Лестница культивации. Этап первый.

В густом лесу, где солнце едва пробивалось сквозь кроны деревьев, двенадцатилетний Кай сражался с зарослями крапивы. В его руках был длинный прут, который он ловко вращал, представляя, что это меч легендарного воина. Крапива, высокая и колючая, казалась ему шайкой бандитов, напавших на караван с прекрасной принцессой.

— Не бойся, принцесса! — кричал он, размахивая прутом. — Я, Кай, защищу тебя!

Он прыгал, уворачивался и наносил удары, представляя, как бандиты падают один за другим. Его воображение рисовало яркие картины: принцесса смотрела на него с восхищением, а жители деревни подбадривают его криками, восхищаясь его храбростью и ловкостью. Но в самый разгар битвы Кай не заметил корень, торчащий из земли. Он оступился и с громким «ой!» упал прямо в заросли крапивы.

— Ай! Ой! — вскрикнул он, быстро вскакивая и потирая обожжённые руки и ноги. Крапива, казалось, злорадно шелестела вокруг, а воображаемые бандиты смеялись над его поражением.

— Даже крапива меня победила, — проворчал Кай, бросая прут на землю. — А не то что настоящие бандиты...

Он быстро собрал тростник, который успел нарезать до «битвы», и, потирая ожоги, направился домой. По пути он мечтал о том, как однажды станет могущественным практиком, владеющим боевыми искусствами и способным защитить не только себя, но и всех, кто ему дорог.

— Вот бы научиться управлять ци, как те великие мастера, — вздохнул он, глядя на вершины гор, скрытые в тумане. — Тогда бы я показал этой крапиве!

Деревня, где жил Кай, была маленькой и уютной. Дома, построенные из тёмного дерева, стояли вплотную друг к другу, а узкие тропинки между ними были выложены речными камнями. Вечерами из труб поднимался дымок — жители готовили ужин, а в воздухе витал аромат жареной рыбы и тушёных овощей.

Кай жил с дедом в небольшом доме на самой окраине деревни у ручья, за которым начинался лес. Дед, которого все звали Лао Шу («старый мастер»), был известен своим умением плести корзины и циновки. Его изделия славились прочностью и красотой, но в деревне каждый сам мог сплести карзину, чтобы что-то заработать, нужно было ждать приезжих торговцев, которые хоть и очень дешево, но охотно покупали почти всё, что успевал сплести Лао Шу.

— Кай! — раздался голос деда, как только мальчик переступил порог дома. — Где ты пропадал? Я уже думал, что злые духи заманили тебя в темную лощину!

Кай успокоил деда и рассказал ему, что бился с разбойниками, напавшими на караван.

Лао Шу засмеялся, поправляя свои седые усы:
— Ага, конечно. И эти красные пятна на твоих руках — это твои боевые шрамы, да?

— Ну... может быть, — смущённо пробормотал Кай, ставя корзину с тростником в угол.

— Крапива победила тебя? — сквозь смех спросил дед.

Кай, всё ещё потирая ожоги, ухмыльнулся:
— Крапива? Пфф! Она даже близко не подошла! Это я её победил, дед. Просто... она немного сопротивлялась.

Дед подошёл к нему и, прищурившись, осмотрел «боевые раны»:
— Крапива — опасный противник. Может, в следующий раз возьмёшь с собой щит? Или хотя бы перчатки?

— Щит? — Кай фыркнул. — Да я бы её и голыми руками победил, если бы не этот корень! Он подлый, дед, подлый. Нарочно за ногу схватил.

Лао Шу рассмеялся ещё громче:
— Ну, раз корень виноват, тогда ладно. Иди мой руки, а я пока закончу эту циновку. Ужин почти готов.

Кай послушно направился к ручью за домом, чтобы смыть грязь и успокоить ожоги. Вернувшись, он сел на циновку рядом с дедом и стал наблюдать, как ловко его руки сплетают тростник в узоры.

— Дед, — начал Кай, глядя на огонь в очаге, — а ты когда-нибудь мечтал стать кем-то... ну, знаешь, великим? Например, могучим практиком или воином?

Лао Шу на мгновение задумался, не прекращая работы:
— Великим? Ну, в молодости я мечтал стать лучшим мастером плетения в округе. И, знаешь, кажется, у меня получилось.

— Нет, я не об этом, — Кай покачал головой. — Я о силе. О том, чтобы стать культиватором, как те, о которых рассказывают в легендах. Чтобы уметь летать, управлять стихиями, защищать слабых...

Дед вздохнул и отложил циновку в сторону:
— Сила — это не только кулаки или магия, Кай. Сила — это умение делать то, что ты умеешь, лучше всех. Вот ты, например, уже почти как я плетёшь. Это тоже сила.

— Но я хочу большего, — настаивал Кай. — Хочу, чтобы обо мне слагали легенды. Чтобы принцессы восхищались мной, а бандиты боялись!

Лао Шу улыбнулся:
— Легенды, говоришь? Ну, тогда тебе придётся научиться сначала побеждать крапиву. А то как ты бандитов будешь пугать, если даже растение тебя одолело?

Кай засмеялся, но в его глазах всё ещё горела мечта:
— Ладно, дед. Но когда-нибудь я стану сильным. Очень сильным. И тогда я покажу всем, на что способен.

Дед кивнул, снова взявшись за циновку:
— Главное, чтобы ты не забывал, зачем тебе эта сила. Сила без мудрости — как корзина без дна. Красиво, но бесполезно.

