Ласточка

Солнце катилось на покой по безоблачному небу, раскрашенному во все оттенки голубого. Оно радостно бросало последние лучики тепла в густую старую дубраву, где среди могучих стволов протекала весенним ручьём охотничья тропинка. Два путника неспешно шагали по ней, то и дело поглядывая на засечки, оставленные на великанах.

Впереди уверенно и гордо шагал юноша с виду молодой, но мужественный: крепкие сбитые плечи, широкая челюсть, натруженные руки. Вслед за ним, не отставая, брёл чуть горбатый, но высокий старик, с редкой длинной бородой и короткими усами.

- Дед, а дед, я чую харчи. Неужто охотники костёр жгут! - Широко и радостно улыбаясь, мОлодец потёр руки, прихватил попутчика за рукав и потянул с тропинки.

- Ох Творимир, не торопись ты так, куда спешить в таком далёком путешествии?

Однако будущего богатыря, полного энергии поучения ничуть не волновали. Вывалившись на очередную опушку, компания на секунду замерла, завидев игру света, которую любезно демонстрировал костёр.

В огне, испуская пар и дивный запах, красовался потасканный и почерневший глиняный горшок без крышки, подле кострища лежала сухая деревянная тарелка с неаккуратно выточенной ложкой, однако хозяин сей утвари отсутствовал.

- Стой! Кто идёт?! Разбойник аль люд честной?!

Деревья сыграли злую шутку, грозный женский голос послышался из ниоткуда и исчез в никуда. Молодец озирался, подошёл ближе к попутчику.

- Отвечай, а то стрелу пущу! - Ещё громче, почти с надрывом, повторила девушка.

- Люд мы! Люд честной! - Парень схватил старика за шиворот и напрягся.

- Коль честной, чего за дедушкой прячешься?!

Парень остолбенел, но просвистевшая стрела вернула его в чувство.

- Следующая в тебя полетит, руки подымай!

Наконец настороженная хозяйка явила себя. Как и полагалось охотнику, она была крепкая, но при том ничуть не полная, опытные руки ни капли не дрожали, несмотря на натянутую тетиву лука длинной в половину её собственного роста. Острые черты слегка округлого лица озарились ярким светом. Добытчица замерла на расстоянии шагов двадцати, всей позой выражая желание скорейшего ответа. Хриплый голос нарушил гнетущую тишину.

- Красна девица, опусти стрелу, да заберут меня боги, коль мы вознамеримся зло свершить.

- Всех мать сыра земля примет... - Девушка опустила смертоносное жало, но всё так же настороженно продолжила. - Честный люд по деревням сидит, а не блудит по дубравам, я всех местных знаю и вы не из них.

- Ты дедушку посади, он тебе и расскажет. - Дружелюбно улыбаясь, сказал парень, сделал всего шаг, тут же деревянные дуги скрипнули, и лук направился на него.

- А ты не движься, ежели до жизни охотник.

- Путешествуем мы. Я вот к старости скопил, решил хоть раз селение большое повидать, а это внук мой, - дедушка махнул рукой на мОлодца, - со мной пустился.

- А чего в глушь зашли? Тропинки для кого топтаны? - Терпение выкипало из жёсткого тона.

- Так мы это... - Здоровяк завёл руку за затылок и стыдливо спрятал глаза. - Я суп учуял, аж в кишках заворотило, вот и пошли искать...

Как звать вас, гости дорогие? - Наконец девушка расслабилась, голос её стал ровным и холодным.

- Я Велимудр, прозвали любопытным, а этот дитятко зовётся Творимир, - старик хлопнул по здоровяку,- в деревне кличут трудолюбивым.

Внук расправил плечи и гордо поднял голову, страх совсем прошёл.

- Сама-то кем будешь?

Непонимающий, презрительный взгляд кольнул юношу в самое сердце.

