Кукла с закрытыми глазами

Всё моё детство я провела в нашем семейном особняке.

Он был похож больше на замок, в котором было так много слуг.

У меня имелись свои нянечки и гувернантки, своя комната, своё место за столом. Море одежды, прекрасный вид из окна... И мой маленький цветочный садик.

Маменька с папенькой выделили мне этот участок, что находился прямо под моими ставнями, хотя изначально были против такой затеи: считали, что знатной деве не положено возиться в земле, как простолюдинке. Однако, увидев, как это занятие влияет на меня, смирились и приняли решение отдать мне небольшой кусочек земли.

Только там я чувствовала себя в полной безопасности и не испытывала панических атак, страшных мыслей и дискомфорт. Тишина и ароматы цветов успокаивали, а работа с землёй будто бы вытягивала из меня всё плохое, оставляя лишь гармонию и уют.

Но садик погиб. Во время урагана все мои цветочные дети пострадали так сильно, что их уже нельзя было спасти. В дополнение к этому, землю залило дождём, всё расплылось и от тихого уголка моего покоя не осталось ничего.

Почти сразу, как я вышла на улицу, стало плохо от увиденного. Восстановить островок было невозможно: впереди зима, уже поздно что-либо делать. Даже лавочка, которую мне поставили сюда в качестве подарка на день рождения, была сломана.

Уголки губ задрожали, на глазах появились слёзы. Я искренне пыталась сдержать истерику, но по всему телу уже прошла дрожь. Организм был перегружен. Трясло. Так сильно, что ноги подкосились.

Из груди раздался вопль отчаяния, мне стало совсем дурно.

Фрейлина подбежала и схватила меня под руку. Это всё, что я успела запомнить, перед погружением в темноту.

С того дня меня больше ничего не интересовало. Не было ни эмоций, ни мыслей. Ничего.

Состояние начало ухудшаться стремительно, превращая некогда живую девушку в ходячую пустоту, которая, однако, сопровождалась общением с "невидимым другом".

Это сильно пугало родителей, они не один раз отправляли меня на дополнительные сессии к моему психиатру, но тот лишь разводил руками, мол, это нормально для человека с такими проблемами. А потом выписывал мне новые лекарства. Которые, однако, ничего не меняли.

А в Новый Год маменька с папенькой подарили мне куклу. Красивую, аккуратную. И точь-в-точь такую, как во снах из детства, а потом ставшую моей воображаемой подругой.

Я никуда не ходила без неё. Всегда носила с собой.

Но была у неё одна деталь: её глаза были закрыты. До наступления темноты.

В ту первую ночь она мне и "представилась". Имя её — Морелла.

Когда часы пробивали полночь, глазки Подруги открывались. И мы долго-долго вели беседы обо всём на свете. Это прекрасно успокаивало меня, все проблемы в миг исчезали, а потом делались такими маловажными, что на следующий день до полуночи все тревоги, галлюцинации и плохие мысли обходили меня стороной.

Когда Морелла была рядом, мир становился настоящим.

А затем наши беседы услышали родители.

Они долго пытались понять, чей голос (кроме моего) они слышат под дверью в мою комнату ночью.

Но Подруга запрещала мне открывать эту тайну. Потому я придумывала разные оправдания, вроде болтовни с фрейлиной или с кем-то другим через окно. Тогда они немного ругались, но были рады появлению у меня новых друзей, хотя это и казалось им слишком подозрительным.

Они так и не замечали раскрытые и следящие за ними глаза Мореллы. И меня это устраивало.

Скажу честно: в первую ночь она меня напугала. Но, видя мой шок и нарастающий страх, успокоила.

Так мы начали общаться: с маленькой сказки на ночь, под которую я быстро заснула.

С каждым днём становилось всё интереснее узнать, откуда она появилась и почему стала живой.

Оказалось, что когда-то давно (потому что кукле было уже более 50 лет, хотя по внешнему виду этого нельзя было сказать) её создал старый кукольник, оживляющий свои творения , чтобы не чувствовать себя так одиноко. Только вот глаза им закрывал: так было безопаснее. Почему? Не знаю. Морелла улизнула от этого вопроса. А буквально через месяц причина стала понятна.

Так вот. Кукольник был одинок, семьёй не обзавёлся, вместо живых людей были создания, которые никогда не умрут и всегда будут рядом. А потом он скончался. Тогда-то все его куклы были обнаружены и отправились в хорошие магазины, ведь их внешний вид завораживал, от чего рука человека, который их нашёл, не повернулась просто так их отдать. Но выдал он их за свои. Одну решил оставить себе. И уже через пару дней пропал без вести.

Как я уже сказала, ответ на проигнорированный вопрос стал известен уже через небольшой промежуток времени.

Родители отобрали куклу у меня, таки заметив, что никого под окнами не было, а беседа велась именно с игрушкой. Я рыдала, просила, умоляла оставить Мореллу, но папенька оказался непоколебим.

Сейчас я понимаю, что было бы лучше, если бы он вообще не покупал эту чёртову куклу.

