Летняя волчица. Книга 2. Зимняя королева

Часть первая.

Глава первая.

Юго-Восточный Ардан, близ границы с Альтасаром.

1

Когда фэйри обещали выход в реальный мир, они забыли сообщить о паре сущих мелочей. Несущественных для самих великолепных обитателей Изумрудных Холмов.

Например, куда выводят очередные Врата. Для обычных людей ведь тоже всё, что за Радужными Вратами, - это одни сплошные Изумрудные Холмы Дивных Фэйри. Ну, так и для дивных фэйри за Вратами – один безликий «человеческий мир». Как-нибудь ведь там люди не заблудятся? Сами же у себя? А уж как этот дикий мир делится там на государства – это они пусть тоже сами как-нибудь меж собой разберутся.

Спасибо, хоть не выкинули куда-нибудь в бескрайнее море. На корм южным акулам.

Поняли, куда примерно вляпались, Коннор с Даром только спустя часа три пути. Через густой лес. Когда наконец увидели далеко впереди небольшую группу людей. В просвете между лиственными деревьями. С абсолютно не северной формой листьев. Таких там Дар ни разу не встречал. Только в книгах отцовской библиотеки.

Зато из этой кущи беглецы отчетливо расслышали болтовню двух ближайших крестьян. Соседний арданский Дар знал неплохо – спасибо наставникам.

До этого сомнения еще были. В конце концов, лиственные деревья росли и на юге Кельтланда.

Теперь дело за малым – насколько беглые кельтландцы сейчас далеко от границы? Своей. А то у Ардана есть еще и Альтасарская, и Вульфландская. И первая из них - тоже не слишком северная. Те же раскидистые клены и дубы могут спокойно произрастать и там. Как и вон то огромное деревище - остролистое и уже совершенно незнакомое. Даже по библиотечным книгам.

И что сейчас творится на далекой родине? Что с Лириэн и их семьей?! А с Маром и Селеной? И как сестре теперь объяснить, что Миру дивные фэйри попросту никуда не отпустили. В слишком безопасной компании преследуемых беглецов. По крайней мере, пока. Личная воля их высокородной принцессы. Любимой королевиной внучки.

Короли, королевы, принцы, принцессы. Конечно, Дар тоже - сын северного герцога. Увы, покойного. Но он сам даже титул не наследует. Вот пусть всем этим и занимается Мар. А у младшего брата сейчас одна задача – найти и спасти любимую сестру.

А еще хуже, что при всём среднем знании местных языков, географические карты он вообще не помнит. И не в силах определить, куда именно заблудившихся кельтландцев занесло заботливой волей добрых и гостеприимных фэйри. Хоть обратно в Радужные Врата долбись. Так могут ведь больше и не открыться.

А самое паршивое, что листва на деревьях уже начинает желтеть. А ведь когда Мира втащила Дара с Коннором через Врата, еще лето не наступило! Значит… прошли месяцы. Если не годы…

Этак все легенды о Холмах Фэйри вспоминаются разом. Еще одна мелочь, о чём вежливые хозяева Изумрудных Холмов позабыли упомянуть незваным гостям. Или не сочли нужным. Разве это важно?

На кратком привале Коннор был хмур сильнее обычного. А Дар только жалел, что не попытался расспросить встреченных путников.

- Не волнуйся, - наконец утешил кузена Дар. Точнее, попытался. – Мы ее спасем. Обязательно.

Когда так говоришь – сам веришь сильнее.

- Это я должен тебя успокаивать, - невесело усмехнулся Коннор.

- Но ведь… - Дар даже осекся.

Ну почему все упорно считают его глупым мальчишкой? Кому ну совсем ничего важного нельзя рассказать. Хотя, если Коннор – это еще не так обидно. А вот когда Лира…

Но пусть считает его кем угодно, лишь бы поскорее нашлась! Живая и здоровая!

Пусть хоть всю жизнь в вечных бегах – лишь бы вместе. Плечом к плечу, спина к спине, клинок к клинку – как привыкли с раннего детства. Всегда – друг за друга. До последнего.

