Кровь не вода 3

Пролог

Обещанная посылка появилась у меня в руках уже на следующий день. Это был совсем не плотный бумажный пакет, в котором я обнаружил несколько заламинированных в водонепроницаемую плёнку карт, очередное письмо и несколько листов бумаги А4 с очень важной подборкой крайне актуальной информации о текущих реалиях и не только.

Так получилось, что погода в этот день испортилась, и выходить в море на наших лоханках было смерти подобно. Поэтому мы углубились по протоке дальше вглубь плавней, отыскали там небольшой островок суши и остановились переждать разгул стихии.

Благодаря этому у меня была возможность уйти маленько в сторону от лагеря и внимательно изучить посылку.

Так вот, карты были испещрены отметками, указывающими на залежи полезных ископаемых, притом не только на территории России, но вообще по всему миру.

Ценность этого подарка действительно трудно переоценить, ведь не зря говорят: кто владеет информацией, тот владеет миром. Здесь ребята подсуетились и правда подарили мне власть над целым миром.

Понятно, что это при условии, что у меня получится грамотно этим распорядиться, но можно сказать, что мне преподнесли на блюдечке более чем реальный шанс подняться выше облаков.

Информация, которую я почерпнул из переданных бумаг, и вовсе в моем случае цены не имеет, это мой шанс стать в Московском царстве одним из самых значимых игроков в борьбе за место рядом с престолом. Ну это, конечно, если вдруг у меня появится такое желание.

Товарищи очень подробно описали, кто, когда и по какой причине отравил жену Ивана Грозного, кто заказчик преступления и не только.

Помимо прочего я обнаружил подробные планы сдерживания Москвы, которые вынашивали в частности польский король и орден иезуитов в целом. Читая о задуманных этими скунсами гадостях, я даже зубами невольно скрипел, поражаясь человеческой подлости.

Удивило меня, что описанные в этих бумагах события ещё только должны будут случиться и некоторые — довольно нескоро, но все пояснения я нашёл в сопроводительном письме от друзей.

Оказывается, они смогли договориться с магом, чтобы он поискал ещё один параллельный мир и там нарыл нужную информацию, посмотрев все, что нужно, так сказать, в режиме реального времени.

В общем, если говорить коротко, ребята все сделали для того, чтобы я не только смог устроиться здесь как можно комфортнее, но и дали возможность поменять тут в лучшую сторону если не все, то очень многое.

Наверное, не нужно объяснять, чего стоит, например, информация об основных сейчас игроках, их планах, желаниях, слабостях и даже бережно хранимых ими скелетах, надёжно запрятанных в пыльных шкафах.

Власть, мне передали реальную власть, причём не просто над этими сильными мира сего, а, наверное, и над их душам тоже. Но и это ещё не все. В этих бумагах я обнаружил ещё и список так называемых агентов влияния в Московском царстве, притом как вполне себе настоящих, так и невольных, которых использовали втёмную.

Конечно, назвать агентами этих дятлов, которые пытаются, что называется, показать свою значимость и активно интригуют, наверное, будет неправильно, они скорее дурачки, которыми пользуются, играя на их слабостях, но это уже не суть важно.

В общем, подгон мне сделали действительно царский, переоценить который не получится при всем желании.

Сопроводительное письмо от ребят было буквально пронизано грустью и даже какой-то безысходностью от понимания, что это, по сути, прощание навсегда, и я в полной мере почувствовал испытываемые ребятами эмоции и чётко осознал, что теперь связь с прошлым миром оборвана полностью и навсегда.

Ребята на прощание сделали ещё один подарок, теперь уже точно последний, собственно, они на этом особо акцентировали внимание.

Первое, о чем они уведомили, — что корабль с османскими ценностями, который мне нужно захватить, не один, там их будет сразу три, и все три мне желательно прибрать к рукам. Благо, что две другие галеры не военные, а купеческие, иначе было бы нереально. По словам друзей, мне это очень пригодится в будущем. Второе: они (а вернее маг) помогут с возвращением на Дон и обеспечат возможность беспрепятственного пройти мимо крепости Азак. Сделают это ровно через одиннадцать дней после захвата галер, и нам нужно очень постараться успеть вернуться к устью реки к этому времени.

