Курс практической журналистики

Глава 1. Журналистика – что это? Это первая тема курса. Хотелось, конечно, обойтись без воды, но совсем без неё не получится. Введение нужно!

Итак, что же такое журналистика? Профессия, пожалуй! По крайней мере, мы знаем сотни журналистов. Это корреспонденты местных газет и новостных телеканалов, радиоведущие, штатные фотографы и видеооператоры. Все эти люди, совершенно очевидно – работают. Получают зарплату за некую профессиональную деятельность. Значит, журналистика – профессия!

Слово журналистика происходит из французского языка, а ещё раньше из латыни, и означает – ежедневное известие, весть. Деятельность по сбору, обработке и распространению информации с помощью СМИ. Соответственно, журналист – специалист, эту деятельность осуществляющий. Промежуточный вывод, журналистика – профессия.

Это всё сухие определения, но знание терминологии, понятийного аппарата – это основа, без которой не обойтись. Кстати, к разговору о терминах, существует ведь и определённый журналистский сленг. Его бы тоже неплохо изучить, чтобы не попасть впросак. Я, когда только пришёл работать на телевидение, поехал на съёмку автогонок. И вот мы выгрузились с оператором, а рядом выгружается съемочная группа конкурирующей телекомпании. А все ведь друг друга плюс-минус знают. И вот девочка журналистка соседей спрашивает моего оператора, мол, где твой кор? Что, думаю, за «кор» такой? Я решил, что это оборудование какое-то. Потом дошло, что «кор» — это я! Корреспондент, стало быть. И это при том, что на телек я пришёл сложившимся журналистом. До этого работал в газетах и журналах. И вообще считал себя неэфирным человеком. Но вот так сложилось, и оказался вполне эфирным!

Тут, конечно, каждый решает сам для себя – в какой сфере журналистики работать. Кому-то нужно постоянное движение – и пусть тогда топчет тропку на телевидение. Я всегда считал, что это дело для молодёжи, для тех, у кого распахнуты глаза на мир. И банально хватает сил и энергии. Кто хочет размеренности, получить задание и отбыть для выполнения, а результат выдать через неделю – тому дорога в «глянец». Но в глянцевый журнал просто так с улицы не возьмут, и выпускника журфака тоже не возьмут. Нужен какой никакой, но опыт. А желательно, богатый опыт, конечно! Потому чаще всего первое пристанище начинающего журналиста – это еженедельные (реже ежедневные) газеты и новостные отделы на радио и ТВ. В любом случае, журналиста, как и известного зверя, кормят ноги!

Сейчас уже реже можно заметить такую практику, что собирается утром редакция, и корреспонденты наперебой предлагают, о чём снять и написать. Лет двадцать тому назад это было повсеместное явление. И тогда было очень сложно работать на первых парах ребятам, приехавшим покорять столицы и областные центры. Ты там просто никого не знаешь, соответственно и база информаторов у тебя отсутствует. А значит будешь ты перебиваться с хлеба на воду, поскольку в штат с разгона тоже не возьмут, а на сдельщине при таких раскладах невесело. Мне тоже так пришлось помыкаться, и в тот момент я решил, что «где родился, там и пригодился».

Моим первым местом работы в карьере журналиста стал печатный еженедельник. Причём в начале я там трудился менеджером по рекламе. Спустя почти год, находясь в этом качестве, я написал рекламную статью для своего же клиента. Просто все корреспонденты были заняты, и пришлось мне засучить рукава. Надо ли говорить, что я испытал тогда и воодушевление, и страх, и вообще всё на свете!? Однако же, материал неожиданно понравился и клиенту, и редактору, а главное, собственнику нашей газеты. И статус мой поменялся! А вот тут сыграло то, что меня там уже довольно давно знали, и сразу приняли в штат.

Теперь немного о работе редакции. Сейчас, особенно если это новостной отдел телевидения, утром шеф-редактор распределяет кто из журналистов и операторов поедет делать какой материал. Темы, как правило уже известны. Вася едет на заседание Думы, Наташа освещает культуру, Петя – происшествия, а Коля, как обычно – спорт.

И вот тут можно попасть в ловушку материалов, подкупающих своей простотой. Происшествия и спорт – явления ежедневные. И буквально через пару недель выстраивается схема. Приехали, оператор набрал видеоряд на положенный хронометраж, вы взяли синхрон или два. Всё! В итоге все спортивные новости – клоны вашего первого, ну, ладно, третьего материала. Потом уже и синхроны брать лень, поскольку спортсмены – ребята, как правило, конкретные и немногословные. «Неговорящие», на журналистском суржике. С происшествиями почти такая же история. Силовиков обязали взаимодействовать со СМИ, пресслужбы есть уже у всех. Так что играть в детектива и выуживать информацию по крупицам не придётся.

И ты вроде как делаешь свою работу, материалы идут один за одним, и зарплата капает. А творчества становится всё меньше и меньше. Так что, если есть цель подняться в журналистике на определённые высоты, то надо делать самый заурядный спортивный репортаж так, будто это интервью с Майклом Джексоном, как минимум. И так каждый раз! Проходных материалов быть не должно! Не позволяй душе лениться, как писал классик. И ещё один очень важный момент, который озвучил давным-давно Илья Стогоff: «Если ты в любой работе не стал за год звездой – уходи, это не твоё!». А чтобы стать звездой недостаточно одного только желания – требуется научный подход.

О, кстати, о науке – журналистике. Можем ли мы свою профессию назвать наукой? Придётся снова обратиться к понятийному аппарату. Что есть наука? Это область человеческой деятельности, направленная на выработку и систематизацию объективных знаний о действительности. Эта деятельность осуществляется путем сбора фактов, их регулярного обновления, систематизации и критического анализа.

Если немного сжульничать и воспринять слово «действительность», как «журналистика», то мы вполне нашу работу можем назвать наукой. Условно, конечно. С некой долей самолюбования. Это шутка!

Однако, по большому счёту, когда мы учимся работать в нашей сфере, то именно этим и занимаемся. Собираем знания, систематизируем, накапливаем опыт (обновляем факты), критически осмысливаем то, что сделано, и следующий шаг делаем уже с учётом работы над ошибками.

Поэтому пишите больше! Чем больше вы напишите, тем больше сделаете ошибок. И тем большее их количество исправите. То есть, используя критический анализ, рациональное мышление, получите его – опыт! А ведь ещё Пушкин назвал его «сыном ошибок трудных».

И ещё, лично я понял, что стал уверенным ремесленником, когда перестал нуждаться в так называемой «музе». Как и все, когда-то вымучивал из себя каждое слово, либо наоборот, воспарял над чистым листом, и слова как кирпичики укладывались в ровную стенку текста. Но в один прекрасный момент, приехав со съемки с дикой простудой и без всякого желания что-либо делать, сел и написал материал. Потому, что надо! А муза в это время откровенно забила на свои обязанности меня воодушевлять. Ну, и не больно-то и хотелось.

Уже не раз было сказано, что основа основ нашей профессиональной деятельности – информация! А где её брать? И как? Об этом в завершении и поговорим.

Вот допустим, у нас есть задача, написать статью или снять видеоматериал, например, о строительстве новой дороги. Что приходит на ум? Правильно! Идём общаться с дорожниками. Они безусловно расскажут, что они собираются строить, и как это будут делать. Как вы думаете, это будет интересно читать или смотреть? Совершенно верно – процентам пятнадцати потребителей вашего контента. Почему? А потому, что дорога – это конечно здорово! И всё! Ну, вот попытайтесь абстрагироваться и встать на место обычного среднестатистического жителя города. И всё станет ясно. Ну, есть, зашибись! А она для большинства народа не в их районе. Ещё и денег из бюджета высосет скорее всего, и соответственно их не будет на обслуживание дорог в других районах. И т.д. и т.п. То есть, материал останется проходным. А это недопустимо.

Поэтому следующей темой курса, как раз и будет – «продажа» информации.

Глава 2. Журналист – продавец информации. Где брать темы, которые зацепят?

Информация – основа нашей профессии! А в прошлый раз мы закончили на том, что мало информацию собрать. Её ещё нужно как-то обработать, а главное – грамотно преподнести. Иначе, она попросту никого не зацепит.

И вот тут основа основ (в свою очередь) – тема! Где брать тему? Когда ты сидишь дома, попивая чаёк с баранками, кажется, что придумать тему – как нечего делать! Они ведь повсюду, валяются под ногами (это, кстати, правда). Но почему-то в тот момент, когда редактор у вас спрашивает, о чём вы собираетесь делать материал, большинство опускает глазки в пол, начинает судорожно перелистывать ежедневник, или откровенно говорит, мол, не знаю…

В таких случаях просто чудесно, если вы в штате – зарплату вам всё равно надо платить, так что редактор сам что-нибудь придумает. Сразу хочу оговориться, что злоупотреблять этим не стоит. Да, у каждого может быть «мозговой затык», когда совсем не думается, случаются бытовые проблемы, также мешающие работе, да вы можете банально плохо себя чувствовать. Но если вы специалист (а вы специалист), то всё перечисленное с вами должно случаться не чаще дождя в пустыне Гоби. Как любил говорить один мой редактор: «Темы вы мне можете не выдать только в случае, если умерли! Да и то, это само по себе - инфоповод!». Просто-напросто когда-нибудь (а скорее всего очень быстро) начальству это надоест, и вас просто признают профнепригодным. В самом лучшем случае, выведут за штат.

Ну, а если вы внештатник, то невыдача идеи материала равняется отсутствию обеда. Или поездки на такси, или похода вечером в бар, или…, много их этих «или» связанных с отсутствием финансов.

Поэтому тем у вас должно быть припасено с десяток – что называется, на все случаи жизни. Проще всех в этом плане новостникам. Каждый день что-то происходит, и об этом можно написать или снять. Опять же редактор ежедневников чаще всего уже всё запланировал. Половину тем ему выдали собственники вашего СМИ. Но есть и свои нюансы. Существуют новостные издания (чаще всего печатные), которые выходят один или два раза в неделю. И та новость, которую вы посчитали горячей, к моменту выхода газеты может «протухнуть». Её раструбят ежедневные издания, новостные телеканалы и интернет. Как быть?

На самом деле, выход есть! И даже не один. Явление всегда равно и не равно себе. Это основной принцип науки диалектики. Время в данном случае работает не только против вас, но вам же может и помочь!

Как правило те, кто выдаёт новости быстро, не имеют времени на анализ. Некогда копаться в предпосылках явления или события, а тем более представлять его последствия. А вот если есть фора хотя бы в день, то вы можете изучить, откуда растут ноги у инфоповода, почитать/посмотреть ваших предшественников, выяснить, что и зачем, а также предположить, чем дело кончится. Это, собственно, и называется журналистикой. Писатель Сергей Довлатов, в своё время сотрудничавший с массой газет, не зря называл себя не журналистом, а репортёром. Журналист, мол, это поиск смысла, идеи, выхода. Задача репортёра - как можно более кратко и ёмко описать то, что он видит. Довлатов шутил, что идеально для репортёра – молчание…

Резюмируя, если у вас есть время, значит есть больше шансов сделать полноценный материал. Не важно, статья это или видеорепортаж. Вообще, идеальный вариант в данном случае – это серьёзный глянцевый журнал! Они выходят как правило один раз в месяц, открывая гигантский простор для творчества.

