Курс на Каллисто

Месяц полета.

Курс на Каллисто. Крошечная станция на спутнике Юпитера уже несколько лет ждала людей и технику. Необходимые материалы регулярно высылались туда автоматическими грузовиками, но вот наконец-то пришло время и для очередной пилотируемой миссии.

Земля на обзорных экранах давно превратилась в яркую точку. Искорки звезд отражались на отполированной до блеска обшивке межпланетного корабля «Зевс». На сигарообразном корпусе были закреплены две длинные трубы с жилыми отсеками на концах. Напоминающие молоты конструкции, вращаясь, обеспечивали привычную для людей силу тяжести, а длинные трубы переходов были нужны, чтобы нивелировать силу Кориолиса.

Пока весь экипаж, ученые и бригада рабочих спали в капсулах гибернации, вахту на корабле несли капитан и пилот.

– Уговор дороже денег, проиграл – рассказывай! – пилот развалился на диване и приготовился слушать.

– Георг, давай сменим тему, – нахмурился капитан.

Можно было намекнуть на субординацию, которую, впрочем, Георг свято соблюдал при посторонних. Но какая субординация, когда никого вокруг них нет на миллионы километров, а на стадии подготовки к полету они практически стали друг другу братьями.

Капитан подошел к холодильнику и вынул из него оранжевую банку с соком.

– Будешь? – спросил он у Георга.

– Угу, только тему не сменю, не задабривай, – усмехнулся Георг.

Капитан «Зевса» Артем Андреевич Белягин целый месяц уклонялся от расспросов, почему его – первого покорителя Каллисто – на долгое время отстраняли от полетов. Но лететь «Зевсу» еще одиннадцать месяцев, и капитан понимал, что за это время пилот его настолько достанет, что рассказать придётся.

– Жаль, что все капсулы гибернации заняты, и мне некуда запаковать тебя. Но я могу разбудить кого-нибудь менее приставучего и прожить с ним весь полет, уложив тебя на его место. А тебя разбужу за пару дней до Каллисто, – пригрозил капитан.

– Да брось, Артем. Там действительно настолько жуткая тайна? Поговаривают, что ты на бабах погорел.

– Не на бабах, а на женщинах. Но сам дурак, в общем-то, – вздохнул Белягин, признавая вину. Он поддел крышку большим пальцем, банка с шипением открылась. – Ладно, расскажу. Только ты особо об этом не распространяйся.

– Могила, – заверил пилот и застегнул у своего рта воображаемую молнию.

Капитан отхлебнул сока и начал:

– Я познакомился с будущей женой за несколько часов до выпускного бала. Моя давняя подружка в то утро устроила скандал и послала меня ко всем чертям, заявив, что на балу я буду один, как самый последний неудачник. Из-за глупости поцапались. Меня занесло – лучший выпускник, впереди маячило безоблачное будущее. Никто не сомневался, что я сделаю головокружительную карьеру. Я обнаглел, и она меня послала. И вот стою я в вестибюле злой, как тысяча чертей, и понимаю, что у меня даже близко нет никого на примете ей на замену. Вдруг в мою альма-матер входит роковая брюнетка. Ей нужно было пройти очное собеседование перед зачислением, как я выяснил позже. Мне не составило труда уговорить юную красавицу стать моей спутницей. Нас выбрали главной парой бала. Ты бы видел, как злилась моя бывшая. Брюнеточка была чудо как хороша – коса до пояса, большие карие глаза, а пухлые губы, я уверен, хотели поцеловать все молодые лейтенанты нашего выпуска. Она была такая хрупкая, на голову ниже меня, я на ее фоне выглядел гигантом. И имя у нее было волшебное – Констанция. Эх, жаль, что спиртного на корабле нет. Ты не припрятал алкоголь, Георг?

– Нет, капитан, хотя я знаю того, кто припрятал, – усмехнулся пилот. – Но мы сами не найдем. Надо будить старпома.