Дело в том, что в эту ночь посреди основного русла реки будет дежурить османская военная галера, на которой стараниями мага весь экипаж будет спать непробудным сном. Не помешают нам пройти и посты, призванные следить за движением по реке чужих кораблей.

В общем, у нас во время возвращения будет возможность захватить ещё и четвертую галеру, которая тоже лишней не будет.

По прогнозам мага, после этого нашего прорыва в реку всякая связь с прошлым миром уже по-любому прервется.

Изучив все это и перечитав не по одному разу, я малость задумался и понял одну вещь: подкинули мне друзья рояль нереальный, но и головняка добавили немерено.

Опять же, рояль это был бы для какого-нибудь правителя не из последних, для меня же, пока я не стану кем-то значимым, по сути, это пока малополезная информация. Тем не менее, сидеть на жопе ровно ведь по-любому не буду, поэтому, наверное, пригодится мне все это в будущем и, надеюсь, не один раз.

Обдумал я все это, потом поднял взгляд к небу и тихонько прошептал:

— Спасибо, друзья, я очень постараюсь распорядиться вашими подарками так, чтобы этот мир вздрогнул и не раз…

Глава 1

Задержка из-за непогоды на целые сутки напрягла меня не по-детски, и я все это время не находил себе места, переживая за то, что можем не успеть добраться до места к назначенному времени.

Когда я обозначил Святозару, куда нам желательно попасть в ближайшее время, тот, немного подумав, ответил, что времени на это понадобится дней пятнадцать или может чуть больше, отчего я даже растерялся. Правда, довольно быстро разобрался, что по ночам сейчас народ не плавает, а значит, шансы успеть перехватить нужные корабли все же есть, и немалые, но сделать это будет непросто. Нам придётся двигаться не останавливаясь, круглосуточно и сильно надеяться на попутный ветер. Иначе все будет грустно. Не смогут казаки грести непрерывно.

В общем, все на тоненького, и не факт, что получится. Но попробовать успеть все равно нужно.

До начала движения возникла и ещё одна проблема, о которой я раньше не думал.

Сейчас здесь корабли ходят вдоль берега просто потому, что в открытом море ориентироваться без каких-либо приборов очень уж сложно и потеряться в случае, если небо будет затянуто тучами, как нефиг делать.

Конечно, Азовское море не то место, где можно заблудиться, но все равно отсутствие даже самого простого компаса — это проблема проблем.

Как бы там ни было, а в путь мы отправились сразу, как море чуть-чуть успокоилось, и двигались с максимально возможной скоростью.

Естественно, мне, чтобы обосновать необходимость такой спешки пришлось нагонять тумана и нести Святозару пургу о том, что мне приснился вещий сон, и в конце пути в случае, если успеем вовремя, нас ждёт богатая добыча.

Смешно, но наставник отнесся к этим моим словам очень серьёзно и поддержал моё стремление проверить правдивость этого сна. Правда, поглядывал на меня при этом странно, но это и не удивительно, учитывая тот факт, что письма друзей действительно выбили меня из колеи и заставили нервничать. Всё-таки не каждый день навсегда прощаюсь с прошлым. Остаться спокойным в такой момент вряд ли возможно.

Наш морской поход проходил вроде как бы и удачно, с точки зрения казаков, и очень нервно для меня.

Сразу, как вышли на морскую гладь, нам реально повезло с довольно свежим ветром, дующим в нужную сторону, и позволил за светлое время суток пересечь залив, который в будущем назовут Таганрогским. Более того, этот ветер дул как бы чуть наискосок, в нужную нам сторону и помог немного сократить путь к цели. Можно было бы радоваться, но ближе к вечеру между нами и далекой полоской берега мы обнаружили идущую навстречу галеру, которая на наших глазах начала отворачивать к этому самому берегу, при этом сами мы остались незамеченными, все-таки суденышки у нас не из крупных.

Надо ли говорить, что казаки при виде добычи сильно возбудились и пожелали прибрать этот корабль к рукам?

