Лёгкая работа

Лёгкая работа

Петр проснулся с первыми лучиками солнца, проникшими в окно и осветившими его лицо, значит пора на работу подниматься. Кашу не разогревал, так съел чуток, прямо холодную. Есть пока не хотелось, но надо, а то с утра забот много будет. Оделся – портки и рубаха простые, хоть и форменная одежда имеется, но перед кем наряжаться то? Жена с детьми «на большой земле», ей срок скоро третьего рожать подходит, так что пусть лучше под присмотром доктора родит, а не как он тут в одиночку Ваньку принимал. Так что немного у мамы погостит, и бабушку внуками порадует, и родит в человеческих условиях. Чем эта работа хороша – из под крыши выходить и не надо. Ведро воды и бидон с ворванью в руки, чистые тряпки на плечо и вперёд, прошёл через дверь – лестница, вверх 152 ступеньки и вышел на площадку. Первым делом – останавливаем вращение фонаря, затем гасим лампу – уже светло и незачем жечь дорогущую ворвань. Мельком смотрим на указатель уровня ртути в ванной фонаря – нормальный, подливать не надо. Дальше уже небольшой передых после подъёма и начинаем механизм заводить, гири поднимать. Вот рычаг ворота, крутить не то, что - бы сильно тяжело, но пару раз отдохнуть останавливался, даже рубаху снял, хоть день пока и не жаркий. Наконец всё – гири на самом верху, небольшой отдых и начинаем мыть стёкла. Вначале моем сам фонарь. Фонарь плавает в ванне с ртутью и так просто до него добраться сложно, но тут есть специальная такая штука – типа лесенки, вот с неё и моем, снаружи и особенно – изнутри. Убираем светозащитные экраны и открываем сам фонарь. Ворвань чем хороша? А тем, что копоти от неё почти что нет! Но всё - таки чуточку есть, и вот эта вот «чуточка» за ночь на стекле фонаря и оседает. Тщательно моем стекло и протираем сухой чистой тряпкой, обмахиваем линзу и зеркало – всё чистенько. Потом заливаем расходный бачок ворванью. Снова ставим экран на место, проверяем не будут ли экраны мешать вращению механизма, нет, всё нормально, всё собрано хорошо, ничего нигде не цепляет. Воду «за борт» - есть специальный слив, что бы полные вёдра вниз не тащить. Мокрую тряпку в ведро и снова 152 ступеньки, но уже вниз. Тряпки бросаем в ящик для грязной ветоши и идём печь топить. Да не ту печь, что в доме, а ту, что в пристроечке стоит, чтобы летом дом не греть. Вначале выгребаем золу из печки, стругаем полешко на щепу, укладываем в топку, сверху кладём дрова, которые потоньше, которые потолще – мы их попозже положим. Теперь от лампадки поджигаем лучинку и тихонечко переносим огонь в печку, смотрим как разгорается огонь. Всё – разгорается, закрываем дверцу и ставим на плиту котелок с водой. Пока плита разгорается – спускаюсь в погреб где в кадушке (деревянная бочка) солонина лежит, выбираю кусочек на сегодня, поднимаю в кухню, ополаскиваю лишнюю соль и кладу в котелок, солить не надо – и так мясо солёное, даже слишком. Теперь пару вёдер в руки и быстренько к ручью за водой. Ведёрки ставим, проверяем топку – разгорелось хорошо, добавляем полешек потолще. Вода пока не закипела, замачиваю горох и быстренько бегу к ручью ещё за водой, как раз к возвращению вода закипает. Пока мясо варится – заливаю из бочки в бидон ворвань на завтра. По готовности мяса заправляю суп горохом, будет у меня сегодня гороховый суп со вчерашней кашей. К каше пучок лука и пару редисок с небольшого огородика срываю, лето ещё только началось и особо то на огороде ничего не созрело. После еды ложусь поспать – ночи сейчас короткие и за тёмное время не выспаться. Так - то можно конечно и попозже фонарь погасить, но ворвани много сгорит, а она дорогая. Мало у кого в доме светильник ворванью заправляется, а у меня – пожалуйста. Да и крутить поменьше придётся. Зимой то гири до самого низа опускаются – умаешься пока поднимутся. Да и ворвани побольше поднимать приходится.

Послеобеденный сон и вперёд – на берег, за дровами. Здесь река неподалёку выносит всякий плавник, а его море волнами к берегу прибивает. Можно нормально так дров насобирать. Можно конечно и на судно снабжения заказать, но они сколько положено бесплатно привезут, а остальное – за деньги. А свой труд – он бесплатный. Пистоль за пояс, сумку с припасом боевым на шею – места здесь глухие, можно и зверя какого встретить. Вытаскиваю из моря пару лесин (древесных стволов) на просушку, беру одно уже подсушенное брёвнышко и поднимаю его наверх, подумав по дороге, решаю не пилить его пока, а поднять ещё парочку уже подсушенных брёвнышек. Попилить и зимой можно. А пока пилю одно брёвнышко, колю его на полешки и укладываю в поленицу под навес. Вечереет и надо огородик полить – самое время. После полива убираю топор, пилу, вёдра и запираю дверь. Потом снова печь, разогреваю суп на ужин и быстренько ем, поглядывая в окошко.

Смеркается, пора – снова 152 ступеньки, в этот раз только с зажжённой керосиновой лампой в руках. Ещё светло и я жду, когда достаточно стемнеет, чтобы вовремя зажечь фонарь. Вроде бы пора! Лучинкой от лампы поджигаю фонарь и запускаю механизм вращения. Фонарь плавает в ртутной ванне и вращается практически без сопротивления. Вращаясь он проходит по кругу тремя лучами и наблюдатель видит две короткие красные вспышки и одну длинную белую. Всё, работа на сегодня закончена, снова 152 ступеньки вниз, скидываю одежду и ложусь спать – хорошая всё - таки работа, быть смотрителем маяка!