– Ой, нет. Обойдемся без спиртного, – отмахнулся Белягин и продолжил: – В общем, мы стали встречаться. Она несколько баллов не добрала, чтобы поступить на биоинженерию на бюджет, и ей светил огромный кредит за обучение, а я подписал контракт на полеты на Луну и Марс, поэтому был неприлично богат для человека моего возраста. Как-то все само собой пришло к тому, что мы с ней поженимся, и я как муж оплачу обучение жены, что и произошло. Мы поженились, и я улетел в лагерь подготовки к полетам. Дома бывал меньше недели в месяц и то не подряд. Уставал как тысяча чертей. А молодая жена успешно училась в университете. После миссии на Марс у меня был отпуск перед полетом на Каллисто, а у жены сессия. Мы вырвались к морю всего на неделю, и тут я понял, что мы совсем не знаем друг друга, что вкусы наши не совпадают, и темпераменты у нас разные. Но впереди маячило пять лет на Каллисто, а ей четыре года учебы и аспирантура. Не разводиться же. Я улетел, а она осталась учиться дальше.

– Погодь, капитан, – остановил Белягина пилот, – я на пять сек, ток на приборы гляну.

Пилот подошел к уходящей вверх вертикальной лестнице и бодро взбежал по ступеням. Через несколько секунд он уже был на середине переходной трубы, вес с каждым шагом становился все меньше. В итоге подъем превратился в полет. Оказавшись в командном отсеке, расположенном в центральной части корабля, он подлетел к креслу, забрался в него и закрепил себя ремнями. Капитан тем временем выбросил банку и пустую упаковку из-под печенья в утилизатор, взял со стола планшет и направился следом за товарищем.

– И что было после Каллисто? Ты ведь вернулся героем, – взгляд пилота не отрывался от панели управления. На экранах, впрочем, не было чего-то необычного. Скорость, радиация, координаты корабля, состояние систем жизнеобеспечения, параметры вращения – все показания приборов были в норме. Несущие вахту космонавты могли немного расслабиться.

– Ага. Героем, – капитан пристегнулся к соседнему креслу. – После реабилитации я хотел хоть полгода пожить обычной жизнью земного женатого человека. А жена от меня, оказывается, отвыкла. У нее свое общество, для которого я был слишком тупой. Ведь они занимались созданием нового поколения роботов. В доме только и были разговоры про синтез чего-то с чем-то. Все экраны нашего дома транслировали какие-то конференции, семинары, вебинары. Даже ночью ее руководитель звонил нам, и они решали что-то свое срочное. Вот так – обучение ей оплатил, сам выпустился с отличием, а оказался тупым животным, которому хотелось жрать, спать, свою жену, пиво и футбол. Дети? Милый, ты же не серьезно? – проговорил Белягин тонким голосом, передразнивая жену. – Ты только из своего радиоактивного космоса, тебе надо подлечиться, мы же хотим здорового ребеночка. Согласен? Я был уже два месяца дома, а к телу меня допустили только один раз. Сказать, что я был злой, это ничего не сказать. Я был злой, как тысяча чертей! Местный бар стал мне домом, а в баре крутились молодые девчонки, для которых я был героем космоса. Через месяц мне вручили повестку в суд. Нас развели на основании доказанных фактов моих измен. Мало того, что я оплатил ей обучение в университете. Пока я летал, она купила шикарный дом на мои деньги, и суд еще присудил выплатить ей моральную компенсацию за мои измены. В итоге оказалось, что я нищий. Моя жена получала всю мою зарплату на свои счета, и дом был куплен на ее имя. А еще она стала совладельцем частной фирмы, в которой сейчас и работает. Меня отстранили от космической программы. Единственное, что для меня сделала наша контора, это наняла мне хорошего адвоката, и мне не пришлось брать кредит, чтобы платить пожизненную пенсию бывшей жене, которая через месяц после развода, вышла замуж за своего научного руководителя, а по совместительству совладельца той самой фирмы, где она работает. Вот такая история, Георг. Я сотни раз вспоминал ту ссору со своей подружкой накануне бала. Надо было всего лишь извиниться. Не быть козлом. Не смеяться ей в лицо…

– Довольно распространенная история, – вздохнул пилот. – Мой двоюродный брат тоже так попал. Поэтому я и не женюсь! Постой, капитан. Так это из-за тебя теперь предпочитают в дальний космос брать холостых?

– Нет, это из-за моего техника. Мы уже были на Каллисто, как нам сообщили, что его жена подает на развод. Медик экспедиции максимально его к этому подготовил, все прошло нормально, он слегка замкнулся в себе, конечно, хотя все тесты проходил хорошо. Но однажды из его скафандра поступил сигнал SOS. Дурак поднял защитный экран на шлеме и погиб. В этот раз, чтобы такого не произошло, с нами летит робот-психолог. И знаешь что в ней самое классное? – улыбаясь, задал Артем вопрос Георгу, и продолжил, получив отрицательный ответ. – Самое классное то, что к ней можно подкатить по поводу секса. Представляешь? Она и робот-психолог, и секс-кукла одновременно. Вот это подарок от нашей конторы.