Но и работая в провинциальной еженедельной многотиражке можно создавать прекрасный контент. Или не создавать. Решать вам! Приведем пример:

Задача – написать об обильном снегопаде, внезапно обрушившимся на город.

Вариант 1. Дорожники в шоке.

Небывалый снегопад обрушился вчера на наш город. За сутки выпала двухмесячная норма осадков – порядка 450 миллиметров. Дорожные службы, аврально поднятые муниципалитетом, принялись за расчистку улиц, но силы в борьбе со стихией оказались не равны.

По словам директора ООО «Дорожник» Ивана Петрова, метеорологи обещали лишь сильный северо-восточный ветер, но что он закончится такими осадками не ожидал никто! Служба сбивается с ног, однако проблему усугубил мороз, который уплотнил поначалу сырой снег, сделав его неподъемным. Так за первый час работы из строя вышло 3 «бобкэта», а 4 сотрудника получили обморожения легкой степени.

Автомобилисты получили в дополнение к сугробам ещё одну напасть – гололёд! Госавтоинспекция призывает не выезжать в ближайшие дни на дороги города без лишней необходимости.

Мы продолжаем следить за развитием событий. В ближайших выпусках расскажем, как развивается ситуация.

Вариант 2. «Никогда такого не было, и вот опять!».

Сентенция эта, озвученная некогда Виктором Степановичем Черномырдиным, рефреном проходит по нашей с вами действительности. Внезапно в конце ноября наступила зима. Буквально за ночь улицы города оказались засыпаны полуметровым слоем снега! Дорожные службы работают не покладая рук, однако в борьбе со стихией, они пока, увы, бессильны.

Директор ООО «Дорожник» Иван Петров поделился своими соображениями по поводу сложившейся ситуации:

- Мы, конечно, делаем всё возможное! Но надо понимать, что под утро к снегу прибавилось ещё и значительное понижение температуры. Сырой снег смерзся, и убирать его стало вдвое сложнее. Техника не справляется – три «бобкэта» у нас не выдержали русской зимы. Людям тоже непросто – четверо рабочих обморозились, но госпитализация им не понадобилась!».

Управление гражданской обороны при чрезвычайных ситуациях просит горожан не выходить из дому без лишней необходимости, а автолюбителей ограничить передвижение по дорогам.

Надо сказать, что подобное природное явление, не такая уж редкость в наших краях. Три года назад похожая ситуация уже парализовала жизнь в городе. Тогда со стихией удалось справиться за сутки благодаря слаженным действиям всех служб. В то время ещё проводились учения по отработке действий правоохранительных органов, МЧС, и учреждений здравоохранения. К сожалению, от такой практики отказались в позапрошлом году из-за дефицита бюджета.

А самое интересное, что снегопад, мороз и гололедицу можно было спрогнозировать. И, соответственно, подготовиться! Метеорологи предупреждали о возможной стихии, но, как обычно у нас и бывает, муниципалитет понадеялся на авось. Вот как прокомментировала ситуацию начальник метеостанции Галина Петрова:

«Мы заметили изменение движения воздушных масс ещё вчера ближе к обеду. Холодный фронт должен был столкнуться с теплым (что и вызвало снегопад) примерно в пятидесяти километрах от города. То есть был шанс, что нас, говоря по-простому не накроет. Но силы природы – есть силы природы. Низовой холодный ветер довершил проблему – ударил мороз!».

Резюмируя - была хорошая практика, но от неё отказались. Теперь все дружно пожинаем плоды. Последуют ли какие-то санкции и назовут ли виновных – покажет время, и расскажет прокуратура, которая уже назначила проверку.

Вот два текста, рассказывающие об одном и том же.

Но в первом мы видим достаточное сухое изложение фактов – снег, мороз, техника вышла из строя, рабочие замерзли. Одно лишь уточнение, что к снегопаду прибавился мороз, и убирать стало гораздо тяжелее.

Во втором сюжете мы видим попытку понять откуда у проблемы растут ноги? Иными словами, ищем ответ на вековечный вопрос – кто виноват и что делать? А также, что сделать с виноватым, когда его поймают. Или назначат… Плюс респонденты во втором случае предстают живыми людьми. В первом же, начальник снегоуборочной бригады говорит сухо и официально. И словно оправдывается. Во втором тоже оправдывается, но делает это по-человечески, а не как кукла на палке. Ну, и предводитель героических метеорологов – вишенка на торте.

Отсюда мы с вами выведем пару-тройку моментов.

Можно просто дать информацию, а можно информацию «продать»! И тот и другой способы вполне приемлемы, и работают там, где нам с вами нужно. Но если есть возможность, никогда не ленитесь и делайте материал как можно более объемным. Из первого варианта мы уяснили, что дорожники были фраппированы происходящим. Это и из названия статьи/сюжета следует. Во втором нам становится понятно, что есть проблема, эту проблему уже успешно решали, беду можно было предотвратить посильно, а вот теперь наработки потеряны и ситуация усугубилась. И это, кстати, тоже видно из заголовка.

Потому делайте текст «вкусным», продавайте его! Простой пример – вы наверняка покупаете себе на стол вкусный хлеб. Да, можно приобрести любой хлеб в любом супермаркете, но большинство все же готово проехать лишний километр до булочной, где выпекают действительно достойный продукт.

И основой основ здесь является вовлечение потребителя контента. Читатель/зритель должен прочувствовать его, проассоциировать со своим жизненным опытом. Давайте представим, как отреагирует средний человек на первый вариант? Скорее всего, как-то так: «Ну, блин, криворукие! Технику губят, сами мерзнут, снег лежит, гололед ездить не даёт!». Ко второму варианту отношение будет иное: «Ну, я же помню, как раньше делали – и никто от этого не страдал! А сейчас? Почему всё так неловко изменилось!?».

А для того, чтобы вовлечённость удавалась, нужно наблюдать жизнь, запоминать, кто и что говорит, и как действует в той или иной ситуации. Из этого можно сделать вывод, какие эмоции можно вызвать и каким предложением. «Глаголом жечь…» Поскольку журналистика в каком-то смысле – это манипуляция сознанием. А основным инструментом манипулирования, является вывод человека на эмоции. Он после прочтения/просмотра должен злиться, сопереживать, радоваться и т.д. А сделать это он сможет только если проведёт аналогии с собой, своим жизненным опытом. (Нельзя забывать, что любая аналогия – ложна, но это тема другой беседы.) И тут важно грамотно проэкспонировать ситуацию. Двумя-тремя штрихами, но дать основу. Грубо говоря – вот лежит камень у дороги. Ну лежит себе и лежит, кому он кроме геолога интересен? А вот если на камне написано, к примеру «Вася – бегемот» - это уже камень с историей. Иначе выражаясь, чтобы сопереживать, нужно понимать, чему сопереживать! Я вот совсем не футбольный болельщик, и фраза «Онопко поскользнулся и потянул ногу» у меня лично эмоций не вызовет. Но если к этому добавят, что два месяца назад у него была операция на мениске, я уже отнесусь с сочувствуем. Даже не как фанат Онопко, а как обычный адекватный человек. И так травма была, а тут вдобавок растяжение – чего же хорошего?

Композиция и экспозиция должны идти рука об руку!

И не зря я заострил внимание на заголовках. Как бы банально не прозвучало, но заголовок – это то, о чём вы будете сообщать! Есть такое распространённое заблуждение, дескать, текст я сейчас напишу, а название придумаю потом. Яркое, красивое, которое тут же притянет внимание. Да, оно таким и должно быть, но придумать его нужно до написания материала, и уже на нём, как на фундаменте строить основную конструкцию. Если фундамент дома залить криво, то и всё здание будет стоять наперекосяк! Я, честно, не знаю, как сейчас учат в школе на уроках литературы. Но нас, после прочтения гоголевской «Шинели», учитель спросил, кто/что герой рассказа? Разные были версии – и Акакий Акакиевич, и непростая жизнь мелкого чиновника и прочее, прочее, но герой-то – Шинель! Герой выведен в заголовке!

Так что, продаем информацию! Показываем её и так и сяк, словно продавец на рынке! И я прекрасно понимаю, что на решение стать журналистом практически у всех повлияло желание творить, а не продавать. У меня было ровно так же. Но, поверьте, нет ничего более творческого, чем продать то, что нельзя потрогать!

А самое главное, продавая информацию, никогда не обманывать. Как под присягой, говорить правду! И об этом мы поговорим далее. Как не соврать?!

Глава 3. Факт-чекинг.

Опечатки, оговорки, ошибки в тексте – это то, что сопровождает нашу журналистскую деятельность беспрерывно. Это нормально, если ты не искусственный интеллект. И тут нам помогает корректор, который вычитывает тексты, правит запятые и устраняет лингвистические пробелы. Запомните, что задача корректора состоит именно и только в этом! Он не обязан следить за логикой текста и тем более фактажом. Кстати, и ваши языковые проблемы он тоже не должен решать, но чаще всего на них указывает. Наличие в штате корректора, кстати, отличает серьезные и качественные издания. В целях экономии некоторые пользуются всё тем же искусственным интеллектом и программами вычитки текстов. К сожалению, программа – это робот, она безэмоциональна. Ну, не понимает она, что вот эта запятая тут нужна для усиления эффекта или вот это слово нарочно написано с ошибкой с этой же целью и потому взято в кавычки, к примеру. Хоть польза есть и от них. ИИ не допустил бы знаменитой опечатки в советской газете, где на фото был изображён человек за рулём грузовика с выпученными глазами, а под фото подпись: «10 тысяч километров не предел!». Только в слове «предел» буквы «р» и «е» поменялись местами.

А вот ошибки фактические и фактологические целиком и полностью на вашей совести! Мы говорим правду, только правду и ничего, кроме правды. Как под присягой! Другое дело, что правда – она ведь у каждого своя, и только истина одна на всех. И основным её критерием является общественная практика. Так что у нас с вами ещё остаются лазейки. Ведь её, правду эту самую, тоже можно подать по-разному. Но в любом случае, для журналиста «не соври» — это такая же заповедь, как «не навреди» для медика!