Но насколько у Коннора стальная выдержка – против воли позавидуешь. А ведь Дар видел, какими глазами Лириэн порой смотрела на красивого, взрослого кузена. И хорошо помнил дикий приступ собственной жгучей ревности. На что Дар точно права не имел. Кто он вообще такой?

А если Коннор это заметил? И что тогда подумал? Что он вообще должен предположить – при виде странных взглядов брата на родную сестру?

А если вспомнить, что они вообще с Лирой планировали… Даже добрый, всепрощающий папа сошел бы с ума – при всей любви к ним обоим. Так за кого их должен был принять почти посторонний? Толком ни Дара, ни Лириэн не знающий.

На Зеленых Холмах Дивных Фэйри Дар просто об этом не думал. Хватало и других срочных проблем. И насущных тревог. По горло. Одни бесконечные планы побега чего стоили. Один другого неосуществимее.

И подслушать там могли легко. Кому не следует.

На Изумрудных Холмах и думать-то стоит осторожнее. А то если вспомнить некоторые легенды…

Да и вообще… Если лишний раз не вспоминаешь, проще забыть самому. Чтобы хоть поминутно не стыдиться. Собственной слабости.

Но сейчас отступать уже некуда. Нужно объясниться. Хотя бы потому, что Коннор нравится Лириэн. Нельзя, чтобы он думал о ней плохо.

А лишнего незачем знать никому. Только бы удалось поправдивее выдать полуправду. Чтобы не подставить Лиру еще сильнее.

- Потому что ты и Лириэн… - наконец набрался смелости Дар. И жутко покраснел.

У умного, понимающего папы все разговоры получались лучше. Даже самые задушевные. И бестактные.

- Ты о планах наших отцов? – серьезно уточнил кузен. - Помолвка так и не состоялась, Дар. Ваш отец погиб, а мой передумал.

Потому что наш погиб, ясно.

Что? Погодите, погодите. Нет, Дар еще понял бы… Да ничего бы он не понял! Дар вообще не знал, что планировалась какая-то там помолвка. А Лириэн – знала?

- Коннор, но ведь ты нас не бросил. Ты прибыл к нам на помощь, едва прослышал о серьезной опасности. Послушай: всё, что треплют люди, - просто глупое вранье. Это наш хитрый дядя-интриган хотел выдать Лиру замуж за своего сына Тони, нашего двоюродного. А Мар ничего с этим пока сделать не мог, потому что тоже еще слишком юный. Тони мне даже нравился, но я ведь не знал, что Лира должна была выйти за тебя. И у нее с этим Тони никогда ничего не было и не будет…

На сей раз Дар резко отвернулся. Потому что покраснел особенно густо. Да что он – как глупая девчонка прямо!

Даже слишком стеснительная Мира так не багровеет.

Краснеть умеет глупая Стелла. Жеманно и полупритворно. Набитая дура потому что.

А Анабель вообще умеет изображать. Некоторые даже верят. Кто ее не знает, как облупленную. С раннего детства.

- Дар, - Коннор качнул головой, - я вообще-то имел в виду, что теперь мы с Лирой оба свободны. И я, и твоя сестра. Я не одобрял ни саму помолвку, ни то, что потом моя семья бросила вас на произвол судьбы.

Что?! Что?

- Ты!.. – Дар даже не нашел слов… - Знаешь, что… - Он вскочил на ноги, сжимая кулаки.

Только бы сейчас не обернуться! Нельзя!

А внезапная ярость уже нахлынула приливной волной…

Как Коннор смеет так – про Лиру?!

- Да какая южная муха тебя укусила? – искренне удивился кузен. Он подниматься и не думает. Как и вступать в драку. - Ты знал, что мой отец не поможет. Я говорил это сразу же.

- Ты еще спрашиваешь? Помолвку он не одобрял, видите ли! Совсем зажрался, да? Сейчас как заеду в морду!

- Только потому, что я не влюблен в твою сестру?

