​«Рюкзак, помада и кое-что ещё...»

Девушка в пузыре

Лунный свет озарил полумрачную комнату.

«Думает ли он обо мне?»

Полузакрытые глаза широко раскрылись. Опять эти пустые грёзы и волнения.

Всё, девочка, спи — завтра важный день.

В галерее народа было больше обычного. Презентация восходящей звезды современного искусства.

Родители подруги Милы — бухгалтеры. Но традиция прервалась на рыжеволосой кудряшке, которая предпочла краски калькулятору.

Они познакомились семь лет назад — два обиженных на мир подростка в осеннем парке листопада.

Там Мила впервые закурила.

Если честно — не её. Она привыкла справляться со стрессом, сидя у окна с тёплым какао и слезливым романом. Но тогда хотелось быть смелее, чем она была.

— Вы уже видели главную работу? — спросил кто-то рядом.

Мила кивнула, хотя не была уверена. «Главная» сейчас была не на холсте.

Воспоминание растворилось тихо, почти как дым. Мила моргнула — и осенний парк уступил место белым стенам галереи.

Шум и голоса обволокли её, но казались далёкими, словно из другого мира.

Почему именно сегодня воздуха стало меньше?

Еле держалась, но нужно было поддержать подругу. Великий день после стольких бессонных ночей, критики и безысходности. Они прошли это вместе. Это их вечер.

Но оставалась пустота, которую не заполнишь бокалом шампанского.

Он. Где же он? Телефон молчит, голосовых нет.

Она была в собственном пузыре воспоминаний. Звон бокалов, аукцион, торги — всё проливалось по пузырю, как дождь по серому окну.

Она вспомнила, как всё начиналось — с обычного «Привет».

Сначала короткие фразы, робкие, неловкие. Потом — смайлики, шутки, маленькие признания, которые казались почти невозможными. Каждое сообщение от него было как крошечный свет в серых буднях, спасение от скучных аристократов и вечеров, когда не о чем было говорить.

Незнакомый абонент с сайта знакомств стал чем-то большим.

Но сегодня, почему-то, тишина давила сильнее всего.

Милка! — послышалось из толпы.

А вот и героиня дня, с подозрительной ухмылкой. В последний раз с такой улыбкой она отрезала Миле чёлку… В общем, вышло как-то не по плану. Чего ждать на этот раз?

— Едем отмечать. Это наш день. Добавь улыбку к аксессуарам, — сказала она. — Хочу тебя познакомить кое с кем.

Мила выпрямилась, поправила платье и попыталась добавить улыбку к аксессуарам.

Вокруг звенели бокалы, смеялись люди, звучали поздравления.

Знакомства начинались одно за другим.

Рукопожатия, комплименты, вопросы о работе, о путешествиях, о галерее. Всё это Мила принимала с принуждённой вежливостью, кивала и улыбалась, а внутри сохраняла осторожную заинтересованность.

Эта улыбка была как маска.

Снаружи — тепло. Внутри — безразличие.

Подруга волновалась, но Мила успокоила её. Вся вина пала на погоду. Хоть бы она знала, за что берёт ответственность и какие чувства принимает на себя.

Стало душно, даже лёгкий ветерок с балкона не спасал.

Но как же там было красиво. Закат, последние лучи солнца золотили озеро и окрашивали небо в медово-фиолетовые тона. Солнце ухватилось за воду, словно зная, что утонет в тёмных водах завтрашнего дня.

Оставляя подругу в кругу друзей и родных, Мила вызвала такси.

Она попрощалась с солнцем, сохраняя в памяти все всплески сверкающей воды.

Ехать около трёх часов, но время тянулось на сутки.

Ближе к полуночи город пустел.

Фонари горят слишком ярко для таких улиц, витрины гаснут одна за другой, и кажется, будто весь мир сжимается до окна машины и её отражения в стекле.

Город пустел, и в этой тишине Мила вдруг почувствовала странное облегчение.

Как будто ночь брала на себя часть её мыслей, обещая сохранить их до утра. Она откинулась на спинку сиденья, закрыла глаза и позволила дороге вести — хотя бы сегодня — без вопросов и ожиданий.

И вот когда уже всё стало ясно и легко, раздался звук телефона.

Мила неохотно открыла сумку и увидела: печатает…

Маска спала.

Улыбка больше не была частью аксессуаров.

Не нужно было притворяться — он знал её настоящую.

Она была его девушкой в пузыре.