Лагерная смена длиною в три года

­

Рассказ впервые опубликован в журнале "Камертон".

"Артек" в военные годы. 21 отряд, лагерь Морской.
Нач. лагеря Гурий Ястребов с артековцами военной смены.Июнь 1941 годаСо всех концов огромной страны и (что случилось впервые) с её новых республик, присоединённых к СССР совсем недавно, в солнечный Крым приезжали будущие артековцы. В течение нескольких дней их размешали по корпусам и отрядам. На двадцать второе июня был запланирован большой праздник — торжественное открытие первой лагерной сметы.

19 июняПервыми прибыла организованная группа из Эстонской ССР. Их разместили в лагере «Нижний». Для вожатых настало самое горячее время. Нужно было в кротчайший срок сформировать отряды, выдать форму, выучить песни, которые ребята будут петь у костра.

***

Посланцы из новых республик не только не были пионерами, но даже не знали русского языка. Предполагалось, что, вернувшись домой через месяц, они станут верными пропагандистами-ленинцами в своих городах и сёлах, станут председателями советов дружин и отрядов в создаваемых на местах пионерских организациях.

22 июняОткрытие смены запланировали ровно на пять часов вечера. Как обычно, на костровой площади «Нижнего». После сигнала горна о побудке — зарядка, затем общая линейка, завтрак. После — либо купание, если хорошая погода, либо волейбол, затем обед. Но после «Абсолюта» (то есть — тихого часа) из громкоговорителя раздался голос Левитана. Со страшным словом — Война!

***

Открытие смены отменять не стали. Красный государственный флаг на ускоренной линейке подняли. Но ни радостных песен, ни тем более танцев не было. Из соображений светомаскировки не стали разводить и пионерский костёр.

***

Девятьсот мальчишек и девчонок готовились к этому событию со всей ответственностью. Учились чётко декламировать разученные стихи, тренировались маршировать в ногу, поотрядно. В лагерь, носящий имя пламенного революционера — товарища Молотова, много раз приезжали различные военачальники. Ждали их и в этот раз, но увы. Вместо того чтобы принимать дорогих гостей, все мужчины дружно отравились в военкомат. На полуострове была объявлена мобилизация.

23 июня 1941 годаИз распоряжения исполняющего обязанности директора:

Несколько дней спустяВ Артеке осталось две сотни ребят, которых эвакуировать было некуда! Территории, с которых они приехали, уже топтали сапоги оккупантов.

Шестое июляПионервожатые и дети покинули Артек и с эшелоном отправились в эвакуацию. Предполагаемая точка прибытия — один из городов Подмосковья. Из лагеря захватили с собой всё, что можно было увести: матрасы, одежду, обувь, кухонную утварь и, конечно, все съестные припасы до последней крошки.

Местечко ФирсановкаРазместились в бывшем имении бабушки Лермонтова. Обслуживающий персонал — одиннадцать человек! Пришлось брать на работу старших (в основном четырнадцать и пятнадцатилетних ребят). В приказе о приёме на работу записали: «Для привития трудовых навыков и обучения необходимым ремёслам». После многодневного путешествия, еды всухомятку и чуть тёплого чая ребята почувствовали твёрдую почву под ногами. Оказалось, что совсем ненадолго.

Уже второй раз за смену подняли флаг. И как будто и не было войны. Заслышав сигнал горна, — беги на зарядку. Вот только в соседнем лесу частенько подают голос зенитки. Да на соседнем поле с утра до вечера обучают военному ремеслу новобранцев. А ночью мимо проносятся самолёты с крестами на крыльях, да разрывают тьму прожекторы нашей противовоздушной обороны.

Октябрь 1941 года. Новая эвакуацияВражеские войска неумолимо приближались к столице Советского Союза. Бывшее имение бабушки поэта перестало быть безопасным. Из Москвы поступил приказ: «Срочно эвакуировать детей и обслуживающий персонал в глубокий тыл. Новая точка дислокации — город Сталинград!»

***

Разместились в одном из пустых санаториев и в здании школы рядом со знаменитым тракторным заводом. Вновь прибывшие во всех помещениях сразу же установили строгий «артековский» порядок. Обязательный подъём по сигналу горна, построение на линейку, а также вечерняя поверка и отбой.

***

Втянулись в работу. Все вместе помогали укладывать собранный урожай для длительного хранения. Ездили рыть траншеи, трудились на строительстве бомбоубежищ. А самые старшие девочки помогали в местных госпиталях, мальчишки дежурили на крыше. Тушили вражеские «зажигалки». Младшие ходили по домам горожан и собирали — кто что мог дать для действующих госпиталей. По вечерам обязательно подводились итоги — какой отряд собрал больше.

Седьмое ноября На линейке директор лагеря, подавляя комок в горле, зачитал страшное сообщение: