Купальни "Белые лилии"

В купальни парень явился, как и было назначено, точно в срок.

Надо же, какой пунктуальный!

- Доброе утро, сеньорита, - улыбнулся маленькой Джуаните у дверей. – Я от Карлоса, мне сказали, вам тут нужно почистить котлы.

Джуанита смерила его придирчивым взглядом.

- А что платим не деньгами, а натурой, тебе сказали?

- Да, - согласился он. – Мне подходит.

Забавный. Ребекка разглядывала его, спрятавшись за шторку.

Да, было что-то забавное в таких вот мальчиках, невыразимо благородных, едва ли царских кровей, и абсолютно нищих, погрязших в семейных долгах. Что-то безумно противоречивое. Интересно, что дворянской спеси, какая буйно лезет пеной через край у городских повес, пусть даже у тех тоже ни гроша за душой, Ребекка не заметила. Парень вел себя очень тихо, просто, крайне вежливо, притом, готов был браться за любую работу.

Но голубая дворянская кровь светила даже сквозь протертый до дыр камзол. Это было так очевидно. И не поймешь, в чем дело. В том, как он держится, как говорит, в осанке, развороте плеч? Вроде ничего особенного, но смотришь на него, и понимаешь, что не простой парень.

Что ж, это хорошо.

Плечи у него широкие...

Сам высокий, худой очень, но несомненно крепкий. Воевал. Два года назад из Ардона вернулся. Надеялся хоть там заработать? Но нет… Камзольчик старый, затертый до дыр, даже не поймешь, какого был цвета. Синий? Изумрудный? Дорогое сукно, но уж очень потрепанное. Такие же старые штаны. Дырявые сапоги, зато начищенные до блеска. В ухе сапфировая серьга Такайского ордена. Настоящая, в этом Ребекка не сомневалась. Если продать камешек из нее, то можно не то что новые сапоги, а все эти купальни вместе с девочками купить. Но серьгу парень не продаст. Даже если будет подыхать с голоду.

Судя по тощей заднице, подыхать с голоду ему приходится регулярно.

Котлы мыть пришел.

Карлос передал, что согласился сразу, не торгуясь. Зачем ему? Ребекка и не особо надеялась, просто решила предложить. Попробовать. На удачу. А он согласился. И ладно бы деньгами потребовал, это еще понятно в его положении. Но так… Развлечься ему хочется? Перед свадьбой-то. Только перед тем, как развлечься, уж очень хорошо поработать придется.

- Идем со мной, - Джуанита махнула рукой.

Он пошел.

Интересно, что когда идет – чуть заметно прихрамывает. Но даже прихрамывает как-то по благородному.

Дальше надо осторожнее, чтобы раньше времени не заметил. Хотя, Ребекка может и не прятаться, это ничего не изменит, но пока хотелось оставаться в стороне.

Джуанита привела на место. Котлов в купальнях много, всегда требуется много воды, но сейчас чистить нужно только самые старые, остальные в работе. Изнутри накипь и налет, в некоторых травы заваривали, так что налета хватало. Копоть снаружи.

Котлы в купальнях огромные.

- Чтобы блестело! – строго велела Джуанита.

Выдала парню мочалки, скребки, щелок, все, что нужно. Показала, где воду брать. И ушла, оставив одного. Дверь оставила чуть приоткрытой, кивнула Ребекке, и та в эту щель осторожно подглядывала.

Парень снял камзол, закатал рукава рубашки и принялся за дело. Очень спокойно, уверенно, обстоятельно, словно всю жизнь только этим и занимался. Удивительно. Значит, раньше что-то такое делать приходилось?

А ведь он какой-то там дальний родственник короля, между прочим. Бернардо де Васко. Лорд Бернардо. Хотя тех земель там у него какой-то клочок… несколько маленьких каменистых островов у Тюленьего мыса. Но, тем не менее, формально он лорд.