Кай задумался над этими словами, пока дед наливал ему миску горячего супа. Ужин прошёл в тишине, но в голове мальчика уже роились планы. Он знал, что его путь только начинается.

После ужина дед отложил в сторону почти законченную циновку и посмотрел на Кая:
— Внучок, мне нужно ещё немного тростника. Сосед сказал, что завтра вечером заедут торговцы, а у меня материала осталось всего на две корзины. Сможешь сходить и нарезать ещё?

Кай, который хоть и хотел после ужина пойти играть с друзьями, тут же вскочил:
— Конечно, дед! Я быстро!

— Только будь осторожен, — предупредил Лао Шу. — Не забудь, что в лесу темнеет быстро. И не увлекайся своими фантазиями, а то опять корень за ногу схватит.

— Не волнуйся, дед, — ухмыльнулся Кай, хватая корзину и нож. — Я вернусь до заката.

Он вышел из дома и направился вниз по ручью. Лес был тихим, лишь изредка нарушаемым пением птиц и шелестом листьев. Кай быстро нашёл заросли тростника и начал срезать длинные стебли, складывая их в корзину.

Когда корзина наполнилась, он отправился в обратный путь. Но, как всегда, его мысли унеслись далеко. Он представлял, как станет великим культиватором, как будет сражаться с бандитами и спасать красивых девушек от злобных монстров. Кай огляделся и понял, что за мечтами сбился с пути. Солнце уже клонилось к закату, а тропинка, по которой он пришёл, куда-то исчезла. Он попытался сориентироваться по ручью, но в сумерках всё выглядело иначе. Вместо того чтобы вернуться в деревню, он случайно прошёл мимо неё и углубился в лес.

Темнота сгущалась, а в небе начали собираться тучи. Кай ускорил шаг, но вскоре понял, что заблудился. Ветер усилился, и первые капли дождя упали на землю. Мальчик уже готов был бежать назад и попытаться выйти к устью ручья, как вдруг заметил впереди что-то большое и тёмное. Это были развалины старого храма, почти полностью поглощённые лесом.

Кай подошёл ближе. Храм выглядел древним и заброшенным, но его стены всё ещё стояли, а внутри можно было укрыться от дождя. Мальчик зашёл внутрь, поставил корзину с тростником в угол и сел на пол, стараясь не думать о том, как далеко он от дома.

Гроза разыгралась не на шутку. Молнии освещали руины храма, а гром гремел так, что дрожали стены. Кай прижался к стене, чувствуя себя маленьким и беспомощным, укрылся срезанным тростником. Вскоре усталость взяла своё, и он начал засыпать.

Лао Шу сидел у очага, время от времени поглядывая на дверь. Буря бушевала снаружи, а Кай всё не возвращался. Дед вздохнул и подкинул в огонь ещё немного дров.

— Наверное, опять замечтался, — пробормотал он. — Ну ничего, мальчишка крепкий. Уж с бурей-то справится.

Он знал, что Кай умеет заботиться о себе, но всё же в его сердце закрадывалось беспокойство. Лао Шу встал, подошёл к двери и посмотрел в сторону леса.

— Возвращайся, Кай, — тихо сказал он. — Завтра будет новый день.

Кай очнулся от странного ощущения. Гроза грохотала где-то далеко, и в храме было на удивление тихо. Но что-то изменилось. Он так же лежал под охапкой тростника, но не мог пошевелиться. Каю неожиданно заметил, что разрушенный храм уже не является таковым, стены и потолок выглядят были целыми, из пола не растет трава, и витает слабый запах сандала из курильниц. Постепено воздух стал плотнее, а в углу, где он спал, появился слабый свет. Мальчик увидел перед собой фигуру — старец в длинных белых одеждах, с седой бородой и глазами, внимательно на него глядящими.

— Кай, — произнёс старец, и его голос звучал как эхо. — Ты пришёл сюда не случайно. Этот храм был местом силы наших предков, а я — дух одного из них.

— Скажи мальчик, чего ты хочешь?

Кай замер, не в силах вымолвить ни слова.

— Я здесь оставлен чтобы обучать достойных пути культивации, — продолжил дух. — Путь, который может привести тебя к ужасной гибели или откроет тебе силу, недоступную простым смертным. Уже очень много лет прошло с тех пор как я последний раз выполнял свои обязанности учителя клана Лян. Последний ученик не прислал своих потомков ко мне, и никто не следит за местом моего обитания. В тебе есть частица крови и духа нашего клана. Если ты хочешь, то я буду тебя учить, но только если ты пообещаешь освободить меня, когда достигнешь четвертого этапа Наследник и сможешь разрушить духовную основу алатарного камня этого храма.

Кай, не раздумывая, кивнул. В его сердце загорелся огонь надежды, который он давно в себе подавлял.

— Хорошо, — сказал старец. — С этого дня я стану твоим наставником. Но помни твоё обещание необратимо, если ты умрешь то и после смерти будешь привязан как и я к этому месту пока кто-нибудь не освободит нас или пока Солнце не поглотит Землю, через миллиарды лет.

С этими словами старец исчез, а Кай очнулся, выйдя из глубокого сна. Гроза уже утихла, и первые лучи солнца пробивались сквозь трещины в стенах храма. Мальчик чувствовал, что его жизнь изменилась навсегда, и он был не уверен в том что поспешный выбор правильный. Ведь не зря этот храм разрушен и никто не знает о тех кто его создал.