Квантовая муха

Посреди проспекта рука одного мужчины попала в дождеприёмник. Собралась кучка любопытных людей, каждый из которых старался дать дельный совет.

Я, Мак, прогуливался налегке и примкнул к данным событиям.

- Нечего было совать руки, куда попало, - говорил один задумчивый пожилой человек, видимо, находящийся в скверном настроении и до того, и не пытавшийся ничего в том положении изменить. Он то и дело отталкивал всякую чужую помощь бедняге вытянуть руку из чугунной западни. Его, кажется, все это даже забавляло.

- Вам, наверное, больно? – Интересовалась одна из женщин с огромным фирменным пакетом. Она заглянула в пакет, схватив его за длинные верёвочные ручки, ища что-то в помощь, но ничего не найдя, затворила, озабоченно вздохнув. С ней первой из толпы мы встретились глазами. Обращаясь ко мне, она тихо проговорила:

- И надо же было такому случиться.

Кратко улыбнулась.

- Нет, - почти кричал холерический парень в данном собрании, не находя себе места, покидая круг зевак и возвращаясь назад, - вы его не вытяните! Этого чудака хоть – за хвост! Не вытащите, я вижу. Он сам не хочет! Он же впился во что-то. Золото уронил, э-э?

- Ну? – Пробурчал вопрос мужчина средних лет в сером пиджаке.

Страдалец поднял глаза и ответил:

- Я не могу это потерять. Ну, никак не могу.

- Да что там такое? – Воскликнули.

- Я просто не смогу без этого. Жизни нет…

Данное направление разговора чуть изменило форму масок присутствующих лицах. Переменчиво все переглянулись.

- Там точно, - передал холодно холерический парень, - золотое что-то.

- Ради этого на людях раком не стоят, - заметил мужчина средних лет в сером пиджаке, - это правда.

Он поглядел на меня.

«А вы ещё кто?»

- Позвольте, – я подошёл ближе к человеку, занимавшему все большее и большее внимание прохожих, спросил:

- Вы скажите, что там? Может быть, это можно проволокой вытянуть или ещё чем? Так кто-нибудь принесёт вам ее.

- Ага, сейчас! – Реплика.

- Там муха, - остро дыша, бросил в тень дождевика застрявший мужчина.

Лет тридцати. Белобрысый, редкой шевелюрой, - видна была намеченная залысина, заходящая в глубь черепа, огранённого костьми, словно жёлто-соломенный цитрин.

Так: все выразительно было в нем. Немного завораживающе. И когда он поднял на меня взор, едва сосредоточенный - вообще на всех нас, я понял, что в чем-то не ошибся. Но точную идею: в чем ещё - не уловил.

«Скульптурный нос, - редкость и для красавца, - рассуждал я, - почти голубые глаза, отдающие тоном светлой бирюзы, краткая усмешка в тонких волевых губах - тем не менее, по которым можно было прочесть - пока не вытащит «муху» - не отступится".

- Какая ещё муха? – Задалась женщина с гастрономическим пакетом.

- Он имел в виду что-то другое.

- Какое другое?

- Какая муха, молодой человек? – Спросила вновь подошедшая дама в красных растоптанных туфлях.

- Му-ха, - протянул искатель, - муха в коробочке!

- Граждане! – в толпу вошёл полицейский. – В чем дело?

Мельком бросив на всех взгляд, согнул коленки, придерживая форменные брюки, нагнулся к причине истории.

- Что вы тут делаете?

- Он муху потерял, - оскалившись во все тридцать три, сказал парень холерического типа.

- Это понятно, - ответил полицейский.

От реплик в этот раз аоздержались. Переглянулись, понимая, что беседа, вероятно, вот-вот пойдёт профессиональная.

- Вы поднимитесь, пожалуйста, - требовал полицейский, ухватив страдальца за рукав, и с усилием потянул вверх. У последнего рука взятая пошла в свободном движении, но та, что – за мухой, ни краем не сдвинулась. Глаза забегали его, он, наверное, осознал возможное фиаско.

Мне на миг показалось – человек просто чудит. И, возможно, сумасшедший. Но в бирюзе зрачков, как я увидел, отсвечивающей солнечные зайчики неба столь прекрасной нынешней погоды, наблюдалось полное, истинное отчаяние.

- Подождите, - сказал я, - подождите, - повторил с тем, чтобы непременно обратить внимание представителя власти.

- Что ещё? – Полицейский поднял голову. Лицо его раскраснелось.