– А мы не передеремся из-за нее? – рассеянно взъерошил волосы пилот.

– Из-за секс-куклы? Я тебя умоляю. Это же общая девочка. Ты же к проститутке не ревнуешь?

– Нет, конечно. А она красивая?

– Георг, да какая разница. Когда женщина единственная, она всегда красивая.

– Ты что ее не видел, капитан? Даже файл не открыл?

– Я видел, как ее в капсулу гибернации загружали. Я тогда еще возмутился – зачем на робота капсулу тратить, а мне сказали, что она робот последнего поколения, от человека почти неотличима. Такая брюнеточка с короткой стрижкой и с классной фигуркой. Лица, правда, не рассмотрел. Ее в белье в капсулу загружали. Но тело классное. Мне понравилось.

– Ну, ты даешь, капитан, – рассмеялся пилот. – Как это лица не рассмотрел? Это ведь у женщины глав-но-е!

– У моей бывшей жены было прекрасное лицо, тысяча чертей, а что толку? Она обчистила меня как липку. И теперь на женщин я смотрю только как на источник удовольствия, а это не лицо, это тело. Я долго приходил в себя после развода. На работе только через год смог восстановиться. Все проходил заново. С мальчишками-перволетками за право летать сражался. Сейчас конкуренция сумасшедшая. Лет через десять в космос будут летать только роботы. Они и сейчас уже все умеют. Луна для пилотов-людей уже потеряна, остался Марс и дальний космос. И это пока. Пока сигнал идет со скоростью света, и эти роботы не могут получить команду в ту же секунду. Но нуль-связь уже закончили испытывать, скоро везде расставят спутники. А значит, и эта работа для нас закроется. Надо успеть заработать, Георг, чтобы хватило на кружку пива себе и девчонок угостить.

– Грустно все это, капитан, – пилот только сейчас в полной мере осознал все перспективы освоения космоса для человека. Основная мысль на эту тему была высказана в прессе еще в прошлом веке: «Человек в космосе лишний». Действительно, роботы справляются с работой вне Земли гораздо успешнее. И никаких психологов не требуют.

>>>

Два месяца полета.

Корабль пролетал рядом с Марсом. Остановка здесь не была запланирована, «Зевсу» необходимо совершить маневр ускорения и повернуть к Юпитеру. Ржавый шар Марса, увенчанный ледяной шапкой, во всех подробностях просматривался на передних экранах. Бесконечная испещренная кратерами пустыня. Огромная гора Олимп и три горы региона Фарсида образовывали подобие следа гигантской куриной лапы. Был хорошо различим каньон долины Маринера и круглая низменность равнины Эллада. Именно там жил под куполами марсианский город.

Вахту по-прежнему несли капитан и пилот межпланетного корабля «Зевс». Задержка связи с планетой составляла доли секунды.

– «Зевс», говорит Марс! Как дела, каллистяне? – пришло сообщение с красной планеты.

– Марс, это «Зевс». Слышим и видим вас отлично. Полет проходит в штатном режиме, – ответил капитан Белягин, как того требовал протокол. Марс уже несколько раз вызывал их корабль, но всякий раз ограничивался формальным приветствием.

– Жаль, что не заедете к нам на бутылочку кофе, мужики, – на экране появился ухмыляющийся человек в красно-черном комбинезоне.

– Сергей Семенович, мое почтение, – обрадовался капитан.

– Здравствуй, Артем, – продолжал улыбаться старому знакомому марсианин. – Как сам? Мы тут по новостям шоу с твоей бывшей женой смотрим. Я ее сперва и не узнал совсем. Только когда имя ее сказали, вспомнил. Забудешь, конечно, такую. Милый ангел с чертом внутри. Ты до сих пор тысячу чертей поминаешь, когда речь заходит о твоей Констанции?

– Уже давно не моей, Серега. Она ведь замуж выскочила сразу после развода со мной. Даже не знаю – Боева она сейчас или фамилию мужа взяла.

– Боева, – подтвердил Сергей Семенович и посерьезнел. – Констанция Боева.

