Ледяной страх

Стадион гудел растревоженным ульем, каждое кресло вибрировало от возбуждения толпы. Мы сидели в святая святых раздевалки, киберспортивная команда «Валькирии небес», словно хищники перед охотой, затаилась в полумраке, обмениваясь краткими, напряжёнными репликами в предвкушении выхода на сцену.

– Ой, там народу – тьма! – прощебетала Макс, впорхнув в раздевалку крошечной колибри. Новенькая, потому и назначена нести знамя талисмана.

– А чего ты хотела, финал как-никак? – отозвалась Кира, с хрустом открывая банку энергетика, словно консервную банку с последним шансом на победу. – Анни, говорят, ты квартиру на Земле купила? – голос королевы лунных трущоб звучал удивлённо.

– Да, девочки… – Я смутилась, ощущая, как краска заливает щеки. Квартира, а вернее, студия, была скорее каютой звездолёта, чем роскошными апартаментами, – размером чуть больше жилого модуля на Луне.

– И ты молчала?! – Гелла вскинула угольно-чёрные брови, отчего её лицо стало похоже на маску разъярённой богини. Высокая, темнокожая брюнетка одним движением застегнула белый комбинезон с синими вставками на плечах и коленях – нашу "боевую" униформу.

– Да я хотела пригласить вас на новоселье после чемпионата… Отпраздновать победу, так сказать.

– Точно? – Кира прищурилась, втягивая в себя энергетический напиток, будто выпивая надежду.

– Да точно, точно, – я замахала на неё полотенцем, словно отгоняя сомнения, которым минуту назад промокала волосы, пытаясь унять дрожь волнения.

– Девочки, надеюсь, вы одеты? – раздалось у двери, и в комнату вошёл улыбающийся Джон, наш тренер, скептически оглядывая нас. Его взгляд скользил по нам, как сканер, оценивающий боеготовность.

– Ох, не ври мне, ты бы надеялся, что они не одеты, – донёсся женский голос из-за его спины, расставив всё по своим местам. Джон посторонился, и мы увидели Стеллу, последнего члена нашей команды, высокую голубоглазую блондинку, уже облачённую в форму. Её взгляд был холоден и сосредоточен, как у снайпера перед выстрелом.

– Так, скажу сразу: нам не повезло. Локация – хуже не придумаешь.

– Почему это? – Кира уставилась на тренера своими имплантами светящимися тусклым зеленым светом, в которых плескалось беспокойство, и делая глоток из банки с энергетиком.

– Кира… – Тренер возвёл глаза к потолку, словно молясь о терпении. – Итак, локация – пустынная база.

– … – Шатенка выругалась смачно, сминая банку одним ударом, словно расправляясь с врагом.

– Полный… – подтвердила Гелла, её губы презрительно скривились.

– Да в чём дело-то? – спросила Макс, в её голосе прозвучала детская тревога.

– В «топливных» баках, – пояснила я, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения.

– А ещё там боты с ракетами, которые шмаляют почём зря, – добавила Гелла, её слова звучали, как похоронный звон.

– И песчаная буря, в которой ни ... не видно, – закончила наше "украшение" Луны. Я же промолчала зная, что это будет ад.

– Кира, не матерись при ребёнке! – хором одёрнули мы её, напоминая ей о присутствии Макс.

– Так, держимся подальше от больших светящихся строений, стреляем из вспомогательного оружия по руинам и включаем радары во время бури. Макс, в бой не лезь. Твои дройды должны держать щиты на максимуме. Гелла, аккуратнее со своими огнемётами, – наша темнокожая валькирия – прирождённый пироман, обожающая поливать врагов напалмом, словно готовить барбекю.

– Кира! – рявкнул тренер, его голос прозвучал, как удар грома. – Никаких рывков, поняла?

– Да, тренер, – понурилась шатенка, словно провинившийся щенок.

– Алина, – я закончила перешнуровывать ботинок и посмотрела на Джона. Мужчина видный, лет пятидесяти, с копной чёрных волос, едва тронутых сединой, и насмешливыми карими глазами, в которых плясали искры азарта. – Прошу, присмотри за этими сорвиголовами.

– Хорошо, тренер, – заверила я его, зная, что это будет непросто.

– Стелла, – блондинка захлопнула пудреницу с металлическим щелчком и перевела взгляд на тренера. – Держи центр и не забывай присматривать за Макс, – вздохнул он, словно выпуская из груди часть своего бремени. – И девочки, порвите их!

Мы кивнули, полные решимости и двинулись к выходу, как солдаты, идущие в бой.

– Леди и джентльмены, приветствую вас на финале Солнечной системы по "Чёрному камню"! – разнёсся голос ведущего, полный пафоса и фальши. – Встречаем наших финалистов…

– Ох, каждый год одно и то же, – вздохнула Гелла, её слова прозвучали, как тихий протест. Кира лишь рассеянно кивнула, её взгляд блуждал по огромным экранам, на которых мелькали эффектные моменты чемпионата, словно мотыльки, летящие на свет.

Я тоже подняла глаза и увидела, как мой «Лансер» разносит «Скорпиона» «Громовых молотов». Миг – и экран сменился, и я вижу, как мех «Тора», командира «Вальхаллы», расстреливает в упор центр связи, а затем, включив форсаж, прорывается сквозь облако взрыва, словно бог грома сквозь бурю. Как Гелла в своём «Мстителе» из двух спаренных огнемётов испепеляет «Экскалибур» «Белых черепов», превращая его в груду дымящегося металла.

– Гелла, да ты монстр! – воскликнула я, переводя взгляд на девушку.