Дед его был двоюродным, вроде, братом тогдашнего короля Алонсо Красивого, младшим сыном в большой семье, так что наследства ему много не досталось. Острова и титул. Он первый влез в долги… Хотя, может быть, и не первый, но именно дед влез основательно. Дед любил повоевать, побряцать оружием, потрясти честью древнего рода. И в одном из сражений его захватили в плен, потребовали огромный выкуп. Деньги, конечно, собрали, как могли, что-то продали, остальное заняли. Может быть, и рассчитались бы еще с долгами, но дед этот неудачно женился на девице, которая желала жить в столице и блистать при дворе. На ее платья и свиту, на всю роскошь, снова пришлось занимать, и это подорвало финансы окончательно.

Отец Бернардо очень старался жить скромнее и из долгов вылезти, но удача оказалась не на его стороне. То засухи, то наводнения, то мор какой-то на овец напал, всех выкосил, то еще какие-то беды. Долги только росли, кредиторы ходили к ним как к себе домой.

Кроме хозяйства, лорд де Васко пытался хоть в чем-то преуспеть, вложился в торговлю, купил корабли. Временами это приносило ему какой-то доход. Временами не очень. Подробностей Ребекка не знала. Но море коварно… Однажды кто-то посоветовал ему крупную сделку с херольскими пряностями - отличная партия, отличные поставщики. Лорд последние деньги вложил, все, что было, еще и занял, сколько мог. И если бы дело выгорело, то заработал бы он не мало, большую часть давних долгов бы покрыл точно. Потом еще пару раз бы за пряностями сходил и, глядишь, рассчитался бы полностью. Но на обратном пути корабли затонули в море.

И этого лорд уже перенести не смог. Застрелился у себя в кабинете.

С тех пор долги и проблемы перешли к единственному сыну Бернардо. Парню было пятнадцать. Убитая горем мать и четыре малолетних сестры.

Удивительно, как этот Бернардо не застрелился сам. Или не сбежал, у него была масса возможностей.

Еще более удивительно, что за эти одиннадцать лет юному лорду семейные дела удалось слегка укрепить. Не рассчитаться с долгами, конечно, там никаких сил не хватит, слишком уж много накопилось. Но, по крайней мере, долги больше не росли, проценты он выплачивал исправно, на ноги твердо встал. И все бы, может, ничего, но четырех сестер пришла пора выдавать замуж.

И тогда, чтобы бедным девочкам помочь, мать Бернардо решила удачно женить сына.

Сюда, в столицу, он жениться и приехал.

* * *

- Закончил? Проходи, - Ребекка сама встретила его в приватной комнате с готовой купелью. – Я помогу тебе, потру спинку.

От воды поднимался пар и цветочный аромат. Горячая ванна, достаточно просторная для двоих, и небольшой бассейн с холодной водой.

Купальни, конечно, не бордель, но большинство клиентов ходили сюда именно за этим – потискать красивых девочек. Именно за девочек, по большей части, хорошо платят. Купальни приносят хороший доход.

Бернардо зашел, окинул комнату внимательным взглядом. Снял камзол, который зачем-то успел надеть после работы, аккуратно повесил его на резную спинку диванчика. Руки у парня еще покрасневшие после работы, но чисто вымытые. Немного мокрые волосы у лба – это он в лицо плеснул.

Джуанита сказала, котлы теперь сверкают так, как и новые не сверкали. Невероятно. Парень постарался от души.

- Это вы всех работников так благодарите? – с интересом спросил он.

Между прочим, это одна из лучших комнат. Без показной роскоши, но все очень достойно – дубовый паркет, красное дерево, шуарский ковер, тут и короля принимать незазорно. Надо сказать, король в купальни тоже заглядывал.

- Не всех, - улыбнулась Ребекка, распуская завязки шелкового халата, оставаясь в почти прозрачной тунике, едва доходившей до колена и не скрывавшей совсем ничего. – Но тебе повезло.

Надо отдать должное, сила воли у парня что надо, ни один мускул на лице не дрогнул, Бернардо смотрел Ребекке исключительно в глаза.

- И хозяин заведения, наверняка, в курсе? – сказал он.

- А ты знаешь, кто хозяин?

- Джакобо Хименес, - не сомневаясь, сказал Бернардо. – Считается, что кто-то из его многочисленной родни, но реально, полагаю, владеет он сам.

- Не совсем, - улыбнулась Ребекка.

Бернардо пожал плечами.

- И все же, полагаю, он в курсе?

- Боишься, что будущему тестю может не понравится?