- Если бы я вас грабила, стояли бы сейчас в чём мать родила... - Охотница шумно выдохнула. - Ну, коль в гости, надобно стол накрывать, чем богаты тем и угостим. - Девушка плавно и бесшумно спустилась к горшку. - Щи с кабаниной, да вода ключевая. Чашка одна, так что и хлебаем поочереди, только не готово ещё.

Ловко сложив под себя ноги, девушка упала к огню, путники робко присели напротив.

- Вы куда путь держите? - В то время, как губы безразлично выпускали слова, глаза неустанно бегали изучая новых знакомых.

- А нас пустили по дороге, да не сворачивать сказали, мол так до Малограда и дойдём...

- Ого, не любят видно вас, по такой дороге вам и десяти дней не хватит. - Без толики лукавости пробормотала хозяйка.

- А ты нас быстрее довести можешь? - Творимир оживился.

- Добрый человек! - Старик улыбнулся, однако собеседница ничуть не потеплела.

- Добрый тебя задаром проводит, а я взамен что-то возьму, есть чем охотника порадовать?

Дедушка раскрыл поклажу, среди барахла красовалась начищенная бронзовая фибула.

- О! - Доли секунды хватило девушке, чтобы схватить большую пуговицу. - Как раз старая сорвалась. Согласны на обмен?

- Да забирай, коль приглянулась...

- Тогда через четыре дня окажемся в Малограде. - Разглядывая приобретение отчеканила охотница. - Меня Радосветой Юркой окликают. Так, Мир, вижу топорик на поясе, значит ты у нас на дровах, скройся в чаще, а мы со стариком поедим пока.

Раздосадовано пожав плечами, молодец скрылся в темноте, а горячие щи наполнили тарелку.

- Ну, отец, пируй, не стесняйся. - Жалостливо провожая глазами первую порцию, Рада протянула нехитрое блюдо старшему.

- Ну, к вашему столу и наше угощенье. - Дедушка развязал одну из котомок оголив огромную лепёшку хлеба и мешочек соли.

Старик, оставшийся к своим годам почти без зубов, жевал и причмокивал, по старчески вздыхая и кряхтя от спешки.

- Ну вот, а говоришь не добрая... Первую ложку ото рта оторвала в пользу путника.

- Не надо мне такого счастья: добрым тяжелее жить... - Задумчиво и горько прошептала провожатая. - Так что жуй молча, пока даю .

Дошла очередь и до лучницы, вскоре подоспел дровосек, с грохотом опрокинув охапку валежника.

- Я сторожу костёр, вы спите, к полночи поменяемся. - Странники улеглись на вещах. Велимудр захрапел почти сразу, а вот Творимир украдкой разглядывал охотницу. Тёмно-русые распущенные волосы еле касающиеся плеч, светло-карие не по годам взрослые и глубокие глаза, аккуратный слегка вздёрнутый носик со следами перелома на горбинке, чуть пухлые губы. Вскоре сон одолел здоровяка, и тот размеренно засопел.

Лёгкие перистые облака предвещали смену погоды, природа только просыпалась, а путники уже бодро шагали по тропе.

- А ты откуда будешь? - Молодой человек то и дело догонял голову короткой колонны, но каждый раз, получая короткий и холодный ответ, возвращался в хвост.

- Там где родилась, оттуда и пришла... - Рада шла уверенно, но взгляд её, как и душа, находились далеко в небе, где гуляют чудовищные ледяные ветра. - К полудню окажемся в деревне, там и отдохнём. Старик, ты не устал?

- Нет, доченька... - С тяжёлым придыханием пробормотал Велим. - А чего ж ты сама, как люди честные, в деревне не живёшь?

Вопрос, казалось, пролетел мимо ушей провожатой, но чуть погодя она оглянулась, повеяло чуть уловимой печалью.

- Нет больше той деревни.

- Зима?.. - Сочувствуя предположил старший.

- Она самая... - Охотница шумно выдохнула и ускорила шаг. - Не отставайте, как дыхание собьётся - кричите.

