Леночка

Леночку – молодую хохотушку семнадцати лет – взяли на работу в палатку с безделушками по нескольким причинам. Во-первых, было банально мало кандидатов, платили совсем копейки, да и работа была скучная. Во-вторых, благодаря улыбке и доброжелательности Леночки. Когда она смеялась, ямочки на щеках красовались и внушали теплое чувство даже хмурой хозяйке – тете Любе. И пожалуй, самая важная причина – сын хозяйки, Алеша. В свои девятнадцать не знавший ни единой девушки. Хозяйка прямо спросила при первом разговоре, есть ли у Леночки парень. Та отрицательно мотала головой, раскачивая густые каштановые волосы.

И, даже несмотря на странности, взяли Леночку продавать всякую девичью всячину: от лака для ногтей до пластиковых бигуди.

А странностей было немало: Леночка уходила домой в пять (хотя палатка работала до восьми), объясняя это необходимостью ухаживать за дедушкой, а в обед убегала, оставляя табличку “Обед. Скоро буду!” Ну, это ладно. Главная странность была в запахе: от Леночки пахло сыростью и сырым луком, но после замечаний от тети Любы запах перестал быть таким резким.

Алеша бездельничал ожидая результатов из вуза и по указу матери, стал обучать новую сотрудницу. Приходил в обеденный перерыв подменять красавицу, а после его возвращения засиживался с ней порой до самого закрытия. Леночка смеялась над его глупыми шутками. Они пили чай в крохотном пространстве палатки, и разговаривали обо всем, и ни о чем. Из этих разговоров Алеша узнал, что дедушка давно болеет. Раньше Леночка с мамой ухаживали за ним вместе, но мама скончалась два года назад, поэтому теперь за ним присматривает только Леночка.

Оба наслаждались присутствием друг друга. Изредка заглядывали покупатели. Алеша с улыбкой смотрел, как Леночка мило общается с покупателями, как дает понюхать дешевый парфюм, советует, какой лак для ногтей выбрать, продает накладные ресницы и записывает все в расчерченную тетрадку.

Однажды Алеша заметил, что коллега, вскипятив чайник, отлила немного кипятка.

– Слушай, а ты зачем воду в кружку сливаешь? – спросил Алеша.

– А я всегда так делаю, – хихикала Леночка, – чтобы грязь, которая поднимается со дна, ушла.

– А-а-а… – потянул Алеша.

– А вы что, так не делаете?

– Не-а. Может, и я теперь начну, – улыбнулся парень.

Теперь Алеша приходил на работу с утра и сидел с Леночкой весь день. Он заметил, что странный луковый запах усиливается после ее возвращения с обеда. Но спрашивать об этом стеснялся.

Наконец, Алеша набрался смелости и попросил разрешения проводить Леночку домой. Она с радостью согласилась.

– Только мне нужно в магазин заскочить, – предупредила девушка.

– Так даже лучше, – ответил он, – помогу сумки дотащить.

В магазине Леночка набрала большой пакет: несколько пачек пельменей, куриные потроха, картошку, морковь и, конечно же, лука. Лука было несоизмеримо много, даже больше чем картошки.

Алеша нес пакет, пересказывал мемы, вспоминал и додумывал забавные истории, стараясь показать себя с лучшей стороны. Леночка искренне смеялась, смущенно поправляла волосы и наслаждалась близостью.

– Может в кино завтра сходим? У тебя выходной как раз, – спросил Алеша плохо скрывая волнение.

– Мне за дедушкой надо присматривать, – виновато сказала Леночка.

– Да, мы ненадолго… После фильма такси вызову…

– Ну, не знаю… – щеки Леночки покраснели.

– Давай так: завтра в час подойду сюда. Если захочешь – выходи… – Колотилось сердце Алеши.

– Хорошо, – выхватила пакет Леночка и забежала в подъезд.

Алеша в тот вечер шел домой с дурацкой несмываемой улыбкой, которая бывает только от первой любви. Мир вокруг казался прекрасным.

На следующей день подходя к подъезду, парень боролся с сомнениями. “А вдруг не выйдет? Да, конечно не выйдет, дурак! Выйдет, выйдет!” – думал он, кусая заусенец, как вдруг увидел Леночку на лавочке. На ней было воздушное легкое платье в цветочек. Встретившись взглядами оба смутились и отвели глаза.