– И что с ней случилось? Очередного мужа на деньги развела? – с равнодушием в голосе спросил Белягин.

– Артем, ты ничего не знаешь? Она пропала. Месяц назад ее мать сообщила, что вместо дочери с зятем в их доме живет робот. Ей сперва не поверили. А когда на этой неделе о пропаже Констанции заявил сотрудник ее фирмы, то возбудили уголовное дело. Женщину, выдающую себя за Констанцию Боеву, проверили, и это действительно оказался робот. Тревогу забил молодой аспирант, проходящий практику в ее фирме. Он заявил, что они с Боевой вели разработку робота следующего поколения, и он не верит, что она вдруг бросила работу, уволилась, передала весь бизнес в руки мужа и решила вести домашнее хозяйство. И кто говорит правду – большой вопрос. С одной стороны влюбленный молодой ученый, который рассчитывал, что Констанция уйдет к нему, и они вместе создадут симбиоз человека и робота, а не ту подделку под человека, которую сейчас выпускает муж Боевой. А с другой – муж твоей бывшей, который заявил, что его, конечно, удивил внезапный отказ супруги от научной деятельности и желание посвятить себя семье, но он уважает это решение.

– Я уже запутался, Серега. Это сериал такой? – Белягин поерзал в кресле, пытаясь вникнуть в происходящее.

– Я серьезно, Артем, – Сергей Семенович сдвинул брови. – Сосредоточься. Дальше будет интереснее. На фирме Боевой было создано два робота нового поколения, они совершенно не отличаются внешне от людей. Сын Констанции подмену вообще не заметил. Муж тоже говорит, что единственная странность в том, что жена захотела бросить науку. Так вот, роботов создавали для нашей космической корпорации. Один робот должен был полететь в космос как психолог и сексолог, а второй создавался как дублер первого в случае брака. Первый робот полетел, а второй оказался у Боевой дома, заменяя ее. Полиция перетрусила всю их фирму в поисках Констанции, но так ее и не нашла. Есть несколько версий. И все они не очень правдоподобны. Возможно, она создала двух кукол и одной заменила себя, сбежав или с любовником, или с этим молодым ученым. Но тогда бы он не стал поднимать шум. Версия вторая – она мертва, а куклу запрограммировали, чтобы скрыть ее исчезновение. Версия третья – у твоей Констанции…

– Не моей, – холодно оборвал рассказчика Белягин.

– Да, прости, друг. У Констанции был богатый поклонник, почитатель ее красоты и таланта. Он акционер одной американской компании, создающей роботов, и давно хотел получить Боеву в любовницы и в качестве специалиста. Но зачем он ей? У деда целый гарем красоток на любой вкус, а Боева перспективный ученый, которая увлечена наукой, а не замужеством. Этот вариант тоже рассматривается, но он маловероятный.

– Как все интересно, – покачал головой капитан. – Странно, что нам этот сериал не показывают.

– А ничего странного нет. Один из роботов летит на твоем корабле. Вам не говорят, чтоб вы не разбудили ее раньше времени.

– Ты это серьезно? Я фигуру робота видел. Там тело что надо. Грудь такая, – капитан показал на себе габариты фигуристой женщины, – а у Косты – единичка, и та комплиментом.

– Артем, но ведь она родила. После родов фигура у женщины меняется. Часто в худшую сторону, но ей роды пошли на пользу. Ты кроме груди ничего больше не заметил?

Белягин открыл на бортовом компьютере файлы экипажа – «Робот психолог-сексолог Катерина». Щелчок по файлу, и на экране появилась его бывшая жена – Констанция Боева. Короткая стрижка с косыми висками подчеркнула красоту глаз. Между бровей появилась пара вертикальных морщинок, исчезла юношеская припухлость, губы стали чуть тоньше. Но на фотографии была все еще очень красивая женщина.

– Тысяча чертей! – выругался Артем. Вся ненависть к бывшей жене, которую он старался загасить все эти годы, накрыла его волной.

– Думал, тебе уже кто-то проболтался, – расстроился Сергей Семенович. – Думал, что вот наконец-то ты хоть от робота секс получишь.

– Почему меня не поставили в известность, что я лечу с ее копией?

– Так сколько лет прошло. Ты же восстанавливался на работе уже холостяком.

– Серег, это не розыгрыш? Нет? Ты не уходи далеко, я только на Землю звонок сделаю и перезвоню.

