Лавка хрупкостей

Состав монорельса нес меня через пыльную пустошь. Я давил лбом холодное стекло, горюя о незавидной судьбе. Вдалеке по обе стороны от вагона возвышались мегапилоны Корпораций с пологими инфраструктурными террасами вокруг самых оснований. За ними виднелись силуэты таких же колоссальных башен, подернутых пурпурной вуалью раннего заката. И так до самого горизонта и дальше, по всей поверхности планеты, которую жители звали просто Городом.

Я ехал в пустом вагоне в место, которого нет. Некогда я был успешным писателем, а затем оказался проклят. Стоило мне дописать свой первый и единственный роман, свой величайший труд, как все пошло наперекосяк. От меня отвернулись друзья и знакомые. Литературное сообщество назвало меня графоманом, а от романа отказались даже захудалые издательства нижних ярусов мегапилона, в котором я жил и которому посвятил эту книгу. Я вдруг стал никому не нужным ничтожеством.

Но я все еще писатель, и я уверен, что автор должен писать лишь о том, что знает. Иначе это не литература, а лишь детские выдумки. Я люблю свою Корпорацию и свой мегапилон. Я изучил его весь, вдоль и поперек. Я написал обо всех трещинках в его многокилометровых биобитонных стенах. О каждом сегменте прохудившейся изоляции на вентиляционных магистралях. Обозрел все кафе и кинопрокаты. Побывал в каждом пыльном закоулке и изучил все граффити на мусорных контейнерах. Упомянул даже странных, ускользающих от взгляда существ, что обитают под эстакадами подсобных коридоров. Я написал обо всем, что знал и что было важно для меня.

Больше четырех тысяч страниц захватывающего и остроумного документального чтива о самом лучшем мегапилоне, построенном самой лучшей Корпорацией! Но в эпоху великих галактических открытий моя книга оказалась никому не нужна. Что же это, если не проклятие?

В планетарном интернете есть сумеречная область, которую не контролирует ни одна из Корпораций. В этой зоне, вместе со всяким сбродом, обитает некое литературное сообщество, именующее себя «Городские сумасшедшие». Я с бесконечным отвращением читал их опусы и скабрезные заметки о Городе. У меня просто не было иного выбора. Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Эти «сумасшедшие» публикуют статьи о криптидах, живущих на берегах подземных болот, образовавшихся после затопленных выработок полезных ископаемых. Пишут статейки, порочащие методы какого-то тайного подразделения, образованного внутри нашей славной Комиссии Порядка. Вдумайтесь только, они выдумали некую Комиссию Обскур, которая похищает порядочных граждан, наших с вами соседей! И все для того, чтобы устранить очевидцев, столкнувшихся с какими-то аномалиями.

А еще они строчат в блогах невразумительные туристические заметки о местах, которых в Городе попросту не существует. Об этих «достопримечательностях» никогда не слышали ни в одном из тысяч мегапилонов, ни в промышленных зонах на поверхности планеты, ни в глубинных фабриках. И я вынужденно направляюсь в одно из таких фантастических мест. Кажется, я схожу с ума от горя и безысходности.

Конспирологи «Городских сумасшедших» утверждают, что у Города есть центр. То самое место, с которого началось заселение этой планеты. На основе исследований каких-то тайных архивов они выяснили, что много тысячелетий назад на этой планете существовал лишь аванпост первых поселенцев. Он был обнесен высокой бетонной стеной, которая защищала жителей от опасностей дикой природы. Спустя века молодые Корпорации взяли этот мир под свое покровительство, начали строить мегапилоны, превратив планету в столицу могучего межзвездного человечества. Славной галактической корпоратократии!

Согласно легендам, наверняка сочиненным самими же «Городскими сумасшедшими», город разрастался так быстро, что наслоился сам на себя. Покрыл собой всю планету и уткнулся в ту же самую стену, ограждавшую его от внешних угроз. Сооружение выстояло, остановив последнюю и самую могучую напасть. То место стало одновременно центром и границей Города. У «Сумасшедших» нелады с фантазией, поэтому легендарную постройку они так и назвали — Стеной.

