Лес помнит

В старой деревне у края бора жил парень по имени Иван. Он был из тех, кто не ищет лёгких путей: рубил дрова, чинил избы, помогал соседям, но в душе тосковал по чему-то большему, чем дым от печки да скрип телеги. Другие парни давно обзавелись семьями, а он всё бродил один, словно ждал знака от судьбы. Не нашёл он себе другую — простую, как хлеб насущный, — потому что сердце его тянулось к тайнам.

Однажды осенью, когда листья шуршали под ногами, будто перешёптывались о забытом, Иван забрёл глубже в лес. Там, среди высоких сосен, он увидел её. Женщина с волосами цвета воронова крыла сидела у костра, помешивая варево в котелке. От огня тянуло горьковатым дымом, а вокруг вились странные тени. Звали её Мара — так шептали в деревне, называя ведьмой. Кто-то говорил, она варит зелья из трав, кто-то — что летает ночами над болотами. Иван не испугался. Подошёл ближе, и она подняла взгляд. В тот миг он понял: это она.

Дни шли, и Иван стал приходить к ней чаще. Они говорили о звёздах, о ветрах, что носят чужие тайны, о янтаре, который хранит в себе застывшее время. Мара учила его видеть скрытое: как под землёй сплетаются корни, как река медленно забирает камни на дно. Он влюбился так, что мир сузился до её голоса и редкой улыбки. Но деревня зашепталась:

- Не ходи, парень, она не наша.

Иван не слушал. И одна ночь изменила всё.

Началась буря. Мара стояла у своей избушки, и ветер рвал полы её плаща.

— Я ухожу, — сказала она. — Моё место не здесь.

И вдруг взвилась вверх, исчезая в трубе, как дым от очага. Иван не раздумывал. Сердце стучало глухо и часто.

«Не уйдёшь без меня», — подумал он и шагнул следом.

Тело стало лёгким, будто с него сняли тяжесть земли. Он вылетел за ней в ночное небо и крикнул в вихрь:

— Ты — моя любовь!

Они полетели над лесом, над рекой. Но буря оказалась сильнее. Ветер швырнул их вниз, к чёрной воде. Иван почувствовал, как тяжелеет, как тянет ко дну, и ушёл под воду, не выпуская её из рук. Река сомкнулась над ними, и в этом погружении не было страха — только покой.

Теперь только сосны знают правду, шелестя кронами на ветру. Янтарная смола, капающая с коры, хранит эхо их встречи. В высоких травах у берега иногда кажется, будто тени сплетаются в танце — напоминание о любви, которой не нужны слова. Деревня забыла Ивана. Лес — нет.