Кто вспомнит тебя?

ГЛАВА 1: ТЕНЬ НАД ПИРАСОМ

Часть 1: Кровь за монету

Гоблины не кричали, когда умирали. Они хрипели. Хрипели, как ржавый замок, как старый котёл на огне, как совесть наёмника, который давно перестал считать, сколько жизней отнял.

Кай стоял над последним гоблином. Меч в его руке ещё дымился не от крови, а от огненного вихря, которым он закончил бой. Смесь огня и ветра: его фирменный приём. Никто не знал, что за этим стоит не магия, а другое, нечто, что заставляло мир на миг замирать перед его глазами.

— Пять шкур, три клыка, два пальца с печаткой, — пробормотал он, собирая трофеи. — Хватит на неделю.

Гильдия платила за доказательства. Не за честь. Не за справедливость. За вещи, которые можно взвесить.

Он вытер клинок о шкуру и посмотрел на руины храма Каэлис внизу.

Храм Каэлис был построен в рассвет Первой Империи как обитель Богини, где молились и служили Богине огня Каэлис

Император Торвин II велел возвести его на месте, где, по легенде, Каэлис сошла на землю, чтобы даровать людям огонь.

Стены храма сложили из чёрного обсидиана, вырезанного из жерла потухшего вулкана. Колонны созданы из костей поверженных врагов. Алтарь выколот из метеоритного железа, на котором когда-то приносили жертвы «нечистым»: магам воды, эльфам, тем, кто осмеливался сомневаться в огне.

Величие храма длилось недолго.

Когда Пепельный Царь вышел из руин старого мира, он прошёлся по храму оскверняя все на своем пути.

Жрецы, стражи, паломники… даже каменные статуи рассыпались в пепел, будто их никогда и не было.

С тех пор храм стоял заброшенным. А в Пирасе построили новый храм, прекраснее и величественее прежней

Лишь иногда в руины заходили охотники за реликвиями и тихо исчезали, как будто их больше не существовало.

Говорили, что в подвалах до сих пор горит чёрное пламя, которое не греет, но жжёт память.

Что если долго смотреть в алтарь, можно увидеть тень женщины в белом, протягивающей руку не в гневе, а в мольбе.

Теперь храм лишь руина на окраине Пираса.

Место для гоблинов, крыс и безумцев.

Задание было простым: «Очистить подземелье. Говорили, там звери» .

Но Кай знал: в Пирасе нет зверей . Только люди, ставшие хуже зверей.

Подземелья пахли плесенью, пеплом и чем-то ещё смердило, напоминало гниющую плоть. Он шёл осторожно. Не из страха. Из привычки.

Варрок учил: «Тот, кто торопится — уже мёртв. Просто ещё не упал» .

На третьем уровне он услышал голоса. Не молитвы. Не заклинания. Шёпот.

— …когда Ядро проснётся, Империя станет пеплом…

— …Царь не убьёт нас. Он освободит…

— …жертва готова. Кровь чиста…

Кай замер. Спрятался в тени разрушенной колонны. Выглянул. В центре зала, на алтаре из чёрного камня, лежал кристалл. Не драгоценный. Не магический — по меркам Гильдии. Но от него шел холод , как от могилы.

Вокруг — фигуры в чёрных робах. Маски скрывали лица. На груди — символ: рука, держащая пепел .

Один из них поднял ребёнка. Мальчик, лет десяти. Плакал.

— Пожалуйста… я ничего не скажу…

— Ты уже сказал всё, что нужно, — ответил жрец. — Ты знаешь. А это грех.

Кай сжал зубы.

Не моё дело , — сказал он себе. Я здесь за наградой, не за судьбой мальчишки .

Но когда он впервые увидел как жрец заносит нож, время замедлилось . Не для всех только для него.

Кай увидел:

— Как нож опускается,

— Как мальчик зажмуривается,

— Как из кристалла выползает тень без лица ,

— И как мальчик, умирая, теряет черты — глаза, рот, волосы…

— Превращается в Безликого .

Кай не понял, что это было. Видение? Предчувствие? Безумие? Но в следующий миг он уже двигался . Меч свистнул в воздухе. Первый жрец упал, не успев вскрикнуть. Остальные обернулись — и застыли, увидев его глаза.

— Убейте его! — закричал лидер. — Он увидел Сердце Царя!

Кай не стал ждать. Он использовал Тень Реакции . Мир замедлился. Он шагнул вперёд и рассёк горло второму. Третий бросил заклинание огня, но Кай уже был за его спиной . Четвёртый попытался сбежать, как вслед Кай метнул клинок. Тот вонзился в спину и вспыхнул огненным вихрем .

Тишина. Только дыхание. И пульс в висках. Кай подошёл к алтарю. Ребёнок исчез. На полу пепел и чёрный след , ведущий в стену.

Он взял кристалл. Могильный холод пронзил ладонь. На миг – боль . Не физическая. Глубже. Как будто что-то внутри него узнало этот холод. Он бросил кристалл обратно на алтарь. После Кай заметил блестящее украшение и снял с мёртвого жреца амулет, с тем же символом: рука и пепел.

