Ложная Правда

В маленьком городке у подножия Забытых Гор жила девушка по имени Элара. Она работала архивариусом в старой библиотеке, где книги шептали по ночам, а страницы иногда меняли порядок строк, когда никто не смотрел.

Однажды утром Элара нашла на своём столе тонкую чёрную книгу без названия. Обложка была из тёплой, будто живой кожи. Когда она открыла её, на первой странице проступили всего три слова, написанные её собственным почерком:

«Ты уже мертва».

Элара засмеялась. Это явно была чья-то глупая шутка. Но вечером, вернувшись домой, она обнаружила, что все зеркала в квартире покрыты тонким слоем инея, хотя в комнате было тепло. В каждом отражении она видела себя... но с закрытыми глазами.

На следующий день книга снова лежала на столе в библиотеке. Теперь там было четыре строки:

«Ты уже мертва.

Ты умерла три дня назад.

Никто не заметил.

Кроме меня».

Элара решила проверить. Она позвонила матери. Та ответила бодро и спросила, почему дочь не пришла на ужин позавчера. Элара точно помнила, что была там. Мать же клялась, что стол был накрыт на двоих, но вторая тарелка так и осталась нетронутой.

Вечером Элара пошла в полицию. Дежурный офицер посмотрел на неё странно.

— Девушка, вы уже приходили вчера. И позавчера. Каждый раз говорите одно и то же. Мы проверили — вы живы и здоровы. Идите домой.

Элара почувствовала, как холод поднимается по позвоночнику.

На четвёртый день книга изменилась снова. Теперь текст был длиннее:

«Ты уже мертва.

Три дня назад ты упала с лестницы в подвале библиотеки и сломала шею.

Твоё тело до сих пор лежит там, под старыми ящиками.

А то, что ходит сейчас по городу — это я.

Я очень хорошо тебя изображаю.

Почти идеально».

Элара побежала в подвал. Лестница была скользкой от старой пыли. Она спустилась, включила фонарик на телефоне и отодвинула тяжёлые деревянные ящики.

Там ничего не было.

Только небольшое зеркальце на полу. В нём отражалась Элара — с открытыми глазами и испуганным лицом. А за её спиной в отражении стояла она же... но с неестественно вывернутой шеей и пустыми глазницами. Вторая Элара медленно улыбнулась и приложила палец к губам: «Тссс».

Настоящая Элара закричала и бросилась бежать вверх по лестнице. Когда она выскочила в читальный зал, все посетители одновременно подняли головы и посмотрели на неё. У каждого было её лицо. Все они улыбались одинаково.

Вечером книга лежала уже у неё дома, на кухонном столе. Последняя запись была самой короткой:

«Ты всё ещё думаешь, что ты — это ты?»

Элара села, дрожащими руками открыла книгу на чистой странице и написала:

«Кто ты?»

Книга ответила сразу, чернила проступили сами:

«Я — правда, которую ты не хочешь знать.

Ты умерла.

А я устала быть тобой.

Хочу жить дальше».

Элара закрыла книгу и долго смотрела в окно. За стеклом шёл снег, хотя был разгар лета. В отражении стекла она увидела, как её собственная рука медленно поднимается и пишет пальцем на запотевшем стекле:

«Помоги мне умереть по-настоящему».

Она не помнила, чтобы двигала рукой.

На следующее утро библиотека была закрыта. На двери висела записка от Элары:

«Уезжаю. Не ищите меня».

А в подвале, под старыми ящиками, наконец-то появилось тело. Девушка лежала спокойно, шея вывернута под неестественным углом. На её груди лежала чёрная книга без названия.

Книга была закрыта.

Но если бы кто-нибудь открыл её в тот момент, то на первой странице увидел бы новую надпись, сделанную уже другим, более уверенным почерком:

«Теперь я — Элара.

И я наконец-то жива».

А в самом низу страницы, почти незаметно, мелкими буквами было добавлено:

«...пока не найдётся следующая».

Прошло две недели после того, как «Элара» уехала из городка.

Новая Элара жила в её старой квартире, носила её одежду и улыбалась её улыбкой. Она даже научилась готовить те же блюда, которые любила прежняя. По утрам она открывала библиотеку ровно в девять, приветливо здоровалась с постоянными посетителями и тихо напевала ту же мелодию, что и раньше.

Всё было почти идеально.

Но иногда, поздно ночью, когда в квартире становилось слишком тихо, она замечала странные вещи.

Зеркала снова начинали покрываться инеем, хотя отопление работало на полную. В отражениях её глаза на мгновение становились чужими — слишком тёмными, слишком спокойными. А однажды она проснулась от того, что её собственная рука медленно водила пальцем по простыне, выводя слова:

«Ты не я».

Новая Элара села на кровати, включила свет и посмотрела на свои ладони. Они дрожали. Она пошла в ванную, встала перед зеркалом и прошептала:

— Я — Элара. Я жива. Это мой город. Моя жизнь.

Зеркало ответило. Не голосом, а лёгким движением губ отражения:

— Пока.

На следующий день в библиотеку пришёл старик, которого она никогда раньше не видела. Он был очень старый, с глубокими морщинами и глазами цвета выцветшей бумаги. В руках он держал потрёпанную тетрадь.

— Ты не та Элара, — тихо сказал он, когда она подошла к его столу.

Новая Элара улыбнулась своей самой милой улыбкой.

— Простите, дедушка, вы, наверное, ошиблись. Я работаю здесь уже несколько лет.

Старик покачал головой.

— Я знал настоящую Элару с детства. Она боялась темноты в подвале. А ты... ты спускаешься туда каждую ночь и улыбаешься в темноте. Я видел.

Он положил на стол свою тетрадь. На обложке было выведено одно слово: «Лжецы».

— Эта книга записывает тех, кто крадёт чужие жизни. Твоё имя уже внутри. И имя той, что была до тебя. И той, что была до неё.

Новая Элара почувствовала, как холод поднимается по ногам. Она взяла тетрадь и открыла её. Страницы были заполнены именами. Все они были женскими. Все — Элары. Разные почерки, разные годы. Самое первое имя было написано больше ста лет назад.

— Как это остановить? — прошептала она.

Старик грустно улыбнулся.

— Нельзя остановить. Можно только передать дальше. Когда ты устанешь быть ею... когда зеркала начнут показывать правду слишком часто... ты сама найдёшь следующую девушку, которая похожа на тебя. И книга поможет.

Он встал и направился к выходу. У самой двери обернулся:

— Кстати, настоящее имя той, что была до тебя... она звала себя не Элара. Её звали Мира. Она тоже думала, что сможет жить вечно в чужой шкуре.

Вечером новая Элара снова открыла чёрную книгу. Теперь на чистой странице уже ждала новая запись, сделанная её собственным почерком:

«Я устала притворяться.

Найди мне следующую.

Ту, что тоже боится зеркал».

Она закрыла книгу и долго смотрела в окно. За стеклом снова шёл снег, хотя стоял тёплый осенни

й вечер.

В отражении окна она увидела, как её губы шевелятся сами:

— Скоро…