Купидон

Когда душа умершего человека отправляется в иной мир, ничего больше не имеет значения. Имена, даты рождения, должности, кармы. Все это придумали люди, чтобы имелся хоть какой-то смысл в жизни, за который цепляются все. И тогда вроде бы и умирать становится не так страшно. Вот только в божественных просторах, окутанными белоснежными мягкими стенами, дарящую душам умерших уют и покой, все нажитое прежде забывается. Лишь одно в бесформенных телах отзывалось странной теплотой при виде суеты на небесах — работа. Оказавшись в райских владениях Бога, души добровольно предложили свои силы в помощь Всевышнему, отчего последний с облегчением вздохнул: он за двумя людьми уследить не смог, чего уж говорить о миллионах… Отец небесный согласился, и с тех пор в Раю не было видно слоняющихся без дела душ.

С появлением огромного количества обязанностей родились и новые должности. Так со временем стало все больше ангелов-хранителей, низших ангелов, отборщиков, работающих дни и ночи напролет, не зная усталости. Лишь купидоны не находили себе места, когда именно их винили грешники в своих беспорядочных связях. И несмотря на то, что на купидонов смотрели искоса, одна новая душа твёрдо решила пойти по пути тех, кто дарит любовь. С той же простой наивностью, как когда при жизни изъявил желание стать космонавтом, не зная всех бед.

Душа была невинной, детской, лет 13 от роду на момент смерти.

— Душа! Подойди сюда! — прокричал кто-то хриплым голосом, доносящимся со стороны искаженным эхом.

— Это вы мне? — спросила душа мальчика, когда перед ним предстал сгусток света, отдаленно напоминающий высокого мужчину, не имеющий четких границ.

— А ты тут еще души видишь? — В тоне послышалось недовольство.

Молодая душа оглянулась. Вокруг них происходил в точности такой же балаган, как когда-то мальчишка видел у мамы на работе. Множество сгустков света, отличающихся друг от друга высотой и шириной, суетливо пробегали мимо них, спеша на свою работу.

— Так тут же еще много… — подметил он очевидное.

— А вызывал я тебя конкретно. Подойди сюда.

Души направились в небольшую каморку, в которой кроме белых стен, как и в остальных небесных пространствах, ничего не было. Возможно, мальчика бы при жизни это восхитило, либо, наоборот, напугало, но вместо этого его душа ничего не чувствовала. Как только за ними закрылось подобие двери, шум исчез, словно суетливые души в миг пропали.

— И так, ты решил пойти на купидона, да? — уточнил мужской голос.

— Да.

— Хорошо, крылья у тебя появятся как только выйдешь на смену.

— А… так просто? Мама всегда говорила, что на работу сложно устроиться….

— А тебе сколько лет было?

— 13 с половиной.

Душа-старшая замер на месте, лишь лучи света, обрамляющие его неясную структуру, плавно двигались, словно светлая дымка тумана. Две его выпуклости, напоминающие глаза, вдруг расширились, а короткие линии над ними поднялись.

— Ясно, — выдохнул наконец Душа-старшая. — В общем, когда день закончится, тогда и выходи в свет, я тебе все расскажу.

— Хорошо, спасибо, дяденька!

Как только маленькая душа ушла резвиться в райских покоях, старший тут же вышел из кабинета прямиком к товарищу.

— Таких молодых у меня еще не было.

— Звучит, как будто ты интрижку под носом Господа собрался устраивать.

— Сплюнь! — Сгусток света резко встрепенулся. — Как тебя в ад не отправили.

— За работу комиком еще не отправляли в ад, — ухмыльнулся товарищ.

— Ну, поздравляю, будешь прецедентом.

— Каким? Ты ведь в курсе, что это не означает «исключение из правил»?

— В курсе, будешь примером. Юморист — сразу, — в этот момент душа сделала свист и указала вниз пальцем.

— Эй…

— Да ладно тебе, — Душа-старшая дружески стукнул товарища по плечу.

Душа-младшая хохотал, падая сквозь щекочущие облака и прыгал высоко-высоко обратно, наслаждаясь лёгкостью своего тельца и бесконечностью времени, которого не хватало в жизни. Летя вместе с другими душами вниз, мальчишка напрягся и сжался до такой степени, что сгусток света превратился в маленький клубок света. Самолёт. Огромная железная птица пролетела сквозь густые кучерявые облака и множество веселящихся душ, невидимых людскому взору. Мальчик удивился: оказалось, Рай находится именно на облаках. И почему он раньше этого не замечал?

