Лисья маска

За девятью огнями хвостов,

За реками троп и хребтами гор,

В мраке давно одичавших лесов

В отражении скоро цветок расцветёт.

У глади озёрной стояла лисица:

Мех - пламя, бездны - глаза.

Скоро должен цветок распуститься...

Выжидала непростая миг тот лиса.

Иных миров фонарями кружили,

Сияя, маленькие светлячки.

Тени лесные в полночь ожили.

Дрогнули светящиеся лепестки.

Распустилось соцветие колдовское,

Метнулась лиса в отражение то

Из пламени сотканною стрелою.

Сорвала лисица цветок.

И вот на заросшем берегу,

Маску сверкнувшую надевая,

Сидела девица, проведя по лицу

Ладонью с лисьими коготками.

Бежала собакой она до деревни,

Кошкой рыжей ловила мышей,

Птичкой певчей вспорхнула в небо,

А тень ястреба летит по траве.

Ступила в город она дивной дивой,

За веером пряча звериный оскал,

Шагом о большем миры молила,

И дикие ей отзывались леса.

Она жила себе, бед не зная,

На маску лишь украдкой шепча:

Вчера - принцесса, сегодня - парень,

Что с рисовых шёл полей иль дворца.

Но сердце лисье не скроешь маской,

Маска - она-то была от людей.

Очарованное лесов сказкой,

Тосковало оно по ней.

И стала лиса думать, как же ей

Не только снаружи меняться:

Как изменить не снаружи, внутри,

Не за облика черты хвататься.

Оболочка, она - лишь отраженье,

Сути в ней нет, она пуста,

Как пуста бутыль без сакэ вдохновенья,

Без сути, что в неё налита.

Шла по горам лиса монахом

До старого храма, его алых ворот,

Мимо отороси шагнула украдкой,

Так, что её не заметил никто.

Рядом с скульптурой, сияющей солнцем,

Инари прекрасной с серпом в руке

Стояла, молча о своём чём-то,

Старуха, пришедшая в храм налегке.

Близь старухи лисица встала,

Благословения богини прося.

Женщина старая вздохнула устало:

- Затея твоя дурна.

Лисица удивление за маской скрыла,

Девятым хвостом его замела:

- Мысль человека так быстрокрыла...

Откуда вам знать, о чём думаю я?

Посмотрела на неё седая старуха:

- Может, ведомо, девица, тебе,

Сколько в чужую обувь обуто

И в ней ушло по чужой тропе?

Сколько, за масками пряча лица,

Собственный лик забывали навек,

Скольким было дано заблудиться,

Приняв на себя бедовый обет?

Отраженье своё приняв за себя,

Знаешь ты ли, сколько погибло?

На пути не своём в кровь ноги стоптав,

У разбитого оставшись корыта?

Ты глянь, сколь много среди людей

Тех, кто не люди вовсе.

Как много, глазам ты своим поверь,

Людей выглядит как мерзкие монстры.

Монстр - не монстр, человек - не он.

В том сила, может быть, наша,

Покуда маска не прирастёт,

Ложью вгрызаясь в мясо.

Себя не забыть - по-твойму, легко?

Хоть ты и мудра, подруга,

Зайти тебе слишком далеко

Смотри, чтоб не стало подспудно.

Старуха коснулась своего лица,

Провела по нему рукою,

И лицо своё она маской сняла,

Из-за неё белой взглянув лисою.

Но маски край один в кожу врос,

Намертво в плоть вцепляясь.

Видом пуская по коже мороз,

Страхом в памяти оставаясь.

О двенадцати хвостах белая лиса

Неба глазами взглянула,

И, маску вернув, старухой ушла.

Статуя из камня всплакнула.