Кровь - любовь

Кровь - любовь

Капля крови упала на белый лист. Поэт шмыгнул носом, провел рукой, по тыльной стороне ладони проползла кровавая полоса.

«Черт, как не вовремя», - огорчился страдавший частыми носовыми кровотечениями поэт, затыкая ноздрю уголком платка.

«Кровавая капля капнула на бумагу…» - написал он под похожей на королевскую корону (вид сверху) красной кляксой.

«Из всего можно извлечь вдохновение», - успокоился он.

«Бумагу – помогу», - срифмовал поэт. Поднял глаза – на его глазах Цербер терзал жертву. Жертва страдала.

«Терзала – страдала», - срифмовалась следующая строка.

«Черт, времени мало, следующим могу быть я, - испуганно подумал поэт. – К черту рифмы – верлибр наше все!»

Буквы запрыгали по бумаге, все смешалось в нерифмованных строфах: кровь, любовь, степь, поспеть, страсть, мразь, телка, метелка. Особенно поэту нравился финал: «кис – пис», русскими буквами он написал английские слова: «kiss» и «peace».

Цербер поднял тяжелый взгляд на поэта, тяжело вздохнул и мотнул головой, что означало: «Следующий»

Под тяжелым взглядом поэт также вздохнул и тяжело поднялся.

«Успел все-таки», - подумал он, выходя к доске.

– Моя валентинка посвящается Семеновой Ире, - чуть срывающимся голосом начал он.

Первая красавица класса Семенова, повела бровью, это была ее пятая валентинка за урок.

- Не посвящается, а предназначается, - поправил учитель литры по прозвищу «Цербер», чья идиотская идея – написать девочкам стихи на день святого Валенина и прочитать их вслух на отметку, сейчас и осуществлялась.

- Ну давай читай, – подбодрил он поэта.

Класс ржал, Семенова сидела пунцовая, Цербер что-то искал под столом.

- Это успех! – понял поэт, - Грандиозный успех, я поэт!