Лес Смерти

“Лес смерти. Лесная дорога не предвещала ничего хорошего. Ветер играл со звуками, нарушая блаженную тишину, которая до недавнего времени была признанным законом природы, но, как бывает, законы нарушаются. Белый снег ложился на землю, покрывая множество неизвестных следов в лесу. Только изредка слышались звуки, которые заставляли вздрагивать. До недавнего времени здесь было спокойно, но что-то случилось в городе, и здесь развернули костры. Крики боли, пытки, убийства — всё это привлекло неизвестное.” — Найденная записка на теле разорванного на куски путника.

Зима приближалась незаметно: сначала холодный ветер, а затем снегопад. Снег падал день и ночь без остановки. Где-то глубоко в лесу шагала уставшая лошадь. Она тяжело дышала, и каждый её выдох превращался в ледяной пар. В седле сидел человек, телосложение которого было трудно определить из-за плаща. Снег продолжал падать, закрывая обзор до уровня глаз. Дорога была не слишком приятной: камни, мусор, ямы — но это мелочи. Мосты здесь давно прогнили и не подлежали ремонту. Настоящая удача, что нашёлся хотя бы устойчивый мост — или всё-таки не повезло?

Дорога, побитая временем, замедляла шаг лошади. Каждый новый шаг давался с особой осторожностью. Отправить лошадь в галоп было бы самоубийством: она могла бы сломать ноги, и смерть настигла бы её — тихая и холодная. Конечно, если я не достану меч и не завершу это быстро. Ведь… пользы никакой! Этот четвероногий друг — его смерть будет на моей совести.

Направление ветра изменилось, и весь снег полетел мне в лицо. Одежда перестала согревать, как и шкура — она пошла туда же... Всё промёрзло насквозь. Как-то я ещё думал наперёд. Пальцы рук еле-еле держали карту, но нормально рассмотреть её не получалось. Снег и ветер мешали. Решив, я убрал карту в вьюки.

Лошадь потихоньку начала сбавлять шаг, а в конце концов совсем остановилась, поблизости от брошенной телеги. Решив поправить шкуру, я продолжил двигаться в седле. Сугробы снега были по колено, но лошадь свободно прошла, потеряв немного времени. Время, которое и так было на исходе. Брошенная телега под завалами снега — может, там что-то скрывается, или это опять паранойя?

Холодный ветерок играл с ветками деревьев, развивая их из стороны в сторону. Он становился всё сильнее. Надо поспешить — замерзнуть я здесь не хочу. Мой взгляд следил за снегом, который уносился вглубь леса. Предчувствие говорило мне, что нужно поскорее найти укрытие от морозного ветра. Вещи, занесённые снегом, открывались на мгновение, а сильный ветер снова покрывал телегу, и это повторялось много раз!

Передо мной лежало мертвое тело с отрубленной головой и без одной руки. Разложение тела уже началось. Лёд сковал его полностью. Если приглядеться, можно увидеть, что на нём не хватает мяса. Грудная клетка была расширена, а рядом виднелся старый шрам от стрелы или ножа.

Лес изменился с последнего моего появления. Из тихого он превратился в нечто, напоминающее петуха, который кричит по утрам, чтобы разбудить крестьян. Они начинают свой день: косить пшеницу, напоить лошадей, мыть одежду в реке и заниматься множеством других повседневных дел, которые наполняют жизнь в деревне. Почему я это вспомнил? Даже не знаю, наверное, потому что лес стал почти таким же — только в худшую сторону. Ладно, что-то я задумался. Надо ехать, а не думать о старом — старое есть старое. Забытое и обречённое на забвение. Лучше думать о настоящем. Надо быстрее двигаться.

Небо меняло цвет, ярко-оранжевый оттенок постепенно освещал лес. Ветер мчался по деревьям, ветки начали под тяжестью снега пригибаться, создавая звук падения в лесу. Мой взгляд заметил прибитого человека к дереву — это было обычным явлением среди людей.

Я тронул коня, посылая его вперёд. Мне хватило трупов на пути. Конь обогнул их и направился вглубь леса. Где пещера? Я еду уже три километра, а её всё нет. Замёрз, голоден, теперь даже шкура волка не помогает. Почему-то мне кажется, что здесь нет людей. Есть только чудовища, что пытаются тебя съесть. Специально мне дали такое задание, сами сидят в тепле, а я тут морожу задницу. Надо было ехать дальше, а не соглашаться на это задание. Хотел бы я сказать пару ласковых слов, но лучше промолчу. Это моя работа — рисковать жизнью ради чужой. Если честно, это мой хлеб. Лучше так, чем жить в деревне и рыхлить землю — хотя мне этого не светит.