– А… что? Али, ты что-то сказала? – она выглядела рассеянной, словно только что проснулась.

– Как ты умудрилась в своём сверхлёгком дроне размотать вражеский танк? – спросила я с восхищением.

– А, да всё просто: я перед боем перекинула все навыки на усиление двигателей и огнемёты. А ты что, не видела мой бой? – слегка надулась она, словно маленькая девочка, которой не похвалили за рисунок.

– Угу, как же, если я сама рубилась аж с двумя «Табуретками», – ответила я с иронией.

– Так, тихо, – шикнула Стелла, её голос прозвучал, как ледяной ветер. – Сейчас нас пригласят на сцену.

– Итак, друзья, приветствуем наших финалистов: команда «Вальхалла», капитан Ехим Свенсон, «Тор»! – Блондин ростом под два метра, с атлетической фигурой, поднялся на подиум и занял место у одного из вирт-кресел. Цвет их формы – чёрный с золотистыми вставками на груди, плечах и коленях, словно доспехи древних богов.

– Ох, какой красавчик, – вздохнула Макс, в её глазах зажглись искорки восхищения. Я пожала плечами: красив, и что? Важнее не внешность, а его скилл, его умение сокрушать врагов.

– Крайм Лебоски, «Локки», – На помост вышел мужчина лет сорока с бритой головой и эффектной татуировкой в виде пламени на полголовы, словно демон, вырвавшийся из ада.

– Магда Краунгбор, «Фригга», – Рыжая девица с парой кос до талии и наглыми зелёными глазами, словно лесная ведьма.

– Да ни кожи, ни рожи, ни…

– Кира, лучше помолчи, – шикнула Гелла, её голос прозвучал угрожающе.

– Айвар Тоуфер, «Балдур», – низенький толстячок с залысинами буквально выкатился к остальным, словно колобок, сбежавший от бабушки.

– И Артур Броуд, «Хемсдаль», – молодой парень в моноочках поднялся последним, словно киборг, лишённый эмоций.

– А теперь их соперницы – «Валькирии небес»! – взревел конферансье, и зал взорвался аплодисментами.

– Алина Роговцева, «Сокол»! – Я вышла на арену и двинулась к группе противников, остановившись перед Тором и протягивая руку для пожатия.

– Пусть победит сильнейший, – улыбнулся парень, пожимая мою ладошку своей лопатой, его улыбка была искренней и открытой.

– Кира Белфф, «Ворон», – наша заноза поднялась на помост и направилась к нам, словно тень, скользящая по земле.

– Ну что, девочки, посмотрим, кому придётся плакать, – произнесла она с вызовом в голосе.

– Ой, явно не нам, – пожала плечами Магда, её взгляд был полон презрения.

– Гелла Протейни, «Ара», – и на помост поднимается наша пироманка. К счастью, молча занимает своё место, словно смирившаяся с судьбой.

– Да уж, не звучный ник у нашей марсианки, – подумала я, глядя на экран, где «Табуретка» под управлением «Балдура» отстреливается из малокалиберной пушечки от «Заградителя» «Трилистника», словно комар, пытающийся укусить слона.

– Стелла Мохейнсон, «Сипуха», – блондинка подошла к одному из кресел и замерла в ожидании старта, словно статуя, ожидающая своего часа.

– И Максимилиан Розова, «Тетерев», – объявил ведущий.

– Кажется, сегодня у нас будет жаркое из птичек! – захохотал Балдур, трясясь всем телом.

– Смотри, как бы тебя самого не поджарили, поросёночек, – прощебетала Кира, её голос прозвучал, как укус осы.

Я в последний раз оглядела зал, всматриваясь в лица зрителей, размышляя, зачем они пришли сюда, на эту арену, ведь всё можно посмотреть в вирте, хоть с наших шлемов, хоть с камер, разбросанных по всей арене… Может, они ищут острых ощущений, или просто хотят почувствовать себя частью чего-то большего?

– А теперь – по машинам, и пусть победит сильнейший! – объявил судья, и зал взорвался аплодисментами.

«Ворон: Буря через две минуты», – прозвучало в общем канале, голос Киры был напряжённым.

«Сокол: поняла», – ответила я, попутно запуская ракеты в сторону руин, откуда по нам стреляли местные боты, словно стая голодных волков.

Мы уже минуты три бродили по пустыне вокруг топливных танков, вернее, непонятных строений, источающих фиолетовый свет, словно порталы в другой мир.

«Ара: Вижу противника, на три часа от Сокола», – «Ну, пошла жара», – подумала я, разворачивая «Лансера» и включая форсаж.

На лидаре отобразились три точки. Через несколько секунд я увидела их вживую: «Воитель», «Топорик» и «Табуретка».

«Сокол: Здесь трое солдат, Воитель, Топорик и Табуретка».

«Ворон: Ясно, сейчас буду», – прозвучало в динамике, а я активировала плазма-миномёт, выбрав целью область перед двигающимся отрядом. Залп! Шесть снарядов сорвались с моего меха, накрывая площадку, на которую вступил вражеский отряд. «Воитель» врубает форсаж, видимо, засек меня, но ракетный залп с наплечника нашего «Ворона», пробивая щит дройда, попадает в ходовую, отчего «Воитель» заваливается на бок, а полоска здоровья снижается до половины…

И тут страшный грохот прогремел со всех сторон, словно разверзлась преисподняя. Перед глазами всё поблекло, и весь обзор заняла надпись:

Внимание! Нештатная ситу…

Потом экран потух, а мою левую руку и стопы пронзила жуткая боль, словно их пронзили раскалёнными иглами, и я потеряла сознание…