Он всё еще удивлен? Ничего себе!

- Да! Потому что это – Лира! А ты воротишь нос, будто тебе Анабель навязывают… навязывали. Или слащавую дуру Стеллу.

Кажется, вроде, схлынуло… Пока.

Дар устало опустился на теплую, мягкую землю. Вымотался – хуже, чем после лихой пробежки по родному буреломному лесу – миль так в двадцать. Или в двадцать пять.

- Да, еще вашу сестру Анабель я даже не знаю. Только с твоих слов. Как и твою кузину Стеллу. Лириэн я видел раньше несколько лет назад. И то мельком. И мне никогда не нравился обычай заключать помолвки по родительской воле. Я вообще любил тогда другую.

- А она?

- Вышла замуж, - помрачнел Коннор. – Еще три года назад. Потому что не желала ронять честь семьи, становясь просто моей любовницей. А я не мог на ней жениться, потому что мой отец уже пообещал меня в мужья дочери сюзерена. И я должен был гордиться оказанной честью. В этом поколении Вирны – опять на коне.

Да. Мама тоже была из Вирнов.

- Коннор, Лира же не знала…

- А я ее и не виню. Никто из нас не виноват в том, что затеяли наши честолюбивые отцы-интриганы. Дар, я даже не сомневаюсь, что ваш отец ничего не знал. О моей любви. Мой знал, но его это не интересовало.

- Но ты мог честно рассказать моему отцу…

Неужели тот пожелал бы для Лириэн брака без любви – по одному лишь сговору? С тем, кто уже влюблен в другую?

- И смертельно оскорбить могущественного герцога, сообщив, что его прекрасной дочери, унаследовавшей древний Дар Зверя-Хранителя, я предпочитаю среднюю дочь уже нашего вассала? Этого не понял бы никто. Даже ваш отец. Хоть какие тут приведи серьезные причины. Конечно, он освободил бы меня от брачных обязательств. Но между нашими семьями неминуемо легла бы трещина.

Да она сейчас разверзнется между Коннором и Даром! Целая пропасть. Кузен что, этого не понимает? Вроде, взрослый.

- А на семью моей жены облачилась бы уже моя семья.

- Мой отец был добрым человеком, а не свихнутым самодуром, вроде Безумного Короля Леонарда.

- Оборотнем, Дар. И прежде всего – могущественным герцогом из древнего рода. А уже потом – кем-то другим. Я бы не стал спорить. Я бы женился на Лириэн, Дар. Потому что мне не предоставили выбора. Но я точно никогда не смог бы ее полюбить.

- А сейчас? – схватился за жалкую соломинку Дар. Ради любимой сестры. - Сейчас – тоже нет?

- Я не могу ручаться за будущее, Дар. Лириэн – красива. Я безмерно уважаю отвагу твоей сестры, ее бесконечное благородство. Но не люблю. Сердцу не прикажешь, Дар.

- Но столько поколений подряд…

- Приказывали сердцу? – невесело усмехнулся Коннор, подбрасывая сухое сучковатое полено в костер. Языки пламени радостно вспыхнули вдвое выше. – И что с того? Почему из-за них то же самое должны делать я или ты? Разве ты сам хотел бы связать себя с нелюбимой?

- Я никогда и не думал, что у меня будет выбор, - честно признался Дар, придвигаясь поближе к огню. Усталость уже начала отступать. Все-таки быть оборотнем – здорово. – Я же сын герцога.

- Отмеченный Даром Зверя-Хранителя. И потому должен взять в жены дочь вассала из семьи, также отмеченной благословенным Даром, - подтвердил Коннор. – Так было века. А если нет подходящей по возрасту – взять неподходящую. Взойти на брачное ложе с тридцатилетней вдовой или дождаться трехлетнюю девочку. Всё – только чтобы сохранить чистоту крови. Раз уж наследником замка твой отец почему-то объявил не тебя.

- С чего вдруг? – ошалел Дар. – Я – не старший сын. За что было отцу так оскорблять Мара? Тот же ничем не опозорил семью – раз уж это для всех так важно.