- У меня случайно есть вот такая штука.

Я вынул из своей походной сумочки свёрнутый барашком держатель мобильного телефона, который приобрёл только что в магазине компьютерной техники.

- Это - надо! – воскликнул ищущий, вынул ведущую руку молниеносно из дождеприёмника и бросился ко мне. Никто не успел никак отреагировать – моя вещица уже ёрзала по дну канализационного приёмника.

- Надо на один край этой хреновины верёвочку бы привязать и как бы эдак прихватить, - прошептал холерический парень громко, чтобы все слышали, заглядывая через плечо женщины в красных туфлях, которая в свою очередь, кивнула и почесав ухо, заочно одобрила данное решение.

- И точно! – Подхватил ещё кто-то.

Полицейский уже стоял на коленах, не замечая того, невольно увлекаясь всей это мухиной забавой.

- Тебе сказали что?! – Направил он мысль в нужное русло.

Ищущий мужчина, закрыл рот, упрятав вывалившийся язык, глаза его горели в предвкушении победы, покорился все же. Принял штатив.

Дама из большой сумки - виток бельевой верёвки - на случай.

- Такая вот, да, пойдёт, да! – Решили все и смотрели, как поисковик аккуратно навязывал на один из рожков моего совершенно нового держателя телефона узелок.

Сделав дело, он запустил прибор в самый широкий просвет дождеприёмника.

Прошло ещё четверть часа, когда потеря была вынута.

Это – пластиковая квадратная коробочка, с прозрачным верхом. В таких раньше хранили наручные механические часы. Ещё того времени…

Никто толком не разобрал, что там внутри: какая такая муха?

Горе-искатель сунул коробочку в карман спортивных брюк.

Полицейский поднялся и сообщил:

- Прошу, господа, разойтись. Не порядок! А вы, ещё раз…

Он прищурился на нарушителя. Был бы свисток, то свистнул бы в него. Но вместо этого – каждому многозначительно вельможно поглядел в лица. Всем стало ясно – дело закончено, толпиться некуда. Увы.

Разошлись.

Победитель пошагал в противоположную сторону всем зевакам, пересекая проезжую часть в неположенном месте. Полицейский на то махнул рукой, тронул сморщенный кончик носа, ещё подумал о чем-то, направился дальше.

Я же и не думал преследовать нашего героя, если бы …

Если бы не мой штатив, который оставался в руках мухоискателя.

- Гражданин! – Догнал я его.

Тот не обернулся, напротив шёл все более ускоряющимся шагом. Мне пришлось добавить темп.

- Товарищ! – Вырвалось у меня. Кто-то из прохожих с укором бросил на меня вид.

Мухолов добрался до первого проулка, и скользнул в него. Я – за ним. В груди поддало юностью.

«Как в бывшие времена», - вспомнил я молодые годы частного детектива.

- Эй! – Крикнул в кольцо, сомкнувшихся пятиэтажек, когда оказался посредине просторного двора. Мухолов исчез, и лишь мой пинкертоновская сообразительность дала знак: где-то в стороне бухнула подъездная дверь. Наугад и удачу бросился туда.

По литым широким лестницам я преследовал ботаника, пока не настиг его, задыхающегося от погони на третьем этаже. Он присел на корточки, едва сводя лёгкие.

- Что вам нужно? – Спросил он, - от меня?

- Вы, извините, мою вещь забрали! – Воскликнул.

- Ах-х, эту, что ли? – Он разжал кулак, штатив выпал.

- Берите, - меняя тон на вежливый, обратился он.

Интуиция , предчувствие мне подсказывали, что дело не пресное, и не стоит торопить события. Медленно нагнулся за своей покупкой.

Мухолов внимательно наблюдал за действиями. Я поднял законную свою вещь, оглядел ее, стряхнул грязь. Ещё раз взглянул в зрачки моего подопечного.

- Вы Макс? – Выронил тот.

- Да, - ответил я.

- Тот самый? То есть, Мак Маг?

- Тот самый.

- Ну! Как же вы мне очень нужны! Очень!

- Что такое?

- Я вам и письма писал, и... Только мне сказали – даром. Он, мол, далеко не со всеми знакомится, отвечают, и... Ведь у вас такие дела. А мы… Но как вы оказались тут?

- Я - проездом. В гостинице. А что?

- А то, дорогой, уважаемый, - мухолов поднялся и представился, - Стас. Стас Нальчиков, собственной персоной.