Капитан прервал связь с Марсом. Еще раз посмотрел на экран и поплыл из командного отсека в хвост корабля, в камеру с капсулами гибернации.

Все оказалось так, как и описывал Сергей Семенович. В одной из капсул спала робот Катерина – точная копия его бывшей жены Констанции Боевой. Не отдавая себе отчет в происходящем, Белягин запустил процедуру пробуждения.

– Что ты делаешь, капитан? – в камеру вплыл пилот «Зевса». – Воспоминания нахлынули? Она очнется только через полчаса, а нормально себя будет чувствовать где-то дня через три, а может и дольше.

– Она робот. Все произойдет значительно быстрее. Какая у нас сейчас задержка по связи с Землей?

– Восемь с половиной минут, – ответил Георг.

– Надо поговорить с ЦУПом.

Разговор с задержкой по времени не самая удобная вещь в мире. Отправив голосовое сообщение, приходится ждать, пока оно прилетит собеседнику, а затем ждать, пока его ответ прилетит назад. Сразу после отправки всегда хочется что-то добавить, но по протоколу до получения ответа этого делать нельзя.

Прождав семнадцать с лишним минут, Белягин, наконец, получил ответ, что контракт с фирмой «Боева-Карпов» на изготовление роботов был подписан давно. И это не первый робот их производства, полетевший в космос. Для полета на Каллисто тренировалось несколько экипажей. То, что Белягин сейчас летит с копией бывшей жены – просто досадное совпадение. Никто не знал, что Констанция в этот раз создаст свою копию.

– Я разбудил ее, – сообщил Земле капитан. – Не знаю зачем. Так получилось.

– Это хорошо, – через семнадцать минут пришел ответ. – Полиция хотела ее допросить. Вдруг робот знает что-то о пропаже своей создательницы. Ее семья заявила, что оставит себе робота при любом исходе событий, даже если Констанция найдется. Робот настолько совершенна, что всех устраивает именно она.

– Как они вообще не смогли отличить робота от живой женщины? – возмутился Белягин.

– Ребенок еще маленький, он не понял. Обрадовался, что мама теперь все время дома. Муж тоже переменам не возражал. Поговаривали, что Констанция Боева интересовалась только работой. А с появлением робота ребенок получил добрую маму, муж – нежную жену, а мать – заботливую дочь. Вся семья счастлива.

Артем мрачно размышлял над тем, можно ли отличить робота от живого человека, или теперь замена людей – вопрос решенный.

– Капитан, – вплыл в командный отсек пилот, – она проснулась и ведет себя странно.

– В каком смысле, Георг?

– Воет и плачет. Ее слегка стошнило, чего с роботом быть не должно. Я помог ей выйти из капсулы, и теперь она плавает в камере и воет. Может, глюк в программе? Что-то с настройками? Или вирус какой?

Заплыв в камеру, где пилот оставил робота Катерину, мужчины обнаружили беспомощно зависшую в центре женщину. Она нелепо дергала руками и ногами, стремясь достать до любой поверхности, но все ее старания оказывались напрасными. Миловидное лицо, короткие темные волосы, обтягивающее белье для пребывания в гибернации. Если бы не злость на лице и резкие хаотичные движения, то можно было бы любоваться красотой женщины.

– Артем?! Тёма! О, Боже! Тёма, прости меня! – женщина заплакала, перестав дергаться.

– Хм, хорошая копия. Вы, Катерина, не должны были просыпаться до прилета на Каллисто. Ваш багаж в грузовом отсеке, сейчас там вакуум. Придется что-то придумывать с одеждой. Георг, у нас есть нераспечатанный комплект спортивного костюма? Ее Земля вызывает на допрос, неудобно, что мы ее в белье продемонстрируем.

– Конечно, капитан, – кивнул пилот и поплыл на выход.

– Тёма, это я Коста! Я не робот! Меня подменили! – снова заплакала женщина. – Я не знаю, как тут оказалась, хотя и догадываюсь. Я хотела уйти от мужа, а он уговорил меня на последний проект. Сказал – ты же хочешь отомстить своему бывшему за всех его шлюх? Представь, робот с твоим лицом и телом будет с ним на далекой планете, и куча других мужчин будут ее хотеть, и она будет со всеми ними. Для бывшего это будет пытка. Прости меня, Тёма! Сама не знаю, как он меня уговорил. Мне было так больно от твоих измен. Почему ты молчишь? Ты прощаешь меня?