Итак, факт-чекинг – модное слово плотно занявшее свое место в обиходном сленге всех работников СМИ. Наверняка ясно, что обозначает попросту проверку полученных сведений. Обилие информации сейчас, имеет как положительную сторону, так и отрицательный момент. Допустим, вы хотите разнообразить свой текст какой-нибудь справкой, географической, исторической, да, любой. И как всякий человек, вы не можете знать всего на свете, потому лезете куда? Правильно, во всемирную паутину! А там, как водится, информации вагон, а вот какая правильная – большой вопрос. Загуглим к примеру «протяжённость Чуйского тракта» - и первые пять ссылок дают разный результат, от 962 до 1115 километров! Не самая противоречивые данные, плюс-минус небольшой разброс. Но, чёрт побери, это ведь длина дороги! Неужели с современными техническими средствами нельзя чётко измерить расстояние? И это в то время, «когда космические корабли бороздят просторы Большого театра»! Кстати, та ссылка, где протяжённость указана в 1115 километров, мягко поправляется - «со всеми подъездами». Ага! Ну, вроде, как и не соврали. Однако если вы такой запрос задаёте для того, чтобы рассчитать количество, топлива, к примеру – то, просмотрев оговорочку, и сделаете это неправильно! Но тут хоть погрешность в большую сторону. А если в меньшую?

Да есть, безусловно, фактические ошибки совершенно безобидные. Над ними можно только посмеяться. Особенно если вы человек эрудированный, а вы именно такой – эрудиция, один из краеугольных камней журналистики. Бывают ошибки допущенные сознательно, с целью опять же рассмешить или придать тексту гротескный вид. Но там это понятно с первого взгляда, и читаете вы этот текст уже сквозь призму иронии автора, либо над автором.

Но может случиться и так, что непроверенный текст выйдет боком. В лучшем случае засмеют, в худшем – останетесь без работы.

Нельзя забывать, что сейчас у каждого школьника в кармане смартфон (а в рюкзаке ещё может лежать планшет или ноутбук), и «Ок, Гугл!» многим уже въелся в костный мозг. Проверить говорите ли вы правду – дело пары минут. И поверьте, молодёжь будет проверять! Люди, воспитанные на обзорах в Ютубе всего на свете, докапываются до мелочей уже, по-моему, из спортивного интереса.

Тут, чуть шагнув в сторону, можно использовать этот момент в свою пользу. Подкинув в текст некритическую (или критическую - тут уж кто, во что горазд) ошибку, в конце же её исправив. Или, если работаете в интернет-СМИ, в первом же комментарии под постом.

Пример:

Допустим вы приводите в тексте историческую справку:

… Тогда, в первой половине XIII века на Русь пришла Золотая Орда. Войско численностью более ста тысяч человек опустошало земли, грабило, и уводило в полон жителей Рязанского княжества …

И в первом же комментарии пишите:

Да, мы знаем, что монгольское войско было гораздо малочисленнее. Скорее всего около тридцати тысяч, а может и того меньше. Иначе они на не самых густонаселенных землях попросту погибли бы от голода. Да и представьте, каково было бы напоить разом тридцать тысяч лошадей!?

Вал комментариев вам обеспечен! Кто-то будет соглашаться, кто-то нет. Они все между собой переспорят по десять раз. Это уже не важно, кто и что будет говорить. Главное, что они это делать будут на вашем ресурсе, под вашим постом.

Совсем другое дело, когда журналист «гонит волну» и не затрудняется проверить элементарные вещи. Вот тут-то и случаются самые разнообразные казусы. Причём, эта проблема стара, как мир. Да, в советские времена люди не зная, как пишется то или иное слово лезли в газету «Труд» и там такое слово находили. Правильно написанное! Советские корректоры очень строго следили за соблюдением правил русского языка. Но с фактами и тогда порой случались неприятности.

Тот же писатель Довлатов описывает случай, когда идущий с работы вдоль берега Балтийского моря журналист увидел водолазов. Ну, и спросил, мол, что они там делают, ведь уже поздно, и темнеет!? Они ответили, дескать надвигается шторм и нужно срочно закончить работу. Журналист, естественно, тут же пишет эпическую заметку про героических покорителей глубин, которые ради дела не щадят собственное здоровье, а то и жизни. Однако вскоре выясняется, что на самом деле они искали вставную челюсть с золотыми зубами, которую их начальник выронил случайно ещё днём. Ну, а к вечеру прибежал к аквалангистам, и пообещал накрыть поляну если найдут. И нашли, и накрыл! А весь позор достался журналисту. Ибо это он не удосужился выяснить, что там был внутренний технический водоём, в котором и шторма-то быть не может по определению. Смешно? Конечно, смешно! Вот только невесело было этому корреспонденту, как и мне, когда я допустил оплошность, но связанную уже не столько с проверкой данных, сколько с их подачей.

Да, можно и вроде бы достоверную информацию подать так криво, что потом будут проблемы. Я писал статью в многотиражный еженедельник, информации по теме накопал немало, но она была крайне противоречивой. И тогда я пошёл к одной женщине, кандидату наук, которая этой темой когда-то плотно занималась. Выяснил всё, что было нужно, но, когда вернулся в редакцию с ужасом осознал, что во время разговора забыл включить диктофон. На память я не жаловался никогда, беседа ещё жива была в голове. И написал, я так, как вспомнил, но само собой своими словами.

И после выхода номера начались «хождения по мукам»! Мне немедленно позвонила эта дама и заявила, что это «не её лексика», и мне нужно писать опровержение. А тут нужно понимать, что газета, которая выходит тиражом под сто тысяч экземпляров – издание рекламное. И значит место на полосах стоит денег. Не бог весть каких, но для меня на тот момент вполне ощутимых. Я попытался возразить, мол, да изложил так, как понял, но сути-то не исказил. На что мне справедливо указали, что под цитатой стоит её имя. А она очень дорожит своей репутацией, и её, дескать, засмеют коллеги. Кое-как всё конечно же утряслось. Мелким шрифтом в следующем номере пометили, что это была вольная интерпретация автора статьи и т.д. Но приятного, согласитесь, мало!

Так мы с вами подошли к очень важной, и в каком-то смысле даже нравственной дилемме. Давать ли вычитывать тексты респондентам!?

И лично я (а многие коллеги меня поддержат) считаю, что, нет! Если только это не коммерческий материал. Тут уж, как говорится, «кто девушку ужинает, тот её и танцует!».

Казалось бы, это утверждение прет против логики и слабо коррелирует с тем, что написано абзацем выше. Но тут дело в том, что как только вы свой текст даёте на вычитку, будьте готовы к тому, что вас замучают правками. А это, на секундочку, ваш авторский материал, ваша интеллектуальная собственность. Естественно – вы не эксперт во всех областях (не зря журналиста иногда называют дилетантом сразу во всём), а вычитывать будет эксперт в своей сфере деятельности. Само собой он станет придираться к каждому слову. Но при этом он не является специалистом в вашей работе. А вы являетесь! Ваша задача доступным и понятным языком донести до читателя/зрителя объективную информацию. Вы при этом безусловно опустите часть, например, технических терминов, заменив их, объяснением «на пальцах». Вы для этого специально обучены и имеете специфические навыки и умения. Которых у эксперта, понятное дело, нет.

А чтобы избежать различных неприятностей можно использовать раскавыченные цитаты, указывать, что это вольная интерпретация, говорить, что речь респондента приведена не дословно, и т.д. Для тех, кто работает на ТВ есть не гласное правило – никогда не удаляйте исходники до того, как материал уйдёт в выпуск. А ещё лучше, если они вообще полежат пару недель. Чтобы при возникновении казусов можно было их вынуть и показать: «Ваши слова? Вы на видео говорите? Тогда какие к нам претензии?». И не бойтесь импровизировать, в рамках канвы фактов, конечно! Как говорил один очень опытный редактор: «Если нет ошибок в фактаже, всё остальное вкусовщина!».

Чуть отступая в сторону от нашего основного повествования, хочется зацепить ещё вот какой момент – «А вот я веду личный канал в Ютубе. Так уж необходимо мне там соблюдать все эти нормы и правила? Ведь это мой личный ресурс, я там могу говорить всё, что мне нравится!».

Да, конечно, можете! Вот только раз соблазнившись легкостью собственной интерпретации событий или явлений, вы скорее всего на эту скользкую дорожку и соскользнете. Сторона темная силы это, юный падаван! Шутка! На самом деле ничего страшного в вашей собственной позиции по тому или иному поводу нет, но дело именно в позиции. Никто не может запретить вам думать так или иначе, как и не может указать, как именно нужно мыслить. Однако это не гарантирует того, что вы не можете добросовестно заблуждаться. Между мнением и знанием лежит огромная пропасть изучения. Поскольку знание объективно, оно опирается на факты, а мнение – субъективно всегда! Но в этом и прелесть профессии журналиста. Именно журналиста, а не корреспондента.

Глава 4. Желтая журналистика.

Рыть носом землю, докапываться до истины или писать из головы? Тут себе дорогу каждый выбирает сам. Наверное, любой начинающий журналист видит себя в будущем серьезным автором, пишущим на злободневные темы или освещающим неожиданные стороны известных явлений или событий. По мелочам размениваться не хочется никому. Так почему же довольно приличная часть, несомненно, талантливых ребят уходит в итоге в таблоиды, в так называемую, жёлтую прессу?

Ну, во-первых, это зачастую просто прикольно! Во-вторых, совсем не стыдно, а в-третьих, даже полезно. А ещё работая в таблоиде можно заработать имя и деньги!

Разберём по пунктам, но в начале наша любимая терминология. Как появилось понятие «желтая пресса» и откуда растут ноги у таблоида?

Самая распространенная версия такова – бульварные газеты, которые фонтанировали сенсациями чаще всего печатались на низкокачественной бумаге. Якобы эта бумага желтела быстрее, чем разоблачались фактами громкие заголовки. Это, понятное дело, гипербола, которая, кстати, если применять её правильно, способна оживить самый унылый текст.

Есть и другое предложение. В конце XIX века Джозеф Пулитцер издавал в США газету The World. На страницах которой публиковали комиксы с участием ребенка в желтой ночной рубашке до пят и совершенно азиатскими чертами лица. Это было время японо-китайской войны, и такие рисунки были своего рода политическим шаржем на происходящие в мире события. Желтый малыш тогдашней публике полюбился, но иллюстратора переманило другое издание New York Journal. Начались судебные тяжбы – Пулитцер и Уильям Херст спорили о правах на рисунки, а редактор издания New York press назвал обе газеты «желтыми страницами».

Слово «таблоид» появилось чуть позже, когда фармацевты стали выпускать лекарства в компактных упаковках – таблетки. А популярные газеты, которые тогда распространяли прямо на улицах, специально для удобства переноски начали печатать в более мелком формате. И по аналогии с таблетками их также стали называть «таблоидами». Все эти понятия сложились воедино, и так возник образ «жёлтого», бульварного издания. И продукт они выдавали своеобразный. С фактами там всё было более чем грустно, зато страницы пестрели громкими скандальными заголовками, а задачей было не столько дать информацию, сколько развлечь читателей. И чем пикантней подробности, чем более жареные факты подавали к интеллектуальному столу – тем лучше!

Но вернемся в наше время и подумаем, а так ли это плохо, в контексте наших первых глав, работать в таком издании!?