Метель летела в лицо, я пытался найти укрытие глазами, но не находил. Только заметил кончик указателя. Ногой дотянулся до бока коня, посылая его ближе. Подъехав, я начал убирать снег рукой. Мне открылись два пути: один вел к деревне под названием Дед да Бабка, второй — неизвестный, с названием в крестьянском стиле: Ветви. Думать лишний раз не стал. Поехал по неизвестному маршруту, деревням больше не доверяю.

Когда-то я свернул в деревню, и меня пытались сожрать. Но я быстро нашёл путь более безопасный, и то пришлось вырезать целую деревню. Они, как крысы, подстерегали и за углами пытались напасть. Обошёл её, но еды не было вообще. Вот так-то. Перехотелось ездить по таким дорогам и испытывать удачу. Да… иногда совесть гложет, но надо жить дальше.

Ночное небо всегда завораживало и было прекрасным, что я любил в детстве — смотреть на него. Даже сейчас оно меня завораживает. Воспоминания пришли сами, я вспоминал, как выбегал из замка ночью, вылезал на крышу башни или гулял по лесу. Меня находила девушка, а точнее, мама. Она для всех детей была мамой в те старые времена. Её внешность я запомнил с первой встречи: длинные чёрные волосы, кожаный полудоспех, красные глаза — всё это вызывало гордость за неё. Когда-то я спрятался в пещере, и все подумали, что я сбежал, но это была только доля правды. Просто мне надоело проводить своё детство в замке.

Паренёк сидел в расширении пещеры, одет как все обычные дети. Одежда с засохшей кровью и стёганые сапоги. Ему хотелось покинуть эту пещеру, но раздались шаги. Две или четыре пары ног прошагали в пещеру. Он остался сидеть, пока они не уйдут.

— Он здесь, — раздался знакомый голос. Его торопливые шаги отдавались эхом.

— Может, его здесь нет, и ты всё неправильно сделал? Этим... своим ритуалом поиска! Может, он ошибся и сидит где-то рядом, смотрит на нас? Зачем его гонять, как зайца? Обращались бы с ним нормально — не искали бы. И так третий день ищем. — Голос был довольно знакомый, но я не помню чей. В нём было волнение и тревога. Источник голоса делал ленивые шаги.

– Да? От кого я слышу? Сам же ему даёшь знаний больше всех. Он хотя бы сможет себя защитить, а не вспоминать все твои ненужные знания. – Голос тоже знакомый.

Они двое остановились, и я чуть выглянул. Они стояли лицом друг к другу. Вглядываться я не стал, только посмотрел на третьего человека. Всё тот же стиль одежды, смесь женского и мужского, как будто шили две брони.

– Замолчите! – Я сразу снова спрятался. – Собачиться будете, когда его найдём. – Женский голос прервал спор. – А сейчас мы найдём его здесь или в другом месте. Вы думаете, меня головке погладят? И этот прокол мне не спустят. Нет уж, мне хуже вас достанется, и двое больше. – Она всегда максимально серьёзно относится к делу.

Голоса затихли. Я прижался к тёплой каменной стене. Солнечные лучи грели одно место, вода капала каплями и нарушала тишину. Шаги начали отдаляться, и я мог различать, сколько идут человек. Я сосредоточился, голова начала болеть дикой болью, но я терпел. Лучше так, чем вернуться. Два… получилось, двое людей ушли, осталась одна. И она знает, что я тут.

– Давай, выходи, Северин, они ушли, а я не страшный серый волк. По-хорошему прошу, или вход новый придётся искать, а я сомневаюсь, что он имеется. – Тон был серьёзный, слегка мягкий и идеальный. Ведь… – Наказание я не боюсь, пройду снова и вернусь. Как видишь, я с тобой откровенно разговариваю, хотя ты же прячешься, не надоело?

Страха у меня в этот момент не было, всё решал тот момент, когда я решил бежать. Зная её характер, она может магией превратить всё в горы. Вдруг совесть меня захватила, и я почувствовал, что природа виновата. Если за меня её разрушать. Я начал вылезать, чёрт, нога застряла.

– Давай, помогу. – Она бесшумно появилась, как всегда, кошка. Помогла мне выбраться. – Вот так лучше, и не надо тебя наказывать, сынок.

