« На реальных событиях. Все совпадения имён и фактов случайны и непреднамеренны».
Друзья её зовут MotoVika .
Но она называет себя Виктория — чётко, без уменьшительных, без попыток понравиться. Как финальную точку в предложении.
Ей около тридцати. Возраст, в котором женщина уже не объясняет, почему она такая, и больше не оправдывается за то, что ей подходит не всё. У неё длинные волосы огненного цвета. Они не просто рыжие — они предупреждают. Их невозможно не заметить, как невозможно не заметить мотоцикл, когда он срывается с места. Или женщину, которая умеет держать равновесие на пилоне не ради чужих взглядов, а ради собственного ощущения силы.
Она любит две вещи.
Скорость — потому что она честнее людей. Танец — потому что в нём тело говорит правду раньше мыслей.
И ещё она любит сына.
Не обсуждая это, не объясняя, не вынося на витрину. Он — её центр тяжести. Всё остальное вращается вокруг. В её профиле нет фотографий с мужчинами. Не потому что их нет. А потому что не каждый мужчина выдерживает женщину с границами, а не с просьбами.
Виктория остро чувствует несправедливость. Не теоретически — телом.
Когда владелец стоянки без разрешения отдаёт её место другим, потому что «там заплатили больше», она не кричит. Она смотрит. Запоминает. Делает выводы.
Она знает: мир часто проверяет именно тех, кто не торгуется с совестью.
Поздно вечером сын уже спит. Байк остывает. Тело помнит металл пилона, дыхание постепенно выравнивается, но внутри остаётся напряжение — будто что-то не договорено. Иногда на неё накатывает тоска. Не от слабости. От того, что силы больше, чем способов её прожить. И тогда она пишет. Без драм. Без просьб о спасении.
С лёгкой иронией, за которой скрыта привычка держать удар.
Так она пишет психологу. Не потому что ей плохо. А потому что есть вопросы, на которые нельзя ответить ни скоростью, ни танцем.
Она просит подарок — бесплатную сессию. Не как милость.
Как встречу на равных. Он соглашается. Но отвечает не сразу. Она улыбается и наказывает его красиво:
Если однажды возникнет ситуация, которую ни мотоциклом, ни пилоном не решить, я буду знать, что где-то есть психолог, который должен мне подарок. Глядишь — из петли вытащите. Она ставит смайлик.
Но знает: настоящие вещи всегда пишутся в шутку, потому что всерьёз — слишком опасно.
Виктория верит в личные границы. И в смелость говорить.
Если что-то не нравится — об этом нужно сказать сразу.
Если что-то восхищает — тем более. Молчание она считает формой лжи. Она умеет менять ракурс. Знает, что одна и та же история может быть либо падением, либо точкой роста — всё зависит от того, кто смотрит и откуда. Скорее всего, у неё есть друзья. Настоящие. По увлечениям. Люди, которые понимают её без лишних слов и не пытаются переделать.
Она ещё не на краю. Но она точно знает, где он находится.
И где-то между скоростью, телом, ответственностью и тишиной
её история, история МотоВики разворачивается прямо сейчас.
Max Odolevskiy