Понятно, что задерживаться мне очень не хотелось, но и поделать я ничего не мог. Запретить сейчас взять добычу —это все равно, что сунуть руку в пасть льву. Чревато не просто недовольством, а настоящим бунтом, и я казаков прекрасно понимаю. Поэтому и пришлось мне, скрепя сердце, отдавать приказ следовать за этой галерой. Тем более, что время для этого было подходящее, самое начало сумерков.

Атака галеры, с одной стороны, удивила своей какой-то обыденностью, если не простотой, и напрягла неорганизованностью и бестолковостью.

Мы подошли на веслах очень удачно и до последнего момента оставались незамеченными, а когда нас обнаружили, было уже поздно что-то предпринимать.

Казаки, казалось, напрочь забыли все тренировки и кинулись штурмовать галеру неорганизованной толпой, мешая друг другу и торопясь, будто их кто-то погонял, жаля в известные места.

Я, глядя на это безобразие, всерьёз задумался, стоит ли мне спешить за османскими сокровищами. Ведь с таким подходом к делу нам точно ничего не светит, тем более, в стычке с превосходящими силами противника.

Поняли это и другие наши отцы-командиры, которые несмотря на ночь и радость от захвата первой добычи тут же провели разбор полётов, отчаянно ругаясь и изрядно нервничая.

Все потому, что прежде, чем они направились приводить своих людей в чувства, я предупредил, что в дальнейшем, если полусотни будут действовать в подобном ключе, я просто лишу их доли от добычи.

В итоге, казаки после выволочки, устроенной им командирами, перестали вести себя подобно бухим друзьям жениха на свадьбе и мухой вспомнили о дисциплине.

Галера, которую мы захватили, оказалась купеческой и везла для гарнизона крепости Азак продовольствие. Причём, ассортимент этого груза даже меня поразил.

Нет, в основном, конечно, судно было загружено зерном, перевозимом в огромных амфорах. Это меня удивило и порадовало. Почему-то думал, что амфоры использовались ещё во времена Эллады. А тут такое!

Помимо зерна мы обнаружили приличное количество других товаров, таких, как оливковое масло, большое количество различных сухофруктов по типу фиников, изюма или сушеного абрикоса, различных орехов, специй и даже кофе.

Знатная добыча и своевременная, учитывая тот факт, что на галере нашлось шесть десятков рабов, которых тут использовали в виде гребцов.

Из-за разбора полётов и наведения порядка задержались мы в этом месте почти на четыре часа.

Как я не подгонял народ, а быстрее справиться не получилось.

Понятно, что тянуть за собой эту галеру мы и не подумали, не тот случай. Поэтому выделили для её охраны пятерых казаков из полусотни дядьки Матвея и несмотря на ночь отправили её на противоположную сторону залива с расчетом, чтобы там спрятать в знакомой протоке возле острова, где мы пережидали непогоду. Там нашей пятёрке и освобожденным рабам, которых мы пока не стали расковывать, придется дожидаться нашего возвращения. Сидеть будут тихо, стараясь не привлекать чужого внимания, потому что пройти самостоятельно обратно на Дон им не светит.

Можно, конечно, но точно не на галерее, поэтому и придётся дожидаться нашего возвращения.

Распрощавшись с трофеем, мы продолжили свое путешествие. Уже при свете дня я только сплюнул с досады, когда наблюдатель прокричал, что далеко позади за нами следует ещё одна османская галера.

Далеко идёт, на грани видимости, но следует по тому же маршруту, что и мы.

Этому даже Святозар удивился, который как-то слегка растерянно произнес:

— Как-то многовато тут османских кораблей, слишком часто встречаются. Неужели за то время, что меня тут не было, так все изменилось? Раньше можно было неделями тут плавать и никого не встретить. А сейчас что ни день, то добыча.

Я на это только плечами пожал и велел, не меняя основного направления движения, начать потихоньку смещаться мористее, чтобы остаться незамеченными.