Впервые я заметил на нем какие-то невзрачные почти рваные и нечищеные ботинки.

Он протянул руку. Я ответил, пожав ее. Ухват был в ту меру, когда человек, действительно, проявляет интерес и рад знакомству и той мерой, что обещает быть не чересчур навязчив. Однако загоревшие морской волной бирюзовые глаза его говорили об обратном.

- Вы, - спросил он, - может быть, зайдёте?

- Куда?

- Ко мне. Домой, пожалуйста. Мне нужно эту муху в коробку посадить.

- Хорошо, но…, - посмеялся я, - что за муха- то такая?

- А-а-а! – Зашагал по лестнице известный персонаж, - я вам сейчас все и расскажу. Это же надо: просто чудеса, чудеса: сам Мак Маг!

На пятом этаже под ржавым пятном потолка, где видимо недавно протекала крыша, Стас остановился, указывая на номер своей квартиры.

- Вот тут - я!

Порылся в брюках. Не найдя ничего, порылся ещё раз. Скорбный взгляд поднял на меня, сообщавший однозначно - ключ потерян.

Ему пришлось вытянуть все из карманов, в том числе и коробочку. Только теперь я заметил за мутной крышечкой ее, мечущуюся муху. Она была обыкновенной, - серой, крохотной, волосатой.

- Сейчас я! Вот! – Мухолов обыскал все карманы ,- все, и вынул ключ на тонкой омеднённой радио проволоке.

Сунув ключ в замочную скважину, несколько раз провернул.

Я наблюдал за мухой в коробке. Она затихла в нижнем углу и кажется любовалась мной.

Мы прошли в коридор.

Приятной прохладой от жаркого дня здесь можно было перевести дух. Ничего неприятного не ударило в нос. Пахло какой-то рыбой разве. Запах шёл из кухни в конце коридора. Данная планировка мне была знакома.

Стас разувался, поглядывая на меня, чтобы я повторил то же самое. Мне - ничего не стоило.

Впервые я, наконец, рассмотрел нового героя.

Повторюсь: это был довольно молодой человек лет тридцати с лёгким налётом умудренности, чем могла приключить его природа жизни. Стрижка –помпадур, - волосы из области чёлки зачёсывались назад на затылок, за счёт чего объем - сверху («памп»).

Серо-голубые большие глаза. Узкий подбородок, который удивительно преображался, в виду меняющихся эмоций, наполняясь морщинками где-то в аккуратной полулуне бородки. На щеках иногда проявлялись ямочки. Рот в улыбке непременно раскрывался полностью, прорисовывая ровный ряд широких зубов.

- Вот, - пригласил он, - проходите.

Пропустил вперёд. Впереди я видел лишь свет из распахнутой двери кухни.

Но мой друг остановил меня, толкнув дверь в смежной стене.

- Пожалуйста, сюда.

Я вошёл.

Это была небольшая комнатка с ореховым столом у огромного окна давних ещё времён, прикрытой гардиной. На столе лежало толстое стекло.

«Раньше модно было именно так»- подумал я.

На столе ещё: небрежной стопкой – какие-то бумажки с записями и чернильная ручка, брошенная кое-как.

Шкафы с не закрывающимися дверцами сбоку, откуда вываливалась одежда. Книжные полки на шкафах, вовсе не прибитые к пёстрым обоям.

На трёх них, выстроенных в вертикальный ряд, едва сдвинувшейся лесенкой – три книги. На каждой полке – по книге. Какой-то словарь, старый том энциклопедии, ещё одна книжица, название которой было заклеено, ввиду самостоятельной реставрации переплёта.

Муха в коробочке была с размаху установлена в центр стола. Она подскочила в ней, как на батуте, неловко и виновато, как показалось мне, перебирая лапками, крутясь собачкой на одном месте. Обернувшись ко мне мордочкой, замерла, глядела.

- Сука! – Дал название Стас ей, - еле поймал.

Невольно меня разобрал смех.

- Интересная штука эта муха! – Передал я, - и стоило, чтобы ее ловить? Она же, - я приблизился к ней и не находил в ней хоть чего-нибудь интересного.

- Обыкновенная, комнатная, - заключил я.

- Квантовая, - уточнил Нальчиков, - кван - то - вая!

Мой новый приятель прочитал во мне нескрываемое удивление. И - не без удовлетворения.

- Ну, знаете, муха, которая, когда ты начинаешь ее ловить - она исчезает, - пояснил он.

2