Леночка призналась что никогда в кино не была, и ей все понравилось. Алеша удивился, спросив, как такое вообще возможно. После сеанса они поели, и Алеша, как и обещал, вызвал такси. Он вышел вместе с ней и в прохладной тени у подъезда и решился на следующий шаг.

– Может чаю попьем? – дрожал голос Алеши.

– Да, можно… – поняла намек Леночка. – Пойдем.

Держась за руки, они поднимались по ступенькам. Запах тела Леночки, ее волос и слабые нотки лука, к которым Алеша уже привык, казались самым сладким, что можно чувствовать в жизни. Он был счастлив, не смея рассчитывать на большее в этот волшебный вечер.

Алеша желал чтобы прохлада подъезда не кончалась, чтобы они шли так целую вечность. Но вот, Леночка достала ключ.

Дверь квартиры открылась. В нос ударил затхлый, гнилостный смрад, в котором луковые нотки терялись. Воздух был плотный, как холодец. Леночка привычным движением включила свет. Обшарпанные обои, облупившейся мебель; в линолеуме зияли дыры. Алешу прошиб холодный пот.

– Вот мамины тапочки, – все с той же чарующей улыбкой сказала Леночка.

– Спасибо… – машинально ответил Алеша, сунув ноги в тапочки.

– Ты иди на кухню, я сейчас дедушку проверю, – указала она ладонью.

Тапочки приклеивались к линолеуму, слегка приподнимая его и издавая неприятный звук. Крохотная кухня кишела тараканами, многие из них не торопились прятаться когда зажегся свет. На грязной, заросшей жиром плите стояла кастрюля с супом. Стол был покрыт липкой клеенкой, на краю которой закреплена ручная мясорубка. Холодильник покрытый непонятными пятнами размеренно гудел. Все поверхности были покрыты пустыми оболочками тараканов.

– Как у тебя дела, не скучал? Кушать хочешь? – донесся приглушенный голос Леночки из комнаты. – Я с Алешей пришла, я тебе про него рассказывала. Давай, сейчас принесу супчика…

Через пару секунд появилась Леночка. Ее выражение лица было таким же светлым, как всегда, будто она помогала девочке выбрать расческу в палатке.

– Ты голодный, кстати? – Спросила она, размешивая суп, поднимая густоту со дна и наливая в тарелку. – Налить тебе?

– Не, спасибо…

– Ты чайник то поставь, я сейчас подойду, – сказала она открыв холодильник и доставая контейнер с непонятным содержимым. – Воду только не забудь слить…

– Угу, хорошо…

Леночка засунула ложку в рот и ушла в комнату с тарелкой супа и контейнером.

Ручка чайника липла к ладони. Алеша двумя пальцами открыл кран и набрал воды. Зажег спичку, повернул тумблер плиты – появился голубоватый огонь. Чайник начал нагреваться.

Алеша тихо, на цыпочках, подошел к комнате. На диване лежал иссохший старик. Седые волосы спадали до плеч. В длинной бороде покоились куски пищи. Острые плечи казалось вот-вот пробьют пятнистую кожу.

– Давай, давай, а-а-м… – ласково, как с ребенком, уговаривала Леночка отправляя ложку в рот старика. Тот открывал беззубый рот и тут же пытался выплюнуть. Леночка закрывала ему рот ладонью, заставляя глотать. – Вот молодец, давай еще ложечку…

Наконец с супом было покончено, Леночка все еще не замечая Алешу отложила тарелку на прикроватную тумбу и открыла контейнер. Это была перемолотая луковая каша, Девушка зачерпнула ее голой рукой и начала обмазывать торчащие ребра старика. Ему было холодно, он тихо стонал, широко раскрыв рот.

– Холодно, холодно, знаю, – утешала Леночка. – Зато болячек не будет, вот молодец… Давай переворачивайся…

Она обмазывала его луковой кашей тщательно, не пропуская ни сантиметра. Вдруг Алеша понял: в комнате не было другого спального места, а жилая комната в квартире – только одна.

Алеша молча стоял, не в силах пошевелиться. Вдруг из кухни послышался свист чайника, парень вздрогнул. Леночка обернулась. Она улыбнулась как обычно.

– Чайник закипел…

– Ага… – ответил Алеша опустив глаза.