Курт: ученик мага

— Вор! Держите вора! — пронёсся над площадью отчаянный крик.

Толпа всколыхнулась. Заохали старухи в цветастых платках, испуганно взвизгнули прогуливавшиеся девушки, грязно выругался пузатый лавочник.

— Держи его! — неслось со всех сторон, сливаясь в единый гул.

Курт бежал, петляя между телегами и прохожими, уворачиваясь от цепких рук торговцев и случайных доброхотов, возжелавших помочь страже. В правой руке он сжимал плотный кошель, только что срезанный у жирного купца, в левой — орудие своего труда - нож.

На бегу мальчик проклинал себя последними словами. Надо же было позариться на этот треклятый кошель! Всего-то пара золотых кругляшей, которые купец так неосторожно тряс у всех на виду. Курт рассчитывал, что толстосум ничего не заметит, но в последний миг купчина развернулся и едва не сцапал воришку за шкирку. Курт вывернулся и бросился прочь.

И вот теперь он мчался, слыша за спиной тяжёлый топот стражников Ардона.

Он молился, чтобы стража сегодня оказалась ленивой, чтобы в трактире старого Бузы пиво было особенно пьяным, чтобы боги смилостивились над его тощей шкурой.

Но то ли пиво было жидковато, то ли стражники попались непьющие — отставать они не собирались.

Курт обливался потом и слезами, сердце колотилось где-то в горле. Наказание за воровство в Вирении было простым и страшным: в первый раз — отрубают правую руку, во второй — голову. Поэтому в Ардоне воров осталось мало. Только самые удачливые и самые отчаянные. Остальные давно кормили червей или просили милостыню на паперти. Курту не хотелось ни того, ни другого.

Топот за спиной нарастал. Мальчик уже готовился к тому, что вот-вот его схватят, как вдруг чья-то рука вцепилась в его рыжие вихры и рванула вверх.

Курт взвыл от боли и ударил ножом наотмашь. Но старик, державший его, с неожиданной ловкостью перехватил мальчишескую кисть и выбил оружие. Курт дёрнулся — хватка была железной.

Подоспели стражники.

— Благодарствуйте, господин маг! — выдохнул один. — Зря вы утруждались, мы бы его и сами взяли. Этого рыжего в толпе за версту видать.

— Ну что, парень, — усмехнулся второй, усатый великан с добрыми глазами, — доворовался? Теперь палач тебе ручонку-то и оттяпает. Что делать будешь?

Из глаз мальчика на пыльную брусчатку закапали крупные слёзы.

— Будет тебе, — проворчал усач. — Слезами тут не поможешь. Закон суров и един для всех.

К месту происшествия подбежал запыхавшийся купец, держась за сердце. Его багровая физиономия лоснилась от пота.

— Попался, ворёнок! — прохрипел он. — Теперь не уйдёшь! Чего ждёте? Тащите его к палачу!

Усатый стражник недовольно зыркнул на толстяка:

— Ты мне тут не командуй, гражданин.

Купец осёкся и замолчал, сверля мальчишку злобными глазками.

А старик, всё ещё державший Курта за волосы, заглянул ему в лицо. Внимательно, с каким-то странным интересом.

— Как звать? — спросил он.

Курт дёрнулся, но хватка была стальной.

— А вам какое дело? — процедил он с ненавистью.

— Отвечай, когда маг спрашивает! — рявкнул стражник.

Курт молчал, буравя старика взглядом. Что-то в глазах мага было неправильное, но что именно — мальчик понять не мог.

— Курт, — наконец выдавил он, когда страж уже замахнулся для затрещины.

— Курт, — повторил маг, пожевав губами. — А лет тебе сколько?

— Восемь.

— Староват, — задумчиво протянул старик и вздохнул. — Ну да ладно, сойдёт.

Он выпрямился и посмотрел на стражников.

— Я, Агапеон Арбесский, забираю этого мальчика в ученики. У него есть задатки.

Повисла тишина. Стражники, купец и сам Курт замерли, переваривая услышанное. Первым опомнился купчина.

— Не позволю! — взревел он. — Он вор! Ему руку отрубить, а лучше сразу голову! Нечего бедноту плодить!

Усатый стражник вновь зыркнул на него:

— Закон тут я. Успокойтесь, гражданин.

Потом перевёл взгляд на мальчика:

— Тебе, Курт, повезло. Мало кому такой шанс выпадает. Пообещай, что больше не будешь воровать и станешь прилежно учиться у господина мага — и я тебя отпущу.

В зелёных глазах мальчика загорелся огонёк надежды. Он переводил взгляд со стражника на старика и обратно. Хватка мага ослабла, но Курт не убегал.

— Вы… вы правда хотите взять меня в ученики? — наконец выдохнул он.

Агапеон хмыкнул с сомнением, и мальчик, заметив это, радостно подпрыгнул:

— Я согласен! Я больше никогда в жизни воровать не буду! Честно-честно!

— Хорошо, ученик, — кивнул маг. — А теперь урок первый: никогда не поднимай руку на учителя.