На самом деле, ничего криминального в этом нет, особенно в наших современных реалиях. Просто потому, что с начала 90-х по крайней мере в нашей стране под понятие «таблоида» попадает чуть ли не каждое первое издание. Мы живём в капиталистическом обществе, где извлечение прибыли из любой деятельности стоит во главе угла. И каждый добивается повышения этой самой прибыли, на сколько хватает выдумки и совести… Одним словом, если газета или журнал (или телеканал) не занимается откровенной пропагандой запрещенных в стране деяний, а просто развлекает аудиторию «скандалами, интригами, расследованиями», идти работать туда – можно! Так или иначе этим сейчас грешат практически все СМИ. Не привлекаешь внимание – не будет просмотров. Не будет просмотров – не будет рейтингов. Упадут они – не пойдут рекламодатели, а значит не будет денег! Как минимум, на ваши зарплаты. На содержание самого СМИ их не хватит всё равно. Самоокупаются единицы! Средство массовой информации вообще не для зарабатывания денег. Финансовая прибыль в них вторична. Но об этом в другой раз.

Второй момент – если вы человек легкий, веселый и креативный (в идеале таким должен быть любой журналист), вам в таком издании будет работать вполне комфортно. Вот где простор для выдумки! Иногда это бывает действительно прикольно!

У нас на телевидении была еженедельная передача. Абсолютно развлекательная, заточенная под продажу рекламного времени. Ох, как мы там развернулись! Развлекались, как умели. Кипятили на костре воду в презервативе, специально искупали мобильник, а потом тестировали разные способы его оживления. Это было время, когда на Ютубе ещё не делали обзоры на всё на свете. Точнее, делали, но это пока не было мейнстримом. Старались от души «сыпануть перцу»! И знаете, что было самым интересным? Ходить по краю! Рассматривать вещи и явления под другим углом. Говорить о том, о чем обычно не говорят. Но при этом не переступать определенную грань, чтобы наш продукт не выглядел пошло и похабно.

Вообще балансировать на грани фола – это то состояние, в котором должен находиться журналист, если он хочет, чтобы его заметили. Здесь я хочу подчеркнуть, что это моё субъективное мнение. Следовать ему не обязательно. Но интересно, чёрт возьми! И вот тут желтая пресса дает необозримые просторы для творчества.

Теперь поясню, почему работать в таблоиде полезно? Просто потому, что начинающий журналист может там набить руку, отточить перо, выпестовать свой неповторимый стиль, свою манеру подачи. И не надо думать, что клеймо «желтого журналиста» потом будет не оттереть. Дескать, таблоидщиков в серьезное издание не возьмут. Ещё как возьмут! У вас есть стиль, вы работаете быстро и не дожидаетесь музу, обросли связями с интересными и полезными людьми, экспертами – что ещё нужно?

А нужно просто работать! Неустанно день за днём работать над собой в первую очередь. И вот об этом будет следующая глава.

Но вот ещё о чём хочется сказать в завершении этой части разговора – о заголовках. Работа в желтой прессе научит оперировать названиями своих материалов. Это к гадалке не ходи! И вот в процессе не стоит расслабляться и думать, что в заглавии можно написать любую ересь, а дальше писать не связанную с ней чушь, лишь бы зацепить читателя. Не зацепите! Все наверняка видят во всемирной паутине громкие новостные заголовки вроде: «Горе в семье Пугачевой!», а дальше о примадонне ни слова, зато пять абзацев про Виагру. (Не реклама!) Уже, однако, и не найти пользователя, который на такие вещи ведётся. Нет, всё должно соответствовать канонам журналистского мастерства.

Напомню: сначала заголовок, затем лид, за ним текст, и обязательно концовка. Вот от этой связки ни в коем случае нельзя отвязывать ни единого ключа!

Пример:

Итак, пишем заголовок. Пусть будет: «Когда заполыхают горы!?»

Далее лид: Фотографы всего мира взволнованы – когда и как в этом году запечатлеть самое яркое природное явление в горах Алтая? И виной тому затяжная осень, бесснежная зима, и резкая теплая весна. А ведь именно эти факторы влияют на то, вовремя ли зацветёт Рододендрон Ледебура. Знаменитый «маральник»!

Ну, и понятое дело сам текст, где описан этот чудный кустарник, лечебные свойства его «двоюродного брата» - багульника, как цветёт, почему, куда ехать, чтобы увидеть и т.д. и т.п. С опорой на мнение эксперта-ботаника, эксперта-географа, какого-нибудь местного жителя и пр. И резюмирующая концовка. А если материал рекламный, то в неё можно впихнуть фотографа или турфирму, которая возит смотреть на цветение.

Ну, а как научиться всё это описывать так, чтобы читатель в вашу газету не только рыбу заворачивал, рассмотрим в следующий раз.

Глава 5. Чукча – не читатель, чукча – писатель!

Этот анекдот, где представитель северного народа приезжает поступать в литературный институт и не может связать и пары слов поскольку ничего в жизни не прочёл, ибо писатель, а не читатель, мы вспоминали каждый раз, как на практику приходили студенты журфака. Или выпускники этого факультета. Не знаю с чем это связано, и чему учили их в вузах, но писать девяносто процентов новоявленных журналистов попросту не умели. Может быть сейчас ситуация изменилась к лучшему. Однако лет десять тому назад это был настоящий бич божий. Доходило до маразма – редакторы не хотели брать на работу, казалось бы, готовых специалистов. На обучение некоторых из них, кстати, государство потратило деньги! То есть студенты учились на бюджете. И я сейчас не склонен обвинять во всём ЕГЭ, мне кажется проблема глубже. Общественное бытие определяет общественное сознание. Это постулат. Зачем читать, если можно посмотреть видосик? Учитывая, что нынче есть очень достойные обучающие ролики, прекрасного качества и содержания. Ну и плюсом – ритм нашей жизни. Стремительный обмен информацией, постоянные перемещения в пространстве, понятное дело, не оставляют ни времени ни, порой, возможности просто сесть и почитать обычную книжку!

Но с этим нужно что-то делать. Что?

У профессиональных актеров и художников есть в обиходе такой термин – «насмотренность». То есть люди специально смотрят, как можно больше фильмов, ходят на выставки (пусть и виртуальные) и прочее, прочее. Это нужно для того, чтобы в сознании сложился определённый алгоритм. Даже, наверное, не в сознании, а в подсознании.

Вот и у нас, специалистов у которых рабочий процесс состоит из постоянного написания текстов, должна быть такая же «начитанность». А для этого, как ни странно, нужно как можно больше читать. Причём читать художественную литературу! И желательно, не Паоло Коэльо, да простят меня его поклонники. И не Харуки Мураками. Его фанаты меня тоже простите.

Я не имею ничего против вышеназванных писателей. Более того, могу навскидку вспомнить ещё с десяток тех, против кого ничего не имею, но которые нам в нашем случае ничем не помогут. Это в первую очередь авторы переведённых текстов. То есть, тут сами авторы-то и не причём! К сожалению, ушла эпоха советских переводчиков. Канула в лету эта школа. То, как переводят сейчас – это не литературная интерпретация. Это подстрочник! Думается мне, что ради экономии, сегодня переводит уже искусственный интеллект. Решил я недавно перечитать трилогию «Властелин Колец» Джона нашего Толкиена. Страниц двадцать я с трудом одолел. Блин, такое ощущение, что писала шестиклассница сочинение на тему, как я провела это лето! Толкиен на минималках – это за гранью добра и зла. А вот в советское время говорили, что Курт Воннегут проигрывает в подлиннике. Одним словом, если уж читать иностранную литературу, то на языке автора. При том условии, если вы им, конечно, владеете. Или пользоваться переводами примерно середины XX века. Тот же шекспировский «Гамлет» - просто прекрасен в переводе Бориса Пастернака!

И так как пишем мы с вами преимущественно на русском языке, то читать нужно само собой отечественных писателей. Классику – без неё никуда! Толстой, Горький, Достоевский, Пушкин, Лермонтов и т.д. – список бесконечен. Из более современных – не раз упоминаемый мной Сергей Довлатов, Игорь Губерман, Михаил Веллер, Дина Рубина. Я тут хочу обратить внимание, что речь именно о их литературном языке, а не о содержании. Содержание пусть останется на совести самих авторов. Ну и конструкция текстов тоже заслуживает внимания. Необходимо присматриваться, как автор строит своё произведение. У нас с вами естественно нет задачи написать «Войну и мир», наши объёмы скромнее, но завязка-кульминация-развязка – от этого канона уходить нельзя! Плюс логические переходы от одного действия к другому. Если научитесь так же, как Фёдор Михайлович перетекать мыслью от персонажа к персонажу – к вашему тексту уже точно никто не сможет придраться!

И обязательно, любому журналисту, пишущему на русском языке, необходимо прочесть Владимира Гиляровского! Мало того, что это настоящий художник в самом широком смысле этого слова, так он ещё и наш с вами коллега. Журналист, пожалуй, самый популярный в начале XX века. Им зачитывались тогда все, кто знал азбуку! Книги советовали друг другу члены правительства. Его уважали даже бандиты с Хитровки! Он знал жизнь – был в разное время военным, пожарным, бурлаком, ловил рыбу, трудился табунщиком, затем стал театральным актером, и в конце концов писателем и журналистом. Судя по всему, богатейший жизненный опыт вкупе с огромным литературным талантом и той самой начитанностью (читал «дядька Гиляй» чуть не с рождения) и сделали его «Королём репортёров»! Так о нём отзывались коллеги.

Я, конечно, не призываю современных журналистов повторить этот непростой путь, но, положа руку на сердце – лишним не будет. Проверено на себе, что называется. В один прекрасный момент жизненные обстоятельства вынудили меня подрабатывать. Днём я бегал по делам газетным, а вечерами занимался всем подряд, что могло принести лишнюю копейку. Материалы в номер писал по ночам. И знаете, именно на этом этапе стал ловить себя на том, что уже не так вымучиваю из себя тексты. Описать человека стало проще – я банально списывал портреты с коллег по «второй» работе. И не исключено, что именно этот момент в жизни послужил толчком к самосовершенствованию.

Но в любом случае без чтения, причём чтения художественной литературы, никак нельзя! Она и только она развивает, так называемую, «функциональную грамотность». А она, в свою очередь, нужна для выполнения широчайшего диапазона жизненных задач в самых различных сферах деятельности. То есть в вашей голове скопится необходимый набор алгоритмов поведения (в том числе и повествования, написания), которые вы будете применять уже не задумываясь! Возьмите за правило прочитывать хотя бы по десять страниц в день. Поставьте цель за месяц одолеть, к примеру, «Братьев Карамазовых» Достоевского. Говорят, что привычка у человека вырабатывается за двадцать один день непрерывного продолжения какого-либо процесса. Вот и поставите эксперимент заодно!