Её одежда отличалась смесью чего-то женского и мужского. Ну что я удивляюсь? Она всегда носит такие непонятные наряды. Грязь на одежде перемешана с чем-то, чего я ещё не видел. Этого я не видел, когда выглядывал из своего укрытия. Я как-то язык проглотил, и за меня её могли снова отправить на наказание. Надо ей сделать приятное, подошёл поближе и обнял её со всех сил, которые у меня остались. Мне только этого хотелось, и всё остальное меня не касалось. Грязь как грязь, лучше так, чем жить сожжением в душе. Вернуться — самый лучший вариант. Я походил неделю по лесу, и сил не было. Словно сгусток энергии, который постепенно исчезает. Она обняла меня в ответ, и мы разделились через некоторое время.

Она залезла в карман и вынула тряпку.

– Надо убрать с тебя грязь, а то неправильно поймут.

– Почему? Ты же ничего такого не делала! Я сам сбежал и отвечаю за свои поступки. Ты меня сама учила этому, или ты уже думаешь по-другому? – Набрался мужества и посмотрел ей в глаза. Я редко это делал, но это действенная вещь. И ещё наши с ней семейные отношения.

– Эх… Вырастишь — поймёшь, – она тяжело вздохнула.

– Всё нормально, мам, мне даже идёт. Надо будет поиграть так с тобой.

– Ты уж извини, но не могу я за вами присматривать, должна, а не играть. Сам как-то найдёшь, с кем поиграть, – серьёзным тоном сказала, начиная вытирать с моего лица грязь.

Я снова её обнял. Мне нравилось обнимать её, чувствовать, что я кому-то нужен и необходим.

– Блин, опять твоё лицо вытирать. Что ты за сын такой? – Она обняла меня в ответ и добавила шепотом: – Но лучше такой.

Я отстранился от неё, как только она хотела убрать грязь с моего лица. Я ушёл от её руки.

– Извини, мама, но мне идёт, и не позволю тебе ходить такой одной, – с деловым комментарием или поиздевавшись. Сам я не понял.

Она только тяжело вздохнула.

– Ходи, как хочешь. Всё равно я за тобой не гонюсь, слишком натренированный ты, – тяжело вздохнула она и убрала тряпку.

У меня был давний вопрос, когда она меня находила. Где бы я ни был.

– Как ты меня постоянно находишь? То в лесу, то на крыше. Ты на меня магическую метку поставила? – Я набрался храбрости и сказал это, сам себе не веря. И даже чуточку серьёзности.

– На первый вопрос я не отвечу, это моя тайна. А если захочешь узнать, почитай много книг, и узнаешь. И нет, я на тебя магическую метку не ставила. Это прошлый век. Пошли давай, – она протянула мне руку, мило улыбаясь. – Давай решайся, или я завалю выход, и останемся умереть в этой уютной пещерке. – В этот момент я точно почувствовал, что она прикушенно улыбается.

– Пошли, мамка, – я специально приготовился и побежал к замку. Отпустил её руку и побежал.

– Я смотрю, ты на ошибках не учишься. Надо тебя проучить, – с этими словами она написала что-то в воздухе и побежала вслед.

Хорошие воспоминания, как приходят, сразу хочется вернуться туда и снова устроить с ней скачки наперегонки до крепости, проговорив последнюю фразу мягче, чтобы Роза улыбнулась. Да, уж… Возможно, я позже поскачу в крепости. Ведь до него верхом, где-то месяц скакать на моём «Вихре». Конечно, у меня есть предчувствие, что живым я из леса не выйду.

Вихрь снова замедлил шаг и встал, словно что-то невидимое почувствовал. Присмотревшись к кронам деревьев, я заметил кончики сломанных веток, торчащих из-под снега. Где-то рядом лежал окровавленный меч. Всё так удобно, вот поблизости... Тут что-то не так. Кровавое пятно шло дальше.

— Молодец, Вихрь, вот ты молочина, — погладил я его по гриве.

Вихрь, в свою очередь, довольно выпустил пар из ноздрей.

— Ладно, ладно, тебе, ты и так утеплён, как только можешь. Простудишься, и мне травы надо будет покупать для твоего выздоровления! Зимой их вообще не найти. Это я тут морожу, всё своё достоинство, а ты за мной пошёл. Потому что веришь в меня, а я в тебя! — сказал я с мягкостью в голосе, потрепав гриву. Это в первую очередь мой четвероногий друг.

Необходимо проверить этот кровавый след. Возможно, кому-то нужна помощь. Хотя… в этом лесу это бесполезно, все уже мертвы. Но всегда есть шанс на лучшее. Может, я узнаю что-то о местных монстрах. Никогда не знаешь, что таят такие леса.

