Куда падают сосульки?

Теплый зимний день. На плоской крыше старинного дома сидела на корточках Лилия, укутанная в пуховик. Все ее внимание было поглощено аномалией.

На карнизе росли сосульки. Но не те, что тянутся к земле. Эти были обращены острием в небо, будто ледяные ростки, стремящиеся к обратному солнцу.

Впервые девушка заметила их три дня назад, забравшись на крышу полюбоваться видами. Подумала — игра света, оптический обман. Пока одна из сосулек, достигнув критической длины, не откололась. Но вместо того чтобы рухнуть вниз, она резко дёрнулась и, сверкнув на солнце, умчалась в высь.

На следующий день Лилия вернулась с длинной палкой. Аккуратно тронув одну из сосулек, она увидела то же самое: отколовшийся лёд резко рванул вверх, как стрела. Долго смотрела в небо, и в ее голове, возник один единственный вопрос: Куда падают сосульки?

Ответ, который девушка получила спустя день, не удовлетворил. На полу комнаты валялись мелкие ледяные осколки. Ценой невероятных усилий, словив момент между отколом и взлетом, она умудрилась затащить одну сосульку в дом. В тепле та просто растаяла в лужицу грязной воды. Это было банально. Обидно. И тогда в голове у Лилии родилась совершенно безумная идея.

И вот теперь, после долгих дней раздумий и приготовлений, девушка решилась. Тяжело вздохнув, она встала с корточек, поправив толстую альпинистскую верёвку, одним концом обмотанную вокруг своей талии, а другим — намертво прикручен к старой вентиляционной трубе.

Сердце колотилось где-то в горле. Она подошла к краю крыши, к самой гуще «растущих» сосулек. В её голове не было места страху, только лихорадочная любопытство. Лилия не заметила, что бетон под ногами был испещрён паутиной трещин.

Девушка бросила последний взгляд на дверь — путь к безопасному, обычному миру. Потом — в бездонное небо.

Шаг.

Сначала ничего. Потом — едва ощутимое давление под ногами, будто ее начали поднимать на невидимом лифте. Медленно, плавно. Метр, два, пять… Лилия медленно отрывалась от крыши, и перед ней открывалась красивая панорама родного города. Восторг захлестнул девушку. Все работает! Все по плану!

Веревка натянулась, упруго качнув ее. Лилия зависла, как воздушный змей. И в этот момент она услышала скрежет. Медленный, мучительный, рвущий душу. Это скрипел и гнулся металл трубы под непрерывно растущей, неумолимой силой, что тянула вверх.

— Нет… Нет, нет, нет… — прошептали ее побелевшие губы.

Р-р-раз!

Труба оторвалась разворотив крышу. И тишину зимнего дня разорвал короткий, обреченный крик.

И вот Лилия уже видела его целиком — свой небольшой городок «Давнолиместо», будто игрушечный, затерянный в бескрайней гуще снежной тайги. В глазах стояла тревога, а в голове навязчиво, как заезженная пластинка, крутилась одна лишь мысль:

«Зачем я это сделала...»

Девушка поднялась еще выше, разрезая воздух рядом со стаей диких уток. Теперь таёжный участок раскинулся под ней, подобно гигантской соте. В каждой ячейке — блики бесчисленных озёр, серебряные нити рек, бурые пятна болот. Редкие деревеньки выглядели крошечными родинками на этом бескрайнем теле, и лишь одинокий портовый городок, возвышался на самом краю, где их мир обрывался ледяным океаном, уходящим в белую пустоту.

— Зачем...

Лилия летела все выше и выше, воспарив между облаками. И тогда границы растворились, и она увидела истинную форму своего мира.

Это был не просто кусок плоской Земли, парящий в холодном космосе. Это была Оранжерея.

По всей поверхности, из самой кромки земли, взмывали в небо древесные столпы. Не грубые и жесткие, а тонкие, гладкие, словно выточенные из вулканического стекла. Они изгибались по математически точным, плавным дугам, стремясь к единственной точке прямо в зените. Но не смыкались.

Вместо этого, от каждого столпа, на высоте в десятки километров, отходили прожилки — полупрозрачные, мерцающие силовые нити, которые сплетались между собой в гексагональный узор, подобно кристаллической решетке. И в каждой ячейке этой структуры, натянутое, как плёнка мыльного пузыря, сиял лист.

Эти листья были огромны, размером с целое озеро. Идеально прозрачны днём, пропуская свет, но с первыми сумерками начинали фосфоресцировать изнутри мягким, переливчатым свечением — то золотистым, то аквамариновым, то аметистовым.

Они дышали. Их колыханье было биением сердца купола, и когда по ним пробегала дрожь, по небу расходились круги света, словно от брошенного в воду камня.

Вся эта конструкция — являлась единым живым организмом. Хрупкой, совершенной сферой, удерживающей внутри последние крупицы воздуха, тепла и жизни.

Вот Лилия достигла верхних слоев атмосферы. Дышать стало мучительно трудно, воздух был жидким и холодным. И в тот момент, когда темнело в глазах, она подняла голову и увидела его — крошечный, едва заметный разрыв в мерцающей ткани защитной оболочке. Края трещины словно иссохли, стали ломкими и мутными.

«Так вот куда падают сосульки...» — мелькнула последняя, почти бесстрастная мысль.

Девушка преодолела барьер. Тишина. Абсолютная. Оглушающая.

Спустя миг, оказавшись в пустоте открытого космоса, Лилия не успела даже понять, что происходит. Ее тело на мгновение ослепительно вспыхнуло и тут же рассыпалось на атомы под незримым, всепроникающим дыханием магнитара, мимо которого, как корабль-призрак, плыл родной островок.