Кто кого?

Заведующий кафедрой начал заседание без раскачки:

- Коллеги, у нас с вами один вопрос. Но очень важный. Успеваемость.

Нацепив очки, он уткнулся в экзаменационную ведомость.

- Сорок пять процентов первокурсников на пересдаче! Мы же говорили, что так нельзя!

Он сделал паузу и внимательно оглядел собравшихся - доцентов с кандидатами и просто преподавателей. Олег Васильевич, лектор и гроза потока, демонстративно смотрел в окно. Марина Васильевна, старейший сотрудник кафедры, отработавшая на ней пятьдесят лет, приняла пас:

- Они же физику не учат! К экзамену совершенно не готовятся. Вон, посмотрите работы - опять путают скорость света и емкость конденсатора!

Раздались смешки. Марина Васильевна могла позволить себе фронду: каждый раз в июне ее уговаривали остаться еще на год, она в виде одолжения соглашалась, предупреждая: «если что, тут же уйду!»

- Марина Васильевна, я все понимаю, и где-то с вами согласен. Но смотрите – на кафедре математики только десять процентов двоечников. Почему так?

- Они списывают, – вставил Олег Васильевич, не глядя на заведующего, - сидят с наушниками, а им диктуют. Я такое пресекаю.

Однако заведующий почему-то не выразил восторга:

- Кстати, Олег Васильевич, - по поводу ваших методов. У меня вот здесь – он кивнул на папку - с десяток заявлений от студентов. Жалуются на вас, Олег Васильевич. Говорят, вторгаетесь в личное пространство. Смолина, вот, говорит, что вы в ухо ей лезли.

Аудитория оживилась.

- У нее в сережке наушник был, Роман Валерьевич, - парировал тот и добавил нудным тоном: - причина удаления зафиксирована в ведомости.

Роман Валерьевич приложил руку к сердцу.

- Олег Васильевич, дорогой, я очень ценю ваши усилия. Этот ваш замечательный детектор микрофонов… Да вы патент могли бы получить! Но все-таки – работать надо по правилам.

Заведующий вновь перешел на официальный тон:

- В общем, так, коллеги. Есть распоряжение ректора – во время экзамена мы не можем требовать от студента показать и тем более отдать какие-либо личные вещи. Я разошлю на почту… Тише, тише, товарищи!

- Одним выстрелом двух зайцев, - процедил Олег Васильевич, - успеваемость повысим, и жалоб не будет.

- Именно, Олег Васильевич, именно! – сердито ответил заведующий. – Я не меньше вас болею за образовательный процесс, но надо учитывать, в каких условиях мы работаем. А вы не хотите это учитывать! Вот вам и результат – реакция начальства… Все, коллеги, заканчиваем. Завтра экзамен, работаем по новым правилам. И помните – никакого вторжения в личное пространство!

***

Студенты расселись по аудитории, получили билеты.

- Можно начинать, - объявил Олег Васильевич. - На подготовку у вас час.

Время шло. Студенты вертели ручки, недоуменно переглядывались, пожимали плечами. По аудитории летали шепотки, но Олег Васильевич, против обыкновения, не пресекал их. Смолина в очередной раз потрогала сережку, скрытую прической. Олег Васильевич подошел к ней, заложив руки за спину, и посмотрел на экзаменационный лист. Кроме номера билета, на нем ничего не было. Смолина подняла на лектора затравленный взгляд.

- Ничего, ничего, время еще есть, - Олег Васильевич ободряюще улыбнулся, - у вас еще полчаса.

Первым сдался студент на последней парте – этот вообще не посетил ни одного семинара, и даже не знал, как зовут лектора. Положив пустые листы на стол, он вышел. За ним потянулись другие. Через десять минут в аудитории остались лишь четверо. Быстро приняв у них экзамен, Олег Васильевич зашел в соседнюю аудиторию. Сюда свезли все оборудование, когда в духе новых веяний реальные лабораторные работы заменили онлайн занятиями. Марина Васильевна возилась с монохроматором – линии все никак не попадали в окуляр. Рядом с ней гудел генератор радиошума, собранный вчера вечером на скорую руку.

- Ну, как все прошло? – спросила она.

- Как вам сказать… - задумчиво ответил Олег Васильевич, - есть хорошая новость, и есть плохая. Хорошая – наша с вами установка работает отлично.

- А плохая?

Лектор вздохнул.

- Будет еще одна пересдача.

Марина Васильевна улыбнулась:

- Что ж, чокнемся еще раз – посмотрим, чье разобьётся…