В этот раз нас явно заметили, и догоняющая нас галера, скорость которой оказалась чуть выше нашей, тоже начала смещаться мористее. Когда мы это поняли, я велел прекращать удаляться от берега и продолжать движение, как и раньше, подумав про себя, что османы здесь какие-то непуганые.

Эта галера оказалась чуть меньше той, которую мы затрофеили ночью, и очень ходкой. По крайней мере, нас она догоняла пусть и не быстро, но при этом не напрягаясь.

Судя по всему, нас приняли за купцов, потому что, когда ближе к вечеру галера приблизилась на расстояние, позволяющее рассмотреть друг друга в подробностях, османы и не подумали менять свой курс, продолжая сближаться. Мы, в свою очередь, тоже не стали дергаться и продолжали идти, как раньше. Единственное, большей части людей я велел лечь на палубу и не отсвечивать в надежде, что османы подойдут совсем близко и у нас появится возможность их атаковать.

Они, действительно, здесь непуганые, что странно. Всё-таки мы — не первые из казаков, кто вышел погулять в этих краях. По идее, османы не должны вести себя так беспечно.

Глядя на догоняющий нас корабль, я задавался мыслью: «За каким хреном мы им сдались, и почему они с таким упорством стремятся нас догнать?»

Понятно, что ответов на эти вопросы у меня не было, и в голову лез только один вариант, который мог объяснить происходящее. Кроме того, что это военный патрульной корабль, который спешит проверить наши посудины, других мыслей не было. А значит, нужно готовиться к тяжёлому бою. Если это действительно так и на галерее есть пушки, нам будет сложно совладать с таким противником. Тут только и остаётся надежда на наши нарезные янычарки, при помощи которых можно будет проредить команду. Но сделать это будет архисложно.

Святозар пришёл к тому же выводу и сильно хмурится до тех пор, пока галера не подошла поближе, и мы не рассмотрели её во всех подробностях.

Без сомнения, это был купец, и хоть на борту у него мы заметили четыре небольших пушки, особой опасности он для нас не представлял просто потому, что команда у него, если насчитывала человек двадцать, то хорошо, а то может и того меньше.

Между тем галера, практически поравнявшись со стругом дядьки Матвея, который шел замыкающим, начала с ним сближаться. Команда осман сгрудилась на борту со стороны нашего корабля и там начали что-то кричать, активно размахивая при этом руками.

Дядька Матвей действовал, как на учениях.

Он дождался пока вражеский корабль приблизиться максимально близко. После этого скомандовал казакам, прятавшимся у борта и подготовившим оружие к бою, открыть огонь и одновременно повернул своё суденышко курсом на сближение.

Нечай, который двигался чуть впереди струга дядьки Матвея, тут же велел своим казакам поддержать товарищей огнём и резко повернув, двинулся на пересечение курса галеры, спеша присоединиться к абордажу.

В этот раз народ отработал если не на пять баллов по пятибалльной системе, то близко к этому.

Османам не оставили малейшей возможности на сопротивление и, казалось, выбили команду противника ещё до начала захвата корабля. Настолько плотной получилась оружейная стрельба сразу из двух стругов.

Взяли трофей вообще без потерь и каких-либо сложностей, как-то даже слишком легко.

Каким-то чудом во время абордажа в живых остался купец, которому принадлежала галера. После его допроса стало понятно, почему османы вели себя так беспечно.

Оказалось, Святозар прекрасно знает вражеский язык и с допросом проблем не возникло. Купец тупо перепутал нас со своими знакомыми коллегами, миновавшими Азак и ушедшими в море чуть раньше. Что-то там он хотел перекупить у московских купцов, вот и торопился их догнать до темна. И догнал на свою голову.

Когда я осматривал захваченный груз, невольно рассмешил Святозара до слез.

Дело в том, что на галерее перевозилось огромное количество выделанной кожи и шерсть. Вот я и ляпнул задумчиво, что купец пошёл за шерстью, а вернётся стриженым. Реально смешно получилось, хоть я и не сразу понял, почему Святозар, услышав это, начал ржать, как ненормальный.

Но самое интересное случилось, когда пошли посмотреть на освобожденных гребцов. Вернее, пока не освобожденных. Но это ненадолго.