Так и шли, молча и напряжённо, солнце тянулось к зениту, но лёгкий освежающий ветер придавал сил. Вдруг лучница остановилась.

- Дед, а ну в конец. - Слова были чёткими и настороженными. - А ты, детина, топор в руки и шагай передо мной.

- Что-то случилось? - Переводя дух прохрипел старик.

- Дымом пахнет, аж в носу свербит... Не к добру.

Вдали показался разваленный частокол, только пение птиц нарушало тишину. Впереди, прямо по дороге, ступал Творимир, за ним, прячась за деревьями, перебежками мелькала Рада, деда было решено оставить в безопасности.

Зрелище путникам предстало ужасное: жители деревни лежали на грунтовых дорогах, наполовину сгоревшие землянки с вышибленными дверьми грозились осыпаться, схоронив своих бывших хозяев, стоял противный запах крови и смерти, издали доносилось непонятное героям наречие.

Мужественного плеча коснулась тонкая рука, Мир чуть не подпрыгнул от испуга, хотел было заорать, но знакомое грозное лицо и оплеуха вернули его в чувство. Жестом провожатая увлекла смельчака за собой.

Руинами дворов и загонов пробрались лазутчики к центру деревни: идол был осквернён рунами, а тела, небрежно разбросанные подле него, изуродованы зверским ритуалом. Виновников обнаружили быстро, двое крепких коренастых мужчин в тяжёлых кольчугах и северных шлемах, бродили от дома к дому, толкали корзины, ворошили сено, заглядывали в бочки, постоянно перекидываясь короткими грубо звучащими фразами, в руках у них красовались короткие, но смертельно опасные мечи.

Выжидать пришлось недолго, они присели что-то обсудить, сняли с головы верную защиту. В тот же миг кнутом щёлкнула тетива, стрела сорвалась и угодила одному из налётчиков прямо в шею, второй вскочил, накинул шлем, но, вопреки ожиданиям, вместо яростной атаки стремглав бросился наутёк. За ним было побежал и Творимир, но Рада ухватила его за рукав.

- Возвращаемся и следуем его примеру... - Девушка пригнулась и пустилась старым путём.

Юноша же замешкал, он почувствовал, что рубаха за что-то зацепилась, оглянулся и вскрикнул от неожиданности: из-за плетня за него ухватилась девчушка лет семи, длинноволосая чернявая, её глаза болотного цвета ни выражали ни страха, ни горя, а строго поджатые, почти бескровные губы не шевелились.

- Ты чего врага кличешь, пень болотный? - Испуганно озираясь, отчеканила охотница.

- Тут дух... - Обречённый голос, обычно низкий и уверенный, чуть подрагивал.

Рада вернулась и заглянула за плетень.

- Дух она не больше твоего. - Она схватила девчушку за руку и уверенно потащила за собой. - Потом разберёмся.

- Вот значит как... - Велимудр трепал свою бороду. - В деревне разбой учинили... С ней то что делать будем?

Под надёжной охраной дубов компания схоронилась в овраге. Перед троицей, будто на смотринах, замерла бледная, худая девчонка в великой для неё рубахе, настолько наряд был не по возрасту, что касался земли, а детские кулачки сжимались там, где должен был быть могучий отцовский локоть.

- Что делать - что делать. - Язвительно пробормотала Рада, на ходу вынув кортик. Ловкими движениями она обкорнала конопляную ткань, подрезала подол. - С собой до ближайших людей, а там приютят сиротку. Движемся лесом, быстро и тихо. - Она аккуратно накинула верёвку, завязав импровизированный поясок бабочкой. - Тебя как зовут?

Нависла тяжёлая тишина, охотница присела, положила ладонь девчушки себе на голову.

- Не бойся, не обижу...

Но сиротка молчала.

- Ты нас понимаешь? - Прохрипел старик и тоже подошёл ближе.