– Тебе было мало того, что я тебе все оплатил? Твою учебу, аспирантуру, дом, фирму. Ты состоятельная женщина. А что я получил взамен? Один раз ты со мной потанцевала на балу, еще раз на свадьбе. А сексом мы занимались раз шесть? Или семь? Слишком дорого получается, Котя. Что за прайс такой?

– Вот! Тебе нужен был от меня только секс! – закричала женщина и опять расплакалась.

– А тебе от меня только деньги. Я летал в космосе. Рисковал собой. А ты вышла замуж через месяц после нашего развода. То есть, заявление о вступление в брак вы подали в этот же день?

– На следующий, – всхлипнула брюнетка.

– И ты хочешь сказать, что ты с ним не спала, будучи замужем за мной?

– Это личный вопрос, который касается только меня и моего мужа.

– Ах, твоего мужа. Ну, у твоего мужа есть новая жена – твоя полная копия, робот, созданный тобой. И муж с ней очень счастлив. Он был также обделен лаской, как и я? Твой ребенок тоже счастлив – наконец-то хоть кто-то ему будет читать сказки. О, и мать твоя, моя бывшая теща – ничего не могу сказать плохого о ней – тоже счастлива. Ей звонят каждый день и справляются, как цветут ее орхидеи. Ты вообще любила хоть кого-то? Хоть раз в жизни?

– Вы меня простите, – вплыл в камеру пилот, – но ваши крики слышны по всему кораблю, и я невольно подслушал разговор. Вот, мадам, это вам, – Георг протянул Констанции запечатанный сверток с одеждой.

Женщина ухватилась за пакет и подплыла к пилоту, слегка врезавшись в него. Белягин нахмурился, развернулся и поплыл на выход.

– Артем Андреевич, ей надо будет помочь одеться, – услышал он голос пилота.

– Вот ты и помоги, она же робот.

– Артем, не будь таким мстительным! – закричала женщина.

– Это я мстительный? – Белягин задержался и развернулся. – Это ведь ты решила мне отомстить, создав робота для секса – точную копию себя. Эта копия должна была спать со всеми мужиками на Каллисто. Как мне к тебе относиться? Ты мою жизнь растоптала! И дело не только в деньгах. Ты знаешь как это унизительно быть первым капитаном, основателем базы на спутнике Юпитера, а потом с выпускниками школы стоять в очереди на право вновь летать хотя бы на Луну? Ты знаешь, что меня на год исключили из космонавтов, а ты обокрала меня до нитки. Я вообще не понимаю, как смог протянуть тот год, перебиваясь с воды на хлеб. Ты отказывалась быть со мной как жена, и я изменил тебе! А что ты хотела? Я здоровый мужчина и не могу годами ждать, пока жена соизволит вспомнить, что супружество это еще и секс. Так вот. После измены ты подала в суд и отсудила у меня все. Ты даже забрала себе мою машину, единственный подарок отца, который он успел мне сделать до своей гибели. Ты даже ее забрала и потом разбила, обучаясь вождению. Ты чудовище, Констанция, тысяча чертей! Я буду с удовольствием смотреть, как ты будешь оказывать работягам Каллисто услуги сексолога. Одевайся! Тебя ждет на допрос Земля.

Следующие несколько часов Констанция доказывала Земле, что она человек. Последнее, что она помнила на Земле, это тестирование робота. Далее муж предложил отпраздновать их месть шампанским. Все сходилось к тому, что муж заменил свою спящую жену на робота, и отправил отключившуюся женщину на космодром. Причина, по которой он это сделал, оказалась банальна – Констанция собралась уходить от мужа к молодому аспиранту, а для мужа это был крах всего. Ведь именно Констанция имела все патенты на создание роботов, это у нее был основной пакет акций в их фирме. Но муж оказался хитрее. Обман с Каллисто выяснился бы через год. А за год можно сделать много дел, в том числе сменить страну. Надо только дождаться закрытия уголовного дела, связанного с пропажей жены.

Констанция вела себя отвратительно, требовала возврата на Землю, ведь там ее ждала работа. Но остановить или развернуть корабль, стоящий астрономических денег, было невозможно. Тогда Констанция выдвинула ультиматум – она поклялась, что будет ломать все, что сможет сломать. Никакие доводы на нее не действовали. Даже перспектива попасть под суд не остановила женскую истерику.