А папа и слов-то таких никогда не произносил! Потому что был добр, благороден и справедлив!

Был…

- За то, что твой брат не унаследовал нужную кровь, и это очевидно давно. Такое понятно с раннего детства, разве нет? Даже его брак с девушкой-оборотнем может не помочь. И ничего не исправить. Новый герцог тоже легко родится человеком. Такое бывало.

- И…

- И его не примут поголовно все могучие вассалы-волки. Так тоже уже было - долгие века подряд. Церковь милосердного Творца ничего не изменила и не отменила, что бы сами пыльные монахи об этом ни думали. Вассалы не подчинятся слабейшему, никогда не признают его власть. Дар, действия твоего отца я могу объяснить только одним: он сошел с ума или просто не успел назначить тебя наследником.

В Конноре сейчас говорит усталость и злость. Да, сам Дар предполагал, что именно отец выберет ему супругу. Но ведь он и не был никогда влюблен. Запретные чувства к Лире – это другое. Брак с родной сестрой не допустит не только церковь.

А раз с Лириэн нельзя, то какая уже разница тогда – с кем именно другим? Лишь бы не с явной старухой, но такого и не будет. Оборотни не стареют быстро. Обычные женщины в возрасте уже не способны рожать.

- А если бы я не родился вообще?

- Такое редко, но случалось. В этом случае твой брат, конечно, получил бы титул. С обязательным условием взять в жены девушку-оборотня, а своего сына-наследника также женить на другой наследнице Духа Зверя-Хранителя. Как говорят наши, это единственный способ «вывести дурную кровь!», - с явным отвращением выговорил Коннор. – В вашем случае после Мара новой герцогиней стала бы дочь твоей сестры Лиры.

- И твоя.

- И моя.

- А сама Лириэн могла бы стать герцогиней? Она-то ведь всё как раз унаследовала.

- Да. Если бы не родился ты. Если бы ваш отец так распорядился. В прежние времена это не вызывало особых нареканий. Дочь-оборотень стоит в лестнице наследования выше сына, лишенного Дара. Вассалы всегда присягали ей в таких случаях. А она брала в мужья одного из вассалов, отмеченных Даром. Но в наше время может уже воспротивиться церковь.

Отмеченных Даром. Опять Коннор!

- Темный! – вскинулся вдруг Дар. – Но тогда… что будет с нашим Маром?! Сейчас?

- Если выживет в этой нашей заварушке, то ничего дурного. У вассалов не останется других вариантов. Тебя же нет. Только он.

- А если Мар откажется выбрать себе подходящую жену? Вдруг влюбится? – Брат, кстати, тоже за браки по любви! Они не раз об этом говорили. - Он же не знает…

- Знаешь, уже то, что Мар еще не помолвлен, подтверждает: ваш отец просто не успел законно передать титул наследника тебе. Возможно, ждал, когда ты впервые обернешься. Чтобы такое решение не вызвало сомнений ни у кого из вассалов.

- А потом у нас появился дядя… - зло вспомнил Дар.

- Да кому он страшен, твой безродный дядя? – с досадой вздохнул Коннор. – Ни влияния, ни денег. Если бы он действительно кому мешал – сковырнули бы одним когтем, не сомневайся. У наших это легко.

У «наших». О ком Дар, как выяснилось, знает слишком мало. Как и более старшая Лира.

Почему отец не рассказал? Опять не успел?

Отец Коннора – двоюродный дядя Дара по матери. Ее двоюродный брат. Ближайшая родня. Если уж он не поможет – что тогда надеяться на прочих вассалов?

- Ты мне не веришь? – прямо глянул кузен.

- Верю, Коннор. – Стало как-то совсем мрачно и холодно. Несмотря на ясный день и ту самую «кровь Зверя-Хранителя». И яркое пламя веселого костра. – И оттого – еще паршивее. Лучше уж ты врал бы или ошибался.