Болотные глаза скользнули по морщинам и впились в седину. Ребёнок кивнул.

- Немая выходит, небось духом повредилась... - Раздосадовано заключил стоявший поодаль молодец.

- Хоть что-то дельное сказал. - Расстроено прошептала провожатая, через силу она улыбнулась, прихватила новую попутчицу за плечи. - Будешь Найдой, пока не заговоришь...

На том и порешили. Двигались и правда быстро и тихо, однако нехоженый лес заставлял путников делать привалы. К ночи напряжение спало, мирно потрескивающий костёр подпевал журчащей неподалёку речке. Запасы мяса кончились, отчего лагерь разбили ещё под закатным солнцем, Рада ушла ставить силки, а мужчины пытались развлечь милую гостью сказами и мудрыми историями. Солнце уже совсем закатилось, даже присказки Велимудра грозились кончиться, а охотница всё не возвращалась, отчего лёгкое волнение овладело компанией.

- Смотри, берёшься вот так, - Творимир терпеливо учил Найду держать плотницкий топорик, прихватив тоненькие кисти сверху, - сначала с этой стороны, - топорище проникло глубоко в сухую толстую ветку, - вынимаешь, а теперь с этой стороны.

- Ты чему ребёнка учишь, пень? - Из-за кустов показалась плавная фигура. - Ты ей больно делаешь, у неё вон, слёзы на глазах!

Хлопок от подзатыльника разлетелся по опушке, Рада присела у девчушки, отряхнула её от щепы и раздражённо цокнула.

- Спать ложись, тебе солнце ещё встречать.

Выплывший из-за горизонта месяц подтверждал - пора на боковую.

Хлеб с водой осели в животе, зевота уже одолевала попутчиков, только Найда совсем не выглядела уставшей. Рада уложила её на своих вещах головой на ноги, мягко поглаживая волосы, охотница тихо запела. Тонкий высокий голос убаюкивал, парень еле сдерживался ото сна, украдкой любуясь подругой. Девчушка быстро засопела, а убедившись, что найдёныш крепко уснул, Рада аккуратно выползла и отошла к обрывистому высокому берегу реки.

Мир почувствовал лёгкое касание со стороны деда, оглянулся и встретил лукавую смешливую рожицу.

- Возьми. - Старик протягивал бурдюк. - Медовуха, про запас всё держал, иди к ней.

- Бредишь что ли? - Огорчённо прошептал молодец. - Она ж аки зима холодная...

- А медовуха тёплая. - Утвердительно подмигнул Велимудр. - Учись, внучок, пока я вижу ясно...

Нерешительно парень поднялся, схватил напиток, и отправился за провожатой.

В свете народившегося месяца, виднелась тёмная величественная дубрава, с тонкой горной речкой, глиняные берега которой были изрыты норками чуть меньше кулака размером.

- Не спится? - Прошептала вдаль Рада.

- Ага...

- Чего надобно? Колыбельную петь не буду. - Холодно продолжила она.

- Да я не за тем. - Парень присел рядом свесив ноги с обрыва. - Красиво...

- Да... - Мечтательно протянула охотница.

Долго длилось молчание, но, разок опрокинув бурдюк, собравши всё мужество, какое только было, Творимир выпалил.

- Коль бы сватался за тебя, согласилась бы?

Рада оглянулась, в больших глазах отражалось серебряное светило, а брови её от удивления чуть ли не коснулись волос. После секундного ступора она прикрыла лицо руками и рассмеялась, но тон её был необыкновенно беззлобным и мягким.

- Ты сколько зим то пожил? Свататься он собрался?

- Да уж двадцать почитай! - Возмущённо и гордо заявил парень, стукнув себя в грудь. - В самом рассвете уже... - Добавил он, смутившись собственной выходки.

- Вот ещё две поживи, тогда и переспросишь. - Прошептала провожатая с лукавой улыбкой.