Там неожиданно один из этих гребцов, здоровенный чернобородый дядька окликнул Святозара, и между ними завязался оживленный диалог.

Как выяснилось довольно скоро, этот бородатый дядька — перс, а Святозар когда-то на Каспии ограбил его отца, захватив в плен вместе с сыном. Это и был тот самый сын.

Этот раб был не кем иным, как персидским купцом. Меня изрядно удивил тот факт, что он угодил в гребцы на галеру. Почему-то я всегда думал, что османы не используют в этом деле единоверцев. Поэтому уточнил у Святозара, так ли это, и каким образом при таком раскладе этот купец угодил в такую немилость.

Оказывается, действительно, в основном гребцами делали христиан, но бывали и исключения. Редко, но такое могло быть в отношении каких-нибудь особо досадивших османской империи единоверцев. Купец оказался именно из этой категории. Да и не повезло ему, что он попал в руки врагов его рода, с которыми его родня бодается уже чуть ли не несколько веков. Вот и попал под раздачу.

Кстати, все остальные рабы на этой галерее были венецианцами, что тоже странно. Обычно османы старались тасовать людей, чтобы была сборная солянка. Так, по их мнению, меньше шансов на неповиновение или бунт.

Этот купец заинтересовал меня ещё и тем, что он, пусть и плохо, но знал русский язык. Нахватался когда-то, будучи в плену у казаков и дожидаясь выкупа. Сейчас он, узнав Святозара и помня, что тот держит слово, попросил о помощи в отправке его на родину. Не бесплатно, конечно, но под честное слово.

Купец сильно переживал, что в его отсутствие родня может растащить имущество. По его словам, в плен он попал недавно, а отец последнее время сильно болеет. Вот и получается, что в случае смерти родителя он может остаться у разбитого корыта.

Святозар, когда рассказывал все это мне, обращаясь к купцу, кивнул на меня и объяснил, что командую походом я. А значит и решения принимать должен тоже я.

Пока он все это говорил, я размышлял о том, что мне очень пригодился бы купец из Персии. Есть у меня там интерес, притом, жизненно важный. Но, прежде чем вести переговоры с этим персом, я уточнил у Святозара, каким образом этот купец в случае, если мы его правда отпустим, будет добираться домой?

Святозар хмыкнул и ответил:

— Сам, конечно, не сможет, сгинет по пути. Придётся помогать ему добраться в Хаджи-Тархана, а там соплеменники найдут способ переправить его в Персию.

Ещё вопрос:

Его слову можно верить? Или он живёт по принципу, что слово, данное неверному, можно не держать?

— Вот здесь я тебе не могу ответить однозначно. Я больше с его отцом дело имел. Тот свое слово держал, но опять же, сам понимаешь какие у меня с ним были дела, учитывая, что он находился у меня в плену.

Тут в разговор вмешался перс:

— Меня зовут Омар Дехкорди, молодой господин. Я не нарушаю своих слов даже когда веду дела с иноверцами.

— Скажи Омар, у тебя есть жены, дети? — Уточнил я, внимательно за ним наблюдая и мысленно выстраивая схему возможных взаимоотношений.

— Есть конечно, — удивился вопросу перс. — И жены есть, и четверо детей

При упоминании детей лицо у него невольно расплылось в доброй улыбке.

— Смотри, купец, я могу тебе помочь вернуться домой как можно быстрее. Более того, я дам тебе корабль с кое-каким товаром, на котором уйдёшь домой. Но только в случае, если мы договоримся о дальнейшем сотрудничестве на долгие годы вперёд. Уточню, что мне не нужно от тебя клятв и заверений. Я свое слово всегда держу, подтверждение этому ты можешь легко получить у моих людей. Так вот, я даю слово, что в случае обмана с твоей стороны, я найду способ передать золото вашим наемным убийцам, промышляющим на этой ниве, чтобы они извели весь твой род до последнего человека. Поэтому прежде, чем что-то обещать, хорошо подумай, чем это может закончиться для тебя и твоих близких. Если все же решишься, дай знать. Пока же ещё раз повторю — хорошо подумай.