Из немногочисленных, но крайне напряженных переписок в сумрачном интернете я узнал, что проклятия реально существуют, а Комиссия Обскур борется с их распространением. Это, конечно же, полный вздор! Никаких проклятий не существует, иначе моя Корпорация давным-давно их устранила. Но я точно нахожусь под влиянием чего-то негативного и крайне зловещего, а потому вынужден считать себя проклятым до тех пор, пока не разберусь в ситуации и не найду более приемлемый термин.

Сначала я хотел отправиться прямиком в Комиссию Порядка и попросить аудиенции у представителя таинственной Комиссией Обскур. Но «Сумасшедшие» отговорили меня, обозвав сумасшедшим. Мне рассказали, что проклятия невозможно снять, такова природа этих феноменов. Проклятия можно лишь переложить. Или обменять на что-то. Следует передать проклятие кому-то или перенаправить на другой объект. Некто под ником «Ф_Хромой» рассказал мне о магазине или мастерской, которая занимается такими деликатными случаями, но требуется личное присутствие пострадавшего. У меня не осталось выбора, пришлось ехать лично.

Я оказался шокирован, после того как нашел в старом навигаторе, приобретенном в комиссионке, остановку монорельса под названием «Стена». На современных устройствах этой точки не существовало, и по актуальным данным туда вовсе не ходил монорельс. Я подумал, что схожу с ума. В моем уютном и понятном мире не было места таким абсурдным нестыковкам. Тем не менее я превозмог паническую атаку, которая чуть не погубила меня, и сел в автоматический поезд, до сих пор блуждающий по этому давным-давно закрытому маршруту.

Кроме меня в составе никого, и это пугает. Но сильнее всего меня пугает нависшее над моей судьбой проклятие. Я везу в саквояже тот самый злополучный роман «Прелести Мегапилона», обернутый для безопасности в наволочку. Мой шедевр и мой величайший позор. Объект моего глубочайшего падения. В той роковой переписке с «Ф_Хромым» я узнал, что проклятия могут распространяться, поэтому я взял с собой и другие предметы, которые, как мне кажется, начали чересчур меня тяготить.

Это сувенирная статуэтка какого-то водного существа. Длинный чешуйчатый хвост, весь в плавниках. Большие печальные глаза навыкате. И руки с тонкими пальцами, сплетенными в какой-то символ. Мои знакомые привезли ее в подарок из дальнего путешествия. Они сказали, что это символ свободы и легкости. Я снимал ее с полки и поглаживал, когда накатывал творческий затык, обещая этому истукану, что скоро отправлюсь в космическое путешествие, чтобы обогатить свой писательский арсенал. Но мне хорошо и тут, дома, в родном мегапилоне любимой Корпорации. А статуэтка просто слушала меня и поддерживала в моменты слабости.

А еще ягодный батончик с давно истекшим сроком годности. Шуршащая, всегда скользкая фольгированная упаковка. Выцветший логотип, стилизованное изображение ягод поясники. Под оберткой лежит купон, который может оказаться билетом на межзвездный круиз. Мог оказаться. Акция давно прошла, и купон, даже выигрышный, не получится использовать. А от батончика теперь можно схлопотать жесточайшее несварение. Я не решаюсь вскрыть этот снэк, опасаясь проиграть или, того хуже, победить, но опоздать. Батончик был моим талисманом, напоминающим об опасности необдуманного риска. Лучше бы я потратил деньги с его покупки на что-то более полезное, а не на мимолетную фантазию.

Со всеми этими проклятиями я с радостью готов расстаться, если тот магазин, куда меня направили, и правда существует. Иначе я в отчаянии брошусь вниз с перрона прямо там, на конечной станции безымянной ветки монорельса, ведущей к легендарной Стене, древнейшему месту Города размером с планету.