— Пусть Гильдия разбирается, — пробормотал он.

Он не знал, что амулет уже начал шептать. Не знал, что пепел помнит. И не знал, что его имя уже записано в списке тех, кого Тьма хочет предать забвению. Он вышел наружу. Солнце пекло. Пирас дымился за холмом. И где-то далеко, подо льдом Дальнего Севера, что-то дрогнуло во сне.

Часть 2: Цена пепла

Столица Империи Солнечного Престола, Пирас ни когда не спал. Даже ночью его улицы дымились от кузниц, от алтарей Каэлис, от тел, сжигаемых за ересь.

Пирас стоит на краю вулканического плато, где земля дышит жаром, а небо всегда дымится.

Город не строили, а выковывали. Стены созданы из чёрного обсидиана и закалённой крови. Улицы были узкими, как шрамы. Дома без окон снаружи: всё, что важно, скрыто внутри.

Здесь нет рек, только каналы раскалённой лавы, по которым плывут баржи с рудой и телами еретиков.

Нет деревьев, только бронзовые статуи павших магов, чьи лица расплавились от собственного пламени.

Нет ночи, над городом всегда горит Вечный Огонь на вершине Храма Каэлис, освещая улицы кроваво-красным светом.

Кай шёл по Рынку Теней, по тому кварталу, где торговали всем, что было не законно: заклинаниями без лицензии, оружием с магией, воспоминаниями (говорили, гномы научились вырезать их из мозга и продавать как амулеты).

На плече мешок с трофеями. В кармане амулет с символом пепла. Холодом, не переставая, веял он.

Гильдия Охотников располагалась в бывшем храме Молчаливого Бога — божества, чьё имя стёрлось ещё до Пепельного Века. Над входом — вывеска: «Кровь за монету. Молчание – бесплатно» .

Внутри пахло железом, потом и старой кровью. За стойкой сидел Маррок, бывший наёмник, ныне глава Гильдии. У него не было левого глаза, правой руки и совести, именно в таком порядке.

— О так ты жив, приятель, — сказал он, не глядя. — Значит, гоблины были слабее тебя. Или глупее. Впрочем, разница невелика.

Кай молча высыпал трофеи на стол. Маррок пересчитал, проверил клыки на подлинность и почуял пепел с одежды.

— Храм Каэлис? — спросил он, наконец подняв взгляд. — Там не водятся гоблины. Там тишина . Даже крысы не живут.

— Были звери, — ответил Кай. — Я их убил.

Маррок усмехнулся.

— Лжешь. Но да ладно, я тебе заплачу. Ты хоть мёртвых не приносишь. В отличие от некоторых.

Он бросил Каю кошелёк. Монеты звякнули и сразу же затихли, как всё в этом городе.

— Ещё есть задание? — спросил Кай, пряча деньги.

— Есть. Надо найти пропавшего архивариуса. Исчез три дня назад. Последнее, что сказал: «Они хотят разбудить Царя» .

— Кто «они»?

— Не знаю. Но если найдёшь — получишь втрое больше.

— А если нет?

— Тогда будешь мёртв. А может и хуже.

Кай кивнул.

— Где искать?

— Везде. Кроме Подгорных катакомб . Там… бывают странности, да и слухи ходят не добрые. Люди входят — не выходят или выходят без лиц.

Кай нахмурился.

— Без лиц?

— Говорят, так. Как будто кожа есть, а черт нет. Глаза пустые. И молчат. Всегда молчат.

Кай вспомнил видение. Сердце дрогнуло, но он этого не показал.

— Ладно. Возьму.

Маррок протянул свиток с описанием.

— И ещё… — Он замялся. — Ты чист? После храма?

— Чист.

— Хорошо. Потому что два дня назад четверо из тех, кто был в районе катакомб, пропали. По словам Мии остались только пепел и обугленная земля.

— Может, пожар?

— Пожар не оставляет пепел, который не может сдуть ветер .

Кай молчал.

— Просто будь осторожен, — сказал Маррок тише. — Иногда то, что мы убиваем, начинает убивать нас.

На улице Кай остановился. Вынул амулет. Символ пепла казался живым, как будто дышал. Он хотел выбросить его. Но рука не слушалась.

«Это просто металл», — сказал он себе.

«Ты не веришь в проклятия. Ты не веришь ни во что».

Но когда он положил амулет обратно в карман, пальцы дрожали .

В ту ночь ему приснился сон.

Он стоял на краю пропасти. Внизу, город из пепла. Люди ходили, но у них не было лиц. Один из них поднял голову. Это был он сам .

— Ты помнишь? — спросил Безликий.

— Что?

— Имя.

Кай проснулся в поту. Сердце билось, как перед боем. В комнате тишина. Слишком глубокая. Как будто даже пыль перестала падать.

Он встал, подошёл к окну. На подоконнике тонкий слой серого пепла. Он не знал, откуда он взялся. Но знал одно: что-то изменилось. И это «что-то» уже знало его имя.