Слушая меня, удивился не только перс, а и Святозар тоже, который, не обращая внимания на купца, задумчиво спросил:

— Стоит оно того, Семен? Ведь зная тебя, ты сделаешь, как сказал. А на это понадобятся большие деньги.

— Стоит, и сделаю, как сказал. И не только в отношении этого купца, а с любым, кто попытается меня обмануть, потому что терпеть ненавижу подлости и обмана.

Между тем купец, что-то напряженно обдумывая, спросил:

— Господин, прежде чем мне принять решение, нужно узнать о каком сотрудничестве идёт речь?

— Мне нужно, чтобы ты в случае, если мы договоримся, каждый год привозил в указанное мной место на реке Итиль вот такой корабль ямчуга, который я у тебя буду покупать по справедливой цене. Это стоимость ямчуга в Персии плюс ещё треть от этой стоимости.

— Что такое ямчуг? — Уточнил перс, на что Святозар коротко пояснил: — Индийская соль.

Перс немного подумал и ответил:

— Мне понадобится несколько лет, чтобы наладить такие поставки. И треть сверху —мало. Нужно добавить, как минимум половину от стоимости, иначе это будет в убыток.

Мне так и хотелось спросить, не треснет ли у него морда от счастья при таком раскладе. Но сдержался и только утвердительно кивнул.

Дальше у нас пошёл банальный торг, как по времени, когда начнутся поставки, так и по ассортименту товаров для торга, чтобы купцу можно было заработать на торговле, ну и нам подкинуть чего полезного.

Сложно было договориться по всем пунктам с выгодной, даже не глядя на незавидное положение купца. Очень уж хитросделанным оказался этот перс. Я с трудом справился. Галеру, по примеру предыдущей, в сопровождении очередной пятёрки казаков, теперь уже из Нечаевской полусотни тоже отправили прятаться в нашу протоку к острову. А сами продолжили двигаться наперегонки со временем. Все эти задержки ведь на пользу не идут, и я реально переживаю о том, что мы можем не успеть добраться вовремя.

Дальнейшие дни выдались какими-то совсем уж однообразными, наполненными непрекращающимся тяжелым трудом. Всё-таки гребля —это то ещё развлечение, и когда не везло с ветром (а это практически половину времени пути), выкладываться приходилось на все сто процентов. Правда, стоит отметить, что уже дней через пять я втянулся или может быть приспособился впадать в подобие транса. И отведенное время греб вполне себе наравне с другими. Собственно, ничего другого мне и не оставалось. Ведь последнее дело выказывать слабость перед людьми, которыми приходится командовать.

Пусть и с определённым трудом, но мы успели. Подошли к крепости аккурат через часик-полтора после наступления темноты и обломались. Нужных нам кораблей мы там не обнаружили.

Я от такого расклада не просто расстроился, а реально потерялся, не зная, что думать и говорить. Достаточно долго находился в каком-то ступоре, а потом невольно спросил у Святозара:

— Мы же девять дней добирались сюда, правильно?

— Да, ровно девять, — ответил он, с интересом за мной наблюдая.

— А сон мне приснился, что через десять дней здесь возьмём добычу, если не считать день после сна…

— Нужно завтра сюда наведаться. — Никак не мог я успокоиться и, наверное, поэтому искал оправдание неудачи.

Святозар вёл себя на удивление спокойно. Он на это моё высказывание только хмыкнул и ответил коротко:

— Надо, значит наведаемся.

С этим мы сразу направились на противоположный берег залива.

Туда подошли уже на рассвете и хорошо, что хоть место для отдыха удалось подобрать замечательное. В стороне от небольшого поселения мы оккупировали крохотный заливчик, облюбованный местными рыбаками, которых мы там застали, что называется, со спущенными штанами.

Естественно, рыбакам пришлось этот день провести рядом с нами и дожидаться, пока мы не продолжим свой путь, потому что отпускать раньше их было чревато неприятностями, по-любому ведь донесут.

На самом деле, казаки хотели тупо порубить этих нежелательных свидетелей, но я не позволил. Оставим их здесь связанными, и пока они будут освобождаться после того, как мы уйдём, уже ничем нам помешать не смогут. Лить лишнюю кровь мирных людей, как по мне, было лишним.