Кое-как уснув, я попала через сон в какое-то помещение, которое ранее мне знакомо не было.

И там был человек. Очень похожий на того, которого описывала Подруга в ночь, когда рассказывала о своей жизни.

Я пыталась докричаться до него, но он меня не слышал.

Лишь аккуратно, под надзором Мореллы, будто бы околдованный, расставлял кругом по полу свечи, совершал ритуал, о котором знал мало, но желая попробовать совершить его, чтобы получить больше, чем обычную говорящую куклу. Он внимательно смотрел на каждую свечу, шептал что-то, проводя руками над пламенем. Вряд ли хозяин точно знал, что именно делает. Но я уверена, что в его голове звучали не его мысли, а послания куклы.
Бросив взгляд на лежащую игрушку, он хохотнул.
А затем разрезал свою руку и, капнув пару капель своей крови в центр, обрисованный углём, произнёс какие-то слова, положил туда же куклу... И упал навзничь. Кукла же встала, будто бы теперь могла, наконец-то, спустя долгое время вернуть себе подвижность, подошла к лицу бедняги и, хихикнув, прикоснулась к его глазам.
Она долго смотрела на своего бывшего хозяина, а потом резко повернулась, будто заметила меня.
И помахала мне рукой, начала подходить...

На этом моменте я с ужасом проснулась, подскочив в кровати.

Вспомнила глаза Мореллы. И с ужасом поняла: это те же глаза, что были у того человека!

Так вот почему она их открывает только в темноте! Ещё тогда они казались мне слишком реалистичными, но теперь, похоже, я осознала это полностью.

Больше желания с ней играть у меня не появлялось.

А вот избавиться от неё очень хотелось. Не нужны мне заколдованные игрушки!

Тихонько встав, я прокралась в комнату родителей, вытащила ключ из кармана отца и двинулась прямиком на чердак.

Главное. что я успела для себя выделить — не слушать дурацкую куклу.

Поднялась тихо. Подошла сзади к Подруге. Резко накрыла её какой-то тряпкой.

Та завизжала, но стены дома были слишком плотными, чтобы с чердака и без того не самый громкий визг был услышан. Как я поняла, она не может двигаться до проведения того странного ритуала, да и видит всё хуже, если не меняет глаза на новые. Да, она может говорить и наблюдать, но нечто не позволяет владеть телом полностью. И даже так игрушка пугала.

Устав от её воплей, я стукнула её головой об выступающий угол шкафа. Она не разбилась, но быстро умолкла.

Спустилась с чердака. Закрыла дверь. Отнесла куклу в комнату. Вернулась к родителям, убрала ключ обратно и ушла в свои покои.

Куклу запрятала.

Я знала, что утром родители покинут поместье ради очередной деловой встречи, так что времени на избавление от Подруги было достаточно. Это успокаивало.

Когда родители уехали, я взяла эту замотанную в тряпку дрянь в руки, после чего пошла прогуляться. Кое-как убедила Присматривающих не идти со мной, сославшись на желание погулять одной.

Так как я понимала, что Мореллу ни сжечь, ни разбить, в голову пришла другая идея: а что если её утопить? Недалеко от нас есть глубокое озеро. Конечно, есть риск, что её могут выловить рыбаки, коих там в достатке. Но также я чувствовала всем своим нутром, что без глаз она потеряет свою "живость". А слепая кукла будет бесполезна.

На том и порешила. В момент, когда проклятая игрушка уже почти коснулась воды, я вложила в неё всю свою злость, весь свой страх и всё остальное, что копилось внутри. Просто почувствовала так.

Не сдержавшись, крикнула прямо ей в лицо:
- Отстань от меня! Я больше не хочу с тобой играть! Пропади ты пропадом!

А когда уходила, даже не обернулась. Теперь это не наша проблема.

Вернулась домой лишь через полтора часа, успев поставить на уши всю прислугу, но была крайне довольна.

Проходили дни, недели. А моё состояние становилось значительно лучше. Будто Морелла забрала с собой всё то, что тревожило меня.

Но в одну из ночей она снова явилась в мой сон. Деформированная, но не злая. Скорее, уставшая и заплаканная. Глаза были мутными, расстроенными, но понимающими.

— Бросила ты меня, девочка, бросила. — Я не спешила отвечать. — Да и правильно сделала. Видишь, как оно бывает...

Я до последнего не понимала, что она хочет сказать. Но когда она исчезла, во сне пришла мысль: "Мы освободили друг друга." Проснулась в слезах. Не было ни злости, ни страха. Только искреннее сострадание и благодарность.

Видимо, она должна была появиться в моей жизни, а я — в её.

Больше меня не беспокоили никакие недуги, кроме физических.

Приёмы у психиатра оказались ненужными. Садик был восстановлен.

Всё наладилось.

Но буквально через полгода пропал рыбак.

А потом его нашли. Без глаз.
И наши куклу, очи которой подозрительно походили на те, что пропали у найденного трупа.

Только теперь это не моя история.