«Между нами»

Я психолог. Это важно. Потому что я всё понимаю. Теоретически.

Я знаю, что мужчину нужно вдохновлять. Не мотивировать — это пошло. Именно вдохновлять. Тонко, почти незаметно.

Мужчина без вдохновения — существо тревожное. Он вроде бы есть, но его и как бы нет. Он начинает чинить, сверлить, доказывать миру свою нужность. Иногда — карниз для штор. Иногда — собственную значимость.

И вот я стою. В руках дрель. Карниз падает уже пятый раз. Я делаю вид, что это часть плана. Хотя, если честно, плана давно нет.

А она стоит внизу. С тряпкой. И молчит. В глазах искусно закамуфлированный отборный мат старого фельдфебеля. И вот тут начинается самое интересное. Потому что она — не психолог. Она этому не училась. Но именно она чувствует момент, когда моё эго вот-вот сорвётся и рухнет вместе с этим проклятым карнизом.

И она говорит:

— Ты у меня такой упорный.

— У тебя золотые руки.

— Я бы без тебя не справилась.

Я вдохновляюсь. Это видно. У меня выпрямляется спина, в глазах появляется порядок и смысл, а рука вдруг точно попадает в дюбель.

Карниз — на месте. Победа. Моя.

А потом я, как психолог, вдруг понимаю одну простую и очень неприятную вещь. В этот момент она работала. Тонко. На износ.

Без выходных и благодарностей. Потому что вдохновлять мужчину — это моноспектакль. Высший пилотаж. Ты играешь уверенность, восхищение, веру — даже когда внутри только усталость и желание вызвать специалиста за 10 000 тенге.

Она уходит на кухню. На минуту. Я знаю — просто за водой.

Но я слышу, как тихо, почти нежно, она кричит в пустоту:

— Мляяяядь…

И вот тут включается моя профессиональная деформация.

Я понимаю: женщина, которая вдохновляет мужчину, — делает для него гораздо больше, чем он когда-либо осознает. Она держит не только его дрель. Она держит его ̶я̶й̶ц̶а̶ , самооценку, кредитную карту , его веру в себя, его ощущение «я могу» . И если у вас есть такая женщина — берегите её. Потому что любой труд должен быть оплачен.

Я, как психолог, скажу честно: лучше всего — поездкой на Бали.

Это, конечно, не решит всех внутренних конфликтов.

Но создаст устойчивую ремиссию.

Max Odolevskiy