С приходом позднего вечера крылья возникли сами. Они были небольшими — размером примерно с метр, — и ничего не весили, поэтому душа-младшая не сразу сообразил, что произошло, когда почувствовал что-то «лишнее» за спиной. Мальчик хотел опробовать их сразу на деле, но не успел: явился Душа-старшая и повел его резким движением вниз, рассекая облака. Крылья начали махаться сами, будто мальчик изначально появился на свет не человеком, а птицей. Потоки ветра ударяли в бесформенные тела и разрушали спокойное течение света внутри тел, создавая неприятное беспокойство, напоминающее боль при ломоте костей. С каждым взмахом крыльев мальчик жмурился, и тельце становилось скованным: он боялся сильнее причинить себе вред. Но позднее он понял. Этих болей не было, просто душа еще не привыкла к отсутствию боли.

Ночной город предстал перед ними во всей красе: под темным, беззвездном небосводом разгорелись множество огоньков от фонарей, вывесок магазинов и ресторанов, фар машин, застрявших в пробках; по тротуарам расхаживали компании молодых людей, галдящих без умолку, а кто-то в спешке бежал против течения, боясь опоздать на ночную смену. Атмосфера гораздо отличалась от той, что когда-то мальчишка видел днём, идя домой из школы. Он никогда не гулял по ночному городу, но всегда любил это время суток за ее красоту и атмосферу некой запретности — особенно когда родители говорили про то, что ночью надо спать, а сами уезжали по развлечениям. Свет, переполняющий маленькое тельце души, в восторге от увиденного заплясал блестящими лучами и засиял ещё сильнее, словно полярная звездочка. Будь у него сейчас четко-выраженные глаза, как у человека, подумал Душа-старшая, они блестели бы от счастья. Ночной купидон — он действует лишь ночью, в атмосферу страсти. Поэтому молодой душе и выбрали работу под стать — был уверен старший.

Оказавшись на шумной улице, переполненной людьми, Душа-старшая провел мальчишке небольшой инструктаж: лёгким движением руки он прикоснулся к голове случайного мужчины, и к кончику пальца привязалась красная ниточка, ведущая от выбранного им прохожего. В этот момент мимо него в спешке шагала молодая, красивая девушка, к которой Душа-старшая успел коснуться тем же пальцем, и два человека оказались связанными судьбой. Мужчину вдруг переклинило, и он стал заглядываться на впереди идущую, а после у них завязался диалог.

— Именно так это и работает. Касаешься головы одного, и у тебя появляется нить, которую несешь к другому, — объяснял принцип Душа-старшая.

— А почему я только ночью буду выходить? — решил спросить последний вопрос мальчик.

— Потому что в раю всем удобно и хорошо: ты любил ночь за ее запретность, за ее красоту. Теперь запретности нет. Ты волен делать то, что давно хотел, — закончил наставник и покинул мальчика, оставив его одного посреди живой улицы.

Мальчик был невероятно рад этой возможности. Но куда податься? Он не знал: слишком много соблазна. Махнув пару раз крылышками, душа поднялась выше, оказавшись над головами людей, и огляделась. В нескольких метрах от нее виднелась большая сияющая надпись «BAR», переливающаяся разными цветами. Воспоминания мальчика о жизни после смерти постепенно стали угасать, но где-то в закромах сознания всплывал голос мамы, рассказывающий о месте, где она повстречала его папу — бар. Поэтому, при виде этого заведения, свет тельца смягчился, и крылья запорхали вперёд. Мальчик ожидал увидеть место, полное спокойствия и романтики, но вместо этого его взору предстали белая дымка тумана, исходящая из комнаты для курения, противно мигающая подсветка, вышедшая из строя, и множество размытых взглядов посетителей. По ощущениям здесь должно скверно пахнуть и на фоне разговорчивых людей должна играть музыка, но Душа-младшая ничего не чувствовал. Словно находясь в вакууме, в котором растворяется всё, он наблюдал за происходящим, как за немым кино. Покружив над головами людей, мальчишка нашел молодого человека. Он выглядел хорошо: опрятная одежда, взгляд не затуманен алкоголем — перед ним стоял один стакан с пшеничным напитком, и то практически не тронутый. Человек выглядел грустно, так почему же ему не подарить любовь? Вдруг ему станет веселее, подумал Душа-младшая. Он с осторожностью коснулся его макушки, и к пальцу пристала красная нить. Но с кем его свести? Мальчик растерянно оглянулся: народа было много, но таких же одиночек здесь оказалось мало. Вдруг новоиспеченный купидон заметил напротив стоя́щую барменшу — молодая девушка медленно вытирала стаканы. Ее плечи были опущены вниз, будто на них висел огромный груз, не дающий выпрямить спину, а голубые глаза, потерявшие блеск, смотрели в никуда. Она была похожа на пластиковую куклу, над которой поиздевались девочки и забыли. Когда нить замкнулась, девушка убрала в сторону стакан, бросила полотенце в сторону и присела отдохнуть. Молодой человек, потягивая медленно пенный напиток, взглядом проследил за барменшей, а затем что-то спросил, и у них завязался диалог. Удача! Купидон закружился, и лучи, обрамляющие его маленькое тельце, весело заиграли. Однако мальчишка в то же время немного поник: он не мог слышать разговор двух взрослых — приходилось лишь догадываться. Но, несмотря на это, получившаяся пара выглядела интересно. На понуром лице девушки заиграла искренняя улыбка, а во взгляде молодого человека промелькнула загадочная искорка.

