Её звали Соня. И она пришла в старый лес на окраине города просто потому, что сегодняшний день был слишком громким.
Слишком громко кричали родители, слишком громко визжали тормоза машин, слишком громко звенел в её голове голос классной руководительницы: «Соня, ты снова витаешь в облаках!». Она шла, засунув руки в карманы ветровки, и просто хотела, чтобы всё это наконец стихло.
Лес встретил её не шепотом, а приглушением. Шум города отступил, словно его захлопнули за тяжёлой бархатной дверью. Стало тихо. Но не пугающе. А... густо. Словно тишина здесь была не пустотой, а чем-то осязаемым.
Она шла по тропинке, прислушиваясь. Она ждала пения птиц, но вместо этого уловила нечто иное.
«...прочный...» — прошелестел мох под её ногами.
«...скользко...»— донеслось от влажного камня у ручья.
Это были не слова.Это были ощущения, облечённые в звуковую тень. Они не обращались к ней. Они просто были. Как запах или цвет.
Соня наклонилась и подняла с земли гладкий камень.
—Привет, — тихо сказала она.
И тут же попятилась.
Камень отозвался. Не голосом, а всплеском чувства в её собственном сознании — чувством прохлады, тяжести и многовекового покоя. Это было так же явно, как если бы кто-то положил ей на ладонь кусочек льда.
В этот миг тишина Леса изменилась. Она стала направленной. Присутствующей.
Из-за ствола старого дуба вышел человек. Вернее, он не вышел — он проявился, словно был всегда частью пейзажа. Его плащ был сшит из серого лишайника, а в руке он держал не посох, а причудливо изогнутую сухую ветвь, на кончике которой покачивалась серебристая, невидимо чертящая что-то в воздухе, капля росы.
Он смотрел на Соню не с гневом или удивлением, а с глубочайшим, почти болезненным любопытством.
— Ты... — его голос был таким же тихим, как шелест, но каждое слово отпечатывалось в сознании яснее крика. — Ты их слышишь?
Соня, всё ещё сжимая в ладони «спящий» камень, только кивнула. Она боялась, что если откроет рот, то нарушит что-то хрупкое.
Незнакомец медленно приблизился. Его взгляд скользнул по камню в её руке, и Соня почувствовала, как камень на мгновение согрелся, словно в ответ на этот взгляд.
— Они не разговаривают с первыми встречными, — сказал он. — Они игнорируют шум. А ты... ты пришла с миром. Ты принесла с собой тишину.
Он сделал паузу, и в его глазах, цвета старого дерева, мелькнула тень тревоги, смешанной с надеждой.
— Меня зовут Листен. А тебя?
—Соня...
—Пойдём, Соня. Я покажу тебе, что значит действительно слушать.
Он повернулся и пошёл вглубь Леса. И Соня, не раздумывая, пошла за ним. Она поняла, что её прогулка только что закончилась. Началось нечто другое.
Она вошла в Лес-Шептун. И Лес-Шептун — впервые за долгое время — начал шептать ей.
Вот он, первый шаг. Что происходит дальше? Куда ведёт её Листен? И что скрывается за его тревогой?