Легенды мира 20

Глава первая

О том как появились горы, леса, равнины, звери, птицы и первые разумные существа - юдлинги, и о том, как было испорчено творение Бога.

Когда-то, когда мира еще не было создано, когда не было порядка и хаоса, когда не было времени и пространства, когда правила исключительно лишь белая бесконечная пустота, шел путник. Он шел не из откуда и в не куда, так как таких мест еще тоже не было. Он просто шел. То был странный путник. Он не был высок, не был низок, не был красив, но и уродлив тоже, о его одежде тоже нельзя было сказать ничего интересного, а лицо не выражало ничего, кроме бесконечной усталости и скуки. Странным же было то, что он шел хотя под ногами было ничто, что не вокруг ничего не было, а он двигался вперед, а самым странным была его Тень. Черная, пустая, словно излучающая и поглощающая собственный свет Тень. Ехидно улыбаясь, она подтрунивала над своим спутником и единственным собеседником, на что тот только игнорировал ту и изредка бросал угрюмы взгляды в ее сторону. Но вот, тому кого Тень называла Богом, окончательно осточертели и пустая белизна, и издевательская чернота спутника, и он взмахнул рукой, и в ту же секунда в ней появилась кисть. То была не простая кисть, послушайте-ка ее описание:

Из древа красно-серого сотворена она,

Резьбой своею стройную прекрасна и дивна,

Пушистая и мягкая, цветами та полна

Для будущего мира она весьма важна,

Ведь магия чудесная готова все создать

И белизну окружную лишь взмахом обуздать.

Бог улыбнулся и начал писать картину прямо на окружающем ничто. Он начал с того, что провел линию и тем самым разделил небо и землю. На небе он начал рисовать звезды, облака и солнце, а на земле он изображал горы и океаны, леса и реки, равнины и пустыни. Решив, что пейзаж излишне пуст Бог начал добавлять обитателей. В небесах он начал рисовать: причудливых и диковинных птиц, со столь ярким оперением, что никто бы и представить себе не смог, затем светлячков, столь ярких, что если бы те замерли их нельзя было бы отличить от звезд, а потом и китов, огромных и неповоротливых , но все равно плывущих по небу. На земле появились звери всех форм и размеров: от маленьких насекомых, до больших гигантов слонов, с длинными носами и огромными ушами-опахалами. А реки, озера, моря и океаны он добавил рыбу, большую и малую, с пестрым и сложным узором чешуи. Но творец продолжал работать и добавлять все более и более причудливых существ, так он добавил лициней, однорогих копытных существ умеющих исцелять и огромных огнедышущих нар`кидов, настоящих королей неба, а вслед за ними скинефов – птиц, сотканных из пламени. Его работа была столь прекрасна, что стихи сами напрашиваются:

Великая кисть творила вселенную

Небо и землю она поделила

Мир на две части она раздробила

Звезд написав красоту неизменную.

Горы и пики небо пронзили,

Могучие реки на тверди бурлили

Леса, напитав своей живительной силой,

И в ту же секунду в небесах воспарили

Прекрасные, пестрые дивные птицы,

В лесах промелькнули полоски тигрицы,

Могучего барса в горах появились следы,

И кит проплывая мимо звезды

Нар`Кидом огромным пойманный был.

Но самое главное юдлингов Бог сотворил.

Но все это было не то, художник хотел изобразить, что-то совсем иное. Тогда не придумав ничего интереснее, Бог взял и начал рисовать самого себя, переписывая и изменяя некоторые детали своего образа. Его творения – юдлинги получались очень похожи, но были слишком серы в сравнении со своим оригинал и потому Бог взял свою волшебную кисть потер о собственную руку и кисть начала играть всеми цветами радуги разом. Бог ловко управлялся с цветами придавая каждым из этих волшебных оттенков свои черты, желтым он делал человека более смешливым и веселым, голубым дарил мысли, оранжевым энергичность, красным дарил долголетие, чем ярче и больше было цвета тем сильнее была черта, но самое главное вместе с этими красками Бог передавал частичку себя , а значит и магию. Именно потому только юдлинги и их потомки могут творить чары и заклинания.

А в это время Тень молчаливо наблюдал за своим спутником, и зависть все больше и больше одолевала его. “Как это так, разве те существа достойны принимать лишь его дары, быть похожими лишь на него, дай-ка и я поучаствую в их создании”- думал Тень. Тогда дождавшись пока, Бог отвернется и начнет рисовать нового и нового юдлинга, Тень протянул свою руку и начал ловко пачкать тех черным цветом, даря им страх, печаль и отчаяние. А творец так увлекся созданием юдлингов, что и не замечал, как его картину правят. Но вот когда он рисовал пять последних юдлингов и отмерял им жизнь, рисуя светло розовым им сердца в теле, он краем глаза увидел черную руку. От неожиданности Бог вздрогнул и скользнул ярко красным по кончику уха юдлинга. Осознав, что происходит он со всего размаху ударил по руку, да так что пару черных капель отлетели от нее и распластались на картине. Рука спряталась обратно в Тень. В ярости Бог начал кричать и бранить Тень: ”Да как ты смеешь портить мой шедевр, совать свои руки, чтоб исправить то что не просят, а ну ка вылези еще раз и я тебя…”. Вдоволь накричавшись и успокоившись, художник начал рассматривать картину и оценивать, то насколько она испорчена. С черной краской на юдлингах уже было сделать ничего нельзя, а вот с той красной полосой надо было что-то делать. Ай да чудо-волшебник он перехватил свою кисть и применил все свое мастерство. И сделал так будто это просто красный кончик длинного уха. А затем начал думать: ”Эдак я хорошо по его уху проехался, она же будет жить куда дольше своих других братьев и сестер, не правильно это”. И тогда он сделал длинные красные уши и оставшимся четырем юдлингам. Так и появился народ эндри, что живут дольше других и имеют странные уши. А вслед за эндри Бог обратил свое внимание на несколько черных клякс в углу картины, но и тут он проявил свое невероятное мастерство и превратил кляксы в круглых птиц шатура с руками, ногами и одним глазом. Т.к. у птиц был только белый и черный цвета, то и получились они злобными, глупыми, жестокими и трусливыми и в будущем будут общаться и торговать лишь с таким же мерзким народом Толда. Так появились мир и первые его обитатели, однако, чтобы узнать о грядущем, то давайте послушаем, что поведает нам следующая глава.