Лайковые попаданцы

Итак, мы в гитлеровской Германии в октябре 1942 года. Пенемюнде. 4-й решающий пуск изделия А-4.

Разработка прототипа велась с 1934 года. У удачного варианта конструкции с ЖРД конструкции фон Брауна и Риделя, созданного для «Агрегата-1» (ракета А-1) взлетным весом 150 кг, двигатель развивал тягу 296 кгс. Топливный бак, разделенный герметичной перегородкой, содержал в нижней части спирт, а в верхней — жидкий кислород. Ракета оказалась неудачной.

А-2 имела такие же габариты и стартовую массу, что и А-1. В декабре 1934-го две ракеты А-2, «Макс» и «Мориц», поднялись с острова Боркум. Полет на высоту 2,2 км длился всего 16 секунд. Но по тем временам это был впечатляющий результат.

— «Агрегат А-3», взлетела только в 1937-м. Все это время было потрачено на проектирование надежного ЖРД с вытеснительной системой подачи компонентов топлива. Новый двигатель вобрал в себя все передовые технологические достижения Германии.

«Агрегат А-3» представлял собой веретенообразное тело с четырьмя длинными стабилизаторами. Внутри корпуса ракеты располагались бак с азотом, емкость жидкого кислорода, контейнер с парашютной системой для приборов регистрации, бак с горючим и двигатель.

Для стабилизации А-3 и управления ее пространственным положением использовались молибденовые газовые рули. В системе управления использовались три позиционных гироскопа, соединенные с демпфирующими гироскопами и датчиками ускорения.

Ракетный центр Пенемюнде еще не был готов для эксплуатации, и запуск ракет А-3 с бетонной платформы решили провести на маленьком островке в 8 км от острова Узедом. Но, увы, все четыре пуска оказались неудачными.

Техническое задание на проект новой ракеты Дорнбергер и фон Браун получили от главнокомандующего сухопутными войсками Германии генерала Фрича. «Агрегат А-4» со стартовой массой 12 т должен был доставить заряд весом 1 т на расстояние 300 км, но постоянные неудачи с А-3 приводили в уныние как ракетчиков, так и командование вермахта. На многие месяцы затягивались сроки разработки боевой ракеты А-4, над которой уже трудились более 120 сотрудников центра Пенемюнде.

18 апреля 1942 года первый прототип А-4 V-1 взорвался на пусковом столе во время предварительного прогрева двигателя. Снижение уровня ассигнований отодвинуло начало комплексных летных испытаний на лето. Попытка запуска ракеты А-4 V-2, состоявшаяся 13 июня, на которой присутствовали министр вооружения и боеприпасов Альберт Шпеер и генерал-инспектор Люфтваффе Эрхард Мильх, окончились неудачей. На 94-й секунде полета из-за отказа системы управления ракета упала в 1,5 км от точки пуска. Через два месяца А-4 V-3 также не достигла необходимой дальности.

Ослепительно сверкая на солнце, ракета поднималась все выше и выше. Язык пламени с четкими резными очертаниями был почти равен ракете. Сама ракета четко держалась на курсе, словно шла по рельсам. Первый, самый критический, момент остался позади. Ракета «А-4» доказала, что может взлетать, не отклоняясь от вертикальной оси и не вращаясь; рисунок обращенных к нам черно-белых отметок на корпусе оставался неизменным.

---«Девятнадцать… двадцать… двадцать один…»

— Есть скорость звука! — наконец сообщил динамик.

Ракета отклоняется от запланированной траектории. Ракета уходит на север, вместо восточного курса.

— Немедленная отсечка топлива! — Вальтер Дорнбергер кричит в микрофон, но отсчет продолжается.

«Пятьдесят четыре…»

— Отсечка!

через 5 минут ракета рассыпалась в воздухе над юго-западной частью Швеции, вблизи города Кальмар.

Изумленным шведам на головы упало много алюминиевых листов и стальных труб. И два огромных артефакта, которые, по всем известным тогда данным, никак не должны были летать самостоятельно — «горшок» сопла, в который мог поместится человек и турбонасосный агрегат, годный для водоснабжения небоскреба или тушения пожаров в нем.

Падкая до сенсаций, желтая пресса объявила это явление «разбившимся марсианским агрессором». Заботливо собранные в ящики обломки, после долгих переговоров с британскими правительственными представителями, шведское правительство, обменяло на неизвестные тогда услуги и технологические образцы. Комментировать сенсационные подробности шведы не стали.

***

— Какого дьявола, Макс! — Вальтер сидел на пляжной скамейке и глядел на затянутый облаками северный горизонт — Наша ракета полностью выполнила задание! Зачем ты меня сюда привел?

— Видишь ли, Вальтер — пожилой усталый контрразведчик стоял за спиной и курил. — То, что я сейчас скажу, можешь повторять где хочешь. Тебе никто не поверит. — Макс помолчал. — Вы создали чудо техники. Оно обогнало всё, что до этого создали на десятилетие минимум. Но Рейху это не нужно. Рейх это сможет применить, но, кроме морального превосходства, ничего действительно нужного для победы эта ракета не принесет.

— Что за чушь ты несешь? — Вальтер оглянулся, встретился взглядом с Максом и замолчал.

— Попробуй меня опровергнуть. — Макс глубоко затянулся, выбросил окурок в урну и присел на скамейку рядом с Вальтером. — Ракета неуправляема после отсечки двигателей. Все соединения в двигателе и баках текут и разбалтываются от вибраций. Сверхзвуковая скорость влияет на траекторию ракеты непредсказуемо, и управлять на этой скорости Вы еще не умеете. Последнее испытание — это лучшее, что вы сделали с этой ракетой.

— Опять не понял. — Дорнбергер встрепенулся. — Меня не расстреляют?

— Мы думаем над этим. — Макс потрепал Вальтера по плечу. — Естественно тебя и твоих рукожопов будут допрашивать и обязательно найдут того, кого надо расстрелять или даже повесить. Иначе зачем было попадать ракетой в Швецию. Но я разговариваю с тобой не под протокол ровно для того, что бы у тебя хватило ума не закатывать истерики и не корить себя за то, что ты не сделал чудо-оружие, хм, слово какое красивое, для Рейха. Ты сделал для Рейха лучше, ты направил разум врагов туда, где они будут тратить ресуры на то, что принесет меньший вред нам.

***

— И что сказал Годдард?

— Он сказал, что это невозможно. Что такую ракету не может сейчас на Земле построить никто. Что это какая-то мистификация. Что пожарный насос раздолбит вибрацией всю конструкцию. Что… Ему стало плохо и он попросил нас уйти.

— Какие будут предложения?

— Если связать сообщение Бора, письмо Энштейна и эти артефакты, то Уэллс чертовски проницательный сукин сын. Но и он не предсказал этого. В его романе атомная бомба летит на самолете. И, вполне возможно, что у Гитлера уже есть прототип такой бомбы. И что для её доставки готовят неотразимый носитель.

— Или это действительно прилетело с Марса?

— Не смешно…