И ещё один важнейший и чисто практический совет – не торопитесь и перечитывайте себя. Я лично делаю так – пишу три-четыре абзаца по десятку, в среднем, предложений, затем возвращаюсь в начало и прочитываю их заново, пишу дальше, и когда текст закончен, на пятнадцать минут откладываю его в сторону и занимаюсь не связанными с написанием делами. Иду ставить чайник, варю кофе, говорю по телефону – чтобы просто забыть, о чем писал. После открываю текст и прохожу его снова. Причем читать нужно непременно вслух! Подробнее мы поговорим об этом в одной из следующих глав.

Глава 6. О планировании. И умении выходить из непростых ситуаций.

Когда ты собираешься на репортаж, неважно, съемка — это будет для ТВ или газетная публикация, на 100% ты можешь быть уверен только в одном – всё пойдёт совсем не так, как задумано!

В этой главе мы поговорим о такой важной составляющей любой профессии – планировании. О подготовке к процессу непосредственного получения информации. И о том, как менять на ходу свои планы, подчиняясь обстоятельствам или подчинять их себе.

Но об о всём по порядку. Допустим редактор на ТВ даёт задание снять сюжет об угрозе паводка. Цель – предупредить население заранее, объяснить «куды бечь» ежели чего. И вот вы прикидываете, что перво-наперво нужны будут общие планы грозящей стихии. Ага, так ведь речь об угрозе! Стало быть, самого паводка ещё нет. Ладно, выясняем какие районы в наибольшей опасности и планируем снять «общаки» там. Без воды, просто укажем, что вот тут она скорее всего поднимется до угрожающего уровня. Крупные планы высокой воды поищем в архиве. Далее нужны синхроны (сиречь короткие интервью) с местным начальником МЧС, обязательно людьми, которые каждый год (пусть через год или два) страдают от паводка, со специалистами Гидрометцентра, и представителем муниципалитета, желательно главой. С последним вы встретитесь вряд ли – это крайне редкое явление, чтобы высшее начальство само давало комментарии. Неплохо выдумать себе «стойку» или stand up – это журналист в кадре подводит к теме или поясняет какие-то моменты и т.д. Чаще всего «стойку» используют если заведомо нет достаточного видеоряда (нечего показывать), а хронометраж нужно выдержать. Либо для украшения сюжета, когда хочется добавить какой-то изюминки. И в контексте данной темы я бы прошёлся в резиновых сапогах по какой-нибудь глубокой луже (благо их у нас в любое время года полным-полно) и сказал что-то вроде: «Представьте, что здесь будет, когда эта лужа станет размером с Байкал!? Берегите себя, будьте бдительны и не рискуйте зря!». А на ближайшем заборе показал бы рукой примерный уровень, до куда вода поднимется. Очень здорово, если и синхрон с руководителем МЧС вы снимете здесь же, на месте. Но это тоже маловероятно. Скорее всего его даст представитель пресслужбы вышеозначенной организации.

Итак, выезжаем на пленэр, предварительно договорившись со всеми, кого планируем снимать, и до кого дозвониться удалось. Прибываем на предполагаемое место разгула стихии и видим, что оно вовсе не потенциальное, а уже вполне реальное! Природа внесла коррективы, и водичка уже бежит себе ручьями и собирается в мини-водоемы. Пригодились запасённые для «стойки» сапоги! Местные жители посильно пытаются справиться с напастью. Им не до вас, поэтому вместо «синхрона» снимаем «живаки» - живые кадры со звуком. Его, скорее всего, придётся «запикивать» или убирать совсем, так как состоять звукоряд будет в основном из регулярных выражений, которые в СМИ не употребляются.

Тут же становится понятно, почему не взяли трубку спасатели – все уже были на оперативном совещании! Решаем их дождаться на месте. И вот вдали на дороге показывается небольшая колонна автомобилей. Даём знак оператору их подснять. Повезло – берем комментарий у представителя МЧС, тут же участковый ходит – вылавливаем и его! После чего делаем «стойку», всё в тех же сапогах, и лужу искать не надо – она нас нашла сама, и не только нас. Говорим что-нибудь вроде: «Если у вас в багажнике автомобиля лежали резиновые сапоги, то вам очень повезло! Не спешите от них избавляться. Природа в наших краях непредсказуема! Кстати, о предсказателях, а что нам по поводу разгулявшейся стихии скажет родной Гидрометцентр!?». Оператор не забывает снимать всё, что происходит вокруг. Нам остается посетить метеорологов, а по пути (если по пути) заехать в Администрацию и взять синхроны и там, и там.

Из набранного материала мы можем уже скомпоновать неплохой материал. Написать основной текст и вставить там, где нужно стойку и синхроны. Обязательно резюмировать в конце - сделать логический вывод, кого-то похвалить, а кого и поругать. Но выполнили ли мы задание редакции? Формально – нет! Однако если есть, что вставить в выпуск новостей, это не страшно. В конце концов это специалисты должны были спрогнозировать ситуацию, а мы с вами поступили, как и полагается репортеру. Пришли, увидели, и написали/сняли! Газетный материал отличаться будет не сильно. То есть, принцип действий тот же, только вам это нужно ещё и литературно преподать.

К чему мы сейчас это разбирали? Да затем, чтобы было понятно – практически все ваши материалы, это цепочка обстоятельств. Они обязательно будут меняться независимо от ваших планов и ожиданий, но вы от них будете зависеть целиком и полностью. Соответственно тут требуется определённая гибкость, быстрота реакции, способность на ходу менять свои планы, умение договариваться, и стрессоустойчивость.

Ну, вот, к примеру, вы находитесь в самой гуще событий какого-либо мероприятия, и необходимо взять комментарий некого должностного лица. Лицо — это важное и жутко занятое, и у многих начинающих журналистов возникает ощущение, что своей просьбой он отвлечёт респондента. Да, неминуемо отвлечёт! Но смущать это не должно! Запомните, он выполняет свою задачу, вы – свою. Вы с ним оба на работе! Большинство, кстати, это прекрасно понимает. Особенно из тех специалистов и экспертов, которые часто дают комментарии. Просто не обращайте внимания на его недовольное лицо. Сделайте вид, что тоже сильно заняты, вам ещё с десяток людей нужно опросить (что, часто правда), действуйте деловито, без пауз. Это должно быть взаимодействие двух специалистов в своих областях. Вплоть до: «Встаньте так, руку сюда, плечи распрямить и опустить, говорить внятно». Точно так же, если звоните какому-то эксперту и договаривайтесь о встрече, ни в коем случае не начинайте разговор с фразы: «Вас беспокоит…»! Никто не любит, когда его беспокоят (вы в том числе), и отсюда уже может начаться негатив. Который потом выльется в какую-нибудь неприятность, помяните моё слово.

И ещё один немаловажный аспект – если вы репортер начинающий, то часто не знаете должность и ФИО респондента. Да даже если и не новичок, вы не можете знать всех людей на планете. Не стесняйтесь просить в самом начале на камеру/диктофон представиться и назвать должность. Вам его потом подписывать в титрах. А вот звонить уже постфактум человеку на работу, выяснять, как его зовут и т.д. – это уже недопустимо. Вот тут вы его и в самом деле отвлекаете. А ошибка в титре – это натуральный залёт! По этой же самой причине необходимо контролировать работу видеомонтажеров и верстальщиков. Они-то как раз не обязаны никого знать. Им что дали, то они и вставили. А работают они с компьютерной техникой, с программами, в которых может что-то слететь, к примеру. То есть сработает даже не человеческий фактор, а объективные вроде обстоятельства, но виноваты будете вы! Так как именно вы, и никто иной, несете ответственность за свой материал. Потому, обязательно просматривайте титры в видеоролике и вычитывайте газетную вёрстку. Это занимает не так много времени, а нервов, и возможно денег, поможет сэкономить.

Резюмируем – мы специалисты, у нас есть планы и имеются независимо от нас входящие обстоятельства. Коррелировать их вместе – это необходимейший навык для репортера! Не менее важный, чем умение красиво и «вкусно» подать информацию. Мы деловитые, уверенные в себе и своем деле, в необходимости этого дела, и жутко стрессоустойчивые. Нас не напугать, не смутить, и не сбить с панталыку. Мы живём вне времени и пространства, но умеем контролировать и то, и другое.

Глава 7 ПЖ. Пиши – сокращай. Чушь!

Скажем прямо – название главы, как пишут в соцсетях, для привлечения внимания. Конечно, в книге Ильяхова есть рациональное зерно. Но, хотя он и говорит в предисловии, что она подойдёт и профессиональным писателям и простым офисным работникам для составления текстов, вот тут – нет, не соглашусь! Она именно для тех, чьим ремеслом писательство не является. Да, для менеджеров, секретарей и т.д. подойдёт идеально. Однако эта книга не учит для журналиста главному – она не учит писать! С её помощью не выработать уникальный журналистский стиль, не обнаружить «своё перо».

Чего, вы спросите, он привязался к этой книжке? Завидует, поди!? Завидую, само собой! Я вообще по белому завидую всем, кто смог своим трудом достигнуть приличных высот. Но тут случай иной. В какой-то момент своей репортерской деятельности, все журналисты задаются вопросом, а не отправить ли всё к чёрту, и не уйти ли на фриланс!? Тут стоит отметить, что наша профессия – не из легких. Устаешь и физически, и морально. И вообще сидеть на одном месте для корреспондента, скорее «баг, но не фича». Нет, я знавал нескольких «мастодонтов» с единственной записью в трудовой книжке: «Газета «Путиловский рабочий», корреспондент». С нею они и на пенсию уходили, и будучи уже на заслуженном отдыхе, каждое утро бежали в родную редакцию. Сила привычки. Но повторюсь, это скорее исключение из правила. Для журналиста свойственно искать, в том числе и место работы, которое даёт больше перспектив. Финансовых или творческих. Впрочем, эта характеристика подойдёт многим профессиям. Но репортеры пробуют себя в разных сферах, ищут путь, по которому идти интереснее. Кому-то в итоге становится ближе радио, кто-то предпочитает бешенный темп телевидения, для некоторых журнально-газетная деятельность остаётся идеалом навсегда.

Но, мы отвлеклись, так вот когда я попробовал себя в фрилансе, то столкнулся с интересным явлением. В превалирующем большинстве объявлений на биржах появилась оговорочка: «Пишем по Ильяхову». А тексты с этих бирж чаще всего идут на сайты, они публикуются в интернете. После чего ты лезешь на страницы по укладке кирпича и, к примеру, вскапыванию грядок – а статьи там, как под копирку! То есть, они о разном, конечно, но написаны словно искусственным интеллектом. Если бы не масса ошибок, чаще всего стилистических, и повальное отсутствие логики, то я бы и поверил, что работает ИИ. Его ведь и вправду используют, чего уж там.

Нет, для профессиональной журналистской деятельности такие пособия не подходят. Надо учиться писать самостоятельно.

Мы уже говорили в предыдущих главах о разных сторонах этого вопроса. Теперь пришла пора свести всё к общему знаменателю.

