« Мне 40. »

И я впервые в жизни понимаю: дело не в том, что я не могу.

Дело в том, что я больше не хочу жить как раньше. Я слишком долго была сильной. Удобной. Терпеливой. Я умела «собраться», «пережить», «не драматизировать». И почему-то никто не говорил, что однажды это начнёт ломать изнутри.

После 40 жизнь перестаёт делать вид, что всё нормально. Тело начинает говорить раньше разума. Усталость становится не физической — экзистенциальной. Ты вроде бы всё делаешь правильно, но внутри — пусто и тревожно, как в комнате без окон.

Я ловлю себя на странных вещах. Стоит мне решиться на шаг — что-то обязательно идёт не так. Отложенная встреча. Сорвавшиеся планы. Неожиданная «срочность». Раньше я называла это невезением. Теперь знаю: это сопротивление.

Мой мозг не хочет, чтобы я менялась. Ему выгодно, чтобы я оставалась прежней — предсказуемой, выжившей, привычной.

Даже если мне там тесно. Даже если я там задыхаюсь.

Иногда мне кажется, что меня держат не обстоятельства, а страх: если я выберу себя — рухнет всё остальное.

Семья. Отношения. Роль. Образ «хорошей женщины».

Но правда в другом. Рушится не жизнь. Рушится то, что я из неё уже переросла. После 40 уже невозможно обманывать себя долго.

Психика перестаёт терпеть. Она требует честности. И внимания. И поддержки. Я больше не хочу быть сильной в одиночку.

Я хочу понимать, что со мной происходит.

Хочу пройти этот переход не через надлом, а через осознанность.

И если ты читаешь это и ловишь себя на мысли «как будто про меня» — значит, ты тоже уже на пороге. Не кризиса. Себя настоящей.

Max Odolevskiy