2

Наконец, после краткого совета с Коннором, Дар решил сыграть в заблудившегося охотника из глухой деревни. И спросить у очередного первого встречного, как далеко до столицы. Сколько дней туда пилить.

Ближайшей жертвой был выбран молодой рыхловатый пастух. Деревенский увалень как раз неспешно тащился через заливной луг с небольшим стадом кудлатых овец и пятеркой тощих коз. Следом волочила лапы и облезлый хвост столь же ленивая, но немолодая собака. Крупная, но костлявая – под стать плохо кормленным козам.

Правда, при виде оборотней жалкий хвост поджала резво. На неповоротливого хозяина особо не надеется? Кстати, сам он – весьма упитан. Тайком лопает собачью норму? А заодно еще и козье сено?

Плохо, что и пастух сразу занервничал. Хоть и не понял еще, в чём дело. Путники и рот-то открыть не успели.

- День добрый, - осторожно выступил вперед Дар.

А то миг назад неповоротливый парень уже явно приготовился задать резвого стрекача. Вперед своих тоже всполошившихся подопечных. Еще и они почуяли оборотней – не вовремя!

Мда, паршивый из Дара дипломат. А Коннор вообще не знает арданского.

- Прости, я заблудился и потерял дорогу, - как можно приветливее улыбнулся наследник волчьей крови Дарквудов. - Не подскажешь, что за путь ведет в нашу добрую столицу?

- Я ничего не знаю, – крестьянин всё же попытался быстренько удрать. Бросив живность на произвол врага.

- Да стой же ты. Что, тут у вас уже и в лесу заблудиться – ужасное преступление?

Дар только сейчас подумал, что его акцент не совпадает с местным. Сильнее, чем он думал.

- Вон тот тракт к столице ведет. Да только нечего вам там сейчас делать, - сплюнул крестьянин в указанную сторону.

- Это еще почему? – Дар даже возмутиться толком не успел. Пастух его уже перебил:

- Там никому сейчас делать нечего.

И внезапно – ка-ак рванул-таки в густые кусты. Только босые коричневые пятки среди желто-зеленой листвы мелькнули. Пожалуй, его неповоротливость Дар действительно переоценил. Как и неготовность скакать босиком по цветущей крапиве. Она там как раз за кустами густо разрослась.

А следом врассыпную кинулось овечье-козье стадо. Во главе с разом помолодевшей собакой. Ломая раскидистые кусты, нещадно топча высокую траву. В том числе, крупные крапивные метелки. Все в позднем цвету.

3

Очередной костер стоит пустить бездымный – пусть стелется по сухой, прогретой южным солнцем земле. А то и вовсе не зажигать. Обойдутся. Безопаснее будет. Два оборотня как-нибудь уж не замерзнут. Особенно северных оборотня в теплых краях.

А пока - топать дальше? Вот только - куда?

- Взлетели налоги, процветает заговор, смена власти, официальная церковь Творца милосердного жжет деревенских ведьм? – предположил Дар. – Или… наших.

- Последнее – вряд ли. С чего бы вдруг простому человеку обижаться за нас? Да и не слышно, чтобы в Ардане церковь Творца когда-нибудь особо лютовала. Не Альтасар все-таки. Это там церковники совсем взбесились – когда посадили на трон своего короля, и он им теперь обязан всем.

- Может, теперь всё изменилось?

За полгода? Если… не дольше. Кто поручится сейчас, что они проторчали у Дивных Фэйри месяцы, а не годы?!

- Надо было спросить дорогу не к столице, а к Кельтланду.

- Чтобы нас сразу сдали, как шпионов?

- Значит, до Альтасара. Уж за них-то ни ты, ни я не сойдем при всём желании.

- Это нам так кажется. Местные альтасарцев в глаза не видели.

- Тише, - вдруг шикнул Коннор. – Ничего не чувствуешь?

Еще как. Дар и сам уже уловил. Сизый дым от далекого зарева пока еще глазами не виден, но вот-вот уже впереди покажется. Там загорается явно что-то большое.

И даже сюда уже долетел ни с чем не сравнимый терпкий запах свежей крови.