Бернардо мягко улыбнулся в ответ.

- Не вижу причин, по которым мой визит сюда может ему не понравиться. Я пока не женат, и даже о помолвке еще не объявлено официально. Рано. А в остальном… он же не думает, что я девственник? Да и с каких пор стало неприличным посещать купальни?

Ребекка засмеялась, покачала головой.

- Для девственника ты слишком взрослый мальчик. Но… нет, он не в курсе.

- Нет? – удивился Бернардо, чуть дернул бровью. Недоверчиво так.

- Нет, - спокойно сказала Ребекка, подошла ближе, почти вплотную. – Это моя личная инициатива.

- Хм, - сказал он, в глазах огоньки сверкнули. – И… кто ты?

- Луисита, - улыбнулась она, подалась еще чуть ближе, положив ладонь ему на грудь.

- Луисита? – он даже не дернулся, только сердце под ее пальцами застучало быстрее. – И чего же ты хочешь?

- Посмотреть на тебя вблизи. Первой посмотреть, - она подняла на него голову.

Он высокий, так что смотреть было не очень удобно, слишком голову задирать. Не сказать, что красавец, хотя весьма приятный. Белобрысый, подбородок острый, уши чуть топорщатся. Худой очень. Но если откормить и приодеть будет смотреться весьма представительно. Порода в нем есть, это несомненно.

Глаза у него серые. И он так же внимательно смотрит на Луиситу, разглядывает. И все так же в глаза ей смотрит, не на грудь, которая почти касается его груди. И руки свои к ней не тянет.

- И как тебе? – спрашивает чуть хрипло… совсем чуть-чуть.

Так, что у Ребекки тоже начинает быстрее стучать сердце.

И, склонив голову на бок, она прикусывает нижнюю губу.

- Я планировала раздеть тебя и посмотреть в деле.

- В деле? Хм… – усмехается он, но сам расстегивает рубашку, стаскивает ее, чуть качнувшись назад, бросает рядом. – И что же у тебя за интерес ко мне?

Худой, но жилистый, видно, что сильный, мышцы хорошо очерчены… жесткие. У него широкий шрам на боку, под ребрами. На руках много мелких. Еще у ключицы круглый… от стрелы? Ребекка провела по шраму пальцами, парень чуть дыхание задержал.

- У меня личный интерес, - тихо сказала Ребекка. – Я… ну, скажем, верная подруга твоей будущей жены.

- Это она тебя послала? – в его голосе недоверие. Но в глазах лишь азартная усмешка.

- Нет, - сказала Ребекка. – Не она. Но это наши с ней игры, ты прав. Наши счеты. Дело в том, что она недавно увела у меня жениха… он и ей не нужен был, но свадьба расстроилась. Несколько раз отбивала парней, на которых я положила глаз. Так что это моя маленькая месть.

- Увести меня?

- Не увести, - улыбнулась Ребекка. – У тебя, по большому счету, деловая сделка с ее отцом, так не уведешь. Не думаю, что сделку можно расстроить такой глупостью, это ни на что не влияет глобально. Я просто хочу первой отыметь тебя. Исключительно для удовлетворения собственной мстительности.

Бернардо засмеялся.

- Вы настоящие подруги.

- Ты боишься?

- Если бы боялся, то сюда бы не пришел. Дело выглядело мутным с самого начала.

Не боится, это видно. Да, чуть сомневается, чуть приглядывается. Но сбегать точно не намерен.

- Тогда раздевайся, чего ты стоишь, - сказала Ребекка.

И сама потянулась расстегивать на нем штаны.

- Подожди, - усмехнулся он, - я сапоги сниму сначала.

Теперь была возможность рассмотреть Бернардо со всех сторон. Задница у него тощая, это да, но крепкая, как орех. И вообще парень впечатление производил, что надо. Тонкий и звонкий, словно боевое копье.

И… кхм, копье у него что надо, в полной боевой готовности. Как бы он там морду кирпичом не строил, но с природой не поспоришь, совсем молодой и потребности вполне естественные. Так что осмотр можно считать удачным.