Итак, принимаемся за статью. Как вы наверняка помните, первым делом – заголовок. В нём должна быть заключена основная мысль, которая рефреном пройдёт по всему тексту. Название статьи – есть начало, первооснова и корень, из которого будут расти стволы абзацев, от них ветки предложений, которые распустятся листочками и цветами эпитетов и метафор. Вот так поэтично, да!

Следом пишем лид. Он раскрывает смысл заголовка. Если хотите, расшифровывает его, но кратко, тезисно. Из лида можно «выжать» заголовок, если как следует надавить. Но есть у него и вторая функция – он готовит читателя к тому, что предстоит из статьи узнать. Имейте ввиду, что конструкция текста для телевизионного ролика (к примеру новости) ничем не отличается от газетной статьи. И грамотный лид очень облегчает работу ведущему эфира новостей. Именно текст лида ведущий озвучивает непосредственно перед материалом – посмотрите новости на ТВ, и всё станет понятно. Ну, и эта часть вашего текста определяет, будет ли читатель/зритель продолжать просмотр/чтение.

Далее завязка. Тут должна быть интрига, потребителя контента нужно увлечь, закружить в водовороте событий. Так вот здесь, я считаю, жалеть эпитетов, гипербол и метафор ни в коем случае нельзя! Чему нас учат коучи и гуру написания текстов своим «пиши – сокращай»? Тому, что нужно сначала создать некую конструкцию из слов и предложений, а затем «отжать» из полученного «всю воду». Дескать сухой остаток – это и есть ваша мысль, изложенная наиболее ёмко и понятно. Ну, если вы пишите деловое письмо директору какого-либо предприятия, то да, рассказывать ему попутно о погоде за окном – пожалуй, не стоит. Однако, если вы занимаетесь публицистикой, то есть создаете некий литературный продукт для широкого потребителя, для публики, написав текст «без воды», добьётесь того, что в него можно будет только рыбу заворачивать.

Кульминация – вот в ней сермяжная правда нашей профессии! Здесь мы и занимаемся тем самым поиском смысла, предлагаем идеи, раскрываем карты, выводим героев и клеймим негодяев. И вот какой интересный момент – кульминация при этом может быть весьма краткой. Она может занять процентов пятнадцать всего материала. Но это должна быть бомба! Причём, если в газетной статье вы можете пуститься в пространные размышления, привести исторические аналогии, процитировать классиков и т.д., то в теле-материале вам всё то же самое придётся делать с использованием медиа-приемов. Все «синхроны» и «стойки» должны раскрыть ту же суть, что в печатном формате вы бы описывали словами. Хорошо, если у вас имеется очень динамичный видеоряд. Под него, конечно, можно подложить «начитку». Текст, коррелирующий с видеорядом, ваш голос на заднем плане. Но это, к сожалению, не самый распространённый случай. В этом и простота и сложность телевизионной журналистики. С одной стороны, можно наснимать много всего, с другой – как правило, снимать-то и нечего. А картинка готового ролика должна постоянно меняться! Есть даже определённый канон – говорящий в кадре человек, должен это делать секунд двадцать-тридцать. Не дольше! Иначе зрителю станет скучно. Здесь работает тот же принцип, что и на письме. Мозг среднестатистического человека устроен так, что он стойко воспринимает предложение из не более, чем семи слов. Потом нить теряется. И вот в этот кусочек вашего повествования необходимо каким-то волшебным образом впихнуть пресловутую вовлечённость! Потребитель контента должен не только понять о чём речь, но и стать соучастником события либо явления. Мы об этом уже говорили в одной из предыдущих глав. Также в одном из разделов мы обсуждали, что журналист – продавец информации. Вот здесь та самая продажа и осуществляется!

И в завершении – концовка. Где необходимо собрать все мысли в единое логичное целое. Подвести черту, так сказать. Необходимо сделать выводы и отправить какой-то посыл зрителю/читателю. Будет ли это дежурное «Следите за эфиром» или обещание разобраться в проблеме глубже – не так важно. Главное, создать задел на to be continued. Чтобы вас и дальше продолжали читать, смотреть, и слушать.

Но самое главное, как бы вы не овладели мастерством создания текстовых конструкций, без наполнения все труды останутся бесплодными. А наполнение – это что? А это ваш литературный слог, стиль, талант публициста. Есть расхожее мнение, что научить писать нельзя. Наверное, это отчасти правда. Но вот научиться – вполне возможно. Для чего, как мы уже проговаривали, необходимо много читать. И присматриваться к коллегам. Ведь у каждого со временем появляются излюбленные приёмы, и стащить один из них себе в копилку вовсе не зазорно. Избегайте тавтологии, используйте как можно больше синонимов, метафор, гипербол и прочее, прочее. Сергей Довлатов не начинал ни одно предложение в абзаце с одинаковых слов.

Я лично пользовался и пользуюсь таким тренажёром – ни одно слово в предложении не должно начинаться с одной и той же буквы. А ещё очень хорошо тренирует и язык, и голову в целом, сочинение хокку. Японских трехстиший, где первый и третий стих пятисложные, а второй состоит из семи слогов. Само собой на уровне Мацуо Басё мы с вами хокку писать не сможем, но пробовать описывать, к примеру, происходящее за окном – вполне.

И под завязку – не стесняйтесь креативить! Выдумывайте, экспериментируйте, устраивайте с коллегами мозговые штурмы. Когда я только начинал работать на ТВ, у нас был коллега, которому постоянно приходилось ездить на заседания городской Думы. Более унылое явление придумать сложно! Но он вывернулся. Зная, какой вопрос будут обсуждать, он делал «стойку» возле двери в зал заседаний и с таинственным и торжественным видом презентовал собрание. Что-то вроде: «Прямо сейчас за этими дверями решается, быть ли повышению коммунальных тарифов. Заглянем внутрь!?». Или, сидя на качелях детской площадки вещал: «Сегодня на заседании Думы народным избранникам наглядно представят новый проект детских площадок. Присоединимся?!». И всё в таком духе. Мелочь, казалось бы, а настроение создавалось и возникал интерес у зрителя. Надо ли говорить, что сейчас этот без преувеличения талантливый репортёр трудится на одном из федеральных телеканалов в Москве!?

Глава 8. Джинса!

Я всю свою журналистскую карьеру считал себя человеком не эфирным. Неоднократно пробовался на ТВ и радио, но всякий раз что-то мешало. На телеке меня смущал темп, а для радио мой голос был «не поставленным». Точнее, я просто не умел им пользоваться. Для телевидения, видимо, был слишком ленив. Потому и решил покорять газетные и журнальные полосы. И много лет успешно этим занимался. Всё-таки, когда вёрстка раз в неделю, или ещё круче, в месяц – это настраивает на неспешный лад и ритм жизни. Платили в печатных СМИ тогда неплохо, можно было параллельно ещё что-нибудь делать. Но в какой-то момент мы все вырастаем из старых штанов, меняются жизненные обстоятельства, которые меняют и нас.

Вот так и со мной – захотелось чего-то большего, потребовалось больше зарабатывать. И тогда я ушёл на фриланс. Попробовал поработать на биржах копирайта, но быстро понял – не моё! А тут знакомый предприниматель попросил написать рекламную статью о его бизнесе, но как бы завуалированно. Вроде как публицистика, но рефреном должна была проходить мысль о том, что вот он и его сотрудники в этом деле ну просто фантастические специалисты. Мне задача очень понравилась, и я засучил рукава! Написал, получил хорошую денежку, а главное – меня увлек процесс. Мне это было в новинку, появился даже азарт какой-то. И так я стал предлагать свои услуги в частном порядке коммерческим предприятиям. Находил клиентов, создавал материалы, иногда даже не для публикации, а для внутреннего использования в буклетах и т.д. Короче говоря, я понял, что рекламная, коммерческая журналистика вполне может быть моим хлебом.

Но тенденции постоянно меняются, печатные СМИ на какой-то момент стали сдавать позиции, доходы упали. Пришло время снова, как сейчас говорят, работать по найму. На местном ТВ тогда открылась вакансия менеджера по рекламе, и я отправил резюме. Меня пригласили на собеседование, которое я успешно прошёл. Выхожу в первый день на работу, а коммерческий директор мне и говорит: «Тут у нас редактор в коммерческом отделе ушёл на больничный, оставшийся специалист не справляется в одиночку, попробуешь?». И я попробовал! Так и стал эфирным человеком. Создавать рекламные материалы для телевидения было ещё интереснее. Втянулся, одним словом.

Наверное, понятно, что в этом разделе говорить мы будем о коммерческой стороне репортерской деятельности. О рекламной журналистике, и некоторых приемах, которые в ней применяются.

Итак, коммерческий отдел любой редакции – неотъемлемая деталь рабочего процесса. Как-то я уже оговаривался, что СМИ само по себе – предприятие чаще всего убыточное. Реже уходящее «в ноль», и крайне неравномерно приносящее ощутимую прибыль собственнику. В следующей главе мы поговорим об этом подробнее. Но менеджеры по рекламе приносят в редакцию операционную прибыль, без которой тоже нельзя. В газетах и журналах они чаще всего занимаются размещением на полосах издания рекламных макетов и баннеров, иногда рекламные статьи. Бывает, что текст предоставляет рекламодатель, но нередко его заказывают и у журналистов. В изданиях покруче есть специальный корреспондент, который закреплен за коммерческим отделом, и занимается только рекламными статьями, слоганами и т.д. Но такое явление встречается всё реже. А вот на телевидении наоборот не принято отвлекать новостников от их первостепенных задач какой-то там рекламой.

Чуть подробнее разберём, какие виды рекламы бывают в СМИ. Мы тут не трогаем размещение баннеров и роликов в эфирном времени и на страницах печатных изданий. Это понятно и так, и к нашей репортерской деятельности не имеет практически никакого отношения. За небольшим исключением, о котором чуть ниже.

Итак. Джинса – что это? На сленге журналистов под это понятие попадает в общем вся контекстная реклама. Однако чаще всего так называют якобы новостной материал, который и информационный повод имеет, но с целью привлечь внимание к какому-то продукту либо бренду. Пример чистой джинсы – это новость об открытии в городе, к примеру, нового завода светопрозрачных конструкций. Казалось бы, и новость – открылся завод, а это значит, появятся новые рабочие места, в казну пойдёт больше налогов, пластиковые окна для населения станут дешевле и т.д. и т.п. Но задача этого материала – конкретная финансовая прибыль собственника данного предприятия. Точно так же и на первой полосе печатного издания может появится текст новости, которая вас приведёт прямиком в магазин. Это выгодно и тем и другим. Новости смотрят практически все, а значит рекламу увидит максимальное количество потребителей. Рекламное время в новостном блоке – самое дорогое. Следовательно СМИ заработает больше. И с печатью та же петрушка. Даже если газету и не прочтут целиком, то первая полоса – она просто перед глазами.