- Как две, да мы ж разойдёмся скоро! Я хоть завтра сосвататься готов! В самое сердце ты мне запала! - Парень распалялся, но ощутив на себе грустный взгляд, вмиг притих.

- Эх ты... Я птица вольная, коль отец небо сведёт сватайся - не откажу, но только через две зимы... Ежели встретимся ещё когда, значит и взаправду судьба.

Парень краснел, хлебал и улыбался.

- Чего не делишься? - Наигранно, чуть обиженно, запричитала девушка. - Аль поторопилась я?

Бурдюк перешёл к лучнице.

- Девочка хворая, страшно мне за неё. - Хмуро прошептал Мир. - Я тут со стариком поговорил, себе её забрать думаем. Как до селения дойдём я работку быстро найду, я и ковать умею и сапоги чинить и лаптей наплёл на деревню почитай...

- Да... Добрая мысль. - Голос девушки чуть было не сломался, веял скорбью и болью. - Мама...- она осеклась. - Мама говорила мне, что добрых людей много, да злых во крат больше. Вы с дедушкой добрые и... Я рада...

Парень изменился в лице, он виновато закинул руку за голову.

- Да не внук я ему... Мы по дороге встретились, решили вместе идти.

- Да я заметила.

- Да? Как?

- Он Великомудрый, а ты пень болотный.

- Эй!

Радосвета расхохоталась

- Знаешь что, ты вот на своё имя не похожа ни капли!

- Знаю. - Отпив горячительного, сухо ответила девушка. - Много зим прошло, многое изменилось. Ты сам то, зачем от людей ушёл?

- А скучно мне стало, Матушка помёрла, сёстры по мужьям поразъехались, а отец в бою погиб. Ты бы его видела! - Парень увлечённо размахивал руками. - Плечи вот такие! Кулак, что два моих, как он мне разок розгой засадил, так месяц ещё чесалось.

Рада мило улыбалась, подпирая ладонью голову.

- Дружинником был?

- Ага, отважный... Добрый...

- А мой соболя бил, да так, что на шкуре ни царапинки... Ладно, детина, ложись спать, уж окосел вот-вот грохнешься.

Парень послушно встал и пошёл к костру, с каждым шагом он всё медленнее отдалялся.

- Слово сдержишь? Две зимы жди! Я найду, убьюсь, но найду...

Рада снова умилённо рассмеялась.

- Не волнуйся, таким пред небом и землёй не шутят...

Творимир расплылся в довольной улыбке, свалился на вещи и вмиг засопел.

- Рада была бы ты матушка, такому жениху? - Поглаживая землю пробормотала Лучница.

Найда проснулась рано. Стоило солнцу показаться над горизонтом, как девчушка уселась у Рады и терпеливо дожидалась, когда та откроет глаза. Стало достаточно светло, лагерь проснулся, подняли старика. Пока тот собирался, девушки скрылись в деревьях, а вернулись уже с венками из медуницы на головах. Нежно-голубые цветы смотрелись на них будто короны, казалось кусочки неба украшали их радостные улыбки.

Шли бодро. Необыкновенно общительна была сегодня Радослава, то ли влияла на неё попутчица, то ли камень, наконец, свалился с её души. По небу размеренно плыли редкие, но тяжёлые кучевые облака.

К вечеру охотница обмолвилась, что завтра к вечеру компания окажется в Малограде, Старик рассыпался в благодарностях и похвалах, а вот Творимир приуныл.

Как обычно потрескивал костёр, как всегда птицы напевали последние песни засыпающим деревьям, но покой нарушил напуганный, дрожащий голос Рады, выскочившей из-за деревьев.

- Смотрите, смотрите! - Дыхание было сбито, а на руках лежал венок. Мужчины недоумённо вглядывались в округлившиеся от испуга девичьи глаза.

- Ну, венок как венок. Ты чего совсем недосыпаешь? - Мир улыбнулся, но в ответ услышал раздражённую брань.

