Лазетт - маленькая ведьма

Зима в этом году выдалась внезапной, снежной и чересчур холодной. Как бы тепло ни одеться, было невозможно находиться на улице дольше часа, начинали замерзать руки и ноги, а от ветра, забирающегося за воротник и «ласкающего» своими ледяными прикосновениями, хотелось взвыть.

Сегодняшний день не был исключением, разве что к холоду добавилась метель. Снег комьями летел в лицо, мешая смотреть на дорогу. Кожу практически сразу начало щипать от мороза. Хотелось поскорее добраться до места встречи и заказать чего–нибудь горячительного. А потом просидеть в тепле до утра, пока погода не улучшится. Эх, мечты…

Хорошо бы вызвать повозку и добраться до места встречи с комфортом, но нельзя. Слишком приметно это будет в столь маленьком городишке. Приезжий мажор, что разъезжает в повозке — выглядит весьма подозрительно, не правда ли?

Припорошенные внезапной метелью травинки и едва замерзшие лужи скрипели и трещали под ногами. Дворы сменяли друг друга и казались бесконечными. До таверны, в которой назначена встреча, идти оставалось еще минут десять, не меньше. Приходилось постоянно придерживать шляпу, чтобы ее случайно не унесло, кутаться в широкий шарф и поправлять воротник, как только ледяные прикосновения ветра начинали лизать шею. И ведь надо было именно сегодня разыграться метели! Даже собаки предпочитали не показываться лишний раз, все отогревались в домах или своих теплых конурах. А вот над ним злой рок висит, не иначе…

Мужчина усмехнулся своим мыслям и поспешил вперед. Нужно быть позитивным в этот приятный, совершенно не предназначенный для прогулок по улицам, день. Его впереди ждет теплая таверна, горячий грог и встреча со старым другом. Что может быть лучше? Только сидеть дома у камина с бокалом вина, когда знаешь, какой ужас творится на улице.

Среди завывания ветра, снега в лицо, громких мыслей и сетования на свою судьбу, послышалось тихое чертыханье и слабый отголосок использования магии. Мужчина резко остановился, определяя его источник. Чтобы так неосмотрительно практиковаться на улице, пусть и в метель — это насколько нужно быть глупым? Хотя поблизости не было ни одного человека, а значит негромкие ругательства ему послышались. Ну не мог он сквозь метель услышать кого–то, если этот «кто–то» не стоит прямо перед его носом…

Сейчас ему совершенно некогда было разбираться, что происходит, но любопытство взяло верх. Друг, который уже наверняка ждет его в таверне, вздохнет и покачает головой на это любопытство. И будет прав. Именно потому, что его друг умеет смолчать, когда надо, и не сунуть нос в чужие дела, опять же, когда надо, ему живется сейчас куда спокойнее… Однако путнику все равно было любопытно. Количество магов за последние двадцать лет резко сократилось, и взглянуть хотя бы одним глазком на того, кто решил таким неоригинальным способом заявить о себе инквизиции, было бы интересно — хотя бы чтобы после вспомнить этого не слишком умного человека, когда станет известно об очередном «подвиге» доблестных защитников божественной веры.

Господи, и смешно, и плакать хочется.

Следуя за слабым магическим шлейфом, мужчина сошел с дороги в лабиринт из домиков. Чем дальше он заходил, тем более старые и обветшалые жилища ему встречались. Среди домов снег не так сильно бил в глаза, ветер здесь был слегка слабее…

«Людям для счастья нужна лишь вера и любовь к Богу, — мужчина с раздражением вспомнил последние слова проповедника на одной из недавних поучительных казней, подмечая каждую мелочь в этих старых, слегка покосившихся домах. — Ну да, как же…»

Шлейф от использования магии становился все заметнее, и мужчине пришлось остановиться, чтобы определить, от какого двора он идет. Хоть ветер здесь был не такой сильный, все равно заставлял продолжать кутаться в шарф. Пока мужчина определял источник, ему казалось, что он слышит какие–то голоса. Это было похоже на обман слуха. Кому могло бы понадобиться в такую погоду работать на улице? Неожиданное открытие удивило его еще больше: голос и магический шлейф идут из одного и того же места.

В этой части города было много старых, покосившихся домишек, заборы вокруг которых уже давно опасно накренились, а где–то даже завалились. Калитки и ворота были лишь для красоты, потому как любая дыра в заборе могла служить входом и выходом со двора.

Во дворе прямо перед ним рыдающая девочка пыталась что–то сделать с собакой и ее щенками. Одетая в какие–то рваные лохмотья, она сидела прямо на снегу. От одного взгляда на нее по телу мужчины прошелся холодок. И как она только не замерзает?

Приглядевшись получше, он все же разглядел мурашки на её коже и покрасневшие от холода участки кожи. А девочка все также выводила руками в воздухе какие–то странные символы, прикасалась к неподвижным животным. Создавалось впечатление, что она не чувствует холода. А ведь это может серьезно сказаться на ее здоровье!

«Какое безумство! Мало того, что её собственная жизнь сейчас под угрозой из–за разыгравшейся непогоды, так еще она практикуется в магии прямо на улице. Куда смотрят её родители!» — со злостью и раздражением подумал он мужчина. Он уже понял, что источником магического следа, что привел его сюда, была эта девочка, и оставлять всё как есть, он не собирался. Нужно для начала узнать, почему она на улице в таком виде и отправить домой — греться, а уж потом, возможно, прочитать родителям лекцию о том, что использовать магию нельзя, тем более на улице, где любой может увидеть и сообщить господам из инквизиции.

Его мысли будто материализовались: дверь дома открылась, и на пороге показался мужчина. Вероятно, её отец… Пьяное, перекошенное злостью лицо, красные от недосыпа глаза и прохудившаяся рубаха. Рассмотреть что–либо еще не хватило времени, потому как отец схватил девочку за руку, рывком поднял на ноги и поволок в дом. Она вырывалась, что–то кричала и тянулась к животным, которые неподвижно лежали на снегу. Присмотревшись, мужчина понял, что они даже не дышали, а девчонка продолжала рваться к ним. Только силы были не равны, и девочка оказалась насильно затащена в дом.

Неприятная сцена, свидетелем которой он стал, заставила его нервно выдохнуть. Странная ситуация. Эдмонд почувствовал внезапную неприязнь, непонятно почему. Что он, пьяных людей что ли не видел? Но в этот раз глядя, как этот основательно нетрезвый человек тащит за собой упирающуюся девочку, Эд вдруг почувствовал желание ему врезать.

Сделав глубокий вдох, мужчина закрыл глаза и постарался отрешиться от мира, чтобы попробовать понять больше о действиях этой девочки. Он будто бы касался ее магического следа, чтобы осмотреть его с разных сторон, трогал его кончиками пальцев — и резко отдернул свою фантомную руку. След был горячим, не настолько, чтобы сильно обжечь, но прикасаться к нему было неприятно. Возвращаясь в реальность, где мороз и ледяной ветер с радостью целуют в щеки, стоит только найти лазейку, мужчина уже знал ответ.

Вряд ли понимая, что она делает, девочка пыталась магией отогреть собак. Неумело смешивала две стихии. Совершенно безумный поступок. И, к большому сожалению, бессмысленный. Без достаточных знаний у неё в любом случае ничего бы не вышло. Однако мужчина должен был отдать ей должное — поступила она храбро, хоть и опрометчиво. Сейчас, когда инквизиция протянула свои грязные ручонки во все города и деревни страны, мало кто отваживается использовать магию, даже если и может. Потому-то, в глазах мужчины, малышка и заслуживала уважения.