Капитан с пилотом решили не дожидаться, пока угрозы разъяренной женщины будут выполнены, и вкололи ей дозу транквилизатора.

– Отвези ее в ее капсулу, пусть полежит там, – попросил капитан, аккуратно разворачивая тело Констанции в командном отсеке и направляя ее к люку выхода.

– Капитан Белягин, – после некоторых раздумий озвучили свое решение в Центре управления полетом. – Посадите ее в спасательный модуль и запустите автопилот на Марс. Там ее подберет марсианский патруль.

Капитан задумался. Оставлять корабль с одним спасательным модулем плохая идея.

– Георг, – обратился к пилоту капитан, – разбуди старпома.

– Есть, разбудить старпома, – пилот, только что вернувшийся в командный отсек, поплыл обратно.

Артем отправил на Землю очередное послание:

– Земля, у «Зевса» всего два больших спасательных модуля, и созданы они для спасения всего экипажа в экстренных случаях. Эта миссия рассчитана минимум на пять лет, вы и сами прекрасно знаете: полет на Каллисто, три года в системе Юпитера, затем путь домой. Как капитан я не могу лишить корабль одного модуля. Но у нас есть пять малых челноков. Лучше я возьму один из них, загружу туда Констанцию и полечу с ней в сторону Марса. Марсианский патруль сможет подобрать нас. Риск неудачи всего пять процентов, но это лучше, чем оставлять корабль с одним модулем. Я разбудил старпома и передаю командование ему.

В ожидании ответа с Земли, Белягин выбрал челнок, активировал его подготовку к полету, и ввел в главный компьютер «Зевса» имя нового капитана.

– Марс, это «Зевс», – вызвал капитан марсианскую колонию. – Я полечу через полтора часа на челноке в сторону Марса. Предположительный расчет координат для встречи с вашим патрулем вышлю дополнительно. Со мной будет пассажир.

– «Зевс», это Марс, – ответил Белягину Сергей Семенович. – Вас понял. Патруль будет готов к вашему поиску, капитан.

– Уже не капитан, Сергей Семенович, – вздохнул Белягин.

– Вас понял, «Зевс». До встречи, Артем Андреевич.

– «Зевс», это Земля. Капитан Белягин, Ваш план частично одобрен. Посадите в челнок пассажирку и старпома, и продолжайте полет.

– Земля, это «Зевс». Старпом будет способен выполнить полет после гибернации лишь через трое суток. Мы уже вот-вот совершим маневр разгона и начнем удаляться от планеты. Тогда шанс на нахождение челнока патрулем Марса будет всего сорок процентов. Топлива в челноке маловато для такого расстояния. Так что, через два часа новый капитан приступит к своим обязанностям на межпланетном корабле «Зевс». Я с пассажиркой вылетаю через час десять. Конец связи.

Артем вплыл в камеру гибернации. В открытой капсуле робота Катерины лежала Констанция Боева.

– Мы не перестарались с седативными препаратами Георг? Что-то она совсем вялая.

– Лучше вялая, чем буйная. Она меня вообще-то укусила. Надеюсь, что бешенства у нее нет. Как ты с ней жил, капитан?

– Уже не капитан, Георг.

– Артем, ты же понимаешь, что ты ставишь крест на карьере капитана? Может, я полечу на челноке?

– Нет, твои навыки будут очень нужны в системе Юпитера, – покачал головой бывший капитан «Зевса». – Это мое дерьмо, и мне его, тысяча чертей, разгребать…

– Ты ее все-таки любишь, раз решил пожертвовать своим будущим ради нее. Смотри, какая она хорошая, когда спокойная. Может, продолжим полет? Будем колоть ей успокоительное. Жаль, что на все пять лет нам его не хватит.

– Я не люблю ее. Я спасаю человека. Мой отец работал в Службе медицины катастроф. И он всегда говорил, что если спасешь хоть одного человека, значит, жизнь прожил не зря. Он погиб, спасая людей после землетрясения. Вошел в здание к раненому, а оно обрушилось, похоронив под собой и спасателей и пострадавших. Я хотел быть похожим на него. Коста очередной раз губит мою карьеру, но она человек. Не спасти ее – предать отца. Ему за меня было бы стыдно, если бы я ее не спас. К тому же она гениальный ученый. Как человек она не фонтан, а ученый гениальный. Ее на Земле судить будут за эту месть. И мужа будут судить за подмену и риск срыва экспедиции. Так что их ребенок останется с совершенным, как они сказали, человеком и бабушкой. Если когда-нибудь эти роботы станут стоить дешевле, чем сейчас, и я к тому времени уже не буду нищим, то куплю себе совершенную жену. Жаль, что мне не удастся еще раз увидеть Каллисто. Желаю вам хорошего полета и удачного завершения миссии. Как наш старпом?