- Он свежий! Свежий понимаешь? А мы их утром срывали! За мной быстрее, там Найда учудила...

Девчушка сидела в центре поляны, придерживая молодой росток.

- Да что такого-то?

- Смотри! - Рада боязливо, натянув улыбку, подошла к ребёнку, протянула той сухую веточку и нежно прошептала.

- Повтори... Прошу...

Найда улыбнулась, воткнула ветку в землю рядышком с ростком и подула. Прямо на глазах изумлённых путников палочка пустила почки из которых родились листики, укоренилась и зазеленела.

- Видишь. - Охотница аккуратно отходила к попутчикам, на всякий случай не отворачиваясь от Найды, которая широко улыбаясь гладила молодые листочки.

- Боги... - Велимудр ухватился за бороду. - В моей деревне поговаривали и о берегуньях и о лешем, но первые не в силах на такое, а второй не стал бы в девчушку обращаться, да за нами ходить.

- Ну дела... - Выдавил из себя Мир. - Так это она неживое оживляет, неужто колдунья...

- Цыц... Тише... - Рада прижала палец к губам. - Матери земли это дочка, а что мы её назвать не можем, так видать недавно народилась. Быть может такие зиму и прогнали, а?

- Всё быть может, все под Белбогом ходим. - Старик прокряхтел. - Только сейчас понял, что ты староверец, думал не осталось таких... Ну да бог с этим. Одно ясно, дочь она божья, что делать то будем.

- К князю её надо. - Решительно вступил Творимир. - Он её и охранит и обучит, мудрых людей при нём много, глядишь кто и ответ найдёт...

- Далече... - Лучница сложила пальцы у подбородка. - Ты прав. - Провожатая украдкой взглянула на удивительное создание. - Утро вечера мудренее, давайте пораньше завтра встанем, у меня плохое предчувствие. Увидишь зарево, сразу всех буди. - Она, мгновенно сменив тон на беззаботный, обратилась к чуду. - Найда, пойдём ложиться.

Девчушка послушно поднялась, отряхнулась и спешно последовала за старшими. Быть может в силу возраста она не смогла уловить напряжение, а может холодные болотные глаза никогда не были людскими, и дитя просто не понимало, что значит чувствовать.

Как и в прошлым вечером Найда засопела уже на третьем куплете, старик же храпел ещё до начала песни, охотница устроилась на корнях неподалёку, а Мир, долго ворочаясь, всё же решился снова заговорить с провожатой. Он тихонько подошёл и присел по левое плечо, отвернувшись к темноте дубравы.

- Тебе, гляжу, опять не спится?

- Камень на душе... - Смурно прошептал он.

- Отчего же?

- А коль Найда в плохие руки попадёт.

Тут охотницу точно осенило, твёрдая речь пронеслась среди могучих стволов.

- Деревня... Они её искали, эти рисунки и жертвоприношение. В сказаниях говорилось о великанах-колдунах, что жили на севере, пусть Витовт первый и разбил их, но потомки гигантов могли выжить... Помнишь: непонятное наречие, оружие, необычные шлемы, руны - всё это не местное. А что если великая зима случилась не просто так, что если норды ищут эту девочку чтобы снова исполнить такое?..

- Тогда точно к князю. - Твёрдо заявил молодец. - Если мы доставим её в целости и сохранности, сможем помешать колдунам. - Он усмехнулся. - Неплохо, скажи.

- Да. - Лёгкая дрожь сошла с колен, Раде было комфортно рядом с Миром, она мечтательно улыбнулась.

- А представь, - продолжил парень, - люди много позднее нас научатся людей умерших возвращать. Столько всего хорошего можно было бы совершить с великими умами и добрыми сердцами.

- Не бывать такому. - Поучительно заметила охотница. - Это нарушит порядок. Людям, как и зверю положено умирать, подобно сгнившим листьям, родители создают землю для детей и этот круговорот нельзя нарушать. А коль он прервётся... - Девушка осеклась на полуслове. - Не станет больше нас, не станет всех.