Свою тунику Ребекка тоже сбросила решительно. Хотя вот где-то тут поймала себя на мысли, что все же чуть-чуть смущается. Не настолько уж она опытна в соблазнении мужчин, как хочет показать. Конечно, опыт у нее был, но…

А вот Бернардо не смущался совсем. И не то, чтобы он в соблазнении выглядел опытным, просто не смущался. И нет, в нем и самолюбования этого не было ни на грош, он просто спокойно и отчетливо все про себя понимал, ему нечего было скрывать.

Вдруг показалось, что он и про Луиситу все понимает, его не обмануть. Но она старалась об этом не думать.

Он сам шагнул к ней ближе. Но сам не дотронулся, просто очень близко стоял, так, что Ребекка чувствовала его дыхание на своем лбу.

Разглядывал ее. И под его взглядом…

На какое-то мгновение даже усомнилась – а стоило ли вообще затевать все это?

Да ладно, она в любом случае, ничего не теряет. И лучше сейчас…

- Я тебе нравлюсь? – спросила тихо.

- Да, - он улыбнулся. Но в этом как раз никакой усмешки не было, все честно. Но только… - Если надо будет еще котлы почистить, ты только свистни, я готов.

- Подожди, - так же улыбнулась она. – Ты еще за этот раз не все получил.

Бернардо чуть дернул бровью.

- А мне можно тебя обнять?

- Можно, - согласилась Ребекка, чувствуя, как колотится сердце. И сама одним движением подалась к нему, прижимаясь всем телом, чувствуя его тепло, видя, как зрачки расширяются, как становится чуть рваным и быстрым дыхание.

Он ее обнял. Так нежно, осторожно. Руки у него крепкие, сильные, а пальцы жесткие, даже грубые… и он пальцем так вверх-вниз по ее спине водит. Чуть щекотно. Забавно.

Шея у него пахнет дешевым мылом и чуть-чуть свежим потом, все же поработать ему пришлось. И этот запах какой-то очень домашний, простой, и очень свой какой-то. Вот если зажмуриться, просто прикасаясь к нему, кажется, что Ребекка знает этого парня давным-давно, всю жизнь. Это так естественно, что он рядом. Удивительно.

Его горячий член прижимается к ее животу. И вот… это совсем иначе. Так, что хочется поторопить его даже. Давай же! Да! Сейчас.

Ребекка сама обнимает и чуть царапает Бернардо спину, ногтями впивается. Нетерпеливо. Ноздри раздуваются.

Вот что в нем? Парень как парень… Но что-то удивительно цепляет.

Короткий выдох, и она запрыгивает к нему на руки. Это легко, потому что Бернардо легко ловит это движение, подхватывает ее, поднимает. И держит уверенно и крепко. Ребекка обхватывает его ногами, и прижимается еще…

Теперь она смотрит на него сверху вниз. Ерошит его волосы, зарываясь пальцами. Он улыбается… его глаза становятся совсем темными.

И быстро крутит головой. Куда? Но тут мебели особо нет, диванчик только, но оузкий, неудобно… Буквально два шага, и Бернардо прижимает Ребекку спиной к стене, так надежнее, когда есть опора. И тут же, одним движением входит в нее, сразу, на всю длину, чуть с усилием, но Ребекка уже готова, она сама выгибается со стоном, обхватывает его ногами крепче, еще глубже вжимая в себя.

Так, что даже кружится голова.

Это почти безумно.

- Ну вот, ты первая, - шепотом говорит он ей на ухо. Смешно ему.

Вот гад.

- И это все? – удивляется она.

Он только фыркает.

Потом подается назад, и в нее снова, но чуть резче. И снова потом. Спина трется о жесткую стену, но сейчас вообще не до того. Ребекка обхватывает Бернардо крепче, держится за него, руками, ногами… и хочется даже не стонать, кричать в голос.

А он начинает двигаться все быстрее, и глубже, и это невозможно совсем, пальцы сами сжимаются, Ребекка впивается ногтями ему в спину, со стоном. И ноги почти сводит, колени… И это невозможно как хорошо. Дыхание сбивается совсем, невозможно дышать. А потом напряжение срывается и накрывает… Быстро… Еще чуть-чуть, и он тоже вздрагивает, но успевает, кончает не в нее. Смешно… Или нет? Она и сама, конечно, может позаботиться, но вот именно сейчас, что бы ни случилось – это мало что изменит.