Пересекать пролив мы отправились приблизительно за час до наступления тёмного времени суток. Паруса не поднимали, обнаружить нас на таком расстоянии было нереально. Наверное, благодаря этому, мы смогли рассмотреть свою будущую добычу. Это были три корабля, которые направлялись к крепости со стороны Черного моря.

Конечно, рассмотрели— это не совсем верно. Просто увидели паруса. Но даже из-за этого народ пребывал в смятении, а Святозар невольно произнес:

— А не подавимся ли мы таким куском? Похоже, там совсем даже не маленькие корабли.

Я хоть и вздохнул с облегчением, что эти корабли мы не упустили, но признаться и сам подумал, что-то подобное. Здесь, похоже, совсем не те лоханки, которые нам удалось захватить недавно. Это были гораздо более серьезные корабли.

Если учитывать, что один из них вовсе военный, действительно, возникают сомнения, сможем ли мы справиться с подобным противником.

Казаки мандражировали, нервничали и переживали, но продолжали грести. Железные люди, и реально безбашенные. Самое интересное, что я в какой-то момент почувствовал азарт и даже нетерпение вместе с желанием побыстрее схлестнуться с этим противником.

Сам себе мысленно задал вопрос: «А не становлюсь ли я адреналиново зависимым?» И не смог на него ответить. В голове только и крутилась мысль: «Ввяжемся в бой, а там посмотрим, у кого дубина толще.»

Пролив мы пересекли стремительно, но нападать не торопились. Сначала встали борт о борт и отправили к крепости разведку, состоящую из пары казаков на одной из двух рыбачьих лодок, захваченных на месте стоянки у рыбаков. которые притащили с собой на буксире.

На самом деле, изначально планировали действовать нахрапом, нагло. А лодки прихватили, чтобы по пути утопить их, но потом передумали.

Посовещавшись, мы всё-таки решили провести разведку главным образом для того, чтобы выяснить, сошли команды этих кораблей на берег или остались ночевать на борту. С рыбачьей лодки, подойдя поближе, по-любому, наверное, можно будет это выяснить.

Просто, если команды остались, нечего даже мечтать о захвате всех трех судов сразу. А вот один, именно военный, можно попробовать взять. Если же команды неполные, будем атаковать все три.

Разведчики заставили поволноваться, потому что очень уж долго не возвращались.

Как выяснилось уже позже, эти сорвиголовы действовали не просто нагло, а запредельно безрассудно. Зато и результаты этой разведки были исчерпывающими.

Они на подходе обратили внимание на беспорядочную суету большого количества людей на берегу и решили рискнуть.

Пристали к берегу, подошли к суетящемуся народу и без особых проблем получили необходимую информацию. Благо, что один из них очень неплохо говорил на татарском, а второй знал османский язык. Это позволило между делом задать нужные вопросы и получить исчерпывающие ответы.

Оказывается, возле крепости сейчас стоят не три, а четыре галеры. Притом, нужные нам находятся на рейде с минимумом команд (основную массу после тяжёлого перехода отпустили на берег), а вот четвёртая пришвартована к небольшому причалу.

Главное же, что удалось узнать, то, что три пришедшие галеры, помимо штатных команд, везли больше тысячи человек пополнения для гарнизонов Крыма. И вся эта масса народа сейчас находится на берегу, что очень хорошо. Нам это на руку. Плохо то, что четвёртая, пришвартованная галера, — военная. И если мы атакуем только три корабля, не трогая четвёртый, нас догонят, и все будет зазря. При том количестве воинов, ночующих на берегу, численное преимущество догоняющих по-любому будет подавляющим. И догнав нас, просто завалят мясом. Тут уже никакая выучка и превосходство в огнестрельном оружии не помогут.

В общем, до рассвета оставалось хорошо, если час. А что делать в этой ситуации, никто из нас не знал. Меня же терзал и ещё один вопрос: «Что такого хренового я сделал магу, что он, судя по всему, решил подставить меня по полной программе?»