Любопытство распирало молодую душу — он хотел бы за одну ночь осчастливить многих людей, подарив им любовь, но, когда место бармена занял другой сотрудник и след пары повел к выходу, Душа-младшая проскользнул за ними. Он не переживал, что его отругают за бездействие, ведь Душа-старшая понятно объяснил: никаких рамок в работе нет, можно соединить как одну пару, так и сотню. Поэтому купидон с интересом наблюдал за почти каждым шагом двух влюбленных до самого рассвета, желая узнать, как же разгорается маленький огонек, зажженный им.

Под конец ночной смены купидона двое влюбленных лежали в кровати, обнимаясь под тонким одеялом. Душа-младшая сел на верхушку шкафа, болтая ножками по воздуху, и с улыбкой посмотрел на двух людей, нежно шепчущих что-то друг другу. Он здесь совсем недавно сидит — не осмелился следить за каждым действием пары, — но понял, что сделал все правильно. До тех пор, пока не открылась дверь. Дверь резко распахнулась, и в комнату ворвались незнакомцы, отчего купидон чуть не упал, увидев разъяренные лица нежданных гостей. Они выглядели злыми, красными от нарастающего возмущения в сторону тех, кто находился в кровати. Два человека, соединенных этой ночью нитью судьбы, с испугом встрепенулись и что-то говорили в ответ, взмахивая руками. Душа-младшая ничего не слышал. Он забился в угол и сжался в маленький клубок хаотично сверкающего света, дрожа от страха. Мальчик когда-то видел что-то похожее, но у себя дома. Не выдержав появившегося напряжения, мальчишка сбежал обратно в рай, где крылья пропали с тем же неприятным чувством.

Душа-старшая находился в той же комнате, где вчера принимал формальное собеседование у новенького. Тишину прервал возникший перед ним Душа-младшая. Он выглядел не так счастливо, как когда наставник оставил его в мире смертных. Свет в его тельце двигался то хаотично, то успокаивался, показывая внутреннее беспокойство. Понимая, что купидон всего лишь наивный ребенок, Душа-старшая принялся объяснять.

— Видишь ли, люди отвратительны. Ты делаешь добро, но взамен они убивают все хорошее, подаренное тобой. Они не умеют ценить, — вздохнул мужчина. — Нити не всегда означают любовь до рая. Они иногда значат просто животное желание, которое есть почти у всех. Людям нужен только секс, если по-другому. После ночи они никогда не встретятся… — Душа-старшая сделал маленький перерыв в своих словах, видя, как его ученику больно; ничего нет больнее, чем рушить детский мир. — Послушай… я уверен, все будет хорошо.

— Ничего не будет хорошо, — вымолвил мальчишка. — Я здесь не чтобы видеть то же, что видел у себя. Почему нельзя просто любить и жить дружно, без всего этого?

— Потому что это люди. Мы лишь результат падения греха древних, мы в этом не виноваты. От греха появилось все, что ты не любишь. И что не люблю я. Но такова жизнь: вечно неправильная.

Душа-младшая весь день размышлял над этим. У него были истерики, переживания. Но к началу следующей смены он уже ничего не чувствовал, как будто шок наконец спал. Иногда надо просто принять правду, которую уже знал.

Настала ночь. Душа-младшая расправила крылья и уже более тщательно выбирала тех, кто по-настоящему достоин любви.