Неохотно спешился с коня и взглядом проводил пятно крови. Оно разделялось на три стороны. Два следа почти исчезли из-за падающего снега. Однако один след чётко вёл в глубь леса, и отчётливо были видны следы от проехавших колёс телеги. Значит, кто-то ещё жив. Я обернулся посмотреть на лошадь.

— Извини, Вихрь, но мне придётся последовать по следу. Вдруг нужна помощь, пока не поздно.

Идя по следу, я снова и снова поднимал ветки. Под ногами хрустел мягкий снег, и моя рука в очередной раз подняла ветку, с которой падал снег на землю. В один момент я прислушался к звукам окружающего леса. Мне показалось, что кто-то поблизости. Однако, осмотревшись, я понял, что моя фантазия разыгралась или это было чувство приближающейся опасности?

Вскоре появилась узкая тропинка, окружённая деревьями, на которых сидели птицы. Вроде, вороны? Небо потемнело, сотни ворон кружили в воздухе, а некоторые сидели на ветках. Ветер не унимался, и холод проникал под одежду, через царапины на ткани. Нужно осмотреться, может, я найду что-то полезное или просто потрачу время зря. Деревья, звук птиц, следы... и если хорошенько приглядеться, можно заметить странности. Кроны деревьев закрывают некоторые пути, вот это странно. Нужно двигаться быстрее, так прохладно.

Десять минут ходьбы — и я на месте. Моему взгляду открылась сломанная телега, разбросанные вещи, два трупа и следы. Из телеги я сразу ничего брать не стал — я не мародёр, пусть всё сгниёт. Всё остальное оказалось полезным для меня. Тела были разорваны на две части. Это мог сделать только кто-то очень сильный, или они сами вышли куда-то и их предали. Телегу направили в их сторону, чтобы разрубила тела на части. Следы — самое интересное, они больше похожи на людские, но также встречаются и животные. Остаётся только чудовище. Повалённое дерево подтверждает это. Здесь есть опасное чудовище, но какое именно — я не буду делать выводы по нескольким деталям. Всё, возвращаюсь! Замерзну. Смерть настоящего наёмника или кто я там?

Путь назад прошёл быстрее, чем я думал. Вихрь ходил вокруг дерева, чтобы не замерзнуть, и отошёл немного от прежнего места, или что-то почувствовал. Нужно ехать дальше, пока не случилось что-то плохое. Если лес погружался во мрак быстрее, чем я найду пристанище, то будет нехорошо. Запрыгнув в седло, я послал коня вперёд.

Тёмная ночь опустилась в лес быстрее, чем я думал. Лунный свет давал единственное освещение. Дорога дальше была не лучше: отовсюду несло смрадом и разложением тел. Телег стала больше, с различными гербами: щит и меч, змея, лошадь в брани.

Здесь обитали падальщики — так сказать, вороны. Они летали в воздухе, давая понять, что им холод нипочём.

Дорогу мне не суждено пройти: то вороны, то трупы, а теперь дороги преграждают телеги. Вот протяни руку и скачи во все поры. Есть одна мысль — очень рисковая затея. Пройти напролом, посылая коня в галоп и прыжок, чтобы лошадь перепрыгнула, и я оказался на той стороне. Помню, он отлично прыгает, вот так… Ещё эти кроны с листьями, которые закрывают обзор, и не видно протоптанных троп. Падающий снег покрывает землю, заметая старые следы.

Лес очень большой, и непонятно, откуда тут много людей. Неужели они пришли по той же причине, что и я? Тогда мой заказчик ошибся! Баррикады не туда и не сюда. Искать обход? Время нет. Если бы я тащил своего Вихря в лес, то там бы и умер. Есть один вариант — поджечь телеги. Вход освободится, а я погреюсь, в такой мороз теряя замерзшие руки об друг друга, в надежде, что они хотя бы немного согреются. Дела нечёткие. Жалко лес, он не виноват, что его превратили в поле боя.

Остаётся только на пролом. Я потрепал по гриве коня и направил вперёд, но Вихрь сам направился к телегам. Будто что-то нашёл, чего я не заметил. Он пошёл рысцой, раздражённо каркая. Ударил его ногой в бок и крепко вцепился в узду. Холодный ветер ударил мне в лицо. Где-то сверху точно есть гнездо. Самое обычное! Только тела кругом — это можно увидеть прямо от входа в этот каннибализм гнилого мира. Маленький, правда, но зато хороший.

Прошел верхом баррикаду очень быстро, этот отделённый мир и карканье. Преследую, как и думал — надо быстрее оторваться. Они не просто так идут по следам, хотят поживиться на свежем!