Второй вариант – имиджевые статьи и ролики. Они могут размещаться не обязательно в прайм-тайм и на заглавных страницах журналов. Но чаще всего это отдельно выделенный блок, и такие материалы идут циклами, как правило. Тут может быть по-разному. Либо это будут ролики/статьи непосредственно о каком-либо предприятии, но в контексте, к примеру, его общественной, а не профессиональной деятельности. Дескать, как это сейчас модно говорить, социально ориентированный бизнес. Либо абсолютно публицистические, возможно даже прикладные материалы, однако красной нитью через них будет проходить незатейливая мысль, мол, сотрудники ООО «Рога и копыта» в этом деле мега-профессионалы.

Случается, что джинса и имиджевая реклама «сливаются в экстазе». Это бывает, когда, к примеру некий банк берет шефство над детским домом. И съемочная ездит с ним в этот детдом на все праздники и прочее. И такой ролик обязательно пойдёт в новостях.

Вообще, в последнее время крайне редко встречаются материалы, где будет просто описан некий продукт или предприятие, его преимущества и прочее. Рекламы сейчас повсюду такое количество, что потребитель уже не реагирует на 90% всех PR-материалов. Потому контекстная реклама, нативные тексты и видео выходят на первый план. И если раньше эти два понятия различались довольно сильно, то сейчас уже практически стали одним целым. Контекстная реклама может быть нативной, и наоборот. Просто контекстная реклама бьёт в тексте чаще всего, по ключевым словам, хотя и не всегда. А нативная – это обычно размещение некого PR-материала на тематической площадке.

Пример контекстной рекламы – это размещение баннера туристических товаров или страховой компании в статье об иксодовых клещах. Нативной будет - размещение этого же материала в тематическом сообществе в некой соцсети с пометкой, что неплохо бы страховаться от укуса или носить соответствующую одежду и обувь.

В своё время, когда я ещё только начинал работать в газете, менеджеры по рекламе просили написать статью на конкретную тему, чтобы на этой же полосе красовался макет предприятия сходного по тематике с текстом. Это было, кстати, гораздо интереснее, чем писать о прорыве канализации.

Отдельная песня – создание чисто рекламных роликов. Это настоящий творческий полёт! Ты пишешь сценарий, смотришь площадку, делаешь раскадровку, придумываешь фишечки какие-то. И тут есть такой подводный камень – часто рекламодатель заказ даёт сразу нескольким телеканалам. А потом выбирает наиболее для себя пригодный. Здесь имеет смысл написать три разных сценария. Просто чтобы заказчик выбирал не из тебя и конкурента, а из тебя и тебя! Это работает в 99% случаев! Проверено на себе.

И очень важный момент – рекламный текст по структуре ничем не отличается от любой статьи! Заголовок, лид, завязка, кульминация, логический итог. Но в данном случае, чем название провокационнее (в хорошем смысле), тем лучше! Его задача зацепить, и уже не отпускать. Рекламную статью читатель должен проглотить на одном дыхании, как голливудский блокбастер. Проблема часто в том, что на бестселлер там материала не наберешь. Но надо! Я нередко использую такую технологию – заявляю некий безумный тезис, а потом его в статье опровергаю. Или беру за основу неочевидный факт, и раскручиваю нитку сюжета от него. Неплохо ближе к окончанию материала вставить что-то такое, что потом можно безболезненно убрать. Это отвлечёт клиента, заставит его не копаться в тексте и придираться к каждому слову. Не забывайте, что он эксперт в своём деле, а вы – нет!

Этот приём, говорят, использовал режиссер известного советского фильма «Бриллиантовая рука» Леонид Гайдай. Понимая, что киноленту на худсовете будут разбирать по косточкам, он в финал поставил кадры с хроникой ядерного взрыва! Само собой, этот кусок приказали немедленно убрать. Но комиссия была так ошарашена, что на большинство тонких моментов просто не обратила внимания. Не исключено, что это актерская байка, но технология вполне рабочая.

И ещё – в рекламных материалах читателю/зрителю необходимо всё тщательно разжёвывать! Чем меньше технологических терминов специфических для конкретной тематики – тем лучше! Надежнее заменить такой термин парой предложений, объясняющих его «на пальцах». К примеру, не говорить, что качество фото будет не менее 600 dpi, а заверить, что цвет на снимке будет такой же, как у вас перед глазами.

А ещё придётся научиться отстаивать свои произведения. Каждая сдача материала – как защита курсовой! Но тут уже всё зависит от степени вашей убедительности. Заранее придумывайте доводы, ищите аргументы, подберите надежные факты в интернете, что ли. У меня был такой случай – заказали статью о ресторане корейской кухни. Она называлась «Русский с корейцем – братья навек», а начиналась так: «Говорят, корейцы едят собак, так вот – это правда!». Сначала была фраппирована моя менеджер по рекламе – она ни в какую не хотела нести этот материал клиенту. Потом я много нового о себе узнал от самого ресторатора. Неделю бились, но удалось убедить. Статья выстрелила! А знаете почему? Был соблюден основной принцип рекламы – привлечь внимание! Дальше по тексту я первоначальную сентенцию объяснял, и в самом конце давал понять, что тут, у нас, вас несчастными чау-чау не накормят. Потому, что русские с корейцами, хоть и «братья навек», но все прекрасно понимают, что существует разница культур. В том числе и в диетических пристрастиях, и что корейцу хорошо, то русскому, не очень, мягко говоря.

Резюмируя, коммерческая журналистика – это отдельный пласт репортерской деятельности, подходит не всем, но имеет право на существование. Создание рекламных материалов – процесс интересный, креативный, и… денежный! Будучи редактором коммерческого отдела на ТВ, я зарабатывал примерно вдвое больше, чем шеф-редактор «новостей».

Глава 9. Независимые журналисты – миф или реальность?

Довольно часто на ТВ или в крупных газетах и уважаемых журналах можно увидеть такую пометку «независимое расследование». Как указатель на то, что СМИ, которое его проводит, дескать, тоже всё из себя независимое. Ни по чьей указке не работает. И вообще делает это всё исключительно из любви к правде!

Так вот, это – чушь! Полностью свободных средств массовой информации не бывает! И это никакой не заговор, не собрались все злодеи и не поделили между собой газеты и телевизор. Это объективная реальность, в основе которой лежит экономический базис. Всегда.

Начнём с того, что задачей любого СМИ является доставка информации до широких народных масс. Всё, казалось бы, логично и правильно. Но ведь должны же кроме задач быть и какие-то цели. А вот цель здесь такая – агитация и пропаганда! Тех идей и мыслей, которые до ширнармасс хотят донести собственники конкретного издания или телеканала. Слово «собственник» тут ключевое. В Советском Союзе все газеты, журналы, и само собой ТВ и радио находились в общественной собственности. Проще говоря, были государственными. Хотя это не всегда одно и тоже, но сейчас разговор не об этом. Как ни парадоксально, но в «тоталитарном» СССР свободы в прессе зачастую было больше, чем в современных демократических изданиях. Нередко можно было прочесть, что коллектив некого цеха какого-нибудь завода критикует мастера этого самого цеха за самоуправство. Трудящимся не нравилось поведение начальника, они обращались в газету, и репортер шёл на завод и разбирался, и писал. Потому, что народ (ключевое) был коллективным собственником как газеты, так и завода. Понятна моя мысль о свободной журналистике? Кто хозяин, тот и заказывает музыку, «кто девушку ужинает, тот её и танцует», как говорилось в старом анекдоте.

Да, иногда на последней полосе газеты в так называемом «подвале» можно увидеть милую надпись: «Учредитель – совет редакции». Дескать мы тут собрались коллективом репортёров, выбрали себе демократическим путём редактора, и пишем, чего захотим. Но в большинстве случаев эта надпись для отвода глаз. Поскольку возникает закономерный вопрос, а кто вам денег дал на печать, например? На компьютеры? Помещение редакции вы снимаете вскладчину? Ну, ок! Допустим, что можно скинуться на все товароматериальные ценности, ноутбуки принести из дома и работать, работать! Однако тут внимательного читателя должен смутить тираж. Он обязательно прописан тут же, «в подвале». И если тираж в данном случае зашкаливает хотя бы за тысячу экземпляров – всё остальное фикция. Просто потому, что по закону о СМИ если количество экземпляров больше 999, то учредителем должен быть как минимум индивидуальный предприниматель. И тут либо тираж занижен сознательно, а на самом деле он больше, либо наоборот указана цифра немыслимая, а в реальности он до пятисот экземпляров не дотягивает.

В первом случае издание явно преследует политические цели, газета просуществует месяц-два, как агитационный листок на время предвыборной кампании. Причём, там порой могут быть весьма полезные чисто в бытовом плане статьи прикладного характера. Вроде, «Как правильно обрезать плодовые деревья», всё равно рефреном будет проходить мысль – голосуйте за Иван Иваныча!

Во втором – это листок рекламный! И тираж должен быть интересен потенциальным рекламодателям. Долго такие печатные СМИ, как правило, тоже не протягивают. Но иногда на волне новизны успевают за пару месяцев собрать денег на честный приличный тираж, и уже с этого стартуют. Какое-то время можно собирать неплохую аудиторию и вещать, что вздумается. Но как только станете заметными (а в этом смысл затеи), либо ваши идеи и мысли пойдут в разрез с парадигмой власти, либо придёт «денежный мешок» и сделает предложение, от которого сложно отказаться. И в том, и в другом случае со свободой можно попрощаться. Причём, иной раз и в прямом смысле слова.

Однако чаще всего собственниками городских многотиражек являются крупные предприниматели, находящиеся в тесном сотрудничестве с местной администрацией. Либо наоборот, находятся с ней в жёсткой оппозиции. В обоих случаях цели политические, только вы либо пиарите власть, либо её критикуете. Причём, в зависимости от смены интересов хозяина, вектор может поменяться. У коммерсанта могут вдруг появиться интересы, лежащие в одной плоскости с городской управой, и они с мэром – подружатся!

Во всех приведенных случаях, работать в таких изданиях можно и нужно. Особенно, если вы корреспондент начинающий. Опять же ради того, чтобы набить руку и создать себе имя, засветиться. Спустя пару-тройку лет вы уже сами сможете выбирать с каким изданием сотрудничать.

Про телевидение и говорить нечего. Это удовольствие настолько дорогое, что окупить его рекламой получится приблизительно никогда! Слишком несопоставимы стоимость эфирного времени и затраты на всю огромную кухню. Да и с победным шествием интернета по планете смысл рекламы на ТВ несколько пропал. Точнее телевизионная реклама стала более статусной, что ли. Стоимость эфирного времени никуда не делась, и стала даже выше, а вот аудиторию телевизор неуклонно теряет. И опять же мы приходим к тому, что нужен он больше для агитации и пропаганды. Сиречь политики. И тут действует та же схема, что и в печатных СМИ. Кому канал принадлежит, того и хвалит. Так что всей правды вы с экрана не увидите. Поскольку правда у каждого своя, а объективна только истина, основным критерием которой является общественная практика. Выходит, что о независимости ТВ тоже можно только грезить.