Руки дрожат, такая слабость наваливается.

Бернардо прижимает ее к стене чуть сильнее, чуть наваливаясь на нее, тоже тяжело дышит. Но не отпускает.

Его губы касаются ее шеи, нежно… и еще… сухие, горячие… он трется о шею носом.

Потом чуть отстраняется, заглядывая Ребекке в глаза.

Что он надеется там увидеть?

Но видит что-то.

И вдруг целует в губы. Горячо, безумно, глубоко, словно ждал этого всю жизнь.

Так, что Ребекка слегка пугается.

Пугается, потому что что-то происходит. Что-то словно переворачивается в ней. Сжимается и раскрывается теплом.

И невыносимо хочется еще. И невозможно отпустить.

Он не отпускает. Держит ее.

- А еще ты можешь? – спрашивает Ребекка шепотом.

И ухмыляется, и вот эта ухмылка все-таки выходит донельзя самодовольной.

Он, конечно, все понимает. Вот то, что Ребекке нравится.

Да и ему нравится тоже. Азарт в глазах.

Его член упирается ей в бедро. Ребекка сама помогает, направляет его в себя и с таким наслаждением на него опускается. Закусив губу, глаза закрыв… чувствует его в себе снова.

В этот раз все немного иначе. Медленнее. Без спешки. Но с желанием ощутить все полностью и до конца. Это так хорошо, и чуть невыносимо, и от этого хорошо еще больше. Тянет, заставляет выгибаться… со стоном. Ребекка царапает ему спину, тоже медленно, но глубоко вдавливая ногти, это помогает напряжение сбросить, а то уже шумит в ушах. И он целует ее снова… чуть резко, чуть зло кусая губы, еще не больно, но уже чувствительно. Она в ответ его...

Медленно, долго… и не хочется, чтобы заканчивалось, но напряжение все равно нарастает и начинает тянуть все больше. Так, что почти темнеет в глазах. В ушах звенит и так покалывает словно… и это невозможно почти… и накрывает снова, куда сильнее в этот раз, так, что невозможно совсем…

Когда Ребекка приходит в себя, он все еще ее держит, руки только подрагивают от напряжения. Надо, наверно, встать самой, она чуть тянется, опуская вниз ногу, но ноги почти не слушаются.

Выдох.

- Твою ж мать… - говорит шепотом.

Бернардо фыркает ей в ухо.

Его щека прижимается к ее щеке. И вот так сейчас хорошо.

Он, все-таки чуть отпускает ее, и опускает на пол ноги, ноги Ребекку почти не держат, подгибаются. Если бы Бернардо не обнимал ее, не поддерживал, она бы упала.

Но он держит.

И вот где-то тут Ребекка понимает, что кровь на пальцах. Нет, не много, там несколько капель, но кровь все равно.

- Что там? – с интересом спрашивает Бернардо, глядя, как она свои пальцы за его плечом разглядывает.

- Я тебе спину расцарапала… вот прям… совсем.

Он снова фыркает.

- Я чувствую. Ничего. Как ты?

Он еще спрашивает!

- Ноги не держат. Сейчас… - Ребекка старается собраться. В принципе, ничего уже, почти в себя пришла. Еще немного только…

- Хочешь, я тебя на диван отнесу? Посидишь? А то если в воду сразу, то голова закружится.

Смешно.

- Ты еще меня куда-то отнести можешь?

Может. Он без всяких слов подхватывает ее и несет. Уже не так легко в этот раз и чувствуется, что силы на исходе. Но несет все равно. И даже аккуратно на диван опускает.

- А вон там кувшинчик еще с водой и лимонным соком. Можешь налить?

- Я попробую…

Он действительно пробует, старается, но кувшинчик дрожит в руках… еще бы не дрожал! Половина проливается на стол.

- Эй, давай сюда так! – требует Ребекка.

- Сейчас! Я справлюсь.

И справляется-таки. Приносит ей воды, садится рядом на краешек дивана, отдает стакан, смотрит как она пьет.

Улыбается. Так счастливо, так блаженно улыбается, что невозможно не улыбнуться в ответ.

- Что? – спрашивает Ребекка.

- А ты мне спинку, как обещала, потрешь?