– Капитан, – поправил Белягина пилот. – Все отлично. Мозговая активность в норме, температура в норме, пульс и сердцебиение в допустимых пределах. Уже глаза открываются. Он еще обнимет тебя перед выходом. Мы не рискуем из-за твоей отставки, Артем?

– На Земле долго выбирали, кто полетит капитаном – я или он. В мою пользу сыграл безупречный предыдущий полет на Каллисто, а он тогда у меня был просто пилотом. Но я в нем уверен. Вы справитесь. Давай упакуем в скафандр мадам Бонасье.

<<<

Над гигантским шаром Марса висели два его спутника. В дымке разреженной атмосферы планеты на самом горизонте занималась вечерняя заря. Марс был холоден, дик и безумно красив, как может быть красиво только то место, где человек оказался лишь недавно, а все достопримечательности сотворены единственным великим демиургом – первозданным хаосом.

Может быть, ради такой красоты люди все-таки продолжат летать в космос? Роботу ведь ее не опишешь и не объяснишь…

Корпус челнока едва заметно вибрировал, готовились включиться двигатели для торможения.

– Марс, это челнок «Каллисто-2» корабля «Зевс», говорит Артем Белягин. Наши координаты запущены в эфир.

– Это марсианский поисковый патруль. Видим вас, «Каллисто-2». Расчетное время стыковки – через два часа.

– Спасибо, патруль. Когда там у вас ближайший рейс на Землю? Можно забронировать два места?

– Бронь подтверждаем только на одно место, для арестованной Констанции Боевой, – раздался в наушниках голос Сергея Семеновича. – А вам, Артем Андреевич, предложена работа на Марсе.

– Я согласен, Сергей Семенович, – обрадовался Артем. – Работу на Земле сейчас найти трудно. Спасибо, что не забыл старого друга.

– Это не я не забыл, Артем. Это Земля прислала твое назначение.

– Мое назначение? – растерялся от неожиданности Артем. – И кем меня мать родная Земля назначила?

– Моим начальником, господин Белягин. Учитывая, что я отвечаю за военный и космический сектор Марса, то выше меня только один человек – это губернатор. Добро пожаловать к месту службы, господин губернатор.

– А если бы я выкинул ее в открытый космос? – после некоторой паузы спросил Белягин. – Или заставил бы заниматься проституцией на Каллисто?

– Тогда ты бы не прошел тест. Ты из множества вариантов выбрал наиболее приемлемый. Предполагалось, что ты после взлета обнаружишь внешнее сходство бывшей жены и робота. При идеальном раскладе, ты бы на челноке просто долетел до Марса в момент максимального сближения. Но ты не обнаружил. Было принято решение, что при подлете к Марсу мы расскажем тебе сами, что ты везешь с собой робота с внешностью Констанции. В общем, от принятых тобой решений зависела дальнейшая твоя судьба. Кто из вас двоих полетит на Каллисто, а кто станет губернатором, выбирали между тобой и старпомом. А тут еще пропала Констанция. Что она летит на твоем корабле вообще никто не мог просчитать, и даже хваленый искусственный интеллект космического агентства, не смог предвидеть такой исход событий.

– Почему они были так уверены, что я не выкину ее в открытый космос? Она же мне столько гадостей сделала. Жизнь, можно сказать, испортила.

– На Земле не дураки сидят, Артем. Люди способные на бессмысленную жестокость на такие должности не назначаются. Все было спланировано заранее. Кроме одного – с вами должна была лететь кукла.

– Серега, это точно не шутка? Или это все еще какой-то странный тест?

– Никак нет, господин губернатор. Земля сказала, что вы совершенный человек. Все тесты и испытания пройдены вами на отлично. Я ставлю охлаждаться шампанское, Артем Андреевич. Специально для такого случая придержал бутылочку элитного «Каллисто».

– Беру курс на «Каллисто», Сергей Семенович!