Ну, а с появлением таких монстров как Ютуб и другие крупные видеохостинги, печатные СМИ и телевидение и вовсе отошли на второй план. А точнее, завели себе онлайн-зеркала. Когда краеугольным камнем является информация, скорость её обмена становится ключевым параметром.

И вот тут может ввести в заблуждение якобы свобода интернета. Да, затраты не идут ни в какое сравнение с теми деньгами, что вы потратите на газету или журнал, не говоря уже о телерадиокомпании. Канал на Ютубе создается за секунды, как и тематические сообщества в социальных сетях. Но это хорошо только если вы собираетесь вещать на аудиторию человек в триста.

Во-первых, эту самую аудиторию ещё нужно собрать. И тут включается понятие публичного и непубличного контента. Как правило, то, что интересно вам, совсем не априори зацепит кого-то ещё. Или заинтересует очень ограниченное число потребителей контента. Такой вид репортерской деятельности, конечно, имеет право на жизнь, но только лишь в плане хобби. Заработать на жизнь им вряд ли получится. Вот тут вы в принципе будете более-менее свободными, только какой в этом всём смысл? Повторюсь - только хобби!

Можно, конечно, заняться «скандалами, интригами, расследованиями», таким образом создавая уже вполне себе контент публичный. Но опять же без вливания определенных средств не обойтись. А где их взять? У спонсоров и партнёров! Однако, как только вы возьмёте хоть копейку – считайте, что с независимостью покончено.

Другой вопрос – может ли независимым быть сам репортёр, как творческая единица? Мы уже разобрались, что «кто девушку ужинает, тот её и танцует». Потому, конечно, совсем независимым журналист быть не сможет. Вы будете получать зарплату в редакции, а значит выполнять её задания. Какие-то вам понравятся, некоторые – нет. Но здесь хотя бы есть свобода выбора самой редакции. Ну, не любите вы политику – пишите про шоу-бизнес, искусство, природу, да хоть про тонкие миры! Или про политику, если она вам нравится. Тем и хороша профессия – огромным количеством альтернатив. Однако, для того чтобы профессия вас кормила, необходимо стать специалистом высочайшего уровня! А для этого нужно учиться, учиться, и ещё раз учиться. Как завещал Владимир Ильич! И вот об этом-то мы и поговорим в завершающей главе.

Глава 10. Судьба журналиста.

Куда пойти учиться? А потом работать? Если ты решил связать свою жизнь с журналистикой. И надо ли изучать тот предмет, который ты хочешь сделать частью своего бытия? Ответ на последний вопрос, казалось бы, очевиден. Да и на первые два тоже. Но так ли всё просто? Попробуем разобраться!

Итак, в школе вы писали сочинения на пять, любили литературу, историю и прочие гуманитарные науки. Короче говоря, не технарь! Но к языкам способности средние, учить и тем более лечить не охота, филология – вообще что-то непонятное. Остаётся журналистика! Это шутка, само собой - путей в жизни много. И работа в СМИ вполне может стать одним из них. И безусловно учиться этому ремеслу необходимо. Но сдается мне, что лучше это образование получать, что называется, «у станка». На практике, то бишь. Уже говорил, что приходящие на практику студенты журфаков или выпускники оных зачастую вызывали у нас нервный смех. Тут необходимо оговориться - дело было, не исключено, что в самих людях. Я никогда не учился журналистике в ВУЗе, и скорее всего там дают неплохую базу. Однако практически все репортёры, кого я знаю, и кто достиг определенных вершин, не имели высшего именно журналистского образования.

Сдается мне, что само по себе обучение теории репортерского дела зачастую забивает голову будущего корреспондента догмами. От которых потом очень непросто избавиться. Неоднократно ребята после журфака говорили: «А нас вот учили делать так и так, почему вы говорите, что это неправильно!?». Да почему же сразу неправильно? Правильно. Только скучно и не интересно! Как говорит молодёжь, «грустно и не вкусно». А должно быть – вкусно! Это как с шашлыком – все маринуют мясо по-своему, но главное-то результат! Будут его гости есть с удовольствием, или он годится только на закуску.

Большинство из известных мне журналистов попали в профессию случайно. Собственно, как и я сам. Правда, чего греха таить, у меня-то с детства были мечты о репортерской карьере. Ну, это если вдруг не получится стать великим путешественником. А ещё врачом, художником, писателем и т.д. Что самое интересное, профессия корреспондента объединила если не все эти специальности, то превалирующую часть из них.

Был у нас на ТВ такой случай – брали мы комментарий у одного инженера с завода. Так он так органично вёл себя в кадре, что мы, в шутку, конечно, говорим, мол, вам бы к нам бы! А он такой: «Да я с радостью!». Ради эксперимента попробовали вести с ним рубрику про технические новинки в развлекательном проекте. У него так попёрло, что через полгода он стал ведущим новостных программ! И много лет потом провёл в эфире.

А теперь давайте возьмём за основу, что вы все-таки окончили факультет журналистики. Может быть даже с красным дипломом. И что теперь? Куда идти работать?

Вы, как человек сознательный, прекрасно понимаете, что без опыта вас с руками оторвут далеко не в каждой редакции. А значит, этот самый опыт необходимо где-то получить. Где? Есть несколько вариантов, и о них мы уже говорили ранее. Тут многое зависит от вашего темперамента.

Если вам по душе бешенный ритм жизни, а пишите вы легко и непринуждённо, тогда прямая дорога на ТВ! В новостной редакции именно такие люди и требуются. Тексты на телеке приходится писать обычно недлинные, задания даёт шеф-редактор. Да плюс с вами всегда в паре работает оператор, а он как правило человек опытный, всех знает через одно рукопожатие, и вас познакомит. Однако здесь требуется умение быстро соображать, легко менять направление, тексты писать «на коленке» пока едешь со съемки. Поскольку обычно день проходит от выезда к выезду, пишешь в перерыве, отсматриваешь снятое вообще непонятно, когда, перед выпуском бегаешь на монтаж проверять титры, обедаешь – никогда! Но всё это безумно интересно! Особенно если тебе лет так 23-25.

Лично я на ТВ попал уже в куда более зрелые годы. Было мне под тридцать. И повезло в том плане, что я стал работать в коммерческом отделе. Там беготни поменьше, но хватает своих заморочек. С моей точки зрения это самый творческий отдел на телевидении. А ещё немаловажный момент – там очень здорово учишься общаться с предпринимателями и руководителями любых уровней. Я, например, быстро понял, что это тоже живые люди, со своими целями и задачами. И вот когда ты это осознаешь, то напрочь исчезает проблема вникнуть в уже их проблемы. А это самый верный способ создать для них действительно «годный контент», как сейчас модно говорить. И вот тут уместно будет дать один совет:

Если кривая репортерской судьбы занесла вас в коммерческий отдел, и вы там сочиняете сценарии для рекламных роликов и т.д., при общении с заказчиком всегда требуйте бриф! И очень четкое техническое задание. Делали мы как-то цикл роликов социальной рекламы для администрации города. На медицинскую тему. Так вот такого бесконечного количества вариантов я не писал просто никогда! ТЗ от горздрава было настолько убогим – моё почтение. Умещалось в одну строчку! Что, конечно, давало простор для творчества, но это по закону диалектики – палка о двух концах. С другой стороны, тоже занимались творчеством, и наши сценарии тасовали, как колоду карт. Извели, одним словом! В итоге наш коммерческий директор говорит: «Потребуйте от них четкий бриф! А мы потом скажем, дескать, ваше пожелание? Ваше! Выполнили? Выполнили! Ваша подпись под брифом? Ваша! Адью!». И правда, как только потребовали бриф, все три ролика были приняты в течение пары часов. Им было просто лень его писать! Надо ли говорить, что после этого случая, бриф я требую всегда!

Радио – тема отдельная! Как ни странно, но его до сих пор слушают. Но на радио требуются скорее не журналистские навыки, а артистизм и умение легко и непринуждённо говорить на любые темы. И казалось бы – чего тут сложного? Мы ведь разговариваем постоянно, для нас это естественно, как дышать. Как бы не так! Мне с раннего детства все говорили, что меня не заткнуть. А как надел наушники и сел за пульт, всё – ступор какой-то! Долго пришлось себя буквально распинывать, заставлять расслабиться, уговаривать, что тебя же никто не видит и т.д. А почему? А потому, что на ТВ, даже когда ты в кадре, это в 90% случаев – запись. А на радио наоборот – ты всё время в эфире! Поэтому приходится непрерывно «фильтровать базар». Короче говоря, более творческую, в смысле полета мысли и оформлении этой мысли в слова сферу журналистики, сложно придумать. Тут и общая эрудиция необходима, кстати. Я так скажу, среди моих друзей – радиоведущих, большинство профессиональные артисты или бывшие КВНщики.

Газетно-журнальный блок репортерской деятельности – сейчас уже, пожалуй, отмирает. Во-первых, развитие широкополосного интернета и появление всё новых девайсов для попадания в оный. Большинство изданий, даже таких монстров, как «Русский репортер», например, перекочевали во всемирную паутину. Безусловно, и там тоже требуются пишущие люди. Но бумажная газета и её же сайт в интернете – совсем не одно и то же. А подчас, как говорят в Одессе, две большие разницы! Хотя бы потому, что в печатных СМИ ритм всё-таки не такой напряжённый. Так как есть дни верстки, а до них материал собирается несколько дней. То есть присутствует некоторая размеренность в работе. А когда у вас интернет-издательство, то скорость обработки информации подчас ещё выше, чем на ТВ.

Во-вторых, люди, что прискорбно, стали куда меньше читать. Увидеть сейчас в метро человека с газетой, или, упаси всевышний, с книгой – нонсенс! Нам теперь подавай картинку на экране смартфона, в лучшем случае инфографику. Недаром ведь даже мем появился в сети: «Многабукаф ниасилил!». А осиливать «многабукаф» просто необходимо! Причём, желательно в формате художественной литературы. Ибо только так развивается функциональная грамотность. Без которой умение читать – просто навык складывать буквы в слова, а из них составлять более сложные формы – предложения. А дальше, о, ужас – цельный текст. Так вот не обладая функциональной грамотностью составить этот самый «о, ужас» не выйдет. А получится лишь набор символов, слабо связанных логически и по смыслу.

И вишенка на торте. Почему-то считается, что вершиной карьеры журналиста является пресс-служба какого-нибудь предприятия или администрации и прочих аппаратов дум разнообразных. Безусловно, в большинстве случаев это очень тёплое место плюс некий статус. И да, я ни разу не видел, чтобы коллеги из пресс-служб сильно перерабатывали. Но в плане творчества – тут сильно большой вопрос! А ведь смыслом нашей жизни, как социального существа, является творческая переработка природной энергии в энергию общественную. Это то, что двигает жизнь в принципе.

А вы ведь хотите двигать жизнь?