Лёгкий ночной ветер трепал волосы, налетал на угли, отчего искры столбом вырывались к небу, к россыпи белых вечных искорок - звёзд.

- Не нам с тобой это решать, верно? - Улыбаясь отметил Творимир.

- Тоже верно. Ложись спать...

Утро было голодным и сонным. Шли быстро. Обеденный привал прошёл гладко. Но как ни старались путники, к вечеру они вновь остановились у реки.

- Отсюда нам до моста рукой подать, а там чуть-чуть да ворота завидим.

- Отлично...

Легли спать в добрых чувствах, старались не думать об особенностях маленького чуда, завтра предстоял последний переход.

Однако сон вскоре был прерван.

- Подъём! Быстро вставайте! - Рада чуть ли не пинками поднимала лагерь.

Протирая заспанные глаза Мир в расстроенных чувствах ругнулся.

- Что случилось?

- Я собаку слышала! Быстро собирайте вещи, мы уходим.

Найда уже была в полной готовности, Старик кряхтел, но поторапливался, только молодец продолжал ворчать.

- А коль померещилось или может охотники на загон пошли.

- Если есть силы разговаривать то и идти сможешь, быстрее-быстрее...

На секунду Радослава призадумалась. Она кинулась к девчушке, стянула с неё рубаху и заткнула в пояс.

- Готовы. Быстро к воде!

В нерешительности путники остановились на пологом берегу.

- Слушайте внимательно, лезьте в воду, в самое русло, и вниз по течению гребите, гребите до тех пор, пока у Найды губы не посинеют.

Чувство опасности начало доходить до проснувшегося молодца, он тут же взволнованно перебил провожатую.

-А ты?

- Слушай молча. - Строго бросила она и отвесила Миру затрещину. - На противоположный берег выйдете, солнца не ждите, идите в дубраву, да так, чтобы точно от берега шли ни вкось ни вкривь, выйдете к дороге, и идите по ней так, чтоб зарево за спиной было, поняли?

- Понял дочка, но ты то как?

- За меня не переживайте, собака за запахом идёт, я вверх по течению, как солнце увижу, сброшу рубаху и переплыву.

- А коль догонют?

- Ни в этой жизни... Лучше меня здешние места никто не знает, мне каждый овражек друг, каждый леший добрый хозяин. Всё, хватит болтать...

Рада упорно толкала Творимира в воду.

- Я плаваю плохо...

- Иди давай, пеньки не тонут. - Девушка нервно рассмеялась. Дно резко пропало из-под ног и молодец вынырнул вместе с дитём уже посередине, бурная холодная вода подхватила и понесла их.

- Ну вот, говорил плохо плаваешь, гребёшь аки бобёр, только хвоста не хватает! - Радостно крикнула вслед охотница. - Ну, старик, теперь ты.

Кряхтя и что-то приговаривая дед зашёл по грудь и обернулся. - А плату вернуть? - Он беззлобно ухмыльнулся.

Фибула, бросая зайчики на глиняные берега, пролетела над водой.

- Бери, в городе вас догоню, отдашь...

Провожатая махнула рукой и скрылась в лесу.

- Ну вот, а говорила, что не добрый ты человек...

Холодный воздух начал обжигать грудь, в боку кололо. Ловко огибая яры, отклоняя ветки стрелой неслась по дубраве Радослава, месяц клонился к земле, скоро должно было зажечься зарево.

«Оторвалась, нужно вздремнуть, ноги заплетаются, раньше полудня их тут не будет».

Опёршись спиной на дерево охотница медленно присела и прикрыла глаза, однако всего она знать не могла. Отдохнуть беглянке не дали, проснулась она от рыка, пёс выскочил из кустов и вцепился в лодыжку. Верный кортик уверенно и точно поразил сердце четвероногого, но странное создание продолжало вгрызаться в тонкую ногу. Ещё удар, ещё... После недолгой борьбы нечисть упокоилась, но уже слышны были голоса.

