитого челнока, чья судьба уже сплелась с его собственной.