Всегда этот лес такой странный, и я не удивляюсь. О, вот и указатель, который разделяет на три пути. Как я помню: первый вел в деревню Тростинки, что проходила вглубь леса. Второй путь — тропинка с не очень безопасным маршрутом. Там постоянно все пропадали, и трудно было найти даже тела, лишь следы крови или части тел. Вот третий путь — никуда не ведёт. Хотя он и шёл по королеву Розалит. Вроде по дороге была одна деревня, от которой остались только заброшенные постройки, кости, и туда устраивались логова — то волки, то чудовища. Много слухов ходило об этом месте.

Не был в том месте, да и вообще не собирался.

Вихрь продолжал идти, сам выбрав раздёртую дорогу под снегом. Снег и ледяной ветер летели мне в лицо, времени на постоянное сбрасывание снега не было. Я видел, как пробегали сгоревшие дома, брошенные тележки, деревья, трупы.

Прикрыв глаза, я вдруг заметил, что ветер исчез. Он изменился, стал тёплым. Леденящий холод сменился не таким сильным. Я только успокоился, когда конь вдруг стал и чуть не свалился. Быстро слез, давая ему отдохнуть. Оглядел местность. Быстро. Только горы, два пути и ни указателей. Это всё? Судьба издевается? Тем более я был телепортирован из леса в горы, зашибись. И что я тут буду делать? Весело, ничего не скажешь.

Я скинул с себя волчью шкуру, подошёл к лошади, сбросил пустой мешок и положил всё, что не нужно. Живот заворчал, нужно сверить запасы еды. Но разжигать костёр опасно, кто-то может прийти на дым. Нужно накормить лошадь. Заглянул в вьюки, пошарил немного и нашёл то, что искал — яблоко. Холод только пошёл ему на пользу, я осторожно протянул его коню, он проглотил его с удовольствием.

Теперь надо подумать, куда идти: налево или направо? Трудный вопрос, хоть глаза выколи — ничего не видно. Нужно всё-таки сделать привал.

Привал я сделал недолгий, костёр развёл. Сначала расчистил место и поджёг дрова, подвёл коня поближе, сидел, грелся и подкидывал веточки около тридцати минут. Хорошо, что я закинул в другой мешок пару дров и веток. Ветки тут горят очень хорошо.

После того как я закидал костёр камнями, я согрелся, но теперь понял, что воды нет. Хотя бы снега нет — и на этом спасибо. Я запрыгнул на коня и повёл его в любой путь, всё равно не знаю, что там.

Луна взошла, ночь стала — время для охоты. Густые леса скрывали много тайн. В один момент, около леса появились три человека с разных сторон и скрылись в лесу.

Раздолбанная дорога казалась испытанием, иногда путь проходил на выживание. Мало-помалу, вся пыль летела мне в лицо. Холод не мешал, даже приятно было его ощущать.

По пути мне попадались пещеры. Увидев их, я только ругался и шел дальше. Узкие дороги и больше ничего, да, только если ещё брать монстров и разные кости. Надо быть настороже, а то по голове наглеют и всё, ничего больше нет. Дальше не было ничего, кроме речки. Я там набрал воды и напоил лошадь. Ещё там была чья-то оранжерея, но трав было много. Хорошее состояние строений, сразу видно, что о них ухаживают и заботятся.

Вдалеке я увидел, что там тоже развилка. Её я в последний раз не заметил.

Проезжая мимо зелёных кустов, я услышал разговор.

— Ты чего тут землю топчешь?

— Чего топчу? Это же не огород, тебе, дед! А священная земля, где каждому рады будут. Хожу, как хожу, тебе что?

— Вот что пошло в нашем веке! У тебя хоть есть цель, ради которой ты ходишь по земле? Вижу в твоих глазах её нет. В молодости я встретил одну девушку и посвятил ей жизнь.

— Конечно, дед, извини меня, но ты ошибаешься. У меня есть цель, и я её выполню, хоть умру, но выполню. И твоя история самая обычная: жил с ней в своей деревне, и она умерла, а ты пошёл путешествовать.

— Ты ошибаешься, новое поколение слепое и глухое. Я путешествовал почти всю свою жизнь. Грифонов видел, разных волков, красоту стран, которые не сравняться с нашими. Поведал построенный город на руинах эльфов. Там есть единороги, сад цветов. Долго перечислять. Главное, что там сохранилось, как не во всех остальных королевствах. Это мир между расами: люди, эльфы, гномы — все они дружат и соблюдают правила.

Я слез с коня и пошёл на голос. Подошёл к кустам, осторожно вошёл в них, зелёные листья щекотали кожу. Это приятное ощущение. Вышел на поляну, и на меня наставили арбалет дед и парень с мечом.