«Быть того не может! Это точно люди?»

Рада вскочила, развернулась и пустилась наутёк, однако пущенная вдогонку стрела зацепила плечо, глубоко, почти до кости. Прямо на бегу заматывая свежую рану рубахой Найды провожатая уходила петляя и тяжело дыша. Сколько бы она не бежала, голоса почти не отставали.

Зарево сменилось рассветом, солнце выглянуло из-за горизонта, но в ветвистой дубраве, всё ещё было темно.

«Не взять вам меня, одной гончей мало...»

Ноги заплелись и Радослава кубарем скатилась в овраг, сильно стукнувшись о выступавший корень. Чудом оставшись в сознании она поднялась, потёрла подвёрнутую голень, коснулась разбитого лба и замерла, рассматривая окровавленную ладонь.

- Что ж такое? Что ж я сплю?..

Голова закружилась, а вместе с этим возникла мысль: «Стрела то не простая».

Надо было бежать, бежать, чтобы жить... В ядовитом угаре мерещились всякие чудеса. Какие-то голоса, воспоминания. Вспомнилось как великой зимой охотница также бежала, бежала, чтобы не замёрзнуть и не уснуть.

Нервный смех, сбивший дыхание, вылетел наружу.

- Нет бы бросить этих простаков! Нет! Спасать их вознамерилась?! Позабыла, что добрые люди получают в обмен на доброту?!

Слёзы текли ручьём, ноги совсем не слушались, последней каплей стала непреодолимая преграда. В помутившемся уме совсем не помнился этот тупик: практически отвесный глиняный овраг неимоверной высоты. Рада озиралась думала броситься назад, но приближающиеся голоса заставили её пятится. Девушка села на землю схватилась за голову руками. Истерика длилась мгновение. В кровь прикусив губу, Радослава положила ладонь на глину.

- Ну, Мать - сыра земля, выручай...

Взбежав насколько было возможно, осыпая за собой подсохшую породу, Лучница цеплялась за любой выступ, ветку, камешек, корешок, ласточкину норку. Под ногти попадала щепа, в глаза пыль, но Рада карабкалась.

«Я же сказала, что вернусь, надо ещё Найду в столицу везти». Каждое подтягивание приближало охотницу к солнечной линии, что неизмеримо медленно ползла вниз по склону. И вот рука почувствовала тепло...

«Чтобы сказала мне мама?»

«Ты молодец, сокровище...»- гулом раздалось в голове.

Рука соскользнула, тело потеряло опору. Мысли тысячами наполнили сознание.

«Мама?Да? Я стала добрым человеком, хотя бы сегодня? Конечно. Ты всегда была доброй. Я тебя такой взрастила. Но зачем? Добрые больше страдают! Это не так, просто страданий злых людей никто не замечает. Вот как... С ними всё будет хорошо? Конечно же, радость моя. А тот вопрос, что я задала тебе недавно? Понравился бы. Спасибо... Я падаю? Разве? Точно... Я лечу.»

***

- Ну вот, не так красиво как Радослава, но и я могу.

Найда вертелась разглядывая новую рубаху-платье в лучах рассветающего солнца.

- Слушай, старик, мы уже очень долго идём, а ворот всё нет и нет, может передохнём?

Дубрава отступила давая место бесконечным зелёным лугам, среди которых стройным клином шагали путники.

- Ра-да - лас-точ-ка - Вытянув указательный палец на кружащую впереди птичку с трудом тоненько и неуверенно выговорила девчушка.

- Ого! - Творимир рассмеялся, поднял ребёнка на руки и радостно закружил. - Вот же обрадуется Рада! Ты заговорила! - Он усадил Найду на плечи и задумчиво заключил. - А ты права! Они похожи, красивые, утончённые и всюду нас провожают.