«Маг при дворе. Не по назначению»

Если честно, он сам до конца не понял, как оказался во дворце.

Не в философском смысле — с этим как раз всё было просто. Он оказался здесь, потому что вовремя оказался не там. А вот формально… формально версии расходились.

Официальная звучала так:

«Обнаружен перспективный маг. Приглашён ко двору для прохождения испытательного срока».

Её любили министры. Коротко, без лишних вопросов.

Неофициальная была ближе к правде.

Ему было семнадцать с хвостиком, когда в столице Великой Западной Империи сломалась система обогрева центральной площади. Зимой. В день выступления императора. Это был плохой день для техники и очень плохой — для людей, ответственных за технику.

Он тогда просто проходил мимо.

Не геройски. Не судьбоносно. Он шёл за булкой с корицей, потому что булки с корицей в столице были лучше, чем где бы то ни было. Магия у него была — да. Диплома — нет. Репутации — тоже.

Площадь мёрзла, император злился, маги-специалисты спорили, чья очередь чинить, а он стоял в толпе и думал, что если чуть-чуть подтолкнуть поток тепла снизу, всё заработает.

Он подтолкнул.

Ничего не взорвалось. Никто не пострадал. Площадь оттаяла. Император закончил речь, не заметив, что вообще что-то было не так.

Заметили другие.

— Кто это сделал? — спросили стражники.

— Не знаю, — сказал он честно. — Я только поправил.

Его отвели. Не грубо — с интересом. Это был плохой знак.

Во дворце он оказался в тот же день. Без плана, без вещей и без понимания, зачем он вообще согласился. Его провели по коридорам, усадили на стул и задали главный вопрос:

— Ты понимаешь, что сделал?

Он подумал и ответил честно:

— Да.

— Объясни.

— Не получится. Я сделал, потому что так было проще.

Император тогда долго на него смотрел. Потом спросил:

— Ты лоялен?

— Кому?

— Империи.

— Пока она мне не мешает, — ответил он.

В зале повисла тишина. Кто-то хотел его выгнать. Кто-то — посадить. Кто-то — срочно назначить ответственным.

Император выбрал четвёртое.

— Оставим его здесь, — сказал он. — Под рукой. Такие либо очень полезны, либо быстро исчезают.

Он остался.

Сначала — как временный. Потом — как удобный. Потом — как «а где он? без него не начинаем».

Он не подписывал клятв. Не приносил присяги. Просто однажды понял, что живёт во дворце, знает короткие пути, пьёт незаконно хороший кофе и решает проблемы, которые никто не хочет решать официально.

И если кто-то спрашивал, почему именно он, ответ всегда был одинаковым:

— Он оказался рядом, когда всё пошло не так.

Сам он считал это достаточным объяснением.

А булку с корицей он так и не купил.